Не хотели бы выпить?

Лицо Юй Бэйчжоу было холодным. Он стоял перед высокой Платформой Бессмертных, окутанной туманом, и смотрел на облака внизу. Он по-прежнему был одет в ярко-красную мантию с неясными золотыми узорами на подоле, чрезвычайно роскошную. Недалеко от него были нефритовые здания и павильоны, а с высокого неба свисали огромные железные цепи, бесчисленные, сходящиеся в облаках и распростертые до самого низа. Бесприкорневое бессмертное дерево росло на границе облаков и воды, а его ветви поддерживали эту границу. Юй Бэйчжоу просто стоял, скрестив руки на груди, его узкие глаза в форме феникса были полны безразличия. С одной стороны, маленький бессмертный в плаще с изображением журавля, с белыми волосами и бородой, склонил голову в страхе и быстро развернул нефритовую ткань в руке без каких-либо следов ткачества, боясь потревожить этого непредсказуемого и капризного бессмертного, исполняющего закон. Громкое чтение разносилось далеко. - Маленький бессмертный Ти Дэн, ты тайно спустился в мир и тайно встретился со смертными, знаешь ли ты о своем преступлении? На Платформе казни бессмертных бессмертный в простой белой одежде, обмотанный цепями, стоял на коленях на земле, продолжая кланяться в знак просьбы о пощаде, а кровь текла по всей земле. - Прошу бессмертного пощадить мою жизнь, прошу бессмертного-стража закона пощадить мою жизнь! Увидев эту сцену, все наблюдавшие бессмертные почувствовали вздох в своих сердцах. Если бы он умолял других, все было бы хорошо, но этот стоял перед всегда холодным и безжалостным бессмертным Бэйнином. Если только он не был сегодня в хорошем настроении, прощения не было бы, и его обязательно сбросили бы с Платформы казни бессмертных. В обширном и пустом бессмертном царстве раздался голос бессмертного, умоляющего о пощаде. Бессмертный Бэйнин не говорил, и все могли только молчать. Если бы он захотел, он мог бы стоять здесь целый цикл, и никто не осмелился бы его потревожить. На самом деле Юй Бэйчжоу открыто мечтал. Он стоял здесь, опустив свои ресницы, похожие на крылья ворона, и бесцельно смотрел на тех бессмертных, которые ползли к нему. Одно за другим, незнакомые лица, которые он не мог различить, мелькали в его поле зрения, как вращающийся фонарь. Эти лица только осмеливались украдкой поглядывать на него, то с восхищением, то с фанатизмом, то со страхом и паникой. Но Юй Бэйчжоу это совершенно не интересовало, и он даже не бросил на них взгляда. Он мягко выдохнул, его выражение лица было ленивым и скучающим. Так выглядит мир после смерти? Просто несколько незначительных людей. Без этого человека Юй Бэйчжоу действительно было бы скучно. Подождите, что такое смерть? Кто этот «человек»? Он умер? Как только эта мысль пришла ему в голову, Юй Бэйчжоу почувствовал, как у него начинает болеть голова. Он стоял на месте, хмурясь и холодно анализируя свои воспоминания. В детстве он поселился в стране Вэй, узнал, что его личность была подменена, а затем вошел в Долину Призраков, уничтожил семью Юй, узнав об этом, вернулся в Великую Юань, получил звание чиновника, набрал солдат и лошадей и, наконец, неожиданно раскрыл свою кровную связь с семьей Цзун как принц. До этого он общался со всеми принцами Великой Юань. После того, как его личность была раскрыта, чтобы сохранить равновесие, никто не выступил против этого, поэтому он был логично назначен наследным принцем, примирился с императором Юанем, объединил мир после смерти последнего и взошел на престол. Затем, однажды после церемонии Фэншань, в его сне появился бессмертный, который дал ему книгу с методами культивирования бессмертия. Одновременно правя миром, он сохранил свою внешность навсегда, и после нескольких десятилетий работы успешно вознесся днем, достиг небес, вошел в число бессмертных и оставил в мире бесчисленные легенды и благовония.

(Прим Церемония Фэншань, проводимая древними китайскими императорами для принесения жертв небу и земле в периоды мира и процветания или когда небо спускается в благоприятную пору)

Став одним из бессмертных, он взял на себя ответственность за закон и легко стал одним из четырех великих бессмертных из вновь вознесшихся маленьких бессмертных. Ни один другой маленький бессмертный не осмеливался противостоять ему, все знали, какая чудовищная удача его окружала, он был ребенком, любимым Небесным Путем, даже бессмертные должны были избегать его. Эти воспоминания аккуратно отображались в уме, показывая, как шаг за шагом выглядит победитель жизни. Но он не знал почему, Юй Бэйчжоу все время чувствовал, что чего-то не хватает. С момента его рождения, за исключением самого несчастного детства, все остальное время было полно красочных, процветающих и великолепных сцен. Все его любили, все ему угождали, как марионетки, окружающие его. Это действительно заставляло его чувствовать себя крайне незаинтересованным. Как будто ему не хватало кого-то, кто бы ему противостоял. Так что сердце тоже было пустым, как будто в нем не хватало кусочка. Почти в тот момент, когда эта мысль только появилась, Юй Бэйчжоу показалось, что перед ним мелькнул радужный свет. Черные, превратившиеся в белые, длинные волосы, которые он не мог опустить. Сжатые губы, когда он целовал его, окрашивались в великолепный цвет крови. Дрожащие ресницы, перекрещивающиеся верхняя часть тела, покрытая шрамами, оставленными им, красиво очерченная лопатка, когда он клал на нее руку, он все еще мог чувствовать напряжение мышц. Потакание тьме в темной комнате, катящийся пот, клеймо на шее. Это было для него чем-то очень странным. Всегда воздерживающийся бессмертный Бэйнин нахмурился. Он изо всех сил пытался разглядеть это лицо, но из-за того, что оно было скрыто тьмой и туманом, он не мог его ясно увидеть. Бессмертные, которые видели эту сцену сбоку, были все до смерти напуганы. Юй Бэйчжоу почувствовал, что, кажется, забыл одного человека. Человека, который был для него очень важен. Бессмертные в бессмертном царстве с ужасом обнаружили, что бессмертный Бэйнин, который в последнее время игнорировал мирские дела, часто входил и выходил из комнаты древних книг и записей и изымал все списки людей, находящихся под юрисдикцией 3000 царств. Нижнее царство, управляемое бессмертным, естественно, имело не одно царство, и информация о каждом человеке автоматически записывалась в Книгу Небес. Юй Бэйчжоу искал в этом огромном море книг, желая найти имя этого человека. В бессмертном царстве не было времени, даже если использовать божественное сознание бессмертного, это все равно было бесполезно. Но он мог быть уверен в одном: место, в котором он сейчас находился, ни в коем случае не было реальным миром. Даже если бессмертный дворец здесь был более роскошным, бессмертные более почитаемыми, и все выглядело более реальным, в глазах Юй Бэйчжоу все это было чрезвычайно грубым. Без этого человека все было фальшивкой. Юй Бэйчжоу спокойно обыскал все и, проверив все улики в бессмертном дворце безрезультатно, прыгнул с Платформы казни бессмертных. Платформа казни бессмертных была местом, где наказывались грешные бессмертные, с самыми суровыми законами, установленными Небесным Путем. Любой бессмертный, прыгнувший отсюда, был бы насильно лишен своих бессмертных костей, потерял бы всю свою ману и стал бы смертным. В любом случае, это всего лишь сон, так что прыгай, если хочешь прыгать. Однако он не знал, почему, падая в воздухе, Юй Бэйчжоу как будто услышал слабый вздох Небесного Пути. [Этот мир не является полностью иллюзорным, если нет аномалий, это должно быть твоей изначальной судьбой. Сын мой, почему ты упрям?] - Многословно, — холодно сказал Юй Бэйчжоу. - Как долго будет длиться этот скучный сон? В мгновение ока постоянно падающая сцена изменилась. Небо было безмолвным свинцово-серым, как в день его смерти. Небоскребы из стали возвышались над землей, а огромные светодиодные вывески мигали разными рекламными объявлениями. Перекресток был полон приезжающих и уезжающих автомобилей, а пешеходный переход — приходящих и уходящих людей. Они были одеты в одежду, которую Юй Бэйчжоу никогда раньше не видел, их лица были холодными, и они прошли мимо него, не моргнув глазом, как будто они его вообще не видели. Небо постепенно начало густо наползать дождем. Падающие капли дождя проникали сквозь тело Юй Бэйчжоу и падали на землю. Молодой человек в древней одежде стоял в этом странном месте, его взгляд скользил по одному лицу за другим. Он не знал, где находилось это место, и не знал, куда его забросил Небесный Путь. Но он знал, что человек, которого он искал, должен был быть здесь. - Помогите, помогите, я опоздаю. В это же время в закусочной на углу улицы молодой человек с черными волосами нес пакет с маленькими паровыми булочками и поспешно открыл дверь. Он раскрыл зонтик, съежился от холода на улице и направился прямо к школьным воротам через дорогу. На определенном углу улицы Юй Бэйчжоу широко раскрыл глаза. Он уставился на это странное лицо, которое полностью отличалось от его воспоминаний, но был уверен, что это именно этот человек, имя которого вертелось на языке, но он все равно не мог его произнести. Профессор университета, спешащий на утреннюю лекцию, совершенно не заметил эту сцену. Он проигнорировал ее и прошел через тот угол улицы, где между черными зонтиками падали капли дождя, мимо молодого человека в красной одежде, который смотрел на него. Юй Бэйчжоу молча последовал за ним. День профессора университета был очень скучным и утомительным. Каждый день он должен был готовиться к занятиям, ходить в лабораторию, чтобы руководить экспериментами, писать отчеты о исследованиях, исправлять дипломные работы и писать заявки на утверждение проектов. К счастью, он был известным гениальным наставником аспирантов, и его волосы еще не стали похожими на Средиземное море или сухую пустыню его предшественников, но все еще существовал риск потери волос. Днем он с большим энтузиазмом читал лекции и писал на трибуне, а в лаборатории решительно отдавал приказы. Это сильно отличалось от его обычного сдержанного и молчаливого образа, который он представлял окружающим. Только когда наступала тихая ночь, молодой наставник мог уделить немного времени себе. Он немного отличался от человека в его памяти. Следуя за молодым преподавателем, Юй Бэйчжоу постепенно восстанавливал свою память. Человек в его памяти был мягким и вежливым, скромным и великодушным, и мог улыбнуться любому. Он был зрелым и устойчивым, как сосна и бамбук, как осенний мороз и полная луна. Человек перед ним был немного более незрелым. Цзун Ло. Юй Бэйчжоу пробовал это имя на вкус. Просто произнося это имя, он чувствовал, как сердце постепенно наполняется и постепенно восстанавливается. В то же время это сопровождалось бурлящей, ненавистной и затяжной любовью. В не просторной, но хорошо организованной однокомнатной квартире раздался звук открывающейся двери. Преподаватель в пижаме вышел из ванной, вытирая волосы. Открытая белая кожа на его груди заставила Юй Бэйчжоу немного смутиться. - Наконец-то закончил сегодняшний отчет, и дипломную работу тоже отправил ребятам на переделку. Он пробормотал про себя, совершенно не замечая другого человека в квартире. - Хорошо, сегодня я могу отдохнуть! Высушив волосы, преподаватель укутался в теплое одеяло. Он ловко взял телефон, легко открыл программу для чтения романов и перешел к последнему роману, который он обнаружил прошлой ночью. Хотя там было всего сорок глав, он прочитал все комментарии от начала до конца и уже был готов попробовать. Юй Бэйчжоу, который совсем не считал себя посторонним, тоже лежал с ним на кровати, даже положил руку на него и, положив голову на плечо этого человека, смотрел на слова на экране. Эти слова не были обычными печатными иероглифами Великой Пустоши, но он все же мог их с трудом понять. «Не хотели бы выпить?» Молодой человек в красной одежде лениво вдыхал аромат наставника после купания и услышал, как тот пробормотал про себя: - Юй Бэйчжоу — действительно хорошее имя для главного героя.