Не хотели бы выпить?

За день до отъезда из долины Цзун Ло хотел поговорить с Юй Бэйчжоу. Точнее, либо прояснить ситуацию, либо развернуться и не признавать друг друга после отъезда из долины, каждый пойдя своим путем, каждый пройдя по своему мосту, не связанному с другим. Юй Бэйчжоу, который усердно работал, усмехнулся. Его лоб был покрыт потом, стекающим по высокой переносице. Цзун Ло вспомнил момент, когда он был прижат к пню и не мог смотреть в лицо Юй Бэйчжоу, то особое ощущение, которое вызывала у него эта часть переносицы со спины, его лицо сразу покраснело, и он не смог ничего сказать. Однако, когда он перестал говорить, Юй Бэйчжоу, похоже, не собирался его отпускать. Он неторопливо замедлил движения, помогая зачесать волосы Цзун Ло за уши. Подобно принципам фехтования, хаотичный, неструктурированный удар мечом — хотя и быстрый и безжалостный — полностью отличается от яростной, лобовой атаки, которая оставляет противника разбитым и почти поверженным. Однако обдуманный, выверенный удар, нанесенный с четкой целью, может усилить иллюзию поражения, продлевая саму суть тренировки. - Старший брат, такие слова в этот момент действительно разочаровывают. Конечно, Цзун Ло по собственному опыту клялся, что, хотя этот человек и продолжал так говорить, он не проявлял никакого разочарования. Напротив, его настроение было еще лучше. - Так, по словам старшего брата, разве не в этом заключается намерение порвать с младшим братом после ухода из долины? Молодой человек в красном вздохнул, и выдохнутый им воздух вызвал зуд в ушах принца в белом. - Делать такие вещи со своим младшим братом сейчас, но при этом уже дистанцироваться от него — ты ведешь себя довольно бессердечно, старший брат. Как он и сказал, острие меча снова с обидой вошло в рану, вызвав приглушенный стон. Цзун Ло уже был готов к боли, но на этот раз ее не было. Он действительно не мог понять, ведь всего десять дней назад техника Юй Бэйчжоу была настолько плоха. Как он мог стать таким опытным после того, как в последние дни безумно пополнял теоретические знания и читал несколько иллюстрированных книг? - Старший брат действительно сказал, что мы чужие люди. О, отлично. Так старший брат, увидев других чужих людей на улице, тоже будет делать с ними такие вещи? Юй Бэйчжоу крепко сжал его пальцы, его низкий голос не выражал никаких эмоций. - Младший брат даже не знает, старший брат, насколько ты бесстыдный. В оцепенении Цзун Ло вспомнил тот день в главном зале Долины Призраков, когда этот человек наклонился к его уху и хриплым голосом сказал: «Старший брат, хочешь знать, как сильно я тебя ненавижу?» Сказав это, он хмыкнул и добавил: «Ты не знаешь». И тогда он физически выразил свою глубокую ненависть. Был момент, когда Цзун Ло действительно думал, что его сломают. Конечно, в тот момент он испытывал только душераздирающую боль. Теперь, когда Юй Бэйчжоу усвоил суть, он подарил несколько цветов и открыл красочную лавку. - Кроме того, раз старший брат сказал, что это в последний раз, разве не он должен проявить инициативу? Сказав это, Ю Бэйчжоу действительно остановился. Вены на его руке явно проступили, но он откинулся на ствол дерева, его красные манжеты сползли вниз, поддерживая голову, и он неторопливо наблюдал за ним. Цзун Ло: «......» Слова сказаны, вода выплеснута. Проявить инициативу, кто кого боится?! Он стиснул зубы, действительно ослепленный этим салом, околдованный. В результате, после нескольких раз, он становился все медленнее и медленнее, и все более и более невыносимым. - Что ты делаешь! Цзун Ло гневно посмотрел на него. Он редко проявлял инициативу, но Юй Бэйчжоу был хорош, он все еще создавал там проблемы. Последний притворился, что вздохнул. - Редко когда старший брат бывает таким энтузиастом, но это слишком медленно, младший брат не может ждать. Молодой человек в красном рассмеялся и обнял его, неожиданно притянув к себе, так сильно, как будто собирался прижать его к себе до смерти. - Раз это последний раз, пусть младший брат сделает это. Юй Бэйчжоу никогда этого не говорил, но на самом деле ему особенно нравилось видеть выражение лица старшего брата в этот момент. Сбрасывая с себя холодность и недоступность, каждое изменение выражения лица было видно, случайные стоны глубоко в горле, смущение, отражающееся в покрасневших ушах, и расширенные зрачки, когда он терялся и дрожал. Цветы персика по всему дереву падали вихрем, падали в изгиб реки, и переливающийся сок был ароматным и насыщенным. Действительно, как и сказал Цзун Ло, на следующий день, когда он встал с холодного нефритового ложа, он сразу же обратился против других. (Прим: притворился, что не знает старых друзей) Хотя не было одежды, которую он обычно носил в Долине Призраков, все же были белые одежды. Цзун Ло переоделся в красно-белую одежду и увидел Юй Бэйчжоу, который уже был аккуратно одет, лениво стоял с выпяченной грудью, держа в руке красную резинку для волос. - Позволь мне завязать волосы старшему брату. Очевидно, кто-то все еще размышлял о том дне, когда он видел, как Пэй Цяньсюэ завязывал ему волосы. Однако Цзун Ло не повелся на его игру, повернулся спиной, достал резинку для волос и завязал ее несколькими движениями. Он заранее ответил на его фразу о том, что после ухода из долины они станут чужими людьми. Юй Бэйчжоу с сожалением убрал резинку для волос, но не стал много говорить. Однако, зная его так, как Цзун Ло, этот парень определенно не сдался бы так легко. Действительно, когда они пошли на заднюю гору Долины Призраков, Цзун Ло с неловкостью обнаружил, что, поскольку Мастер Долины Призраков распустил всех посторонних людей в долине, в конюшне остался только один красный потнокровный конь.

(Прим: Его называют лошадью с кровью на коже, потому что у лошади тонкая кожа и густые кровеносные сосуды. Ярко-красные кровеносные сосуды набухают при беге. Под солнечным светом кровь в кровеносных сосудах была слабо видна, как будто она кровоточила).

Это, должно быть, та лошадь, на которой хозяин Долины Призраков вернулся в долину после своей последней поездки. - Похоже, старший брат должен ехать на одной лошади с этим младшим братом. Юй Бэйчжоу взял поводья и очень радостно рассмеялся. Дикая лошадь под его холодной убийственной аурой сразу стала послушной, как кролик, склонив длинную шею в знак покорности. Цзун Ло сохранял серьезное выражение лица и не говорил ни слова. Он наблюдал, как Юй Бэйчжоу установил двойное седло, а затем вскочил на лошадь. Увидев, что Цзун Ло сел, молодой человек в красном естественно сел на лошадь, обнял его спереди, а затем обхватил его за плечи, надежно окружив его в узком пространстве между своей грудью и руками. - Когда в Долине Призраков проходили испытания, старший брат не был так хорош в верховой езде, как я. Если речь идет об управлении вожжами, то это должен быть младший брат. Они не взяли с собой никаких вещей. Цзун Ло вспомнил слова Мастера Долины Призраков и передал их Юй Бэйчжоу. Последний, казалось, не проявлял интереса к наследию Долины Призраков. Но в конце концов, Мастер Долины Призраков все же был его учителем. Не говоря уже о том, что нужно уважать учителя и уважать Дао, без Долины Призраков не было бы Короля Бэйнина, который в будущем будет господствовать над миром. Поэтому он нашел время, чтобы пойти в тайную комнату, взять знак Долины Призраков, подняться на вершину снежной горы, проделать необходимые действия, и все было кончено. Удерживая человека, красный как мармелад конь выстрелил, как стрела из лука. Уезжая, стоя перед холодным ветром, Цзун Ло не мог не оглянуться. Но, проехав несколько десятков ли, долина была покрыта туманом, который появился из ниоткуда, и как ни смотрел, это был тупик. Кто бы мог подумать, что Долина Призраков, известная во всем мире и местонахождение которой было неизвестно, скрывалась здесь. Как и эти полмесяца исцеления, это было самое гармоничное и теплое время между ним и Юй Бэйчжоу. Хотя то, что они делали в этот период, было абсурдно до немыслимости, оно было также сладко, как будто украденное. Если бы не произошло ничего неожиданного, Цзун Ло не пришел бы сюда в будущем. Уехав, он проснулся от сна. Он сказал себе это. Вскоре Цзун Ло понял, что был неправ, нелепо неправ. Даже самое решительное сердце не могло противостоять шалостям Юй Бэйчжоу в дороге. На спине лошади расстояние ограничено, и когда потнокровная лошадь начинает бежать, тряска настолько сильна, что как бы ни старались ее избежать, они неизбежно прижимались друг к другу. Сначала эти тряски были терпимы. Но по мере бега Цзун Ло понял, что что-то не так. Они уже покинули Долину Призраков, и хотя вокруг была дикая местность, под ярким солнцем Цзун Ло недавно провел четкую границу с Юй Бэйчжоу, поэтому, естественно, он не говорил много. Но если он не говорил, кто-то начинал этим пользоваться. Цзун Ло немного продвинулся вперед, и он последовал за ним. Мало того, он еще и неторопливо распустил только что завязанные волосы. Когда Цзун Ло наконец не смог этого вынести, Юй Бэйчжоу воспользовался ситуацией, немного поправил свое положение и уткнулся головой в плечо белого наследного принца. Ему особенно нравилась эта поза, не только потому, что он мог вдыхать аромат шеи и волос, но и потому, что она давала ему чувство удовлетворения. - Юй Бэйчжоу! Цзун Ло взревел, и в следующую секунду копыто лошади наступило на маленький камень, и гневные слова были немедленно прерваны резким вздохом. Молодой человек в красном держал поводья обеими руками, сидя устойчиво на лошади. Если бы кто-нибудь увидел эту сцену, он бы подумал, что это просто эффектная и яркая фигура. Кто бы мог подумать, что под одеждой, наваленной на седле, скрывается такая грязь. Наследный принц в белом, с красными глазами, сказал: - Отодвинся от меня! К его уху прилип жалобный голос, полный бесконечного желания и немного более соблазнительный, от которого краснели уши: - Просто прижимаюсь, не вхожу. Цзун Ло: «......» Боже мой, когда Юй Бэйчжоу начинал кокетничать, он действительно походил на большую собаку. Особенно этот человек, лизавший и кусавший, используя острые тигровые зубы, чтобы потереться о кусок мяса на шее. Другая рука каким-то образом отпустила поводья и нечестно обхватила его спереди. К тому времени, когда Цзун Ло был застигнут врасплох, он был полностью зажатый спереди и сзади, и тогда он понял, что его обманули. Лошадь все еще тряслась, и в центре гор недалеко от них, казалось, был слабый клубок белого дыма, явно похожий на дом в глубине белых облаков. Кто знает, увидят ли эту бесстыдную сцену другие. Некоторое время Цзун Ло был одновременно сконфужен и раздражен, и в гневе боролся с Юй Бэйчжоу на лошади. Равнинная лужайка уже закончилась, и ее сменила грунтовая дорога, усыпанная камнями. Каждый раз, когда лошадь тряслась, висящий рядом с седлом меч Тай'А двигался. Никто не держал рукоять, и тяжелый корпус меча не мог полностью втянуться в ножны. Он был лишь немного вставлен, застрял в передней части и иногда выскальзывал из-за инерции. Мучение усугублялось из-за игнорируемых ударов. Цзун Ло не замечал этого, но Юй Бэйчжоу заметил это уже давно. Последний парировал удары кулаками и ногами, ехал верхом на лошади и даже имел намерение создать проблемы. Да-да-да-шлюп... Хрустящий звук бегущих копыт лошади перекрывал липкий звук, как затянувшаяся игра. В какой-то степени Цзун Ло не мог приложить никакой силы, поэтому он в гневе сбил человека с лошади и просто сам схватил поводья. Он сделал несколько глубоких вдохов, успокоил свое учащенное дыхание, сел прямо на лошади, приказал потнокровной лошади остановиться на месте и посмотрел вниз на красно-белое пятно на земле. - Если не можешь убраться сам, не думай о том, чтобы сесть на лошадь, иди пешком. Юй Бэйчжоу слабо вздохнул, приподнял верхнюю часть тела и позволил своим чернильным волосам, испачканным пылью, упасть. Он указал на мокрое седло, намекая: - Для этого младшего брата несложно убраться самому, но разве старший брат пойдет в казармы в таком виде? Автору есть, что сказать: Меч Тай’А и меч Цисин Лунъюань, я, Ван Я, прошу у вас прощения!!! (крик во всё горло)