Не хотели бы выпить?

В военном лагере по-прежнему царила праздничная атмосфера. Генералы ходили туда-сюда, и слышался лязг тяжелых доспехов. Пэй Цяньсюэ срочно составлял следующий военный отчет, и даже ночью не прекращал работу. Все были счастливы, храбрость короля Бэйнина была естественной, но на этот раз между двумя сторонами действительно сложилась патовая ситуация, и в конце концов страна Вэй внезапно открыла городские ворота. Следует знать, что открытие городских ворот было знаком капитуляции. Сказать, что страна Вэй испугалась Юй Бэйчжоу, было бы немного абсурдно и невероятно. Хотя победа Великой Юань была неизбежна, нельзя было игнорировать затраты времени, людских и материальных ресурсов. Как бы то ни было, это была битва за страну. Попав на это поле, страна Вэй, естественно, сопротивлялась в углу и не хотела сидеть и ждать смерти. Самое главное, что городские ворота были внезапно открыты. Солдаты страны Вэй у других городских ворот все еще упорно сопротивлялись. Неожиданно боковые ворота на западной стороне были сразу открыты. Это дало армии Великой Юань возможность. Хотя последующее сопротивление было упорным, оно было подавлено отчаянной игрой Юй Бэйчжоу, и городские ворота были захвачены силой. Беспомощная армия Вэй была вынуждена выстроить окопы на улицах и продолжать сопротивляться. Все это не походило на капитуляцию. Все шло гладко, возможно, это было обманом. Поэтому, захватив городские ворота, Юй Бэйчжоу не решил сразу продвигаться вперед, а просто остановился. Но даже если и было подтасовка, активное открытие городских ворот было хорошей новостью для Великой Юань. Достаточно было воспользоваться моментом, и захватить город одним махом не составляло труда. Конечно, все это не имело никакого отношения к Юй Бэйчжоу. Подобные послевоенные инвентаризации или даже уличные бои можно было поручить другим генералам. В гуле шума. Человек позади все еще болтал, говоря о каких-то наградах, обернувшись тяжелым белым мехом, а его горячие руки прилипали к чужим глазам, как коала, которая кокетливо держалась и не хотела отпускать. - Какую награду даст мне старший брат? Как насчет наградить младшего брата хорошей игрой со старшим братом? Цзун Ло сделал паузу. Он внезапно поднял руку, отрывая пальцы Юй Бэйчжоу от своих глаз. Молодой человек в красном по-прежнему сидел в ленивой позе. Единственное, что было не так, — он надел белый меховой плащ, который все время висел на одном конце. Увидев, что Цзун Ло повернул голову, Юй Бэйчжоу улыбнулся еще шире. Он только хотел намекнуть на ожидаемую награду, но тот прямо схватил его за запястье и потащил прямо в главную палатку. Сила была настолько велика, чтой Ю Бэйчжоу на мгновение опешил. Но, несмотря на удивление, он всегда был человеком, который, поднявшись на шест, брал чжан. Он сразу же взял на себя инициативу, изменил позу, улыбнулся и переплел пальцы с наследным принцем в белом. К счастью, в это время все были погружены в радость или последующие планы. Увидев их, они также склонили головы и поприветствовали, крича «Ваше Высочество, наследный принц» или «Ваше Высочество», и не заметили странной атмосферы между этими двумя. Дождавшись, пока они окажутся внутри главной палатки, Цзун Ло повернулся и холодно сказал: - Сними одежду. Юй Бэйчжоу замер в сердце, но на его лице все еще была та игривая улыбка. - Прошло всего два дня, старший брат так полн энтузиазма, что младший брат действительно не может устоять. Хотя уже ночь, снаружи все еще полно людей. Конечно, если старший брат не против, младший брат, естественно... Цзун Ло не был в настроении слушать его чепуху и сразу же начал раздевать его. Юй Бэйчжоу все-таки не остановил действия Цзун Ло. Поэтому последний просто расстегнул его пояс, позволяя алой одежде на его верхней части тела сложиться и свободно упасть. Красиво очерченные, чрезвычайно сильные мышцы живота сразу же оказались на виду. Единственным неожиданным местом была толстая белая повязка, обернутая вокруг левой груди, с проступающими следами крови. Напротив, область сердца была ровной. Ужасная рана от стрелы, нанесенная арбалетом Шэньцзи, зажила очень хорошо, по крайней мере, с поверхности было совершенно не видно, что не так давно он получил угрожающую жизни травму. - Что случилось?! Слегка холодная рука коснулась его. По сравнению с резкими словами, сила на кончиках пальцев была максимально легкой. Бинт был очень длинным, обернутым от левой груди до плеча, что позволяло увидеть всю серьезность ранения. Только что, когда этот человек подошел, Цзун Ло заметил едва уловимый запах крови. Очевидно, он не видел Юй Бэйчжоу перед лагерем. Этот человек, должно быть, вернулся с передовой заранее, тайно обработал рану, а затем притворился, что ничего не произошло, чтобы найти его. Молодой человек в красном не обратил на это никакого внимания. - Это всего лишь небольшая рана. - Ты называешь это небольшой раной?! — внезапно повысил голос Цзун Ло. Если бы это не было серьезным ранением, разведчики не стали бы об этом специально сообщать. Механизмы на городской стене имперского города страны Вэй были все активированы, и генералы, защищавшие город, приказали каждому солдату целиться в красно-белого генерала на поле боя. Не говоря уже о том, что имя короля Бэйнина было слишком ужасающим, убивавший сотни врагов, нося его таким образом на поле боя, он всегда был целью сосредоточенного огня. Бесчисленное количество раз Цзун Ло сидел в военной палатке, и в его сердце неконтролируемо поднималось сожаление. Он должен был позволить Юй Бэйчжоу переодеться. Красно-белая одежда практически прилипла к его телу, не говоря уже о прошлом. Теперь, в этом месте, он потерял свою небесную удачу, как он мог по-прежнему играть в домик? Глядя на лицо наследного принца в белом, все еще полное гнева, Юй Бэйчжоу вдруг рассмеялся: - Старший брат беспокоится обо мне? Это была улыбка без обычной насмешки, лени, безразличия, холодности и злобы, а сладкая улыбка, исходящая из сердца. В мгновение ока Цзун Ло вспомнил тот серый день полмесяца назад. Молодой человек в красном был залит кровью, его сердце было пронзено и разбито на куски. Перед тысячами солдат он крепко обнял его, его голос был болезненно удовлетворенным, он с трудом спросил: - Старший брат, ты боишься? Ты боишься, что я умру? Любая маленькая эмоция его старшего брата из-за него вызывала у Юй Бэйчжоу радость, как у ребенка. Цзун Ло хотел отрицать свою обеспокоенность, но когда слова дошли до его губ, все, что осталось, был холодный смех: - Я очень зол. Зол, что Юц Бэйчжоу не дал ему ответа, зол, что этот человек не заботился о своем собственном теле. Надо знать, что сердце, которое сейчас билось в груди Юй Бэйчжоу, было половиной его собственного. Такое пренебрежение к собственному телу могло вызвать только озноб у владельца сердца. К сожалению, Юй Бэйчжоу ничего не сказал. Он просто лениво сжал руку, переплетенную с его рукой, ловко сменил тему и с энтузиазмом спросил у своего старшего брата о награде. Беспрецедентно, награда, о которой он попросил после победы в этой битве, заключалась лишь в том, чтобы спать, обнимая его. Это несколько озадачило Цзун Ло, который уже был готов к чрезмерным требованиям и подготовил опровержение. Кроме того, Цзун Ло не ошибся в своих догадках. Травма, полученная Юй Бэйчжоу, не была «обычной легкой травмой», как он сказал. Посреди ночи Цзун Ло разбудил жар в спальном мешке. Он прикоснулся к голове, уткнувшейся в его плечо, и она была необычно горячей на ощупь. - Юй Бэйчжоу, Юй Бэйчжоу? Тот не ответил, его лицо было красным, и он обильно потел. Наследный принц в белом спешно встал, надел халат и выбежал, чтобы позвать военного врача. Сейчас была полночь, звезды мерцали, а насекомые в горах и полях стрекотали. Военного врача привели в главную палатку, и, увидев короля Бэйнина, лежащего в постели главного генерала, он был явно шокирован. Но сейчас не было времени объяснять все это. Кроме того, с их статусом им действительно не нужно было никому из присутствующих ничего объяснять. - Его Королевское Высочество получило тяжелые ранения, и у него есть старые раны на теле, из-за чего у него высокая температура. После некоторого осмотра военный врач сразу же засомневался. Он много лет служил в армии Тяньцзи и видел более опасные ранения, но никогда не видел, чтобы Его Королевское Высочество, которое всегда было в отличной физической форме, страдало от такой серьезной болезни. Вопрос о высокой температуре был не маловажен. Для такого рода заболеваний было мало специфических лекарств, не говоря уже о том, что Юй Бэйчжоу не просто имел высокую температуру. В один момент он обильно потел, а в следующий — съежился под одеялом, дрожа от холода. В один момент у него был озноб, а в следующий — высокая температура, что ставило военного врача в тупик. Он мог только сделать несколько уколов и прописать лекарство, которое было лучше, чем ничего. Перед уходом военный врач сказал: - Если это действительно не поможет, Ваше Высочество, попробуйте диагностику внутренней силы. Его жизни ничего не угрожало. Просто эта ночь будет особенно тяжелой. Услышав этот ответ, Цзун Ло, который долгое время находился в напряжении, наконец выдохнул с облегчением. Когда вокруг главной палатки вновь воцарилась тишина полуночи, принц в белом одеянии отпустил всех слуг, лично принес таз с водой, тщательно выжал квадратный кусок ткани и уже собирался накрыть им голову Юй Бэйчжоу, но почувствовал, как кто-то осторожно потянул его за уголок одежды. Молодой человек в красном одеянии в оцепенении спросил: - Старший брат, ты злишься? Цзун Ло холодно ответил: - Нет. Несмотря на то, что Юй Бэйчжоу уже бредил от лихорадки, он ясно понимал, что его старший брат говорит одно, а имеет в виду другое. Поэтому он несколько обиженно сказал: - Это действительно всего лишь обычные раны. Даже если он когда-то был сыном судьбы, Юй Бэйчжоу давно потерял счет, сколько раз он сталкивался со смертельной опасностью за две жизни. Как генерал, он, естественно, должен был не думать о жизни и смерти. Не говоря уже о нем, Цзун Ло был таким же. Если бы император Юань не умолял Великую Ведьму принять меры, он, вероятно, не пережил бы это испытание. - Я знаю. Возможно, это было потому, что человек перед ним был сейчас слишком слаб, и лоб, к которому он прикоснулся кончиками пальцев, был горячим; а может быть, потому, что он находился в тылу и мог только наблюдать за бесконечным потоком поступающих военных докладов, не имея возможности ничем помочь; эмоции, накопившиеся в сердце Цзун Ло за целый день, наконец, вырвались наружу. Он был обеспокоен, он был в панике, он был в тревоге. Увидев, что Юу Бэйчжоу довел себя до такого состояния, все это превратилось в неконтролируемую ярость. - Юй Бэйчжоу, ты знаешь или нет, что сердце в твоем теле — это то, которое я вырезал для тебя. Наследный принц в белом глубоко подавил свой гнев: - Мастер использовал для нас запретную технику. Я отдал тебе половину своей жизни, и у тебя есть только эта половина жизни. Отныне наша жизнь и смерть связаны, наша удача и несчастье переплетены. Запретная техника, которая возвращает людей к жизни, насколько легко ее использовать? Она не только требовала сокращения продолжительности жизни, но и половины сердца, и с тех пор Цзун Ло и Юй Бэйчжоу разделили общую судьбу. Если один из них умрет, другой не умрет, но получит серьезные травмы и не сможет нормально жить в течение следующих нескольких дней. - Если бы я знал, что ты так не ценишь свою жизнь, я бы не спас тебя в тот день. Чем больше Цзун Ло говорил, тем больше злился, и из глубины его сердца поднималось чувство обиды. Юй Бэйчжоу никогда не говорил, что использовал свою удачу, чтобы обменять их второй шанс. Ему не следовало говорить эти вещи. Но как только плотина эмоций была прорвана, он не мог больше сдерживаться. Возможно, именно из-за этой упрямости он настаивал, что то, что он сказал перед смертью, не считается, будь то любовь или «ненависть» Юй Бэйчжоу, он должен был сказать это прямо и серьезно, чтобы это считалось. Очевидно, Цзун Ло также знал, что даже если он не получит желаемого ответа, они не смогут расстаться и вернуться к двум параллельным линиям, которые никогда не пересекаются. Когда-то он и Юй Бэйчжоу были тесно переплетены судьбой, как мираж, который трудно разделить. Но если одна сторона была решительно настроена не заботиться о жизни и смерти другой, то все же можно было расстаться чисто. Но после того, как он умолял Мастера Долины Призраков выполнить технику, такой возможности не осталось. Это была настоящая связь жизни и смерти. Как ее можно было разорвать? Кружась по кругу, он просто исполнял желание Юй Бэйчжоу, навсегда оставаясь в долгу друг перед другом, навсегда запутавшись. Но этот человек был хорош, он не ценил свою жизнь и даже не хотел давать ответа. Спустя долгое время из постели раздался вздох. Внезапно стоящий в белом одеянии наследный принц был втянут в горячее объятие. Сильные руки крепко обхватили его, и в ухе раздалось горячее дыхание: - Старший брат. Юй Бэйчжоу был просто мертвой уткой с твердым ртом. (Прим: упрямый) Он предпочел бы позволить Цзун Ло неправильно понять его, чем объяснять больше для себя. Однако, после того как он действительно разозлил старшего брата, тот, кто в конце концов почувствовал боль в сердце, все же был он сам. Ему пришлось сдаться и признать поражение, отбросить свою гордость и честно раскрыть свои маленькие мысли. Голос, который всегда был своевольным и ярким, в этот момент звучал хрипло и беспомощно: - То, что ты сказал, младший брат, естественно, готов сделать. Наследный принц в белом, плотно укутанный в постельное белье, расширил глаза. - Если ты хочешь лечь в эту постель, то, если не хочешь возвращаться со мной в Имперский город, проясни ситуацию с императором Юанем и уладь все. Только разорвав те запутанные кармические связи между ними, они могли спать вместе, испытывая любовь и ненависть. Только тогда можно было говорить о будущем. Если только это не был весенний ветерок, оставляющий позади девяносто девять шагов, которые были сделаны, и возвращающий к исходной точке. В ту ночь Цзун Ло не дождался ответа. В тот момент Юй Бэйчжоу с улыбкой на лице сменил тему и наконец лег в постель, так что эта тема тоже была снята. Не только в этот раз, но и несколько раз позже. Цзун Ло с самого начала, с тех пор как они были в Долине Призраков, заставлял Юй Бэйчжоу дать ему ответ. Последний либо переводил разговор на другую тему, либо отвечал уклончиво, либо намеренно интерпретировал все в противоположном ключе. С небрежной улыбкой на лице он выглядел крайне бессердечным и никогда не отвечал прямо. Сначала Цзун Ло думал, что этот человек привык быть гордым, и для него было бы сложнее, чем достичь небес, отбросить ненависть двух своих жизней. Он никогда не рассматривал другой возможности и не смел даже думать о ней. С самого начала Юй Бэйчжоу принимал его слова как должное. Сон, который он видел, когда умирал, обычный сон, подтвержденный Небесным Путем. Для Юй Бэйчжоу это был не сон, а факт, который действительно произошел. Когда он увидел своего старшего брата в другом пространстве и времени, лежащего в луже крови, он ясно понял, что проиграл окончательно. Бессознательно, в самом начале, Юй Бэйчжоу сам не осознавал, что уже был готов отдать все за Цзун Ло. Жизнь была тяжелой, и быть вместе было тяжело. По сравнению с жизнью и смертью, то, что сказал Цзун Ло, не стоило упоминания. Что касается того, почему он не сказал этого. Юй Бэйчжоу мрачно ответил: - Я давно потерял свою удачу. Его голос был спокоен, но Цзун Ло услышал в нем некоторую грусть. Юй Бэйчжоу никогда не был так честен перед другим человеком до своей смерти. Для человека, который всегда был высокомерным, признать свою беспомощность было действительно труднее, чем убить его. - Хотя это всего лишь битва с заранее известным исходом, нельзя отрицать, что существует вероятность смерти. Молодой человек в красном намеренно повысил тон, его голос был веселым и дразнящим: - Если этот младший брат пообещает вернуться в Имперский город со старшим братом и все прояснить, но случайно погибнет на поле боя, разве старший брат не станет вдовцом в будущем? Юй Бэйчжоу не боялся смерти, он боялся только того, что больше никогда не увидит этого человека. Чтобы не огорчать старшего брата, он не знал, умрет ли он в этой битве, поэтому с самого начала просто не давал никаких обещаний. Самое страшное — дать надежду, но привести только к отчаянию. По крайней мере, если он действительно умрет таким образом, он сможет сказать несколько душераздирающих слов перед смертью. Например: «Старший брат, ты неправ, я действительно очень тебя ненавижу, я никогда не отпущу тебя» и так далее. Таким образом, после его смерти старший брат не должен был сожалеть о нем и скучать по нему, он просто должен был его ненавидеть. - Старший брат, смотри, я такой человек. Юй Бэйчжоу смеялся, произнося крайне жестокие слова, но он с трудом поднялся, поцеловал слезы на глазах наследного принца в белом и его движения были невероятно нежными. Он никогда не был очень добрым человеком. Даже его любовь к нему не была такой в обычном смысле, она родилась из ненависти и смешала любовь и ненависть. Если было невозможно быть вместе, он должен был также погасить искру Цзун Ло и был готов позволить своему старшему брату ненавидеть его и недопонимать его всю жизнь. Это жестоко до крайности. - Старший брат, ты сожалеешь об этом? Молодой человек в красном все еще смеялся: - Увы, но даже если старший брат сожалеет, это бесполезно. Этот младший брат такой извращенный и упрямый злодей. Поскольку молитвы о моей смерти на поле боя не сбылись, и я выжил, то, старший брат, не думай о побеге в будущем. Он не закончил говорить, как его потянул вниз Цзун Ло. К нему прикоснулись слегка холодные, дрожащие губы. Это был грубый и пылкий поцелуй. Теперь настала очередь Юй Бэйчжоу широко раскрыть глаза. После поцелуя Цзун Ло низко прохрипел: - Да, ты именно такой ублюдок. Но именно такой откровенный, самосознательный ублюдок заставил его захотеть сопровождать его до конца своих дней.