Не хотели бы выпить?

Так что следующий день прошел в напряженных переговорах, подтверждениях и решении военных вопросов. Хотя Юй Бэйчжоу ранним утром пробрался в его военную палатку с недобрыми намерениями, он все же был генералом. Ему нужно было проверить солдат и расставить их по строю перед завтрашней битвой. Он не мог просто сидеть в палатке и никуда не выходить. Имперский город страны Вэй был полон механизмов, и ожидалось, что завтра будет тяжелая битва. Как и в предыдущих сражениях на равнине, Цзун Ло все еще должен был сидеть в тылу и не должен был выходить на передовую. Конечно, страна Вэй сейчас была на грани своих сил, их армия полностью отступила в имперский город, как загнанные в ловушку звери, и было абсолютно невозможно провести какую-либо битву на равнине, как раньше. Не говоря уже о том, что наступит день, когда запасы продовольствия в городе иссякнут, а для активации Механического города также требовалась энергия, страна Вэй могла продержаться в этой ситуации не более трех дней. В эти три дня огонь будет самым яростным. После этих трех дней страна Вэй будет похожа на ягненка, которого ведут на убой. Итак, текущая задача состояла в том, чтобы пережить эти три дня, используя войска для ведения боя, не исключая использования обманных средств, чтобы запутать врага, и планируя несколько атак. Лучше всего было обмануть главного убийцу противника и стремиться свести потери к минимуму. Для внезапных атак кавалерия Сюань, естественно, была хорошим выбором. Для партизанской войны Цзун Ло определенно выполнил бы свой долг, не сдаваясь. К сожалению, он не мог отправиться на передовую, поэтому среди оставшихся генералов самым агрессивным и непредсказуемым, даже более сумасшедшим, чем Цзун Ло, был Юй Бэйчжоу. Таким образом, назначение Юй Бэйчжоу военным командующим не было импульсивным, но этот человек действительно очень подходил для ведения такой битвы. После некоторых обсуждений был также разработан план военных действий. Фактически, еще когда Цзун Ло и Юй Бэйчжоу спешили из Долины Призраков, эти генералы Великой Преисподней уже придумали несколько осуществимых планов, которые только ждали, когда наследный принц их рассмотрит и примет решение. Если быть разумным, то Цзун Ло сейчас был наследным принцем, и было невообразимо, что наследный принц прибыл на передовую. Даже если у него было много военных талантов, никто не осмеливался призывать его покинуть поле боя. Достаточно вспомнить, как в прошлый раз, после того как Цзун Ло отступил в средний лагерь, а затем молча вернулся в правый лагерь в одиночку против тысяч солдат, сердца всей армии замерзли. Если бы с ним что-то случилось, учитывая крайнюю любовь и важность, которую проявлял император Юань, возможно, все генералы на передовой линии лишились бы головы. Конечно, до сих пор никто не догадывался, почему всегда уравновешенный Его Высочество вдруг совершил такой неразумный поступок, отказавшись от своих принципов, которых он придерживался на протяжении многих лет. Но ничего страшного, ничего страшного. Даже если он исчез вместе с королем Бэйнина, но в конце концов, это касалось Долины Призраков, и, думая о личности двух братьев из Долины Призраков, это тоже было окутано тайной. Самое главное, что это не было чем-то, о чем они могли бы задавать вопросы. Так что на следующий день перед рассветом осаждающие войска начали готовиться. Прошлой ночью Юй Бэйчжоу, что было редкостью, не пробрался в главный лагерь, и, как говорили, честно прогулялся по месту событий с заместителем генерала. Когда Цзун Ло этим утром аккуратно оделся и вышел из главной палатки, он уже давно ждал снаружи. Это был все та же знакомая красно-белая меховая одежда. Юй Бэйчжоу всегда был таким высокомерным и безрассудным. Следует знать, что носить такую яркую одежду на поле боя было действительно все равно что нагло написать несколько больших иероглифов на своем лице. Однако он не только носил ее, но и носил ее, будучи неизвестным солдатом, а затем королем Бэйнина Великой Юань, и носил ее в вражеских странах. Как только они видели красную мантию, их выражение лица менялось, гунны пугались до того, что мочились, а тысячи солдат и лошадей избегали ее. Юй Бэйчжоу стоял там лениво, с безразличным выражением лица, как будто ему было все равно. Когда вышел Цзун Ло, его глаза наконец засияли, и он выпрямился, как ребенок, увидевший свое любимое сокровище. - Ваше Высочество. Хотя он отдал честь, как и все остальные, в голосе Юй Бэйчжоу слышалась необъяснимая двусмысленность, которая заставляла насторожиться. Цзун Лоу сделал паузу. - Сейчас мы на поле боя, ты должен называть меня командующим генералом. Юй Бэйчжоу улыбнулся и так и сделал. Он не знал почему, но Цзун Ло все время чувствовал странную снисходительность в словах и поступках этого парня. Что опять происходит?! Этот человек сделал слишком много вещей, противоречащих его словам, например, не в состоянии вставить, но в конце концов заставил его замолчать, и снова повторил это миллиард раз. Поэтому каждый раз, когда Юй Бэйчжоу делал это, Цзун Ло чувствовал, что у этого человека не может быть никаких хороших идей. После завершения рутинной процедуры другие генералы увели своих лошадей. Только Юй Бэйчжоу все еще стоял здесь. Последний совсем не интересовался взглядом Пэй Цяньсюэ, но намеренно наклонился и сказал: - Ваше Высочество, меч этого министра упал в вашей палатке. Действительно. Позавчера Юй Бэйчжоу пробрался в его палатку, и после того, как Цзун Ло отогнал его, он обнаружил, что этот человек не взял свой меч Тай'А и он упал рядом с его спальным мешком. Всемирно известный злобный меч просто лежал здесь тихо, свидетельствуя о полной расслабленности своего владельца. Их нельзя было считать рыцарями-меченосцами Великой Пустоши. Такие меченосцы обычно считают меч своей жизнью, даже спят с ним, стремясь к высшему мастерству владения мечом. С тех пор как они выбрали меч в качестве оружия, первым уроком, который дала им Долина Призраков, было то, что меч не должен покидать руку. Более того, Юй Бэйчжоу теперь наследует должность Мастера Долины Призраков. Думая о том, каково это — расслабиться, как только он вступил в должность, Цзун Ло почувствовал небольшую ненависть к железу за то, что оно не стало сталью. (Прим: чувство обиды на кого-то за то, что он не оправдал ожиданий, и нетерпение увидеть улучшение) - Пойдем. - В данных обстоятельствах Цзун Ло мог только отвести Ю Бэйчжоу в главную палатку, чтобы взять его. Кто бы мог подумать, что, как только он шагнул в палатку, сильная и горячая рука обхватила его за талию. Сразу после этого горячие губы и язык грубо лишили его дыхания. Ясно, что тот, кто изучал гравюры, исследовал, как угодить своему старшему брату в постели, заставляя старшего брата показывать больше, лучше выглядеть, быть более застенчивым, злым или потерянным. Однако эта техника поцелуев ничуть не улучшилась, она по-прежнему была такой же личной. Сумасшедшей, хищной, почти растапливающей людей. - На самом деле, еще когда я вернул пилюлю старшему брату, я хотел сделать это. После поцелуя Юй Бэйчжоу погладил губы наследного принца в белом, выдавив из них несколько капель крови. В тот момент он уже предвидел грядущую смерть. Поскольку он знал об этом заранее, он, естественно, хотел быть счастливым. Не просто поцелуем, а более глубоким и полным обладанием. Особенно после того, как он увидел близость между старшим братом и Пэй Цяньсюэ, эта мысль росла как сорняки, и ее было невозможно остановить. Юй Бэйчжоу не знал, почему, за пределами городских стен Бай, он промок под дождем на полночи, но так и не решился насильно овладеть этим человеком. Генерал, который собирался отправиться в поход, привел в порядок растрепанную одежду главного генерала, сидящего сзади, и неохотно облизнул его губы, как будто пробуя деликатес. - Я ухожу. Юй Бэйчжоу оседлал черного коня, спрятал игривую улыбку, его тело стало холодным и резким, и он вытащил меч Тай'А, чтобы направить его в небо. Когда красно-белая фигура постепенно превратилась в точку в поле зрения, Цзун Ло отреагировал. Он замер на месте и внезапно обернулся. Когда-то они были врагами, которым суждено было убить друг друга. Надеялись, что другой умрет в каком-нибудь несчастном случае на поле боя. Однако судьба была настолько абсурдна, что произошел поворот, которого никто не мог предвидеть, и в конце концов все закончилось таким образом. Так же, как он стоял перед военной палаткой и смотрел, как Юй Бэйчжоу уезжает, такое нежное событие произошло с ними, это было действительно невероятно, он не мог себе представить, что такое могло произойти в прошлом. Не говоря уже о том, чтобы беспокоиться о безопасности другого человека. Затем один за другим военные отчеты поступали на стол в главном лагере. Очевидно, что сражение на передовой было очень срочным. Вооружение императорского города страны Вэй было гораздо серьезнее, чем они думали ранее. Это означало, что противник не сможет долго выдерживать, и хотел бы быстро закончить сражение. В то же время это также беспокоило Цзун Ло. Главный лагерь находился на некотором расстоянии от линии фронта, и издалека слышались звуки сражения. Сверкающие копья и бронированные лошади, развевающиеся знамена, грохот военных барабанов. Рев, стук копыт лошадей, звук падающих на землю тяжелых предметов, оглушительный шум запуска Механического города — все это давало представление о напряженности сражения. - Доклад — первая рота тяжелой кавалерии почти полностью уничтожена! Пришел первый боевой отчет, и это была не хорошая новость. На городской стене страны Вэй были установлены тяжелые арбалеты. Эти стрелы, по оценкам, также подверглись магической трансформации и могли пробивать толстые щиты. Первая волна разведки, как считалось, принесла Великой Юань тяжелые потери. Цзун Ло задумался. - Этих стрел не должно быть слишком много. И действительно, все оказалось так, как он предполагал. Юй Бэйчжоу своевременно отреагировал, отзвав тяжелую кавалерию и призвав легкую кавалерию сформировать боевой порядок. Армия Тяньцзи и кавалерия Сюань уже участвовали в подобных сражениях и не испытывали никакого страха. Юй Бэйчжоу прожил девять лет в своей прошлой жизни, и его опыт только обогатился. К этому моменту сражение прошло уже половину пути. Полуденное солнце светило на землю, делая окружающий мир ярче. Большинство боевых отчетов по-прежнему отражали общую ситуацию. Однако было ясно, что, столкнувшись с государством Вэй, которое сокращалось в Механическом городе, число жертв в Великой Юань постоянно росло, достигнув самого высокого уровня в истории этой битвы. Выдержав несколько раз, Цзун Ло не спрашивал конкретно о положении того или иного генерала. Только когда он услышал, как разведчик упомянул, что король Бэйнина был ранен, он внезапно сжал руку под столом. Вдруг Цзун Ло вспомнил. Перед отъездом Юй Бэйчжоу сказал: «Я уезжаю», но не сказал: «Подожди, я вернусь». Никто лучше Цзун Ло не знал, что Юй Бэйчжоу больше не был сыном судьбы. Вся эта удача была израсходована, когда время было обращено вспять, чтобы воскресить его. В этой жизни никто больше не будет окружать Юй Бэйчжоу, и больше не будет спасительных символов в темноте. (Прим: относится к непонятным ситуациям, которые непредсказуемы и не поддаются контролю человека. Ну или те самые рояли в кустах.) Если бы не спасение Цзун Ло, Юй Бэйчжоу, лишившийся защиты судьбы, должен был бы погибнуть под ударом арбалета Шэньцзи. Даже если этот человек пережил все больше и больше опасных сражений. Но никогда не было момента, который так ясно дал бы Цзун Ло понять, что Юй Бэйчжоу больше не был всемогущим главным героем в его памяти, окруженным всеми, главным героем «Не хотели бы выпить?». Он просто обычный человек. Человек, который будет жить, стареть, болеть и умирать, испытывать радость, гнев, печаль и счастье, быть ярким, высокомерным и бунтарским, вонючим младшим братом. Он тоже умрет. Это осознание было как невидимая рука, собирающая внутренние органы Цзун Ло, даже до состояния транса. Даже если Юй Бэйчжоу, который однажды умер под арбалетом Шэньцзи, был спасен, это не было так запоминающимся, как в этот раз. Как может умереть главный герой книги? Они должны быть рождены, чтобы ярко сиять. Однако мысли были всего лишь мыслями. Цзун Ло был главным генералом, и текущая битва была настолько срочной, что ему не оставалось ничего другого, как отложить эти мысли в сторону и продолжить следить за военными отчетами с передовой. Несколько раз Пэй Цяньсюэ открывал палатку и входил, но не замечал этой необычной детали. Простые носилки поочередно уносили раненых всадников. Среди них был даже заместитель генерала армии Тяньцзи, у которого исчезла рука, залитая кровью. Наконец наступила ночь. Вдруг пришла хорошая новость. - Страна Вэй открыла городские ворота... Все были полны изумления, а затем и восторга. К битве против страны Вэй они готовились как к длительной осаде. В результате, это был только первый день, и был получен такой невероятный результат, как люди могли не быть в восторге? - Небеса благословляют наш Великую Юань! - Амбициозный владыка, объедини Центральные равнины! Один за другим раздавались крики радости, словно небольшой ручей, сливающийся в бурный поток, оглушающий слух. Среди них были также крики радости в адрес этой пары — армии Тяньцзи и кавалерии Сюань, или генералов, которые руководили этой битвой. Цзун Ло пошевелил окоченевшими пальцами, как будто наконец придя в себя, и быстро вышел из палатки. В ночном небе ослепительно сияли огромные звезды. Однако, когда все генералы вернулись, той знакомой фигуры не было видно. В море смеха, песен и танцев Цзун Ло повернулся и пошел к лагерю для раненых. Но как только он сделал несколько шагов, его глаза были закрыты сзади. Его обхватил плащ, пропитанный порохом и кровью, и весь вес человека повис на Цзун Ло. - Этот министр посвятил победу Вашему Высочеству. Ему донесся знакомый голос, с гордой улыбкой, понизив голос, он продолжил: - Разве Ваше Высочество не должно выполнить обещанное вознаграждение?