Не хотели бы выпить?

- Профессор, профессор? Ошеломлённый Цзун Ло внезапно пришёл в себя. Он поднял глаза и обнаружил, что стоит в лаборатории. Вокруг него стояли его студенты, держа в руках стопки толстых научных отчётов. - Всё в порядке, я просто отвлёкся. Цзун Ло немного собрался с мыслями, но почувствовал, как в его сердце зародилось недовольство. Лаборатория была окутана холодным светом, отбрасывающим бледное сияние. На темно-синем пластиковом полу стояло холодное, дорогое оборудование, а за стеклянной витриной были выставлены бутылки и баночки. Студенты вокруг него держали в руках пробирки и толстые исследовательские отчеты, на глазах у них были очки. Все было так же, как и в любой другой день, ничего не изменилось. Цзун Ло огляделся. У него всегда была хорошая память, он мог вспомнить вещи, произошедшие давным-давно. Однако, хотя он узнавал лица этих студентов, он не мог назвать их имена. Так же, как и на вопросы, которые они задавали, Цзун Ло мог легко ответить, но когда начинал писать на бумаге, это казалось ему крайне странным. - Профессор, вы плохо выспались прошлой ночью? Задав вопрос, студент посмотрел на него с беспокойством. В их глазах Цзун Ло был просто сокровищем. Дело было не только в уважении к преподавателю, но и в том, что он был слишком хорош. У него был хороший характер, с ним было легко ладить, и он был известен на всем факультете и во всей школе. Он никогда не урезал студентам стипендии и даже платил из своего кармана во время каникул. К тому же преподаватель был молод, и разница в возрасте с ними была небольшая, поэтому общаться с ним было не скучно. Иногда в свободное время они могли обсуждать самые актуальные темы. Увидев, что Цзун Ло выглядит немного уставшим, студенты очень забеспокоились и подходили к нему один за другим: - Профессор, если вы плохо себя чувствуете, вам лучше сначала пойти отдохнуть. Мы сами справимся с проектом. Так что Цзун Ло в оцепенении был вытолкнут за дверь лаборатории восторженными студентами. Когда он пришел в себя, он потеребил голову: - Сборище сопляков. Раз уж он вышел, Цзун Ло не собирался возвращаться. Раз студенты могли справиться сами, он должен был дать им возможность провести исследование самостоятельно. Даже если бы он остался в лаборатории, днем все равно были занятия. Цзун Ло достал телефон из сумки, посмотрел на время и неспешно прогулялся по кампусу. Кампус остался прежним: аллеи, усаженные деревьями, и прохладный осенний ветерок. Студенты, у которых не было занятий, бродили группами, держа в руках книги. Большинство из них узнавали Цзун Ло, а также были коллеги из его кафедры, которые кивали ему и приветствовали его, когда видели. Цзун Ло в ответ кивал каждому из них, чувствуя лишь, что эти лица ему знакомы, но он не мог вспомнить их имена. Даже просто прогулка по кампусу казалась чем-то из далекого-далекого прошлого, создавая у него ощущение, будто он оказался в другом мире. Он пошел в столовую для сотрудников, чтобы пообедать. Когда он брал еду в столовой, он увидел свое отражение в окне. Цзун Ло, очевидно, на мгновение остолбенел, и только после того, как тетя, раздававшая еду, несколько раз его окликнула, он пришел в себя. Он ушел со своим подносом, и, уходя, еще несколько раз с недоверием посмотрел на свое отражение в стекле. По какой-то причине, глядя на свое отражение в стекле, на мгновение ему действительно показалось, что у него должны быть седые волосы. Но как это возможно? Цзун Ло покачал головой, пробормотав про себя, что это слишком необычно. Побродив немного, он направился в библиотеку. Сегодняшнее занятие проходило в лекционном зале библиотеки. Преподаватель текущего занятия все еще увлеченно читал лекцию. Поскольку ему все равно нечем было заняться, он развернулся и зашел в библиотеку, чтобы неспешно почитать книгу. - Профессор Цзун, вы сегодня рано? Седовласый библиотекарь поприветствовал его и протянул книгу. - Это новейший сборник от кафедры истории. Его только сегодня доставили. Это актуальная тема в современных научных исследованиях. Хотите взглянуть? - Спасибо. - Цзун Ло взял книгу. На обложке книги было напечатано несколько слов. [Империя Юань] Рука Цзун Ло задрожала. В оцепенении перед его глазами промелькнули многие знакомые сцены. Однако все они исчезали одна за другой, словно мираж, и он не мог найти ни единого их следа. Он даже не знал, как вернулся на свое место в библиотеке. Он помнил только, что открыл книгу и стал жадно читать. В книге было записано, что Юань была первой страной, объединившей Центральные равнины. Она создала великую империю и даже вмешивалась в дела других континентов. На протяжении многих лет ученые проявляли большой интерес к Юань. Однако жаль, что эпоха была слишком древней, а сохранившихся материалов было недостаточно. Такая огромная страна, и даже археология не могла ничего предъявить. На протяжении многих лет ученые также предполагали, что «пустошь», упомянутая в фрагментах книг династии Юань, может оказаться не легендой их континента. Хотя археологических доказательств не было, на протяжении веков различные династии много писали об этой загадочной династии Юань. Например, император-основатель был тираном, первый император и Его Королевское Высочество, равные по статусу, были в очень особых отношениях: они были друзьями детства, делили трон, поддерживали друг друга, а после передачи престола в Новый год, когда наследный принц достиг совершеннолетия, они отреклись от престола и путешествовали по миру. Кстати, второй император построил для них храм, продемонстрировав глубокую привязанность. Чем больше Цзун Ло читал, тем больше черных морщин появлялось на его лбу. Что это все значит! Если Цзун Цзыяо осмелится так поступить, он обязательно подождет и посмотрит, кто такой Цзун Цзыяо? Как раз когда Цзун Ло был в замешательстве, внезапно прозвенел звонок. Поэтому он поспешно собрал свои книги, попрощался с библиотекарем и поспешил обратно в лекционный зал. Сегодня в лекционном зале было очень тихо. Цзун Ло подумал, что обычно во время перерывов между занятиями здесь тихо, поэтому оглядел толпу. Один взгляд — и он застыл на месте. На переднем ряду аудитории сидел юноша в древней одежде. На нем был ярко-красный древний наряд, лицо его было чрезмерно красивым, черные волосы были распущены, и он выглядел так, будто сошел с картины, а осанка его была чрезвычайно благородной. Но перед взглядами окружающих его лицо и манеры были высокомерными, безразличными, словно он не замечал их. По какой-то причине Цзун Ло чувствовал, что этот молодой человек ему знаком. Знаком настолько, что он мог бы назвать его имя в следующую секунду, как будто между ними были более близкие отношения, почти до влюбленности. Словно почувствовав его взгляд, молодой человек в красном слегка поднял глаза, и его взгляд внезапно просветлел. - Профессор здесь. Студенты, которые молча наблюдали за происходящим вокруг, разбежались, как птицы и звери. Цзун Ло прочистил горло, отвёл взгляд и положил план занятия на кафедру. В конце концов, это было время занятий, и, поскольку он был уверен, что знает этого слишком фамильярного молодого человека в красном, ему нужно было сосредоточиться на преподавании. Но в середине лекции Цзун Ло почувствовал, что взгляд собеседника прикован к нему. Он был горячим, обжигающим, липким и интимным, почти заставляя его ноги подкоситься, до такой степени, что он почувствовал, как его лицо покраснело. Неужели это любовь с первого взгляда?! Лекция закончилась. Цзун Ло быстро собрал вещи со стола и поспешил выйти из аудитории, словно там прятались какие-то дикие звери. Он не успел сделать и нескольких шагов, как его заблокировали на лестничной площадке. Студенты, входящие и выходящие, все смотрели на них с удивлением. - Профессор. Молодой человек в красном, чье лицо было настолько красиво, что казалось неземным, слегка улыбнулся, лениво преграждая ему путь, с выразительной улыбкой, а его голос был низким и двусмысленным, словно сдавленным губами и зубами. - Мы где-то раньше встречались? Хотя это и была старомодная фраза для знакомства, Цзун Ло замер. Потому что в душе он смутно соглашался с этой мыслью. **** Вскоре Цзун Ло остолбенел. - Что ты делаешь? Изначально он собирался покинуть учебное заведение и найти тихое место для разговора. В итоге, сам не понимая, как это произошло, он привел этого человека в свою квартиру. Всю дорогу тот напевал веселую песенку. Как только он вошел в подъезд, не успев даже переобуться, его обняли две горячие руки. В его голосе слышилась улыбка: - Младший брат долго об этом думал по дороге, полагаю, старший брат помнит, что это самый быстрый способ. Цзун Ло задрожал всем телом. Не от прикосновения, а от знакомости, которая, казалось, исходила из самой души. Позже все сложилось так, как и должно было быть. Поцелуи, ласки, переплетенные пальцы. Только когда его действительно прижали к себе, затуманенный мозг Цзун Ло наконец прояснился. Да, что он делает? - Не надо… ух-ах. Однако было уже поздно. Когда он снова оказался в ножнах, это было настоящее, подлинное удовлетворение. Молодой человек в красном хрипло вздохнул и обнимал его снова и снова. Хотя все это было во сне, ощущения были полны восхитительного вкуса. Тело оставалось таким же, как в реальности, каждое место, каждый уголок, который мог легко напрячься, был тщательно исследован Юй Бэйчжоу. - Профессор, теперь ты вспомнил? Он злорадно уткнулся подбородком в плечевую впадину, обнимая человека за плечи и слегка прижимаясь к нему, в ответ на что раздался приглушенный стон. Поскольку Цзун Ло не ответил, Юй Бэйчжоу приложил еще больше усилий, и в его голосе прозвучало сожаление. - Тогда, похоже, младший брат не достаточно старается. Цзун Ло чувствовал себя так, будто его жарили на огне. Все было так знакомо, что даже форма, которая получалась, каждый раз была одинаковой, не говоря уже о боли и ощущении бессилия, от которых кончики волос покалывали между вздохами и всплесками, словно хотелось утонуть в одной и той же температуре. Сейчас они стояли в коридоре, прижавшись спиной к стене. Не в силах стоять твердо, Юй Бэйчжоу прямо поднял его, сделав его полностью зависимым от себя. Эта поза только еще больше заворожила его, заставляя ту прямую и красивую руку лишь обнимать его, трясясь напрасно. Кап, кап. Кран в квартире забыли закрыть, и он намочил участок пола. Юй Бэйчжоу был слабо удовлетворен. Старший брат во сне был таким же ароматным и мягким, но он не знал, что происходит, он на самом деле забыл о нем. Несмотря на удовлетворение и сытость, это не мешало ему дразнить его. Молодой человек в красном сказал жалобным тоном: - Старший брат, ты помнишь? Если он все еще не помнил, то он был бы еще более безжалостен. Метания и переворачивания сразу же сбили с толку молодого профессора. В конце концов, он свернулся калачиком в его объятиях, с физиологическими слезами на глазах, и заснул в оцепенении. Сон все-таки был неплохим, не нужно было его «убирать». Можно было сохранить его до утра. Когда он проснулся, Юй Бэйчжоу с насмешкой оценил проплывающий мимо красивый пейзаж, а затем снова прижал его к себе. Сон казался немного длинным. Многие детали были ясны, когда он внимательно вспоминал, но это был просто необъяснимый сон. Цзун Ло принял существование Юй Бэйчжоу. Это было принятие, словно молчаливое согласие. Хотя он еще не вспомнил имя, он действительно начал странный роман. Через неделю студенты Цзун Ло обнаружили, что их профессор, который много лет был холостяком, похоже, жил с кем-то. Во время групповых обсуждений на экране часто лениво появлялась пара рук, не показывая лица, только руки, иногда держащие тарелку клубники, иногда что-то другое, просто пара рук, которые выглядели чрезвычайно красиво. Каждый раз Цзун Ло реагировал только после того, как Юй Бэйчжоу заканчивал кормить его, краснея и прося его держаться подальше, чтобы не мешать собранию. Дни пролетали неспешно около полумесяца. Однажды Цзун Ло вышел с Юй Бэйчжоу и вдруг поднял глаза в середине пути. На дороге, ведущей туда и обратно, стояла размытая фигура. Действительно, она была размыта, лица не было видно, виднелись только прическа и роскошная одежда, приглядевшись, можно было разглядеть золотые линии, очерчивающие узор в виде дракона, — это были танцующие когти, выглядевшие чрезвычайно роскошно. Поняв, что происходит, у Цзун Ло сжалось сердце, и слезы потекли по щекам. - Зачем плакать? Настоящий император не должен проливать слёзы. Император скрестил руки за спиной и наклонил голову. Даже не видя его выражения лица, Цзун Ло знал, что на его лице, несомненно, играет улыбка, а глаза полны гордости. Конечно, эта улыбка сменилась сжатыми зубами, как только он увидел Юй Бэйчжоу. Этот вонючий мальчишка явно знал, что это сон, но все равно играл с ним в любовные игры во сне. Очевидно, что стоило ему произнести имя, как он мог бы проснуться, но он намеренно тянул время. - Ладно, в следующий раз я сюда не приду. Император махнул рукой, и широкая мантия описала дугу в воздухе, оттолкнув его назад. - Возвращайся и трудись усердно, не думай уклоняться от политических дел с помощью таких уловок! Глядя на пустое лицо, сон постепенно начал распадаться, и император Юань развернулся и ушел. В следующий раз мы встретимся, скорее всего, на смертном одре. Для бессмертных это всего лишь щелчок пальцами. На небе он всегда будет внимательно наблюдать. **** Цзун Ло медленно проснулся. Его взгляд привлекли веер с резными узорами в спальне и благовольница, неспешно кружащаяся над головой; вокруг было тепло и тихо. Даже рука, лежавшая на его теле, была еще горячей. Человек позади него обнимал его, издавая несколько сопящих вздохов. - Поспи еще немного, старший брат. Поэтому он отмахнулся от своих мыслей и снова прилег. - У младшего брата был сон прошлой ночью. Рано утром голос Юй Бэйчжоу звучал немного обиженно. - Старший брат не вспомнил младшего брата во сне, младший брат очень грустит. Цзун Ло: «?» Цзун Ло: - Я спал очень хорошо прошлой ночью, мне не снилось ничего. Однако молодой человек в красном уже перевернулся, прижал его к себе и нежно укусил за мочку уха. - Младшему брату все равно, в любом случае старший брат должен утешить обиженного младшего брата. А как именно утешать — это уже дело каждого. К тому времени, когда он наконец успокоил Юй Бэйчжоу, который всегда мог найти повод для этого в любое время и в любом месте, Цзун Ло уже был слишком уставшим, чтобы у него остались силы. У императора не было выходных, но Цзун Ло упрямо сделал график «шесть к одному» (работать шесть дней, отдыхать один). К счастью, сегодня был именно тот день, иначе ему пришлось бы вставать рано на утренний суд, что бы ни случилось. Молодой человек в красном поцеловал кончики его пальцев, а затем крепко обнял его, и они вместе скатились на кровать. Сейчас был восьмой месяц первого года правления нового императора Великой Юань. В мире царил мир, и все народы приезжали приносить дань новому императору. Вначале, даже занимаясь государственными делами, Цзун Ло долго грустил, глядя на рукописи, оставленные императором Юанем, и ему приходилось сдерживать слезы. Со временем он смог взять на себя свою роль — роль монарха, обладающего как добротой, так и строгостью. Прямо как он и Юй Бэйчжоу: когда-то они питали друг к другу убийственные намерения, ненавидели друг друга до глубины души и были врагами, которые не остановились бы ни перед чем, пока не убьют друг друга. Но теперь они были глубоко влюблены, доверяли друг другу спину, беззаботно наслаждались жизнью, не нуждаясь в лишних словах. Людям всегда приходится взрослеть. К счастью, рядом с ними были те, кто сопровождал их. У них еще осталось много времени, чтобы провести его вместе. Так будет до конца их дней.