Проигрыш безымянных

~ Дэвид Ваймак ~

      Следующие несколько минут проходят в немом напряжении менторов Двенадцатого, Восьмого и Пятого дистриктов. Рене и Мэри оказываются в относительной безопасности, так же как и Эндрю с Кевином. Чего не скажешь о трибутах Дэн, которые крепко спят, вымотанные тяжелым днем на арене, не подозревая о мчащейся к ним Коллин.       — Я могу отправить им что-то? Может звук присланного подарка их разбудит, — спрашивает Дэн, крепко сжимая руку Ваймака. Они уже видели, как одно из таких существ убило Лайлу. А она и Кевин были готовы к нападению, в отличие от Мэтта и Зои. И если Коллин застанет их врасплох, то ни у одного из них не будет и шанса.       — Они не отправят твой подарок прямо сейчас, — с сожалением в голосе произносит Ваймак. — Мне жаль.       — Может хотя бы попробовать? — предлагает Эбби, но и в ее голосе не слышно уверенности. Ваймак уже сталкивался с таким не один раз за годы своего менторства: если твой подарок мог хоть как-то предупредить или подсказать трибуту об опасности, его попросту могли отправить позже, когда он уже будет бесполезен. Или получателя уже попросту не будет в живых.       Но Дэн решается рискнуть и подрывается со своего места, чтобы отправить бутыль воды своим подопечным. Ваймак мельком бросает взгляд на планшет девушки. Спонсоры не одаривают ее трибутов щедрыми пожертвованиями, но она все равно умудрилась отправить им еду и небольшой ножик. Цифры меняются прямо на глазах у Ваймака. Во второй день цены на подарки значительно возросли и даже вода стала стоить в несколько раз дороже.       Когда Дэн возвращается на свое место, Коллин остается какие-то несколько сотен метров до укрытия трибутов Пятого. Подарок, который мог бы разбудить Мэтта и Зои, так и не появляется. Две минуты спустя Коллин останавливается буквально в пяти метрах от них. Ваймак перестает слышать тяжелое дыхание сбоку от себя и поворачивает голову в сторону Дэн. Она сидит бледная, напряженная, стараясь не издавать ни звука, как будто боясь, что ее собственное дыхание может выдать местоположение ее подопечных.       Едва слышный хруст ветки заставляет Коллин резко повернуть голову, а троих менторов еще ниже склониться над экранами. На капитолийское отродье мчится девушка из Девятого. В ее широко распахнутых глазах плещется безумие вперемешку со страхом. Понимая, что ее заметили, она срывается на дикий крик, будто надеясь, что это поможет ей не останавливаться.       Коллин одним мощным ударом сбивает девушку с ног, отбрасывая ее к ближайшему дереву. Она вскрикивает, но вместо звука из ее рта льется поток крови, но она все еще продолжает держать острый камень в своей руке. И, когда мгновение спустя Коллин оказывается рядом, из последних сил бьет ее острым краем камня по затылку. Тело существа падает прямо на нее, еще больше придавливая к дереву.       — О боже, — шепчет Дэн, прижимая ладонь ко рту.       Из живота девушки торчит тупой сук, на который ее толкнула Коллин. Но она все еще жива… И она…       — Она улыбается, — Дэн поднимает недоуменный взгляд на Ваймака и Эбби.       — Она под кайфом, — объясняет Ваймак, показывая кадры вчерашней ночи, где девушка из Девятого случайно находит грибы, которые вызывают сильные галлюцинации. Но видимо темнота ночи и чувство голода победили осторожность, вынудив ее их съесть.       Дэн возвращает взгляд к экрану, неосознанно глядя на девушку, возле которой оказался Мэтт. Его лицо выглядит таким же шокированным, как и у Дэн несколько секунд назад.       — Получается, я тебе жизнь спасла, — сквозь стекающую с губ кровь сложно разобрать слова, но кажется Мэтт ее понял. Он уже оттащил тело Коллин с девушки, а теперь рассматривает ее рану.       — Да. Спасибо тебе, — напряженно произносит Мэтт, подняв взгляд на лицо девушки.       — Мда, выглядит скверно. Мне на секунду показалось, что это — мой брат. А он мертв, между прочим. И она вроде тоже. И я, наверное, — с каждой секундой ее голос становится все тише и тише, в итоге превращаясь в тихое шипение. Мэтт замирает над ней, не понимая, как он может помочь. Дэн замечает рыжую макушку Зои, выглядывающей из их укрытия, и ей до безумия хочется закрыть ей глаза своими ладонями, чтобы той не пришлось смотреть на все происходящее.       — Добей, а? Больно очень, — внезапно просит девушка и только сейчас ее голос звучит достаточно осознанно.       — Хорошо, — шепчет ей в ответ Мэтт и, достав нож из кармана, приставляет его к шее девушки. — Мне жаль.       Девушка ничего не отвечает, только закрывает глаза и опять улыбается, пока из ее рта струится кровь. Мэтт стискивает челюсти и сильнее сжимает ручку ножа. Дэн отворачивается от экрана и утыкается лбом в плечо Ваймака, пока не раздается выстрел пушки. А после него противный писк приземляющегося подарка.

~ Нил Джостен ~

      Разделяться было до безумия страшно: Нил прекрасно помнит, чем закончился прошлый раз. Но существо — из всех слов он выбирает именно это, чтобы обозначить несущееся за ним нечто, — выбрало своей целью именно Нила, а значит у него есть шанс обезопасить Джереми и Эндрю. И он надеется, что найдет их раньше, чем у второго не останется поводов сохранять жизнь Джереми. Но пока Нилу необходимо выжить и он мчится со всех ног. Существо практически не отстает и они вместе несутся, шумя на весь окружающий лес.       Нил бежит не разбирая дороги, цепляясь ногами за корни и едва ли не падая. Он понимает, что скоро он выдохнется, а не устающее существо нагонит его. Мысль залезть на дерево кажется привлекательной, но Нил понимает, что отродье вполне может оказаться способным забираться на деревья, и тогда он окажется в ловушке. Черт, идея разделиться определенно была не просто плохой, а отвратительной. Втроем они бы скорее всего могли что-то придумать, но в ту секунду Нилу казалось, что это единственное верное решение. Он разглядел злость и раздражение в лице Эндрю, но все равно отпустил руку Джереми, доверясь сделке, которую они заключили несколько дней назад. Конечно, в нее не входила защита союзников друг друга, но Нилу искренне хотелось верить, что Эндрю не бросит Джереми.       Существо внезапно делает рывок вперед, сбивая Нила с ног, и он кувырком катится по склону, отбивая ребра и конечности. Путь заканчивается сильным ударом плеч об дерево. Мир должен был перестать вращаться, но этого не происходит. В глазах Нила все двоится, а к горлу подкатывает кислая масса, в которую превратился недавно съеденный завтрак. Существо возвышается прямо над Нилом и он понимает, что это конец. Он инстинктивно уворачивается от первого удара, чудом поднимается на ноги, и шатаясь пытается оказаться как можно дальше отсюда. Но существо не медлит и мощный удар в живот откидывает Нила на несколько метров. Он пытается подняться, но руки и ноги его не слушаются. Тогда Нил начинает ползти, но существо хватает его за ногу, подтягивая к себе ближе. Оно возвышается над Нилом, загораживая серое небо. Перед глазами двоится силуэт существа и его руки тянутся к шее Нила, пытающегося сопротивляться. Но он не в силах совладать с собственным телом: слишком сильно его покалечило после падения.       Он чувствует ледяные пальцы на своей шее, сжимающие ее все сильнее и сильнее, перекрывающие воздух. Оказывается, умирать это страшно и больно. По крайней мере вот так. Когда изо всех сил пытаешься вдохнуть, но воздух так и не поступает в легкие, а тело паникует, начинает непроизвольно дергаться, пытаясь исправить отсутствие новой порции кислорода, но все бессмысленно. Ему нельзя умереть сейчас, он обещал Жану защищать Джереми. Если… Если он умрет, Эндрю может посчитать сделку с ним больше не действительной, а тогда… Нил предпринимает новую попытку вырваться, за что ему прилетает очередной удар, теперь уже по лицу. Голова дергается, но на секунду хватка на шее становится слабее и он может сделать такой необходимый вдох, которого хватает на еще один рывок. Бессмысленный рывок, не приносящий ничего, кроме новой волны пронизывающей боли. Нил жмурится, не в силах больше терпеть, и шепчет едва слышное:       — Прости… Жан…       Эти два слова забирают последний кислород. Последнее, что доносится до его слуха, — оглушающий выстрел пушки.

~ Мэри Веснински ~

      — Нет, — Мэри судорожно пытается вдохнуть, но кажется воздух ей перекрыли вместе с последним выдохом сына, а когда кислород все же проникает в ее легкие, он обжигает. Шепот сменяется криком, она собирает на себе десятки сочувствующих взглядов, но она знает, что на самом деле им всем плевать.       Не зная, куда деть себя от нахлынувших чувств, она поднимается со своей койки, и быстро идет к выходу из комнаты. Едва ее нога переступает порог, как она врезается в широкую грудь брата. Их взгляды пересекаются, а спустя секунду мощная пощечина заставляет голову Стюарта дернуться в сторону. Мэри хочет бить еще и еще, но ее руки перехватывают и удерживают.       — Успокойся, — только и успевает произнести, прежде чем сильный удар коленом заставляет его согнуться пополам. Но Мэри он все еще не отпускает, а когда боль немного отступает прижимает вырывающуюся сестру к себе.       — Ты обещал мне, что мы вытащим его. Обещал, блять! — Мэри гневно шипит, пряча свою боль за всепоглощающей злостью. Она чувствует, как руки брата гладят ее по спине, крепче прижимая к себе, и ей становится до дрожи противно от этих касаний.       — Это не Нил. Не по нему стреляла пушка, — спокойно произносит Стюарт и Мэри поднимает на него все еще полные ярости глаза. Смысл слов медленно доходит до нее, но мозг не может поверить. Она отталкивает от себя брата, который больше не пытается ее удержать и оборачивается назад на камеры.       Капитолийский монстр неподвижно лежит на земле, а из его шеи торчит копье. Нил стоит на коленях согнувшись пополам, одной рукой упираясь в дерево, вторая же прижата к животу. Его рвет недавно съеденным мясом и ягодами, но он жив. Не может подняться, но жив. Сердце Мэри сбивается с ритма и она обессиленно опускается прямо на пол, не отрывая взгляда от экрана. Рядом с Нилом сидит Тея, придерживая его за плечи, помогая ему не упасть.       — Мы уже знаем, где находится арена. Осталось только выяснить время охоты и все. Мы вытащим их, Мэри, — произносит Стюарт, садясь рядом с сестрой и кладя руку ей на плечо. Но она не отвечает и не сводит глаз с экрана, глядя на сына, которому вновь чудом удалось избежать смерти.

~ Нил Джостен ~

      Тея успевает, наверное, в самую последнюю секунду. Нил чувствует, как монстр заваливается на него, а потом неизвестная сила сталкивает существо на землю. В расплывающихся чертах нависшего над ним лица он узнает Тею и его губы растягиваются в безумной улыбке.       — Не знал, что ангелы орудуют копьями, — сдавленно произносит Нил, пытаясь подняться, но его тут же скручивает приступом тошноты и завтрак стремительно покидает его тело.       — Это не из-за тебя, — сквозь очередной спазм бормочет Нил, с трудом складывая звуки в слова.       — Делай свои дела молча, — устало произносит Тея и похлопывает его по спине.       Несколько минут спустя Нилу становится легче и он обессиленно отползает от дерева и ложится на землю рядом с девушкой. Только сейчас он понимает, что вся его одежда и рюкзак насквозь промокли от падения в реку, и он нервно проводит руками вдоль плеч, чтобы согреться. У него уйма вопросов: за время подготовки к арене они не обмолвились ни словом, а Нил считает себя причастным к тому, что Тея оказалась на Играх. Но спрашивать об этом здесь не кажется безопасным: повсюду камеры, с которых за ними наблюдают.       — Почему ты помогла мне? — вместо этого произносит Нил, не желая оставаться в тишине.       — Эндрю рассказал о вашей сделке. Ты знаешь, где он? Лайла? Кевин? — безразлично отвечает Тея, пожимая плечами.       Вот как. Эндрю рассказал им. А Нил не удосужился поделиться ни с Джереми, ни с Жаном. А надо бы… Хотя Жан теперь тоже в курсе, а Джереми и так бы не стал нападать…       — Я был с Эндрю и Джереми у реки, когда это, — Нил кивком указал на поверженное существо, — напало на нас. Точнее на меня. Я решил увести его от них подальше, потому что оно целилось только в меня. Ну и…       — Втроем могли бы его завалить, — бросает Тея.       — Как ты узнала куда бить? Я пытался хоть как-то его остановить, но у меня не вышло. Ему даже вода не страшна.       — Видела, как одна из этих тварей напала на профи. Эти роботы не сильно умные, атакуют того, кто ближе или того, кто нападает на них, — поясняет Тея и возвращается к начальной теме: — Куда пошел Эндрю?       — Вдоль реки на юго-запад. Там должны быть дома. Ну или то, что от них осталось, — произносит Нил и ловит на себе обеспокоенный взгляд Теи. — Я немного знаю, где и что находилось в Тринадцатом, а арена, кажется, его реконструкция.       — Повезло, — чуть расслабляется девушка. — Можешь идти?       Нил пробует подняться с земли. Голова все еще кружится, а все тело ноет от ударов и холода, но чем больше они просидят тут, тем меньше вероятность нагнать Эндрю и Джереми. Нил растягивает губы в улыбке и произносит:       — Я в порядке. Пошли.       Тея качает головой, но не спорит. Подойдя к лежащему телу существа, она резко вырывает копье из его затылка, и опираясь на него как на посох направляется в ту сторону, откуда убегал Нил. Тот же тяжело вздохнув плетется за ней, стараясь не отставать и не кривить лицо от боли.

~ Жан Моро ~

      Элисон вцепилась в предплечье Жана еще несколько минут назад, в ту самую секунду, когда Нил что-то шептал, обессилев от схватки с капитолийским отродьем. И пускай сейчас он жив и с его слов “в порядке”, Элисон все равно дрожит и не выпускает руку Жана из своей хватки.       — Элисон… — он очень старается звучать успокаивающе, но девушка все равно вздрагивает от его голоса и резко поднимает на него взгляд, — Хей, все хорошо, слышишь?       Вместо ответа Элисон отпускает его руку и выбегает из пункта наблюдения, сопровождаемая тяжелыми взглядами менторов и спонсоров. Жан делает медленный вдох и возвращает свое внимание к экрану. Факт того, что Нил оставил Джереми один на один с монстром из Двенадцатого, ему совершенно не нравится, но Жан понимает, что тот действовал чуть ли не инстинктивно. А еще он помнит, что Эндрю угрожал убить Джереми буквально около часа назад.       — Жан… — вкрадчивый голос раздается прямо над ухом и он замирает, обездвиженный этой интонацией, которая не предвещает абсолютно ничего хорошего. Голос Рико невозможно забыть, особенно, когда слышишь его ежедневно на протяжении многих лет. Особенно, если именно этот голос, звучащий в ту секунду слащаво и приторно вынес ему приговор.       “А, может, ты сам хочешь оказаться на арене? Но от моего щедрого предложения присоединиться к охоте на трех финалистов ты отказался… Похоже, что роль участника привлекает тебя куда больше. Что ж… Я смогу тебе это устроить”.       Жан долго не мог поверить, что Рико действительно может убедить правящую семью подстроить его участие в Играх, но те посчитали это достаточным наказанием для него. Кто же мог подумать, что Жан сможет победить?       — В Одиннадцатом растерял все свои манеры, Моро? Надо будет отправить туда парочку делегаций миротворцев, чтобы м… следили за порядком, — слова Рико возвращают Жана из воспоминаний, заставляя вздрогнуть и повернуть голову вбок, ловя на себе колкий взгляд карих глаз.       — Что ты хочешь, Рико? — хрипло спрашивает Жан.       — Всего лишь пообщаться со своим старым другом, — Рико улыбается, но это больше похоже на зловещую ухмылку       — О чем говорить ментору с кем-то из правящей семьи? — Жан сам не ожидает от себя такой резкости, но слова уже вылетели из его рта и достигли слуха Рико. Его лицо выражает полное недоумение и даже растерянность от такой наглости. И хоть Рико быстро берет себя в руки, эти несколько мгновений дарят Жану огромное удовлетворение и он еле сдерживает довольную улыбку.       — У кого-то прорезались зубки, да, Жан? — Рико понижает голос так, чтобы только он мог услышать его следующие слова: — Когда начнется охота, твой дружок будет первым, кого я убью.       И он отстраняется от Жана, до которого слова доходят слишком медленно, отчаянно пробиваясь через стену отрицания. Когда смысл сказанного пронзает его мысли, а руки холодеют от ужаса, он бросает взгляд за плечо, но Рико там уже нет. Только его слова остаются витать в воздухе, разливая липкий страх по телу Жана.

~ Дэвид Ваймак ~

       Ваймак уже видел Кевина в таком состоянии. Когда миротворцы убили Кейли, он не подпускал к себе никого, даже самого Ваймака, хотя на тот момент они уже успели достаточно сблизиться. В один из таких дней Кевин нашел припрятанную на черный день бутылку, купленную когда-то в Шлаке. Ваймак обнаружил Кевина, подпирающего спиной шкаф в гостиной их дома, смотрящего пустым взглядом в стену. Скорее услышав, чем увидев появление отца, Кевин едва слышно прошептал:       — Я не понимаю… Как жить дальше.       Ваймак, стараясь избегать резких движений, медленно опустился рядом с сыном. Ему очень хотелось прижать его к себе, похлопать по спине и сказать, что все будет хорошо. Но для этого надо поверить в это “хорошо” хотя бы самому, а он, увы, прекрасно понимал, что им предстоит пережить еще слишком многое.       — Будет тяжело, даже невыносимо. Я не смогу заменить тебе её, но очень постараюсь. Я обещаю.       И тогда Кевин уткнулся лицом в плечо Ваймака и разрыдался, впервые с момента смерти матери. Сдерживаемая скорбь вырвалась наружу, но не разрушительным ураганом, как это было у самого Ваймака, разгромившего комнату Кейли и ее часть сада. Чувства Кевина хлынули пронзительным потоком слез, протяжным воем, отдающим звоном в ушах. Он рыдал без остановки, пока не закончились силы, и в конце концов заснул прямо в объятиях Ваймака.       Сейчас же, глядя на экран, Дэвид видит, как тяжело его сыну. Его лицо не выражает ни единой эмоции. Каким-то чудом он не разминулся с Эндрю и Джереми и теперь они втроем сидят около первого дома, но никто из них не произносит ни слова.       Ваймак вращает в руках коробку, которую вручил ему Роланд, и поднимается со своего места, чтобы отправить ее Кевину. Он успел поделиться полученной информацией об охоте с Дэн и Эбби, не вдаваясь в подробности, на что обе отреагировали довольно спокойно. Возможно, нахождение в зале полном камер, других менторов и спонсоров, заставило их припрятать свои истинные эмоции, а может они о чем-то таком и догадывались.       Ваймак замирает над клавиатурой, не зная, какое послание оставить для сына. Кажется, любые его слова не будут сейчас чем-то отрезвляющим или помогающим. И тогда пальцы сами набирают самое банальное, но отчего-то Ваймаку важно сказать именно это.       “Я рядом”.       Уже через несколько минут Кевин держит в руках отправленную посылку, без интереса рассматривая очки, которые пару мгновений спустя передает Эндрю, гораздо более заинтересованному подарком. А в руках Кевина оказывается записка от ментора, которую он держит куда дольше, и по едва заметному шевелению рта сына, Ваймак понимает, что тот перечитывает его слова по кругу. Он не может отвести взгляд от экрана, чувствует ободряющее касание Эбби к его руке.       — Надо поговорить, — хриплый голос Жана, полный невысказанных переживаний отрывает Ваймака от экрана, когда взволнованный ментор Одиннадцатого добавляет уже тверже: — Наедине.

~ Рене Уокер ~

      Рене больше не произносит ни слова после встречи с Кевином. На этот раз она возглавляет их небольшой отряд, ведя их куда-то. Серые бетонные здания выглядят более менее целыми, деревянные же — разрушены до основания, превратившиеся в груду досок и стекла. Рене не может не думать о том, что увидела в доме, где нашла Кевина. То существо, которое в Капитолии создали из тела Хоуп, выглядело жутко. Оно казалось слишком похожим на нее и это испугало Рене. Девушки из Шестого хотели отказаться от убийств, хотели просто спокойно умереть, не чувствуя боли, не устраивая шоу и не принося страдания другим, но даже после смерти их лишили этой возможности, создав из них монстров.       Сет оказывается рядом, но Рене замечает его присутствие лишь когда его рука обхватывает ее предплечье, заставляя притормозить.       — Куда ты нас ведешь? — спрашивает Сет, звуча при этом слегка раздраженно.       — Я не знаю, — зло бросает Рене, вырывая свою руку.       — Тогда надо остановиться и разбить новый лагерь. Не имеет смысл тратить силы на ходьбу в никуда.       Конечно, Сет прав. Он справляется гораздо лучше, чем сама Рене, и это вызывает у нее скребущее чувство злости, смешанной с беспомощностью. Она думает о том, что если потеряет кого-то из своего отряда, а после распорядители создадут из его тела монстра, она просто не сможет сражаться против него, даже понимая, что это уже не человек. Он проглатывает рвущийся из ее груди всхлип и кивает Сету.       — Дом занимать опасно. Слишком плохой обзор, а если его окружат — у нас не будет шансов сбежать, — Сет размышляет вслух, как будто ожидая идей от Рене, пока младшие трибуты плетутся за ними, громко общаясь.       — Ты прав, — произносит Рене, выныривая из своих мыслей. — Может вернемся к озеру? По идее мы обогнули его и отсюда недалеко противоположный берег.       — А те лебеди-убийцы тебя не смутили? — недовольно замечает Сет.       Черт, еще и лебеди.       — Забыла про них.       — Так, я понял, — говорит Сет Рене, а после объявляет уже для всех: — Временный лагерь в ближайшем доме, к вечеру что-нибудь придумаем.       И ей не остается ничего, кроме как согласиться с его предложением.