Ревность

Когда F4 наконец разошлись — кто-то в клуб, кто-то по своим делам — в гостиной особняка воцарилась тишина. Макино сидела на диване, задумчиво глядя в окно. Цукаса ходил туда-сюда по комнате, сжимая кулаки так, будто всё ещё хотел драться. — Они издеваются надо мной, — пробормотал он сквозь зубы. — Думают, что я не серьёзный… что я только и умею, что орать и махать кулаками… — А разве это не так? — спокойно, но твёрдо сказала Макино, и он резко обернулся к ней. — Макино! — он шагнул вперёд, но она подняла ладонь, останавливая его. — Послушай меня. — В её голосе не было ни страха, ни гнева — только твёрдость. — Ты не можешь каждый раз взрываться, когда видишь меня рядом с Рюи. Или с кем-то ещё. Ты же понимаешь, что это не нормально? Он нахмурился, отводя взгляд. — Я знаю… но когда он рядом, я чувствую, что он… лучше меня. Что он может забрать тебя. — Это твоя проблема, Цукаса, — её голос дрогнул, но она заставила себя продолжить. — Ты всё время сравниваешь себя с другими. Но я же выбрала тебя, понимаешь? Тебя. Не Рюи, не кого-то ещё. Эти слова словно ударили его сильнее, чем любой кулак. Он медленно подошёл и сел рядом, сгорбившись, будто ребёнок, которого отчитали. — А если ты однажды поймёшь, что ошиблась? — выдохнул он едва слышно. — Что я… не тот, кто тебе нужен? Макино резко повернулась к нему и схватила за руку. — Тогда я уже давно ушла бы. Но я здесь. Я остаюсь. Потому что ты… именно тот. Он поднял глаза — в них плескалась такая уязвимость, что у неё перехватило дыхание. На секунду Макино показалось, что перед ней не богатый наследник, не лидер F4, а просто мальчишка, отчаянно боящийся потерять единственное, что имеет значение. Она медленно положила его ладонь себе на сердце. — Чувствуешь? Оно бьётся ради тебя. Только ради тебя. Так что, пожалуйста… доверься мне. И себе тоже. Он сидел молча, сжимая её руку так крепко, будто боялся, что она растворится. Потом наклонился и уткнулся лбом в её плечо. — Я… постараюсь. Правда, постараюсь, Макино. Ради тебя. Она улыбнулась сквозь слёзы, обняла его и прошептала: — Вот и начни с этого. За окном тихо шумел ветер, и в этот момент Макино впервые за долгое время почувствовала спокойствие: может быть, их отношения ещё далеки от идеала, но именно эта честность и умение прощать делали их сильнее.