кинктобер'2025: желанный грех

Когда Артем предложил слегка поэкспериментировать в постели, Саша сначала подумал, что тот притащит игрушки. Или ошейник. Или наручники. Или ещё что-то такое же страшное. И, естественно, Саша не ожидал, что едва он зайдет в спальню, как его обнимут со спины, а на глазах внезапно потемнеет — мягкая, плотная и черная ткань аккуратно прилегает к лицу, не раздражая, но и не давая ничего увидеть. — Тем? — Я тут, — отзывается ласково Артем, целуя Сашу в скулу, а потом в шею, — тебе не о чем беспокоиться. — Мх? — моментально плывет Саша, крутя головой с непривычки. — Я все сделаю сам, — убеждает Артем, переворачивая Сашу к себе лицом и прижимая его к стене. — Доверься мне. — Хорошо, — сглатывает тот, моргая, что никак, конечно же, не помогает. Артем же улыбается, пусть Саша этого и не видит, крепче прижимает его к стене и целует. Сначала медленно, будто боясь спугнуть, но почти сразу срываясь на более грубое отношение — кусается, толкаясь языком вглубь, а руками уже стекается по телу, щекоча особенно чувствительную сейчас кожу. Ограничение зрения обостряет остальные чувства, и Артем знает, что сейчас Саша хорошо слышит каждое движение, звуки мокрых поцелуев на шее, скольжение одежды, а кожа ощущается в разы чувствительнее — оттого он сладко стонет с первых же касаний, растекаясь в руки как зефир на солнце. — Ты прекрасно выглядишь, — говорит Артем, отрываясь на секунду, чтобы полюбоваться потерянным, но уже разгоряченным парнем. — Мне нравится, что ты не видишь. — Я… Те-ем, — слегка потерянным, но хриплым от возбуждения голосом отзывается Саша. — Непривычно… Но хорошо. — Знаю, — ухмыляется Артем, опускаясь на колени перед ним. — Раздвинь ноги. Артем ласково гладит по нежной, чувствительной коже бедра на внутренней стороне, вызывая табун мурашек, целует туда же и лишь после накрывает горячим, влажным ртом уже крепко стоящий член. Саша давится вздохом, и Артем сам прикрывает глаза, наслаждаясь этим протяжным, ласкающим слух звуком. — Не стесняйся, будь громче, — просит он, отрываясь и обхватывая ствол длинными пальцами. Саша мельтешит руками, пытаясь опереться на стену, и Артем подставляет макушку под его ладонь, позволяя сжать и заземлиться, а сам вновь берет член в рот, пропуская уже глубже и в этот раз не закрывая глаза — ему хочется видеть выражение лица Саши, и он сполна это получает. Саша краснеет и стонет, покусывая свои губы, пока Артем влажно скользит языком по стволу, оглаживая крупные вены, а стоит ему пропустить головку в горло, как рука в волосах с силой сжимается, заставляя Артема сжать горло до хриплого полувскрика-полустона сверху. Артем мычит, нарочно сжимая глотку вновь, и Саша отзывчиво стонет для него, толкаясь вперёд. Артем жмёт его к стене обратно, удерживая вертикально, потому что бедро под его пальцами ощутимо подрагивает. Он довольно ухмыляется и лишь активнее двигает головой, слишком быстро доводя Сашу до края. Впрочем, едва он слышит участившиеся стоны, как тут же пережимает кольцом из пальцев основание члена, не позволяя ему кончить, и встаёт с колен. Саша разочарованно толкается в его кулак и стонет, прогибаясь в спине, но Артем лишь ласково шикает в ответ и прижимается губами к его шее, оставляя алый, влажный след-метку. Он кусает ещё, пока рукой ведёт по напряжённому члену, зная, чувствуя, видя, насколько Саша близок. — Пожалуйста, Артем, — не выдерживает медленного темпа Саша, приоткрывая губы шире в мольбе. — Пожалуйста-а. — Ш-ш, — увещевает Артем, — ещё немного, потерпи для меня. Саша кивает, покусывая уже опухшую от зубов нижнюю губу, и Артем его целует, кусая уже сам, и парень податливо ему открывается, касаясь языком в ответ. Артем жмёт дрожащее тело к стене своим, трётся весь одетый, но не менее горячий, об наэлектризованную кожу Саши, и целует-целует-целует до потери кислорода. — Давай, — командует он губы-в-губы, вновь целуя и сжимая в ладони головку члена. «Спасибо» теряется в протяжном, обрывистом стоне, когда Саша бурно изливается в его руку, едва не падая на подогнувшихся, ослабевших ногах, и Артем лишь крепче сжимает его в руках и между стеной, продолжая терзать губы поцелуем. — Не снимай, — говорит он, отводя дрожащие руки Саши от лица в сторону, — побудь так для меня. — Арте-ем, — жалостливо тянет охрипшим голосом Саша, повиснув на нем всем телом.