Унесенные фанфиком

      Поправляя очки каждые две минуты и нервно постукивая по подлокотнику, Натали не отрывала взгляда от дверей центрального входа телеканала.       Сидящий за рулем охранник старался вслушиваться в легкое кантри, что играло в его наушниках и не переживать слишком сильно. Он верил в своего подопечного и нисколько не сомневался, что если парень собрался что-то сделать, то сделает это идеально. Даже, если это первый контакт с девушкой, кроме как поздороваться или ткнуть в нее шпагой. Обычной шпагой, как с той японкой.       И пусть Адриан с ней даже некоторое время пообщались, подарив вечно хмурому верзиле надежду, что еще не все потеряно в этом семействе, но его не покидало некое ощущение фальши.       Да, два кусочка лего смогли сцепиться вместе, но они были из разных наборов, разного цвета, и в их союзе смысла не было никакого, если буквально ему в спину дышал другой кусочек, точно такого же цвета, как и он сам.       И сейчас эти два кусочка, кажется, наконец нашли свои точки соприкосновения.       Теперь вся надежда только на добрую и честную натуру этого парня.       У сестры жены его бывшего хозяина плохой сын точно не получился бы.       Ну и что, что он слегка… солнечный. Душа-то у него светлая.       Сидящая на пассажирском сиденье Натали вдруг дернулась.       Вцепившись в подлокотник, она наблюдала, как из здания только что вышла темноволосая девушка и быстрым шагом направилась в сторону остановки.       Ее привычных двух косичек на голове сейчас не было, а выражение ее лица было трудно разобрать, потому что она склонила голову и не обращала внимания на окружающий мир.       Дыхание Натали на мгновение перехватило. Она узнала эту девушку, одноклассницу Адриана. И видела, что перед экскурсией та первой вылетела из толпы учеников и скрылась в здании, пока Натали передавала ему комплект одежды.       «Только бы… Только бы не…» — молилась ассистентка Габриэля Агреста, надеясь, что не только самые худшие ее опасения могут быть причиной.       Нет, она не собиралась выскакивать наружу и ловить Дюпен-Чен за руку, чтобы расспросить, что Адриан с ней сделал и почему все вышло именно так.       Если причина не в нем — значит, беспокоиться не о чем.       А если в нем…       Впрочем, у семьи Агрестов было достаточно ресурсов, чтобы замять большую часть проблем с законом.       Но дело было совсем не в потенциальном уголовном деле.       Палящее солнце весь день не оставляло шансов на прохладу, но по спине женщины пробежал холодок, когда из того же центрального входа вышел понурый светловолосый парень в помятой одежде.       Увидев выражение его лица, Натали и сама побледнела.       Заметив выскочившую из люксового автомобиля взволнованную женщину, Адриан бросил в ее сторону совершенно пустой взгляд и изменил вектор своего движения аккурат в сторону автомобиля.       Весь путь до дома он не проронил ни слова.       Натали молча придвинулась к нему и осторожно наклонила его голову к себе, бережно прижав.       Адриан никак не отреагировал.       Губы женщины чуть дрогнули, но она взяла себя в руки.       Взгляда водителя не было видно под надвинутым на них козырьком фуражки.       Чистое синее небо к концу поездки наполнилось темными грозовыми тучами, словно из ниоткуда, хотя прогноз погоды обещал безоблачную жару еще, как минимум, несколько дней.       «Габриэль, ты… Нет, мы опоздали» — сокрушалась она, провожая взглядом парня поднимающегося в свою комнату.       Она открыла рот, но на ее плечо тут же мягко, но стремительно опустилась массивная ладонь.       Стоявший позади телохранитель медленно покачал головой и показал пальцем на свои наручные часы.       «Верно. Лишние вопросы сейчас сделают только хуже» — решила она, листая в телефоне список контактов в поисках телефона одной пекарни, просто на всякий случай. — «Ему нужно время. Нам нужно время»              Адриан поднялся в свою комнату, закрыл за собой дверь и упал на кровать, бросив портфель куда-то в угол.       Выскочивший из его рубахи Плагг, увидев состояние напарника, решил без лишних прелюдий добраться до припасенного в одном из ящиков запаса сыра, любезно предложив Адриану кусочек.       Но блондин не стал реагировать.       Он смотрел в потолок и видел там лишь темноту. Никаких образов, сцен, фанфиков, фантазий.       Только пустота.       Он думал, что это был ее урок.       Он так убедился в своей «избранности», что допустил, будто Маринетт, эта милая, слегка неуклюжая девушка, вдруг окажется автором этой невероятной пошлятины и устроит для него целое шоу, чтобы затащить в свое логово…       Но все это время она наверняка думала, что это ОН тащит ее в свое логово, чтобы воплотить в жизнь все то, что она тоже прочитала в том фанфике.       Но никто из них не писал его.       Они оба так убедились в своих заблуждениях, что чуть было не совершили нечто, после чего не просто нет пути назад, но и вперед тоже. Ведь рано или поздно правда все равно бы всплыла.       А еще он, как последний дурак, будучи настолько уверенным в своей теории, взял и вытащил Плагга, словно хотел показать ей смешной мем в телефоне.       Но вместо автора фанфика она оказалась… самой Ледибаг.       И все это время считала, что он был в курсе этого, но не знала его личности.       Этот водоворот недопонимания закружил голову столь сильно, что Адриан перестал чувствовать свое тело и ощущал лишь, как его сознание затягивает ужасной спиралью в пучины безумия.       Еще раз — она считала автором фанфика его, который считал ее Ледибаг, и при этом два дня домогался до нее самыми невероятными и пошлыми способами, доводя до отчаяния и животного страха.       «Я… Я чудовище…» — он с силой стиснул зубы и положил руку на свое лицо, изо всех сил стараясь не разреветься.              Дверь в его комнату бесшумно приоткрылась.       Достаточно, чтобы его отец смог увидеть во мраке комнаты, как на кровати лежит подросток.       Габриэль уставился на своего сына, бессильно лежащего на кровати и смотрящего в потолок стеклянными глазами.       Транслируемое талисманом бабочки ощущение эмоций сына заставило его впасть в ступор.       Весь день его отвлекало от подготовки периодическое нагревание талисмана, словно где-то в городе проходит целый фестиваль из всех возможных ментальных состояний.       Но это не сломило его целеустремленность создать идеальный презентационный проект. Пока в кабинет не вошла Натали и не сообщила, что «Габи, мы все проебали».       Наспех завершив последнюю часть, он выгрузил файл на флешку и решительно направился к комнате своего сына, чтобы отвлечь его от послешкольных дел, или чем он там обычно занимается в перерывах между расписанием поездок, игрой на пианино и уроков по фехтованию. Сегодня расписание подождет.       В голове все еще стоял образ его жены, что просила позаботиться об оставшемся после нее сыне.       И с этим образом он осторожно заглянул в комнату и, совершенно случайно, настроился на его эмоциональную волну, используя талисман бабочки.       Накатившая на него волна эмоций была столь сложна и сильна, что по его телу пробежали мурашки.       Но хуже всего было то, что он помнил эту эмоцию.       Последний раз он чувствовал нечто похожее, когда из его глаз в последний раз лились слезы.       В день, когда Эмили перестала приходить в сознание.       Дрожащей рукой он закрыл дверь и спустился вниз шаткой походкой.       Внизу, на кухне его уже ждали Натали и телохранитель его сына.       Натали выжидающе подступилась к нему.       — Габриэль? — она посильнее прижала к себе планшет. — Что, уже… все?       Но Агрест-старший не ответил.       Он посмотрел на свои дрожащие руки, а по его вискам скатывалась одна капля пота за другой.       Сейчас он искренне не понимал, что ему делать.       Он опоздал? Проиграл? Провалился? Опять? Но не этим проклятым Ледибаг и Коту Нуару, а… собственному сыну?       «Что же делать…» — он пытался найти ответ в глубине себя. — «Что же мне делать… Эмили?»       Талисман на его груди вновь обжег кожу сильной негативной эмоцией.       — Т-точно! — на его лице возникла не совсем адекватная улыбка. — Я… Я смогу! На этот раз я смогу!       Натали, услышав его, начала понимать, к чему тот клонит. Она положила планшет на стол и сжала дрожащие кулаки.       «Не смей… Даже не думай…» — в ней вновь начал закипать гнев.       Стоящий рядом верзила забеспокоился не столько за ментальное состояние своего начальника, сколько за стоящую напротив него женщину.       — Я создам идеального злоде…! — едва успел он закончить фразу, как его перебил резкий выкрик помощницы.       — Габриэль! — зарычала она и сделала в его сторону серию набирающих скорость шагов, перейдя в бег, при этом замахнувшись сжатым кулаком. — ПРИГОТОВЬ ЗУБЫ!       — Чт… — успел он лишь поднять свои полные безумной уверенности глаза в сторону верной ассистентки, как ему в челюсть прилетел удар, которым обычно пробивают дыру в реальности.       Известный дизайнер развалился на полу, лишь спустя некоторое время попытавшись подняться.       Стоящая рядом с ним Натали разминала ноющую руку.       — Я предупреждала вас, месье Агрест, — спокойно заявила она. — Или вы считаете, что Эмили… одобрила бы такое?       Охранник непонимающе смотрел на развернувшуюся перед ним сюрреалистичную сцену.       Конечно, порой ему тоже хотелось бы пару раз вмазать своему начальнику, но в таком случае последнего пришлось бы соскребать со стен и потолка.       Да и объединяла этих двоих гораздо более долгая и личная история, чем просто его служба ради безопасности сына босса.       Поэтому он не стал вмешиваться.       Габриэль же, приняв сидячее положение, в полном шоке рассматривал кровь со своей разбитой губы.       — Н-натали… Я… — его голос дрожал, пока он в состоянии шока осматривал то свою руку, то нависающую над ним женщину.       Еще одно осознание только пережитой им боли, полученной от эмоций его сына, наконец настигло его.       «Я… чудовище» — пронеслось осознание в его голове, словно эхо чужой эмоции.       Найти талисманы? Наплевав на приказы других членов Королевства, загадав собственное желание? Вернуть Эмили?       Но захочет ли она возвращаться к нему… такому?       Даже если она не узнает, даже если никто больше не будет знать о том, какой путь он прошел, чтобы вернуть ее.       Он будет помнить.       Габриэль молча поднялся, поправил свой галстук-аскот и вытер кровь со рта платком из нагрудного кармана.       — Пожалуй, я вернусь к подготовке презентации, — спокойным тоном заявил он, разворачиваясь. — Нужно… дополнить некоторые разделы.       Натали, в чьей крови сейчас адреналина было больше, чем самой крови, смотрела ему вслед, словно ожидая худшего.       Дойдя до выхода из кухни, он остановился и повернул голову, бросив на свою помощницу многозначительный взгляд.       — Сп… — начал было он, но его рот завис в открытом состоянии.       Он опустил взгляд, отвернулся и продолжил движение.       Стоило шагам со стороны лестницы затихнуть, Натали осела на пол, шумно задышав, словно пробежала кросс.       Последствия использования сломанного талисмана не проходят бесследно. Они остаются на всю, теперь уже короткую, жизнь.       Ее за подмышку аккуратно подхватила огромная мягкая рука и поставила на ноги.       Охранник Агрестов, которого за глаза называют «дубиной», «гориллой» и еще много чем, посмотрел ей в глаза и кротко кивнул.       — Б… благодарю, — кивнула она в ответ, понимая, что значил его кивок. — Напишу-ка я, на всякий случай, заявление на увольнение.       Натали поправила прическу, очки, взяла свой планшет со стола и направилась следом, но уже в свою комнату, по пути бросив полный тревоги взгляд на дверь в комнату Адриана.