Тень зверя

Как проходили занятия по истории у стаи кошек-оборотней? Правильно, как и любые другие человеческие уроки: скучно и неинтересно. Сухой, старый, больше пахнущий пылью и рассохшимся необработанным деревом, чем кошками, кабинет сквозь распахнутые настежь окна был залит солнечным светом. Под монотонный бубнёж слишком молодого учителя тёмные головы страдальчески склонились над тетрадными листами; при виде их Сан вдруг вспомнил себя в конце средней школы. Себя — и Уёна за соседней партой, вечно шептавшего нечто смешное молчаливому, спокойному Ёсану. По правде говоря, Ёсан был их общим другом, но Сан сох по нему все несколько лет учёбы — и, вероятно, чувствуя это, Ёсан всё больше предпочитал ему Уёна. Потом тот и вовсе уехал куда-то не то на другой конец страны, не то вообще в Китай, и с тех пор Сан его больше не видел. К сожалению, Уён — наоборот. Мотнув головой, Сан отогнал прочь навязчивые и неприятные своей обидой воспоминания. Вовремя: Йеджи наконец тихонько, стараясь не мешать, постучала костяшками пальцев о дверь. Похоже было, что её здесь видели часто и в этот раз, одарив лишь редкими беглыми взглядами, попросту проигнорировали. Оживились рассевшиеся за партами (партами!) полусонные подростки, только когда Йеджи завела внутрь Сана. Чувствуя, как пожирают его заживо не менее пятнадцати пар глаз, он смущённо потупился. — Не отвлекаемся, продолжаем конспектировать, — велел суровый мужской голос, и под жалобный хоровой скулёж его обладатель шагнул ближе. Прямые, перьями, волосы, раскосые миндалевидные глаза, лукавая улыбка… Только когда уголки губ поползли в стороны в усмешке, Сан осознал, что неприлично пялится, и вновь торопливо уставился в пол. Учитель на учителя не походил совсем, скорее уж на айдола или модель. — Инни-я? — Нуна, — смешливо фыркнул тот. — Иди отсюда, а то рассказывать котятам о Второй мировой заставлю и о том, как идеи чучхе привели к Гражданской. — Да я-то что! — взвилась Йеджи. — Меня на свете ещё тогда не было! — Зато твой отец был, — пожал плечами Инни. — Да и ты, помнится мне, не сильно позже ро… Громкое, пронзительное шипение заставило его замолчать на полуслове. Впрочем, если Сан с перепугу только чудом остался стоять неподвижно на месте, то Инни не моргнул и глазом. — Ты думаешь, никто из стаи не знает, сколько тебе? — устало покачал он головой. — Иди, но лекцию тебе всё-таки прочитать придётся. Ты лучше всех знаешь, что тогда было. — Но не сегодня, ладно?.. — Йеджи скорчила ему признательную мордашку. — Мне бы хоть подготовиться тогда. — Подготовься, — выгнул бровь Инни и фыркнул: — Только на пару часов, а не на целый день, как в прошлый раз. Всё, уйди, будь так любезна. Сан-сси, ты учился в школе? Сколько тебе лет? — Двадцать три, — неловко отозвался он. Вспомнив про первый вопрос, решительно кивнул. Инни с облегчением вздохнул: — Уже легче. Значит, об основных вещах тебе должны были рассказывать. Садись вон туда… м-м-м… к Каю, к тому, с чёрными ушами. Кай-я, убери оборот! Сколько тебе раз говорить, что я не веду никаких занятий для не умеющих себя контролировать котят! — Так я и не умею, — низким голосом отозвался Кай, действительно легко обнаружившийся по кошачьим пирсингованным ушам, на которые Сан изумлённо уставился во все глаза. Помимо трёх серёг-колец, на подозрительно широкоплечем Кае болталась целая связка кулонов и амулетов; впрочем, на вид тот был лет шестнадцати, и это многое объясняло: вероятно, и у оборотней существовал свой период подросткового бунтовства и свои, особенные, оборотневые неформальные субкультуры. Впрочем, присмотревшись, Сан обнаружил тщательно выбритые и выровненные густые бакенбарды — короткие, едва ли сантиметр от роста волос, — и сильно задумался о своём восприятии возраста окружающих. — Хорошо, — смерил Кая длинным взглядом Инни. — Значит, завтра ты к детишкам. Будешь учиться держать облик под присмотром Джонхана-ним. — Не-не-не, только не это, — расстроенно запротестовал тот, принимаясь торопливо снимать одну за другой по очереди все серьги. — Я сейчас, учитель! Сверкнув в сторону Кая огненно-рыжими острыми зрачками так знакомо и странно, что у Сана от страха вновь зачесались кончики пальцев, Инни выпрямился и негромко хлопнул ладонью по столу: — Так и быть, объявляю амнистию. У нас сегодня новичок… Сан-сси, да сядь ты уже, не маячь! Внимание, все, этого гостя зовут Сан… — А почему от него так воняет, как будто он с собаками кувыркался? — подал голос розововолосый парень на заднем ряду. — Потому что это не твоё дело, Цзыхао-я, — не моргнув глазом, отозвался Инни. — Сан-сси, меня зовут Чонин-сонсэнним, и сегодня мы специально для вас кратенько вспомним всё, что знаем об истории оборотней. Суджень-а, где, согласно хроникам, впервые появились оборотни? Стараясь садиться тихо, Сан всё равно неудачно громыхнул ножкой стула по видневшемуся сквозь дыру в линолеуме камню и смущённо обернулся к темноволосому миловидному пареньку, сидевшему странно близко к то ли склонному к хамству, то ли попросту до глубины души незамутнённому Цзыхао. — В Древнем Египте, учитель Чонин! — немедленно отозвался тот. — Великая Бастет помогала своим жрицам и даровала им возможность менять облик, чтобы прятаться от гонений и войн. Позже стало считаться, что Бастет в целом покровительствует кошкам. — Исчерпывающий ответ, молодец, — кивнул Чонин. — Что насчёт первого упоминания об оборотнях где-нибудь поближе? — Э-э-э… Адам и Ева? — неуверенно предположил кто-то. — Или змей-искуситель? — Я имел в виду Китай, но предположение интересное. — Чонин усмехнулся: — А кто оборачивался в Китае? — Тигры! — Да, Сунён-а, спасибо, мы запомнили это за предыдущие сорок уроков. Может быть, кто-то ещё? — Драконы, учитель Чонин? — Правильно. К сожалению, драконы вымерли ещё в древние времена или ушли так хорошо, что никого из них люди не обнаружили до сих пор, даже несмотря на самую современную технику. Какие ещё виды оборотней вы знаете? — Коты! — Собаки и волки! — Тигры! — Спасибо, Сунён-а, мы поняли. Кто-то ещё? — Наги! В Индии! — Медведи в Сибири. — Обезьяна! Царь обезьян! — Это фильм, — Чонин скептически поджал губы, услышав версию Цзыхао. — Отлично. Сан-сси, может быть, вы кого-нибудь ещё вспомните? Виновато помотав головой, Сан опустил взгляд. Однако мгновением мгновением спустя его ушей достиг едва различимый шёпот: «Лисы». — Спасибо, Кай-я, — ледяным тоном перебил уже собиравшегося было повторить подсказку Сана Чонин. — Однако я уже повторял это не раз и повторю ещё столько, сколько потребуется: кицунэ — не оборотни. — Кицунэ — в Японии, в Корее они лисьи оборотни, — угрюмо таращась на лежавшие перед ним на парте три расстёгнутые серьги, возразил Кай. К изумлению Сана, его кошачьи уши уже исчезли, человеческие же… кажется, и в прошлый раз оставались на месте?.. Сан не обратил внимания, но теперь ему вдруг стало интересно. — Кицунэ — хранители земель, — отрезал Чонин. И вновь провокационно вскинул бровь: — В скольки глобальных конфликтах оборотни принимали участие? — В двух? — Неправильно. — В трёх? В десяти? — Неправильно и неправильно. Правильный ответ будет звучать как «в рядах вооружённых сил стран своего проживания — во всех конфликтах, в которых принимали участие конкретные вооружённые силы». Кто-нибудь сможет сходу вспомнить все десять стран, в которых существуют поселения оборотней? Да, Цзыхао-я? — Э-э-э… Китай, Южная Корея, Соединённые Штаты, Северная Корея, Великобритания, Россия… Бразилия и Африка? — Не Африка, Африка — это континент. Есть ещё варианты? Какие страны забыл Цзыхао? Сан-сси? После неловкой паузы Сан пожал плечами: — Понятия не имею, извините… учитель. Чонин остро глянул в его сторону: — Задержитесь после окончания занятий, Сан-сси, у меня есть к вам несколько вопросов. Всё в порядке. Юнхо-я? Толстощёкий хмурый мальчишка, выглядевший ещё меньше и младше Кая, выпрямился. — Не Африка, а Египет, а ещё Израиль и Индия, — сурово уточнил он. С учётом возраста и общего внешнего вида его сдвинутые брови, впрочем, не пугали, а скорее умилили Сана примерно в той же степени, как умиляли недавно котята Йеджи с Джисоном. — Отлично, — довольно похвалил того Чонин. — Теперь о законах. Кто сможет процитировать основной Договор? Что, никто? Даже своими словами по пунктам? — Давайте я попробую, — протянул Цзыхао. Глядя на него, Сан с опозданием удивился: оборотни красили волосы? Они… э-э-э… закупали товары в большом мире? Оставались в контакте с Большой Землёй? Конечно, стоило заподозрить нечто этакое после слов этого Джису или Джошуа про помощь с ноутбуком, но Сану могло и причудиться? Отдельно ещё Сана интересовало, какого цвета этот Цзыхао в кошачьем облике. Не подозревая о его любопытстве, тот с улыбкой продолжал: — Во-первых, не вредить людям, потом не вредить друг другу и вообще соблюдать человеческий закон, находясь на человеческой территории, создать и соблюдать свой закон, и… э-э-э… А, вспомнил, выбрать единого лидера! Во-вторых, служить наравне с людьми в армии и во время войны создать отдельную роту или полк, в-третьих, племя не должно покидать выделенную ему территорию дольше, чем на три месяца в году, за исключением переговорщиков, нужно следить и защищать территорию, в том числе за количеством животных на ней. В-четвёртых, контактировать с людьми и помогать им в исследованиях… и я забыл. Однако. Сан новым, уже куда более заинтересованным взглядом осмотрел показавшегося ему поначалу не слишком умным этого Цзыхао. Как минимум хорошей памятью тот похвастаться в итоге мог. — А люди что?.. — помог Чонин. — Суджень-а? — Люди должны к нам вообще не лезть, — мрачно буркнул Суджень. Подумал и дополнил сам себя: — Только отвозить к нам обернувшихся, уничтожать сошедших с ума дикарей, ну и искать для нас всякие лекарства. Плюс нам гарантировано, что нас не уничтожат любые правительства, пока мы соблюдаем Договор. — Нас обеспечивают необходимым, — мягко поправил его Чонин. — Подают воду, обслуживают канализацию, вывозят мусор, нас даже лечат. — Ага, насосы большую часть года стоят сломанные, мусор забирают только с края территории, докуда километров двадцать пилить, а канализация где вообще, эта канава? — Туалет, — Чонин смерил не вовремя влезшего Цзыхао раздражённым взглядом, но с заметным удивлением вдруг обнаружил, что не подействовало. — Да он в двух домах всего! В остальных ямы! — Которые тоже обслуживают люди. — Да мне проще котом в лес выйти! Ай! Учитель Чонин! За что линейкой! Простите, я неправ! Я буду писать в унитаз! Честное слово! Сам не заметив, когда это случилось, Сан вдруг ощутил, что широко улыбается чуть ли не впервые за этот неожиданно длинный, полный событий день. *** — Пойдёмте пройдёмся, Сан-сси, — поманил его за собой на улицу Чонин. Наступил вечер; здесь, в горах, это чувствовалось особенно сильно. Если бы кто-нибудь спросил Сана раньше, он бы ответил, что оборотни не чувствуют холода. Теперь, ёжась на холодном ветру, он понимал, что ошибался, — впрочем, пара игравших в отдалении в пыли котов мёрзнущей совершенно не выглядела. Возможно, всё зависело от облика и количества шерсти?.. — Идёмте, — Чонин повёл его куда-то мимо ворот. Ощущая в определённой степени некоторое дежа вю, Сан хмурился и старался не оглядываться слишком уж напоказ. Что именно его тревожило, он понял лишь, когда из-за угла соседнего дома показался сначала двухметровый каменный забор, а рядом с ним — и невысокая еловая поросль. Непроизвольно остановившись, он попытался заставить себя шевельнуться, сделать хотя бы шаг, но глупое, трусливое тело отказалось ему подчиняться. — Не бойтесь, мы не будем тревожить Минхао-гэ, — Чонин быстро заметил и верно истолковал его панический взгляд. — Мы просто пройдём мимо. Честно говоря, мы гуляем, я не вёл вас конкретно сюда. Сан-сси, вы новичок здесь? Неловким кивком Сан согласился с его риторическим предположением. Кем ещё он мог быть? Осознав, что угроза безопасности вроде бы миновала, тело наконец ожило и начало его слушаться. Нечто тяжёлое в груди, однако, с каждой секундой всё сильнее тянуло вникуда прочь. — Кто вас привёз? — поинтересовался Чонин и, не дожидаясь ответа, продолжил мягко рассуждать вслух: — Обычно Лино рассказывает основное, что нужно знать новичку, а обо всём остальном — Джису. Вас видел Лино? Сан виновато кивнул. — И Джонхан-ним, — добавил он. Быстро огляделся по сторонам: показалось, что мелькнули в пожухлой траве знакомые пятна на песочного цвета шкуре. — О, Луна в курсе?.. — оживился Чонин. — Ну тогда всё в порядке. Ещё раз покосившись в его сторону, Сан поколебался, не решаясь задать интересовавший его чуть ли не с самого утра вопрос. — Что? — не вынимая рук из карманов, Чонин дружелюбно толкнул его плечом. — Спрашивай, Сан-сси. — Почему «Луна»? — мгновенно, получив позволение, выпалил он. Нахмурившись, Чонин остановился. Ковырнул носком ботинка землю, не поднимая взгляда: — То есть настолько всё плохо. Джису тебя вообще видел? Про Минхао-гэ я не спрашиваю. Повторно кивнув, Сан почувствовал себя ещё более виноватым: даже здесь у него всё пошло не по плану. Как началось всё не так, так и продолжилось… неправильно. Конечно, можно было бы пересказать Чонину тот подслушанный и совершенно не понятый им разговор про какого-то там Криса и себя-оружие, но что-то подсказывало ему придержать, возможно, очень важную информацию. Что здесь происходило, он пока совсем не понимал, и на первый взгляд он оказался в доброй детской сказке. Но предлагали ли в детской сказке заживо освежевать гостя и называли ли его «оружием»? — Минхао-гэ… — старательно повторил он лишь смутно знакомый постфикс. — Я помешал ему медитировать и потушил свечу. — И ты ещё жив? — смешливо выгнул брови Чонин. — Он предложил Джонхану-ним сделать из меня хе! Чонин рассмеялся в голос. — Луна — глава стаи, — неторопливо пояснил он. — Есть определённая структура, ты слышал, когда Цзыхао пересказывал Договор. Вожак — всегда мужчина, Луна — его пара. Вожак занимается административными вопросами, Луна — больше хозяйственными, остальные они разделяют. Ещё есть Джису, но он такой один. — А кто такой этот Джису?.. — осторожно полюбопытствовал Сан, уже подсознательно готовясь услышать нечто в духе «он третий в их паре». Способность удивляться хоть чему-то либо в нём, казалось, отключилась с концами ещё утром. — Знахарь, — пожал плечами Чонин. — По факту — жрец Праматери. В других племенах это назначаемая должность, но у Джису с ней… м-м-м… как бы это так сказать? Особенные отношения, вот. Атеист до мозга костей и противник любой религии как факта, Сан постарался не морщиться слишком заметно. Всё-таки это была секта, с самого начала чутьё его не обмануло. Единственное, на что ему оставалось надеяться — что его не принесут по какой-либо случайной причине в жертву до того, как он успеет сбежать. Во многом это зависело от его собственного поведения; впрочем, в общем и целом, лавировать между ограничениями и запретами Сан умел очень даже неплохо. — Кто такая эта Праматерь? — осторожно спросил он. От шока Чонин даже остановился. — Да Джису тебе совсем ничего не рассказал?! — возмущённо выдохнул он. — Пойдём. Более полную версию потом послушаешь у нуны, когда она будет рассказывать на ночь детям, я пока кратенько. Вот туда, по той тропинке. Так вот, Праматерь-Луна сделала нас оборотнями. Собственно, всё. — В смысле «всё»?.. — Теперь явно настала пора удивляться Сану. — В прямом, — улыбаясь, развёл руками Чонин. Любая его улыбка казалась настолько хитрой, что Сан ему одновременно и верил, и сразу как-то не очень. — Дети сегодня рассказывали, помнишь? Бастет, Древний Египет, кошки… Если тебе кажется, что это какой-нибудь Рамзес или Тутмос, то ты ошибаешься. Бастет существовала еще во времена Хетеп-Сехемуи и Тети. Во многих старых летописях встречались упоминания о существовании в то время жриц Баст, и… Прервавшись, он покосился на выражение лица Сана и наверняка увидел совершенно остекленевший взгляд; чем-чем, а историей Египта Сан никогда не интересовался вовсе и разве что о Рамзесе слышал. Или, возможно, это был бог Ра и мумии? Или какой-то старый мультфильм?.. — Ладно, — Чонин махнул рукой, — в общем, великое расселение, бла-бла-бла, бла-бла-бла, в Индию оборотни пришли ещё совсем в первых волнах, ещё от других богов, на севере — подстраивались под местных и ледяной холод, в Китае же всегда чтили кошек. Здесь всё, то есть Корейский полуостров, заселили же когда-то как раз китайцы. По крайней мере, хотя это и считается спорным, потому что драконов у нас нет, зато есть все остальные, как раз родня китайской диаспоре. В общем, вот, смотри, это — святилище. Камни, показавшиеся Сану идолом издали в первый раз, оказались, похоже, всего лишь то ли метафизической имитацией врат в пещеру, то ли просто украшением. По крайней мере, установленные один на другой, грубые, необработанные камни в паре метров от входа выстроились в столб шириной с метр и высотой минимум в два. Со всех сторон, повязанные на его выступы, на ветру трепетали цветные ленточки. — Пойдём, — позвал его внутрь Чонин, не давая рассмотреть всё вволю. Внутри оказалось теплее. Мягкий, словно горячее, солнечное море, и одновременно свежий воздух окутал Сана. Под ногами блестели капельками вечерней росы неожиданно зелёные растения; Чонин осторожно огибал их и заставлял и Сана смотреть под ноги. Чем дальше они продвигались, тем быстрее темнело: вглубь не доставал свет от входа. Впрочем, где-то впереди мелькали блики. Еще через десяток метров пещера расступилась, образовав большой светлый зал; неожиданно белые стены освещали развешенные по углам факелы. Фигуру, замершую в дальнем конце, Сан сначала принял за живую и, только подойдя ближе, обнаружил каменные прожилки. Неведомый талантливый скульптор изобразил невысокую женщину с наброшенным поверх волос в явной попытке скрыть лицо куском ткани; наклонив голову, женщина всё своё внимание явственно же устремила на лежавшую на её руках кошку. — Луна, — укоризненно вздохнул Чонин. — Какой пример ты подаёшь?.. Чуть не доведя Сана до которого уже по счету сердечного приступа за последние дни, кошка вдруг шевельнулась. В неверном полумраке соскользнула вниз — и Сан был готов поклясться, что руки статуи помогли ей! — и только тогда Сан разглядел знакомые пятна на морде. Впрочем, провидение оказалось на его стороне: недовольно махнув хвостом, Джонхан удалился, не соизволив ни сменить облик, ни каким-либо иным образом сообщить, что он думает о выставленной ему претензии. Сан, однако, подозревал, что всё дело в хитром взгляде недовольного Чонина, но доказать, к сожалению, это никак не мог. — В общем, вот, — уже куда менее воодушевлённо буркнул Чонин. — Знакомься, Баст. Первую ночь тебе нужно переночевать здесь. Да, прямо так, на траве. Вот там, в углу, есть ручеёк, можно попить и справить нужду. Ты ел? Если нет, то пошли, поешь и я тебя провожу обратно. — А если я не переночую, что будет? — осторожно осведомился Сан. — Да ничего, — в сердцах бросил тот. — Одичаешь, вот что! С другой стороны, если задуматься, то пока это было первое за день предложение, подразумевающее отсутствие за Саном недвусмысленной слежки. Подумав, Сан решил согласиться: если дождаться, пока все уснут, а потом тихо-тихо перебраться через стену, то через несколько часов он окажется уже у подножия, а там… а где-то там, возможно, будет тропа Сараксана. Если ему повезёт, разумеется. — Я ещё не ужинал, учитель Чонин, — мягко, с ямочками, улыбнулся он. — Вы не угостите меня? — Да почему я, ужин общий. Вся стая у костра соберётся, — фыркнул Чонин и потянул его за собой наружу. Хмурясь, Сан уже привычно ступал за ним след в след: почему-то это общее собрание показалось ему неожиданным плохим предзнаменованием. В любом случае, общаться он был сейчас не настроен… но выбора не имелось. Или, по крайней мере, этого выбора не дал ему Чонин.