Как вызвать лабубу

      День прошёл достаточно скучно. Йост только и делал, что носился за Таммеметсом и умолял его спуститься в подвал поискать ещё буковки. Одному идти туда было страшновато, а друг (пидорас такой) всё никак не соглашался. Да ещё и отказывался идти к себе домой, мол: «Йост, мне лень, я у тебя посижу». Всё дошло до того, что он остался на ночь. Перед сном ещё и заявил: «Не шуми только, у меня строгий режим». Да, только о настолько «строгом» режиме белобрысый слышит впервые. Едва Кляйн лёг в кровать, как ему в голову пришла мысль: завтра он сам наберётся смелости и спустится в подвал, чтобы найти эту несчастную букву. Он прекрасно обойдётся без всяких Томасов. Мало ли что может случиться — Томми со своей замедленной реакцией даже не успеет среагировать.

***

Вот и наступило долгожданное утро. Йост, зная, что его друг спит необычайно долго, специально встал на два часа раньше. Скинув пижаму и натянув первую попавшуюся белую футболку с шортами, он двинулся в сторону подвала. К своему удивлению, голландец обнаружил, что у него нет даже фонарика. Дело плохо: в подвале — кромешная тьма, и свет там, кажется, лет двести уже не работает. Пока Таммеметс наслаждался сном, Йост на цыпочках принялся рыскать по кухонным шкафам в поисках хоть какого-нибудь источника света. Ну был же где-то тут фонарь, куда он мог пропасть... Его руки нервно перебирали банки с консервами, пакеты с крупой и прочий хлам, копившийся здесь годами. И вот в самом дальнем углу, за пачкой какой-то забытой крупы, пальцы наткнулись на ребристый пластиковый корпус. «Есть!» — пронеслось в голове. Он ухватился за ручку фонаря и, стараясь не шуметь, потянул на себя. Фонарь оказался неожиданно тяжёлым. Йост не рассчитал усилий, и его рука резко дёрнулась вверх, задев верхнюю полку. Как раз туда, где стояла банка с огурцами, закатанными два или три года назад. Их привёз из России Томми, а Йост, недолго думая, закатал — девать-то было некуда, столько он один не съел бы и за год. Тяжёлая банка, покачнувшись на краю, замерла на мгновение, а затем медленно опрокинулась и с оглушительным грохотом разбилась о пол. Она не просто разбилась — она взорвалась. Все огурчики теперь были на полу и купались в вонючем рассоле, смешанным со стеклом. Йост застыл как вкопанный и понял, что Томми точно проснулся. И вправду через несколько секунд был слышен его недовольный и сонный голос: — Йост, чёрт возьми, у тебя там обвал скалы что ли? Бля, забыл... Joost, damn it, did you have a rock fall there or something? Or did you decide to start repairs at dawn? — раздались тяжёлые шаги. На лестнице появился Томас — весь помятый, с заспанными глазами, но с уже знакомой Йосту язвительной ухмылкой — Well, faggot, did you find your letter? Or did you just decide to make me breakfast from what fell? It certainly smells delicious. — Томми, сжалившись, подошёл поближе и решил помочь бедняге Йосту разобрать этот кошмар. Он взял первый попавшийся осколок, по привычке перевернул его и... обомлел. На обороте была нарисована.. Связка ёбаных бананов! — Блииять! — заорал Томас и, схватив это уродство, помчался к мусорному ведру. Он распахнул дверцу, заглянул внутрь — и оттуда на него пялилась уже реальная связка бананов. — Сука, take out thе мусор и эти ебучие бананы! — прикрыв глаза рукой, простонал он и швырнул осколок в это банановое пекло. Как хорошо, что он не увидел на столе ещё одну связку, которую благополучно Кляйн спрятать забыл... Парни убирали всё это минут пятнадцать. Ну, как убирали… То Йост командовал Томми, то Томми — Йостом. Один после того осколка боялся и близко к ним подходить, а другой не хотел трогать ни огурцы, ни вонючую жижу. Что ж, главное, что теперь всё чисто. Беловолосый наконец достал фонарь и покрутил им возле лица Томаса. — И ради этого ты меня разбудил? — с явным недовольством произнёс брюнет, насупился и сложил руки на груди. — В подвал, — Кляйн схватил эстонца за запястье и повёл к лестнице. Пока они шли, Йосту в голову пришла гениальная идея мести за всё, что вытворял Кэш вчера. Подойдя к нужной двери, голландец распахнул её, силком пихнул Томаса в мрачный сырой подвал и захлопнул дверь, щёлкнув защёлкой. Тот даже отреагировать не успел. Стоял несколько секунд с открытым ртом, а затем принялся колотить в тяжёлую деревянную дверь. — Эй! Фак... You bitch! Open the door, now! — No. Apologize for yesterday, and I'll consider it. — С ужасно хитрой ухмылкой произнёс Йост. Жаль, что его друг за дверью не видит этого выражения его лица. — Please forgive me... — сквозь зубы пробурчал Таммеметс и тут же добавил: — ...блядина. — После чего со всей дури пнул несчастную дверь ногой. — I know what you called me, so apologize properly. — Беловолосый беспечно облокотился спиной о стену, подперев её ногой, в ожидании нормальных извинений. Томми уже пожалел, что подучил Йоста русскому, и лишь раздражённо выдохнул, сделал наигранно мягкий голос и произнёс заветные слова: —Joost, please forgive me. Голландец немедленно открыл дверь... но не тут-то было. Томас, собиравшийся отомстить и запереть обидчика в подвале, схватил Йоста за плечи и сильным рывком притянул к себе, не рассчитав силы. Кэш не заметил ступенек у себя за спиной, оступился, и оба полетели вниз по лестнице, в самую глубину тёмного подвала. Без фонарика — тот так и остался лежать наверху. Больше всех в этой неразберихе досталось Томми. Он с грохотом рухнул на спину, а следом на него свалился Йост. Оставалось только гадать, как брюнет умудрился не сломать хребет и вообще выжить под такой тяжестью. Около двадцати секунд они лежали в неподвижной куче-мале. Наконец голландец пришёл в себя и осторожно приподнялся, вглядываясь в мрак, пытаясь разглядеть лицо друга. Положение усугублялось тем, что дверь в подвал захлопнулась сразу после их падения. Видеть они ничего не могли — лишь непроглядная, густая темень. Оставалось надеяться на слух и осязание. Йост протянул руку, пытаясь нащупать в темноте черты лица Томми. Пальцы наткнулись на что-то твёрдое и знакомое. Нос! Теперь главное — проверить, дышит ли он. Не дай бог помер. — Кх... Joost... don't touch my face with your dirty hands. They still smell like cucumbers. — прохрипел голос из-под него. Живой! Йост облегчённо выдохнул и, поспешно выбираясь с Томми, случайно наступил тому на ногу. — Блять, в твоём доме убиться — как раз плюнуть! — прошипел Кэш и для начала просто уселся на пол. Сразу встать не получалось: лопатки горели адской болью, словно их разбили вдребезги. Он осторожно приподнял руку и отбросил со лба волосы, которые мешали ему подняться. — What are we going to do? — голландец говорил растерянно, его руки в темноте безуспешно шарили по стенам сырого подвала. — Don't relax, — сдавленно бросил Таммеметс, с трудом поднимаясь на ноги и хватаясь за бок. — Хватит со мной на английском, практикуй русский — В кромешной тьме его не было видно, и от этого его голос звучал как у беспомощного старика. Белобрысый лишь вздохнул в ответ, подбирая слова. Наконец он прекратил бесполезно шарить руками в пустоте и застыл в неподвижности. Он и сам не понимал, куда смотрит — на Таммеметса или в противоположную сторону. — Надо... что-то придумать... — с трудом проговорил Йост со своим акцентом, опускаясь на холодный каменный пол. Томас, не отвечая, молча махнул рукой и начал осторожно ощупывать стены в поисках лестницы. Подвал был достаточно большим, что усложняло задачу. — Ступенька! Йост, я нашёл! — внезапно воскликнул эстонец, и в его голосе прозвучала надежда. Он начал медленно, крадучись, подниматься вверх. Вот он, выход! Томми распахнул дверь и, ослеплённый светом, едва не рухнул на знакомый тёплый пол дома. Не раздумывая, Йост тоже устремился к свету, падающему из открытого проёма. С облегчённым вздохом оба рухнули на пол. По правде говоря, их охватывал страх при мысли, что они либо замёрзнут в этом проклятом подвале, либо так и не найдут выход, останутся там на долгие дни и в конечном счёте умрут. Однако радость была недолгой. Пришло осознание: теперь нужно вооружиться фонарём и снова нырнуть в тёмную бездну на поиски очередной бумажки с буквой. С тяжелым вздохом Таммеметс взял фонарик, оперся на Йоста и нехотя стал спускаться в зияющую темноту подвала. Нащупывая ступени, он заранее включил фонарь, и его луч, беспомощный и узкий, запрыгал по стенам, безуспешно пытаясь одолеть сгущающийся мрак. На нижней ступеньке он замер и медленно повел лучом по бесконечным стеллажам. Господи, какое скопище хлама! И как понять, какая именно коробка им нужна? Вряд ли Кляйну понравится, что кто-то роется в его личных вещах. — Что ж, похоже, придётся переворошить всё здесь, — Кэш с этими словами поставил фонарик на пол, направив свет в потолок. В хаосе подвала возник призрачный световой купол. Не долго думая, он схватил ближайшую коробку и раскрыл её. — Стоп это!Это..my..личные! — голос голландца прозвучал резко и напряжённо. Он накрыл ладонью крышку коробки, пресекая действия напарника. — Предлагаешь искать вслепую? — спокойно возразил Кэш. — Ньет...ладно! — сдался Йост. — Только не смеятся… — Он нерешительно приоткрыл коробку, стараясь первым заглянуть внутрь. Обзор не сулил ничего захватывающего: стопка пыльных папок, набитых непонятными бумагами. Щёлкнув пальцами, беловолосый парень захлопнул крышку. — Их нам дал мой брат. Такие не нужны — буркнул Кляйн. Для верности он всё же перелистнул несколько документов, убеждаясь, что среди них нет нужного им листочка, и решительно отодвинул коробку. — Погоди! — не унимался Томми. — Мало ли, буква могла затеряться между листов? Он снова придвинул находку. Голландец выразительно покрутил пальцем у виска, как бы говоря: «Ты думаешь мой брат будет такой хуйней заниматься?» .Однако Таммеметс проявил настойчивость, и вскоре содержимое коробки оказалось вывалено на пол для досмотра. Йост был прав. Первая коробка не оправдала ожиданий парней, и они тут же взялись за следующую — побольше и выглядевшую куда заманчивее. Внутри не оказалось скучных бумаг — лишь груда самых разных вещей. Взгляд Кэша сразу же выхватил картину с лошадью. Гордое животное застыло на красивом поле, изящно приподняв переднее копыто. Томас, закусив губу, повернул холст так, чтобы его увидел Кляйн. — Можно, я её заберу? — почти выдохнул он. — Она нереально крутая! На это паренёк лишь удивлённо взметнул бровь,вопросительно глянув на друга. — Гм… ок? — не слишком уверенно согласился голландец и, пожав плечами, полез в коробку за новой находкой. На этот раз его рука сжала что-то тканевое, похоже на флаг. Фрисландии! Вот это да… Малая родина Йоста. Он уж думал, что потерял это чудо. Слегка встряхнув полотнище, сбивая пыль, он с улыбкой накинул его на себя. — Ну и смешной же у твоей Фрислан флаг. Кляйн замер на полпути.Его лицо исказила гримаса вселенского прозрения — Блииииять! — выдохнул он, смотря в пустоту, — Мы backward... — И, не сказав больше ни слова, голландец сорвался с места и помчался прочь из подвала. Видимо, гораздо проще решать головоломки, когда подсказка физически находится у тебя в руках. Таммеметс проводил взглядом удаляющегося друга с выражением глубочайшего недоумения на лице. Он почесал затылок, пожал плечами, мысленно произнёс «ну и похуй» и остался в гордом одиночестве. В полной, давящей темноте, которую пронзал лишь один-единственный луч фонаря. Луч, который Томас великодушно направил прямиком себе в еблище, скупясь осветить жутковавшие по углам коробки и стены. И тут эхом раздался короткий, резкий скрип. А следом — грубый шорох, будто по наждачной бумаге решили провести кирпичом. Ничего не подозревавший Томми вздрогнул, подпрыгнул на месте и, навёл свет фонарика на место звука.. Оказалось,это просто картина с конём соскользнула с коробки, приняв решение напугать эстонца до седых волос. Томми шумно выдохнул и плюхнулся обратно. «Ладно, — передумал он. — Всё-таки не похуй. Где этот ёбнутый Йост?» Как будто по щучьему веленью, долгожданный голландец ворвался обратно в подвал и торжественно шлёпнул перед Томми заветный листок. Таммеметс сначала радостно посмотрел на друга, потом — на бумагу. Его глаза пробежались по строчкам раз, другой... И тут его осенило. Осознание их коллективного проёба было таким мощным, что он с хлопком шлёпнул себя ладонью по лбу. — Сука, чемодан... — проскулил Томми, и в этом одном слове поместилась вся бесконечная грусть эстонской души. Йост выхватил фонарик из кривых рук Томми и принялся водить лучом по подвалу, как световой шпагой, выискивая заветный чемодан. И вот он, красавец, восседал на самой верхней полке, словно патриарх на троне: потрёпанный, коричневый, со сломанной ручкой и одним колесиком — явно готовый в любой момент испустить дух. Не долго думая, Йост швырнул фонарик в физиономию Томасу — пусть пока посидит в темноте и подумает о своём поведении. Том, естественно, вжал голову в плечи, а белобрысый искатель приключений уже пытался дотянуться до реликвии. Несмотря на рост, полка насмехалась над ним. Парочка неуклюжих подпрыгиваний — и вот уже пальцы уцепились за ту самую, еле живую ручку. Без лишних раздумий Йост рванул чемодан на себя. Тот, с благодарным грохотом, обрушился на пол. Хорошо ещё, что не на голову Йоста — а то искали бы не букву, а его мозги на полу. Томми, забыв про обиду, с интересом подполз к трофею и щёлкнул замки. Первое, что предстало их взорам, была пожелтевшая газета с заголовком: «Чем кормить лошадей». «Ну конечно, — вздохнул про себя Йост. — Опять эти любимые кони Таммеметса». Том, словно загипнотизированный, тут же ухватил газету, развернул её с треском и погрузился в изучение, как ему показалось, сверхкрутой информации. Йост лишь пренебрежительно махнул рукой, ведь его взгляд уловил нечто куда более интересное — галстук. Не менее потрёпанный, чем чемодан, а к нему была приколота… нет, не записка, а великая тайна! Бумажка, а на ней — буква! Та самая, ради которой всё и затевалось. Пока Кляйн ликовал, Томас делал своё великое открытие. —Так-так, лошадки любят яблоки… морковку… сахар… — он читал с нарастающим воодушевлением, пока не дошёл до последнего пункта. Его лицо исказилось. — …и бананы. Он помолчал пару секунд,в которых уместилась вся вселенская ненависть. — Сука! Опять они! Почему эти злоебучие бананы преследуют меня весь этот грёбаный день?! Прохныкал Таммеметс, закатив глаза так, что увидел собственный мозг, и швырнул газету в угол. Внезапно все лошадиные премудрости показались ему до жути неинтересными. Йост пропустил нытье Томаса мимо ушей, как назойливую рекламу перед интересным фильмом. Он отцепил от галстука бумажку с загадочной «Л» и на обратной стороне была опять какая-то, похоже, очень важная часть из целого рисунка, с невозмутительным видом погрузил ее в карман вместе с подсказкой. Затем он выразительно ткнул пальцем в сторону картины, взглядом ясно давая понять: «Бери это и пошли наверх». Парни выбрались из пыльного царства и, словно два изможденных, но довольных археолога, плюхнулись на ближайший диван в зале. Они уставились на находку. Томми прокашлялся и стал громко зачитывать — Ну ребята молодцы, надеюсь, быстро вы нашли. Подсказками вас задарю, посмотрите вы в углу. — Таммеметс вспомнил,что его друг плох в русском, потому выдохнул и перевёл текст на английский: — Well done guys, I hope you found it quickly. I'll give you some hints, look in the corner. Йост замер с пальцем у подбородка, приняв позу мыслителя. Казалось, вот-вот в голове щёлкнет шестерёнка… или застрянет последняя из оставшихся. А Томми, тем временем, испустил стон: — Глууупые загадкииии! Сказали, что задарят этими Hints, а по итогу!? Где, куда и зачем вообще это нам это надо! — Том был сердит на это, и даже начал запинаться, а потом дочитал маленькую подпись снизу листочка: — P.S.: бумажки любят высоту... — Томас со злостью отдал этот ужас Кляйну и откинулся на спинку дивана. Кляйн, чьи жизненные силы иссякли окончательно, с чувством бессилия швырнул бумажки на стол. — Давай... we'll look tomorrow, — прохрипел он, — Я устать...Окончательно С этими словами блондин обрушился на спинку дивана, а его голова с тихим стуком нашла своё законное пристанище на плече у Таммеметса. Веки его медленно сомкнулись. Эстонец на сие действо не отреагировал. В голове же пронеслась мысль: «Жаль, что телефон остался в спальне. Вставать лень. А этот уснувший точно не побежит за мобильником, пока не доспит свои 8 часов». Что ж, оставалось лишь пялить глаза в потолок и ждать, пока Кляйн не закончит процесс подзарядки. Хоть бы потолок был интересный...