Тайна Термессоса

Нина, сквозь стекающие на лицо капли дождя, глядела на крутой склон, и в голове, кроме громких, невысказанных отборных матов, не возникало ровным счётом ничего. Каждый новый поток воды, стекавший с её волос за воротник, лишь подтверждал эту единственную, исчерпывающую мысль. - Ну что, официально заявляю: мы не просто в жопе, - прокричала она, перекрывая оглушительный шум ливня. - Мы в её глубоких, насквозь промокших, исторических недрах. Александр Македонский не смог, а мы вот запросто! Маргарита, с трудом удерживая равновесие на размокшей земле, протянула сестре руку, чтобы помочь ей подняться. И в этот миг небо над ними взорвалось. Яркая, слепящая молния сверкнула зигзагом, словно огненная трещина в самом полотне неба. Почти мгновенно за ней последовал оглушительный, раскатистый удар грома, от которого, казалось, содрогнулись древние скалы Терме́ссоса. Сёстры вздрогнули и инстинктивно пригнулись. Маргарита вжалась в Нину, её пальцы вцепились в мокрый рукав куртки мёртвой хваткой, а на её обычно оживлённом, озорном лице застыла чистая, животная паника. Нина тоже внутренне съёжилась от каждого раската - детская, иррациональная боязнь грозы никуда не делась, - но сейчас, чувствуя мелкую дрожь младшей сестры, она сжала зубы и сделала вид, что её это ни капли не волнует. - Нина, что будем делать? - почти захлёбываясь от дождя и страха, выдохнула Маргарита. Её буйное воображение уже рисовало самые жуткие сценарии: молния, бьющая в сосну над их головами, холодная ночь в этом промозглом лесу, голодные звери... Паника тяжёлым холодным комом сдавила горло. - Склон слишком крутой и скользкий! Взобраться обратно не получится! - чётко, почти по-командирски, прокричала Нина, отряхивая ладони о промокшие джинсы. В критические моменты что-то в ней щёлкало, и паника отступала, уступая место холодной, собранной решимости. В ней просыпалась та самая выдержка, унаследованная от бабушки. Паниковать было нельзя. Особенно когда от тебя зависела перепуганная до смерти младшая сестра, которая сейчас выглядела как потерянный котёнок. Страх за неё был сильнее собственного испуга. - Придётся искать другой выход! Но для начала надо где-то переждать этот потоп, пока нас совсем не смыло! Она резко встала, всё ещё придерживаясь за шершавый ствол сосны, и окинула взглядом окружающую чащу. Взгляд упал на едва заметную, размытую дождём тропинку, уводящую вглубь леса, под сень раскидистых крон. - Бежим! - она решительно схватила Маргариту за запястье и, не раздумывая, рванула вперёд. Некогда сухая тропинка превратилась в предательское месиво из грязи и скользких корней. Ноги вязли в размокшей земле, под ногами противно хлюпало, брызги летели из-под кед и ботинок, мокрые ветки хлестали по лицам и рукам, оставляя на коже холодные, мокрые полосы. Они бежали, спотыкаясь о скрытые корни и скользя по подушкам мха, уже не различая, где кончается тропа и начинается дикий лес. Мир сузился до стен из зелени, свинцового неба и рёва стихии, гнавшего их вперёд. - Нина, куда мы бежим? - задыхаясь от бега, крикнула Маргарита, едва успевая уворачиваться от низко свисающих мокрых ветвей, хлеставших её по лицу. - Не знаю! Лишь бы куда-нибудь! Смотри по сторонам! Ищи что-нибудь - пещеру, навес, хоть поваленное дерево! Нина бежала впереди, прокладывая путь сквозь чащу. Её сердце колотилось где-то в горле, смешиваясь с вкусом железа от дождя и страха, но она не сбавляла темпа. Каждый новый раскат грома гнал их вперёд, словно удар кнута. Они бежали, почти ослепшие от водяной пелены, с единственной мыслью - найти укрытие. Ещё один удар молнии осветивший лес на мгновение ослепительно-синим, призрачным светом. И в его синеватом, мгновенном зареве Маргарита замерла, как вкопанная. - Нина, СТОЙ! СМОТРИ! Впереди! Что это?! - взвизгнула она, замирая на месте и указывая дрожащей рукой куда-то вправо, в разрыв между могучими соснами. Нина резко обернулась, едва не поскользнувшись. В гуще леса, между стволами, в разрыве тумана и дождя, вырисовывалось нечто массивное и неестественно правильное, скрытое завесой лиан и плюща, свисавших с каменных выступов, словно древние шторы. Очертаниями оно напоминало гигантскую, наклонённую каменную глыбу, но в её формах угадывалась странная, рукотворная симметрия - слишком прямые углы, слишком чёткие линии для игры природы. Казалось, сама земля веками пыталась скрыть это место, поглотить его мхом и корнями, но каменная твердыня всё ещё сопротивлялась, не желая уходить в небытие. - Умница! Бежим туда! Надеюсь, там можно спрятаться! - скомандовала Нина, голос её сорвался на хрип, и они, собрав последние силы, рванули к древним стенам, спотыкаясь о корни и поскальзываясь на глине.

***

Через несколько минут они, почти падая от изнеможения, вбежали под массивную полуразрушенную арку, ведущую во что-то похожее на внутренний двор. Время здесь, казалось, замерло много столетий назад. Их встретили безликие каменные стражи - потрескавшиеся статуи в человеческий рост, выстроившиеся в немой почётный караул вдоль заросшей тропы. Дождевые капли скатывались по их мраморным щекам, как слёзы, выплаканные по тем, кто давно забыт. Густой туман ленивыми клубами стелился у подножия, окутывая всё таинственным, зловещим саваном. Воздух был густым и спёртым, пахнущим сыростью. - Что это за место?.. - прошептала Маргарита, инстинктивно прижимаясь к сестре. Её голос дрожал и терялся в монотонном шуме дождя, барабанящего по каменным плитам над их головой. - А Бог его знает, - пробормотала Нина, крепко сжимая её трясущуюся руку. Сердце у неё самой бухало в груди. - Но крыша над головой есть, и на том спасибо. Она окинула взглядом скрытый дворик, пытаясь понять, куда они попали. Это было не похоже ни на римские, ни на греческие руины, которые они когда-то видели. Архитектура казалась чужой, более древней и... иной. Осторожно, стараясь не поскользнуться на отполированных дождём камнях, они поднялись по полуразрушенным ступеням к главному входу. Одни ступени были выше, другие ниже, а кое-где камень шевелился под ногой, будто недовольно напоминая, что его трогать не следовало. Перед ними возвышалась массивная двустворчатая дверь из тёмного, почти чёрного дерева, испещрённого глубокими трещинами и окованного причудливыми ржавыми полосами железа, узоры на которых уже почти стёрлись. Она выглядела так, будто не открывалась веками. Нина, стиснув зубы, потянулась к потускневшей от времени закруглённой ручке. И тогда произошло нечто невозможное. Едва её пальцы коснулись холодного, обжигающе ледяного металла, как с глухим, скрежещущим стуком, словно тяжко вздохнув после долгого сна, дверь сама медленно и плавно отворилась внутрь, открывая непроглядную, густую тьму, пахнущую затхлостью и озоном. Девочки застыли на месте, парализованные неожиданностью. Нина моргнула, её мозг отказывался обрабатывать происходящее. Логика кричала, что так не бывает. - О, - выдавила она наконец, и голос её прозвучал неестественно громко в гнетущей тишине, наступившей после грохота грома. - А чё так можно было? Бесконтактный доступ, что ли? Где тут сенсор, я не вижу. Маргарита вцепилась в её локоть мёртвой хваткой, но в её испуганных, широко распахнутых глазах мелькнула слабая, почти истерическая искорка облегчения. Спасибо этой сумасшедшей сестре за её дурацкие шутки, даже если они были совершенно не к месту. Этот абсурдный комментарий хоть как-то вернул её в реальность. - Ну, пошли, раз приглашают, - после недолгого, напряжённого молчания проговорила Нина, делая неуверенный шаг вперёд, в черноту. - А может, не надо... - начала Маргарита, но её слова потонули в новом, оглушительном раскате грома, ударившем прямо над их головами. Небо снова вспыхнуло синим заревом, осветив на мгновение их бледные, испуганные лица и зияющий провал двери. Времени на раздумья не осталось. Оставаться под ливнем у этого жуткого порога было страшнее. Нина резко дёрнула сестру за руку. - Бежим! И они влетели в зияющий чёрный провал. Маргарита даже не сопротивлялась. Остаться одной снаружи, под яростным гневом стихии, в этом дворе со слезящимися каменными стражами, было куда страшнее. Пусть лучше неизвестность, но с сестрой, чьи плоские шутки были якорем в безумии происходящего.