Русал

В этот раз Том вернулся в библиотеку — и снова ничего. Ни одной книги, которая бы подробно описывала обитателей озёр на территории Британии. Сухие упоминания, обрывки теорий и скучные классификации. Полный вздор. Он недовольно захлопнул очередной том, тихо, но так, что переплёт жалобно скрипнул. Вечно одно и то же. Книги обещают знания, а внутри — ошибки, неточности и пересказ чужих слухов. Точно так же, как в дешёвых учебниках по зельеварению: перепутают ингредиенты, переставят шаги, а потом удивляются, что у вас не получилось… Саркастическая улыбка тронула уголки губ. На этот раз он решил довериться единственной книге, которая хоть как-то выглядела осмысленно. Да, наверняка в ней масса недочётов, и половина текста не стоит внимания. Но именно там он впервые наткнулся на упоминание, что русалки любят угощения: рыбу, ягоды — в зависимости от характера существа. Проверим. Если книга врёт, рыбка хотя бы получит ужин. Если нет… значит, я сделал первый шаг. Этот день тянулся мучительно скучно. Том выполнял свои обязанности старосты без всякого энтузиазма, словно по инерции. Особое внимание он вынужден был уделять гриффиндорцам — слишком уж громкие, слишком беспечные, слишком самоуверенные. Особенно раздражали двое новеньких. Девчонка-грязнокровка по фамилии Грейнджер — с вечно поднятой рукой, будто только и ждёт момента вставить своё мнение. И её напарник — долговязый, рыжий и до ужаса тупоголовый мальчишка по имени Рональд. Почему без фамилии? Странность, которая сразу зацепила внимание Тома. Как и тот факт, что они появились не в начале учебного года, как положено, а посреди. Середина года, странные новички без нормальной истории… Кто вас сюда вообще привёл? — Том задумчиво скользнул взглядом по ним во время урока. Его губы тронула тень усмешки: загадки он любил, но только тогда, когда они обещали стоить усилий. В данном же случае всё казалось банально и неинтересно. Слишком правильная девчонка и слишком глупый мальчик — вряд ли из них выйдет что-то стоящее. Он заставил себя отогнать мысли о «новеньких». Его тянуло к другому — к озеру, к тем самым глазам из глубины. Кхм...вернемся к новеньким. Слишком уж они выбивались из общей картины. Вели себя подозрительно, будто вовсе не впервые ступили на эти коридоры. Даже Абраксас, его верный пёс, отметил странности — и это уже было показателем. Обычно Малфой замечал только то, на что сам Том указывал пальцем, но тут внимательность проявилась сама собой. Ходили, словно замок знали от и до, свободно лавировали между лестницами, исчезали в коридорах, куда чужой нос сунуть не посмел бы. Слишком уверенно. Слишком знакомо. А ещё — их взгляды. Том чувствовал их буквально кожей: колкие, обвиняющие, будто он уже совершил преступление. Будто в их глазах он был убийцей. Это вызывало любопытство, раздражение и… лёгкое предвкушение. "Но ведь я ещё ничего не сделал... пока," — усмехнулся он про себя. Вечер тянулся мучительно медленно. Казалось, даже часы в коридорах шептали время ленивее обычного. Обязанности префекта не оставляли выбора — приходилось снова и снова обходить длинные коридоры, выискивая нарушителей. Дважды он ловил учеников, шныряющих после отбоя, и, как ни удивительно, почти все оказывались гриффиндорцами. Глупцы. Даже скрываться толком не умеют. Закончив обход, Том направился в гостиную Слизерина. Взял с собой небольшую коробочку с ягодами и сушёной рыбой — та не пахла мерзко, в отличие от большинства запасов, и вполне сгодилась для перекуса. В голове уже зрела мысль: сегодня он не останется в душной комнате. Тихо миновав подземные ходы, Том выбрался к чёрному озеру. Ночной воздух был холодным и влажным, тишина казалась почти живой. Вода отражала бледный свет луны, и на поверхности едва заметно дрожали круги. Здесь всегда было особенное чувство — будто озеро ждёт, наблюдает, хранит в себе больше тайн, чем весь замок. У самого берега он остановился, глубоко вдохнув холодный воздух. Озеро лежало перед ним тёмным зеркалом, отражая бледный лунный свет. Всё выглядело обманчиво спокойно, но Том ясно ощущал: под толщей воды что-то есть. Что-то ждёт его. — Эй, Рыбка, — негромко произнёс он, позволив уголкам губ изогнуться в лёгкой насмешке. Новое прозвище прозвучало просто, почти ласково, и вместе с тем — как вызов.— Я тебя так буду звать. «Русалка» слишком длинно и скучно. Он присел на корточки, поставил рядом коробочку с ягодами и сушёной рыбой. — Смотри, я даже принёс еду, — продолжил он спокойно, глядя в неподвижную чёрную гладь. — Вряд ли в этом болоте водится что-то съедобное. В ответ — тишина. Лишь лёгкий плеск, будто кто-то из глубины специально тронул воду кончиком пальца. Том улыбнулся шире. Значит, слушаешь… Он опустил коробку у самой кромки воды и на секунду задержал взгляд. Тишина. Но через мгновение — всплеск. Том резко развернулся и направил палочку в сторону звука. — Lumos! Вспыхнул свет, и на короткий миг он заметил хвост. Переливающийся чёрно-зелёной чешуёй, мощный и изящный, он исчез в глубине, оставив после себя лишь рябь на воде. Том не отрывал глаз, ощущая, как в груди сжалось — смесь удивления, восторга и хищного азарта. — Так вот что это было… отвлекающий манёвр? — сказал он с лёгкой ухмылкой. И только тут заметил: коробка исчезла.«Хитрая Рыбка», — с лёгкой насмешкой отметил Том, чувствуя, как уголки губ вновь дрогнули в почти невидимой улыбке. Ему нравилась эта игра — тайное соперничество с существом, которое пряталось под водой, будто проверяя его терпение и умение держать контроль. Он задержал взгляд на чёрной глади, где бледный свет луны рябил, словно дыхание самой ночи, и, неожиданно даже для себя, заговорил вслух — негромко, но твёрдо, будто объявлял что-то важное: — Меня зовут Том. Том Марволо Реддл. Ветер тут же подхватил его голос, разнёс шёпотом по воде и скрыл в тумане. В ответ — только тишина. Ни всплеска, ни движения. Лишь редкие порывы ветра заставляли листья шуршать и создавать иллюзию, будто кто-то незримый скользит рядом. Том уже почти решил, что это было глупо — открываться первому, и сделал шаг назад от берега. Но в тот же миг у его ног появилась коробочка. Она плавно скользнула по воде, ударилась о камень и застыла, словно ждавшая, пока он её поднимет. На крышке, неровными, будто детскими буквами, было выведено: «Гарри :)». Том замер на мгновение, а затем усмехнулся — коротко, сдержанно, но всё же искренне. В его глазах мелькнул азарт. Такой дерзости он не ожидал. — Гарри, — тихо повторил он, будто пробуя имя на вкус. — Значит, Рыбка у нас с чувством юмора… Его ухмылка стала чуть шире, и в груди разгорелось знакомое ощущение — предвкушение охоты, в которой каждый ход становился всё интереснее. И тут снова раздался тихий звон — будильник Tempus напомнил, что ночь закончилась. В прошлые разы это всегда вызывало у Тома раздражение, но сейчас ухмылка так и не сошла с его лица. — Ладно, Гарри~, — протянул он, нарочито лениво, будто у них было впереди бесконечно много времени. — Ещё встретимся. И на этот раз ответом ему послужила не привычная глухая тишина, а всплеск воды. Лёгкий, почти насмешливый — словно Рыбка подыграла его тону, соглашаясь с его словами. Том замер, а затем улыбнулся ещё шире. В груди разлилось странное чувство — не раздражение, не досада, а что-то близкое к удовлетворению. Почти победа. Почти приручение. — Умная Рыбка… — пробормотал он вполголоса, разворачиваясь и уходя в сторону замка. И даже когда замок вновь поглотил его шаги, ухмылка так и не исчезла, будто это озеро оставило в нём маленький крючок, за который уже кто-то ухватился.