Русал

В ту же ночь Тому приснился странный, тревожный сон. Всё вокруг тону́ло в густом мраке, будто ночь сама наблюдала за ним. Он стоял у подножия старой лестницы, ведущей вверх, туда, где таилась неизвестность. Каждый шаг отзывался гулким эхом, отражаясь от стен, словно само пространство дышало и шептало его имя. Повсюду валялись осколки зеркал, и в каждом он мельком замечал себя — но не таким, как обычно. В отражениях — чужой, уродливый силуэт: лысая голова, серая кожа, морщины, будто время высосало из него жизнь. Боковым зрением Том уловил движение и резко повернулся — из треснувшего стекла на него смотрел тот, кто казался его изуродованной копией. Рядом с отражением висел пожелтевший календарь: 31 октября 1981 года. Внутри у Тома что-то ёкнуло. Подсознание подсказывало, что это не просто сон, а воспоминание. Его собственное — но из будущего. Он не понимал, как такое возможно. Откуда это? Почему он видит то, что ещё не случилось? Но останавливаться нельзя. Нужно было досмотреть до конца. Поднявшись по лестнице, Том вошёл в небольшую детскую. В комнате пахло теплом и молоком. На полках стояли игрушки, а в центре — колыбель. Над ней склонилась рыжеволосая женщина, не старше тридцати. В её глазах читался страх, но и отчаянная решимость. Заметив “Тома”, женщина инстинктивно прикрыла ребёнка собой и закричала, но в тот же миг раздался холодный голос и зелёная вспышка ослепила комнату. — Авада Кедавра. Женщина упала, и всё стихло. Тот “Том” подошёл ближе к колыбели. Внутри лежал мальчик с изумрудно-зелёными глазами, совсем крошечный, наверно не старше года. Том ощутил странное чувство — что-то кольнуло в груди, будто часть его самого отозвалась на этот взгляд. И вдруг всё произошло слишком быстро. “Том” вновь поднял палочку и произнёс заклятие. Но на этот раз — нечто пошло не так. Луч зелёного света отразился, ударив прямо в него самого. Мгновение — и тишина. На лбу ребёнка остался тонкий след — шрам в форме молнии. Оба “Тома” — и тот, кто творил заклинание, и тот, кто наблюдал сон — были поражены. Это было невозможно. Тот “Том” пошатнулся, чувствуя, как силы покидают его, и в последний миг услышал далёкие шаги. Кто-то приближался. Дом был окружён — врагами, как понял Том, — теми, кто пришёл за ним. Он хотел увидеть, что произойдёт дальше, но не успел — сон оборвался. Том резко проснулся, тяжело дыша, покрытый холодным потом. «Удивительно…» — устало подумал он, глядя в потолок. В комнате стояла тишина, остальные ещё спали. Том осторожно поднялся, сел на кровати и попытался осмыслить то, что увидел. С одной стороны, это был всего лишь сон. Но с другой — слишком реалистичный, слишком чёткий. Каждая деталь, каждый звук, каждый отблеск зелёного света — всё казалось настоящим. И тогда он вспомнил, как один из гриффиндорцев как-то болтал в общей гостиной о снах. «Сны — это либо окошко в параллельный мир, либо видение будущего», — говорил тот. Конечно, не Тому, а кому-то из своих. Гриффиндорцы ведь никогда не умеют говорить тихо. Собравшись с мыслями и наконец успокоив дыхание после странного сна, Том отправился в душ. Прохладная вода помогала немного прояснить голову, но образы ночного видения всё ещё всплывали перед глазами. Он пытался убедить себя, что это был просто сон, обычная игра подсознания… но что-то внутри подсказывало — нет, это было нечто большее. Переодевшись, Том машинально потянулся к книге, лежавшей на тумбочке. Это была та самая — о русалах. Вчера он читал её вскользь, но теперь решил взглянуть внимательнее, надеясь отвлечься от мыслей. Кровь русалов очень ценна. Ради одной капли её отдают целые состояния, а иногда — и жизни. Используют как реликвии, как символ силы. Мало кто знает, но кровь русалов обладает целительными свойствами, а иногда даже прорицательными… Том задумчиво провёл пальцем по строчке и тихо усмехнулся. — А это интересно… — пробормотал он себе под нос. — Надо бы навестить профессора Слизнорта. Всё равно не учебный день. Мысль пришла мгновенно. Конечно, никто и не удивился бы, что Том Риддл решил поговорить с Слизнортом — ведь Том был любимчиком многих преподавателей. Но на самом деле парень просто хотел выведать всё, что мог. Особенно то, что не писали в книгах. «И про крестраж не забыть…»— мелькнула мысль.

В кабинете профессора Слизнорта

Дверь приоткрылась бесшумно. — Профессор, — произнёс Том, как всегда спокойным, ровным голосом. — Оох! — Слизнорт вздрогнул, едва не уронив чернильницу. — Том! Ты меня напугал. — Он поправил жилет и усмехнулся. — Что-то хотел? — Да, профессор. У меня есть два вопроса, и оба, скажем так… довольно интересные. Надеюсь, вы сможете ответить. — Хмм, — протянул Слизнорт, откинувшись в кресле. — Зависит от вопросов и от того, насколько они интересные. Том слегка улыбнулся, не показывая настоящего намерения. — Недавно я прочитал об одной вещи. Очень редкой. Называется крестраж. От этого слова профессор заметно напрягся. Его улыбка дрогнула, а взгляд стал настороженным. — Том… — тихо начал он, — это тёмный артефакт. Запрещённый. Опасный. Он раскалывает душу и лишает человека человечности. Я не советую даже интересоваться такими вещами. Том наклонил голову, делая вид, что говорит из любопытства. — Мне просто хотелось понять, как он создаётся. Чтобы знать, чего стоит остерегаться. Профессор задумчиво потер бороду, потом тяжело вздохнул. — Чтобы создать крестраж, нужно совершить убийство. — Голос стал почти шёпотом. — Душа раскалывается пополам, и часть её можно заключить в предмет. Но даже одно создание крестража — чудовищная мука. Душа становится изуродованной, а тело теряет часть своей жизни. Это против самой природы. Не думаю, что кто-то способен пережить создание нескольких таких артефактов… Том слушал внимательно, запоминая каждое слово. В глазах блеснул странный холодный интерес, который профессор предпочёл не замечать. — Благодарю, — произнёс Том спокойно. — А второй вопрос касается… крови русалов. Или, возможно, самих русалов. — Ах, вот оно что! — оживился Слизнорт, будто рад сменить тему. —Русалы — существа редчайшие. Их кровь действительно обладает особой ценностью. Есть слухи, что она способна исцелять, а иногда даже… возвращать с грани смерти. Но это, конечно, лишь легенды. Хотя… — он криво улыбнулся. — Я лично не проверял. — Понимаю. — Том кивнул. — Этого достаточно. Спасибо, профессор, что уделили мне время. — Всегда рад, Том, — отозвался Слизнорт, всё ещё с лёгкой тревогой наблюдая, как ученик выходит из кабинета. Том шёл по коридору медленно, задумчиво. Ответы профессора были почти удовлетворительными… почти. Но ему этого было мало. Слишком мало деталей. Он сжал книгу под мышкой и едва заметно усмехнулся. Сегодня он не пойдёт к своей рыбке. Не сегодня. Ему нужно подумать.