Холод его мерзких губ

Его гнев постепенно утихал. – Что я наделал? – прошептал Минхо, отступая назад. – Что я наделал… Он посмотрел на свои руки, покрытые кровью Джисона и его затошнило. Слезы начали течь по его щекам. – Прости меня, – прошептал Минхо. – Прости меня, малыш. Я не хотел… Он сел ближе к Джисону и осторожно приподнял его голову. – Малыш, очнись! – кричал Минхо, тряся его за плечи. – Пожалуйста, очнись… Прости… Джисон медленно открыл глаза и посмотрел на Минхо. В его взгляде не было ни ненависти, ни злости, лишь какая-то вселенская грусть. – Прощаю, – прошептал Джисон и закрыл глаза, стараясь улыбнуться. Минхо разрыдался. Он понимал, что сделал глупую и непоправимую вещь. Пока Эмили слушала через телефонную трубку, то все, что услышала – это звук падения и громкий крик Джисона. Затем воцарилась тишина. Звонок оборвался. Дрожащими руками Минхо принялся приводить Джисона в порядок. Два долгих часа он провел, осторожно обмывая его лицо теплой водой, вытирая кровь и грязь. Он дезинфицировал раны, стараясь не причинить еще больше боли и перебинтовывал порезы с ссадинами. Каждое прикосновение отдавалось болью в его сердце, каждое пятнышко крови напоминало о его чудовищном поступке. Когда он закончил, Джисон выглядел умиротворенно, но неестественно бледным. Его ресницы дрожали, а дыхание было слабым и прерывистым. Минхо бережно уложил его на кровать, закутал в одеяло и долго смотрел на его измученное лицо, молясь о том, чтобы тот выжил. В этот момент до его слуха донесся далекий вой сирен. Они приближались, и Минхо понимал, что времени больше нет. Полиция уже здесь. Он подбежал к окну и выглянул наружу. К дому подъезжали полицейские машины, вооруженные люди выскакивали из них и окружали здание. Они были повсюду. Решение пришло мгновенно. Он не мог позволить им забрать Джисона. Не мог позволить ему оказаться в руках правосудия, которое не поймет их сложную и запутанную историю. Минхо подхватил Джи на руки, и, стараясь двигаться как можно тише, направился в комнату на первом этаже. Он знал, что под матрасом в углу комнаты находится вход в старый погреб, о котором никто не подозревал. Отбросив матрас в сторону, Минхо открыл люк и осторожно спустился вниз. В погребе было темно и сыро, но он знал, что здесь их никто не найдет. Пройдя по узкому туннелю, он добрался до потайного выхода, расположенного далеко за пределами дачного домика, в глухом лесу. Этот выход был замаскирован так тщательно, что его невозможно было обнаружить с поверхности. Выбравшись из-под земли, Минхо снова подхватил Джисона на руки и направился вглубь леса. Он знал, что там, в чащобе, находится его второй тайный домик, построенный много лет назад как убежище на случай опасности. Путь был долгим и трудным. Минхо приходилось пробираться сквозь заросли кустарника и перешагивать через поваленные деревья прямо с Джисоном на плечах. Через полчаса, он, наконец, добрался до места назначения. Второй домик находился под землей и был искусно замаскирован. Спустившись в него, Минхо уложил Джисона на кровать и обессиленно рухнул рядом с ним. Они были в безопасности. По крайней мере, на время. Но что их ждет впереди? Как долго они смогут скрываться от полиции? И сможет ли Джисон простить его за то, что он натворил? Джи очнулся от обволакивающей темноты, сквозь сон всплывая на поверхность из глубокого океана. Голова раскалывалась, будто её пытались разбить изнутри, а тело ныло от боли, словно побывало под прессом. Он лежал на чем-то мягком, но не мог понять, где находится. Комната была тускло освещена, и его зрение не сразу приспособилось к полумраку. Он медленно повернул голову и увидел, что находится в небольшом, уютном домике. Стены были обшиты деревом, а в углу потрескивал огонь в камине. Он попытался приподняться, но резкая боль пронзила его тело, заставив застонать. Тогда он увидел его. Минхо. Он сидел рядом с ним на кровати, внимательно наблюдая за ним. Его лицо было измученным и виноватым, а в глазах просачивалось отчаяние. Джисон смотрел на него и не чувствовал ничего. Ни страха, ни ненависти, ни злости. Только пустота. Пустота, заполнившая его разум и сердце. Его лицо было опухшим и покрытым синяками. Разбитая губа кровоточила, а под глазом красовался огромный фингал. Темно-синие волосы теперь подчеркивали его измученный и безжизненный вид. Он выглядел сломанным, уничтоженным, потерянным. Минхо видел, что он очнулся. Он протянул к нему руку, боясь прикоснуться. – Джисон, – прошептал Минхо. – Как ты? Хан смотрел на него и молчал. Минхо не выдержал. Он сел к нему ближе и крепко обнял. – Прости меня, малыш, – умолял Минхо. – Прости меня, пожалуйста. Я не знаю, что на меня нашло. Я не хотел тебе навредить. Только тогда, когда Минхо прижал его к себе, когда его теплые объятия окутали его коконом, Джисон не выдержал. Он уткнулся лицом в плечо Минхо и разрыдался. Слезы текли ручьем по его щекам, смывая боль и отчаяние. Он плакал долго и безудержно, выпуская на волю все то, что накопилось в его душе за последние месяцы. И в этих слезах, в этом отчаянном плаче, была не только боль и страх, но и что-то еще. Что-то, что связывало их воедино, несмотря на все зло, которое произошло между ними. Что-то, что называлось любовью. Слезы Джисона постепенно утихли, сменившись изнурительным спокойствием. Он отстранился от Минхо, вытирая покрасневшие глаза. Он посмотрел на него, и в его взгляде больше не было ни страха, ни ненависти, лишь какая-то тихая, болезненная решимость. Минхо нежно провел рукой по его щеке, стирая остатки слез. Он прижал Джисона к себе и начал медленно покачивать его как маленького ребенка. Джи закрыл глаза и расслабился, позволяя себе на мгновение забыть обо всем, что произошло. Мир вокруг них перестал существовать. Остались только они вдвоем. Они долго сидели так, обнявшись, наслаждаясь редкими минутами покоя. Минхо нежно целовал Джисона в волосы, в шею, в лицо, пытаясь показать ему всю свою любовь и заботу. Джисон отвечал на его поцелуи, ища в них утешение и защиту. Но это был всего лишь миг, ускользающее мгновение счастья перед неминуемой бурей. Примерно через час они услышали шум приближающихся машин. Минхо мгновенно напрягся. – Это они, – прошептал Минхо, отстраняясь от Джисона. – Они пришли за нами. Он поднялся с кровати и подошел к люку. Прижавшись к крышке, он услышал, как их окружают полицейские машины. Вооруженные люди выскакивали из них и занимали позиции. Все было кончено. Минхо повернулся к Джисону и посмотрел на него с грустной улыбкой. – Ладно, – прошептал Минхо. – Я люблю тебя. Он уже собирался выйти из дома, чтобы сдаться полиции, как вдруг Джисон схватил его за руку. – Нет, – сказал Джисон. – Ты не пойдешь. Он встал с кровати и подошел к Минхо. Дверь вылетела с петель, и в комнату спрыгнули трое полицейских, направив на них оружие. – Полиция! Руки вверх! – закричал один из них. Минхо поднял руки в знак капитуляции. – Не стреляйте! – закричал Минхо. – Я сдаюсь. Полицейские двинулись к нему, чтобы арестовать. – Стой! – закричал Джи, бросаясь к Минхо. – Не трогайте его! Полицейские схватили Минхо и повалили его на пол. Джисон обезумел. Он не мог этого вынести. Он видел, как Минхо тащат по земле, как надевают на него наручники. Внезапно его взгляд упал на пистолет, выпавший из кармана Ли. Он лежал прямо у его ног. Не раздумывая ни секунды, Джисон схватил оружие и поднял его. Полицейские замерли, глядя на него с ужасом. – Не подходите! – закричал Джисон, дрожащими руками наводя пистолет на полицейских. – Иначе я выстрелю! – Джисон, опусти оружие! – кричал один из полицейских, пытаясь его успокоить. – Не делай глупостей! Но Джи его не слушал. Он видел только Минхо, лежащего на полу, скрученного и обездвиженного. Он видел, как его уводят, как отнимают у него единственного человека, которого он любил. Он больше не мог это терпеть. Он нажал на спусковой крючок. Раздался выстрел. Полицейский, стоявший ближе всех к Джисону, упал на пол. Затем раздался второй выстрел. И третий. Оба оставшихся полицейских упали замертво. В комнате воцарилась тишина. Джисон стоял посреди комнаты, держа в руках пистолет. Он был весь в крови. Его руки дрожали, а дыхание сбилось. Он убил их. Он убил троих человек. Джисон посмотрел на Минхо, лежащего на полу. Ли смотрел на него с ужасом и восхищением. Джи бросил пистолет на пол и подошел к Хо. Он опустился на колени рядом с ним и освободил его от наручников. Теперь Джисон был как Минхо. Убил столько же человек. Для него это было мерзко. Но они хотели забрать у него любимого человека. А Джисон не мог позволить им сделать это, даже если вызвал их сам.