Вне времени

Леалунд едва успевал сбрасывать с себя невидимые магические петли, которые то и дело норовили отсечь его от источника. Его противник был весьма опасной тварью и не позволял застигнутому врасплох альтмеру с уверенностью определить свое местонахождение; а это, тем временем, является важнейшим аспектом для любого, даже очень опытного, мага. Время от времени он замечал плывущую тень где-то в непосредственной близости, но каждый раз при попытке ее атаковать, она ускользала. Около него метался взбешенный Бремер. Босмер обладал отличным чутьем на подобного рода неприятности и если бы не его реакция, Леалунд уже лежал бы в луже собственной крови. А ведь цель была так близка; наивно было думать, что Свиток никто не стережет, иначе, разве пролежал бы он нетронутым несколько тысячелетий? Какой-то дух, или что-то в этом роде? Альтмер с трудом закрылся магическим щитом, вложив в свое заклинание достаточное количество энергии, чтобы суметь подготовить новое, позволяющее ему видеть сущность неуспокоенных душ. Глубокие и резонирующие слова, пробуждающие эту магию, было тяжело терпеть даже такому опытному мистику как Леалунд. Очень нехорошая и опасная сила, убийственная, если произнести ее в неудачных обстоятельствах. В древних руинах, полных скорбных воспоминаний, давно сгинувших в жерле кровавых войн прошлого, делать это было смерти подобно. Выбора, однако, не было, да и Леалунд знал, что он справится. Вокруг ладоней мага начали образовываться сияющие энергетические нити, медленно закручивающиеся в спирали. Эти нити, искрящиеся желто-болотным цветом, напоминали щупальца смерти, притягивающиеся к, родственным для себя, потусторонним сущностям. Они начали вытягиваться вверх, формируя сложную сеть, похожую на паутину, которая постепенно охватывала все пространство зала. Свет от образовывающихся фигур был мягким и липким; он будто бы дополнялся душераздирающими стенаниями множества незримых для обывателя мертвецов, недостаточно сильных или осмысленных, чтобы явить себя миру. Они заполняли все пространство вокруг мага, словно роящиеся в морской воде медузы. Большая часть духов давно утратила импульсы разума, и остаточные сгустки их анимической сущности бесцельно витали в пространстве. Другие же, словно ощущая себя обнаруженными, подобно затравленным тварям, пытались прятаться от Леалунда среди других духов. Третьи, не боялись приближаться к меру и угрожающе летали вокруг него, силясь напугать нарушителя их вечного покоя, но даже они были неспособны ему навредить. Увидеть достаточно сильного и враждебного духа, среди этой толпы, альтмер так и не смог. Тем временем, таинственная тень, находилась где-то поблизости, то и дело появляясь в самых неожиданных для Леалунда местах. Бремер продолжал яростно шипеть и отгонять очередные ее наскоки. Пару раз он, казалось, дотянулся до невидимого противника, но тот вновь ускользал, продолжая свои попытки заарканить магические потоки Леалунда. Подобной активности ни один дух не проявлял и это могло значить только одно – кто-то или что-то живое, обитает в этих коридорах и залах, и эта сущность очень не рада двум любопытным талморским агентам, проникнувшим на ее территорию. Что же, - мер не собирался оставаться в долгу. Леалунд закрыл глаза и сосредоточился, чувствуя, как магическая энергия переплетается с его сущностью. Он протянул руку вперед, и в ладони вспыхнуло голубое пламя. Оно постепенно расходилось по всему его телу, пожирая заклинателя целиком. Души вокруг Леалунда кружились и вопили, пытаясь вырваться из устроенного им магического водоворота. Кое кому, посильнее и поумнее, удалось избежать незавидной участи, превратиться в угли для разгорающегося в Леалунде аркана, но большая часть была нещадно им поглощена. Альтмер открыл глаза и пламя разом потухло, превратившись в переливающуюся разными оттенками синего анимическую пленку, подобно доспеху обрамляющую своего носителя. *** Бремер инстинктивно отшатнулся от засиявшего синем пламенем Леалунда. Казалось, он должен был привыкнуть к подобным фокусам: альтмер выкидывал их достаточно часто, но каждый раз маг все же умудрялся его удивлять. В любом случае, надолго отвлекаться от таинственного противника, было непозволительной роскошью. Босмер отвернулся от Леалунда и вновь вгляделся в темноту, царящую вокруг них. Тень прекратила свои атаки и затихла, видимо и на нее фокусы альтмера произвели определенное впечатление. Если действовать быстро, можно извлечь из этой заминки определенную пользу. Глаза босмера закрылись, мысли очистились, он отрешился от происходящего вокруг себя. Придерживая ножны левой рукой, своей правой рукой он плотно обхватил рукоять обсидианового кинжала. Босмер погрузился в шёпот леса и замер, осознавая реальность вокруг себя на принципиально ином уровне. Все вокруг мера будто бы поплыло в неком замедлении; каждая деталь окружения стала кристально четкой. Он представил мельчайшие трещины на древних камнях, которые составляли стены преддверия храма. Он ощутил могильный холод, пронизывающий это место и влагу, медленно собирающуюся в трещинах древних стен этого мертвого города. В воздухе витал слабый аромат мха и древних полуразложившихся древесных смол, наполняя его ноздри терпким запахом, так не похожим на благоухания лесов северного Валленвуда, где тайневик провел свое детство. Разрушенные храмовые врата сверкали, словно отголоски ночного неба, создавая иллюзию изрешеченности сводов. На фоне этого, Леалунд, объятый синим пламенем, напоминал мифического зверя, расположившегося для броска на невидимого противника. Огонь, освещавший лицо мага, подчеркивал напряженные черты его лица и холодный сосредоточенный взгляд. Синие искры отрывались от пламенных вихрей, словно звезды, рожденные в боевом танце. Магические разряды летели в разные стороны, освещая зал мерцающим светом. Бремер попытался найти вокруг себя что-то, чего быть не должно, что выбивается из общего рисунка окружающего его пространства. Противник, ранее буйствующий, теперь, казалось, затаился. И все же, мер уловил тонкие колебания воздуха, заметил, как в определенных местах вздымаются едва заметные водовороты пыли. Враг осторожничал, но все же двигался, и, теперь, Бремер точно знал, где именно. Мер теперь мог подметил тени, которые слегка искажались, в том месте, в котором притаилось существо. Они колебались и неестественно изменяли форму. Почти незаметное для обычного мера, для того, кто был обучен отпускать свое сознание на милость шёпота леса, движение не прошло незамеченным. Мало было знать, где находится твой противник, необходимо еще и представлять, что он такое. Если это бесплотный дух, обсидиан не навредит ему, если лич, или другое умертвие, он его не убьет, но при правильном применении, значительно осложнит ему «жизнь». Если в тенях прячется маг, или убийца, находящийся под действием заклятья, можно попытаться избавиться от него одним ударом, ну, или, по крайней мере, сильно покалечить. В последнем мер сомневался, ведь за годы службы Талмору он повидал немало подобного рода умельцев, и то что вытворяло это существо, казалось слишком сильно выходящим за шаблоны, хранящиеся в его памяти. Не мешкая более не мгновения Бремер метнул в притаившуюся тварь несколько метательных ножей, таким образом, чтобы уклониться для нее было бы совершенно невозможным. Несколько из них прилетели в стену, одно с металлическим треском отлетело в сторону, но босмер мог бы биться об заклад, что несколько шипов исчезли; он даже невольно вообразил себе глухой всхлип боли, который издал невидимый враг. В следующее мгновение яркая вспышка света ослепила тайневика, и он потерял концентрацию. Источник этого света будто бы прилип ко лбу Бремера и тот не в силах был от него избавиться, сколько бы не пытался. Повинуясь инстинкту самосохранения, босмер прильнул к каменному полу, и тут же над его головой пролетело что-то достаточно увесистое, чтобы лишит его головы, будь ее владелец чуть менее проворным. Таинственный источник света исчез столь же быстро, как и появился. Над Бремером нависала фигура Леалунда, объятая бело-голубым сиянием. Смотреть на него было занятием болезненным, поэтому мер закрыл глаза и прислушался к окружающему его пространству. Кто-то тяжело дышал за колонной в нескольких метрах от Бремера. В воздухе стоял еле заметный аромат мерийской крови, которую тайневик не перепутал бы ни с чем иным, даже в предсмертных стенаниях. «Мер» - сквозь зубы шепотом произнес Бремер: «Пусть сгниют его кости, всего лишь жалкий мер!». «Ты в этом полностью уверен?» - голос Леалунда был весьма озадаченным. Бремер кивнул, продолжая руками методично разминать свои глазные яблоки. Перед ним все так же струились блики погасшего света, глаза болели, внимание рассеивалось. «Где он?» - голос альтмера был спокоен и серьезен. «Точно не знаю. Примерно там, он чем-то меня ослепил, я не уверен» - Бремер резко указал направление и вновь принялся растирать свои глаза. «Очень хороший иллюзионист» - подумал он, но не стал произносить очевидного. Не многие успевали заметить Бремера прежде, чем он замечал их. Этот же враг не просто первым обнаружил талморцев, но и сумел напасть столь неожиданно и остервенело, что будь они чуть менее опытны, то их души находились бы уже на пол пути в Этериус. И все же, шансов у таинственного мера немного. Леалунд был крайне неплохим мистиком и довольно сносным некромантом. В целом он практиковал и другие магические искусства, так что арсенал своих фокусов далеко не исчерпал. Вкупе с обученным тайневиком…, другими словами, такой тандем было очень сложно одолеть в одиночку. Но все это имело бы значение лишь в том случае, если нападающий один. Леалунд выставил вокруг незримый, но вполне ощущаемый Бремером магический заслон, от чего воздух вокруг талморцев наэлектризовался и по коже у босмера моментально разбежались мурашки. Он всматривался в темноту, то и дело посылая лучи некротического света в место, ранее указанное Бремом. «Никому не будет пользы, если мы друг друга поубиваем» - в голосе Леалунда особенно четко слышался тягучий язвительно-кокетливый альтмерский акцент, раздражающий на инстинктивном уровне, всех, кроме его носителей: «Это гарантировано случится, если мы продолжим». Маг неспешно оглядывался по сторонам, и, в целом, выглядел расслабленно (хотя Бремер понимал, что это всего лишь хорошая игра): «Выходи на свет и, я уверен, что мы сможем договориться» - Леалунд сделал многозначительную паузу: «Мы же не будем уподобляться невежеству людей? С такими талантами ты сделаешь себе головокружительную карьеру в Доминионе». Леалунд медленно повернулся всем корпусом, будто бы уловив позади себя какое-то движение. Но голос, вопреки всему, прозвучал с другой стороны. И этот голос сквозил презрением. «Салаче. Вы все те же. Надо думать, великое солнце ослепляет вам разум» - голос будто бы рассеивался по помещению, не позволяя определить место нахождения говорящего. Возможно, из-за этого, он казался каким-то необычным, со странным квакающим акцентом. «Ровно потому и пал заботно возводимый вами Там-риэль. Вы много говорили там, где разговаривать должна только сталь» - на последних словах незримый враг нанес новый сокрушительный удар. Краем глаза Бремер заметил чью-то быстро движущуюся тень, справа от себя. Он ожидал, что щит Леалунда испепелит ее, но все же инстинктивно сгруппировался, и, подпустив на расстояния удара, сделал стремительный выпад в сторону лица нападавшего. На его удивления образ воина рассеялся, и вновь появился уже за его спиной. Босмер пригнулся и подсек нападавшего под колени, стремясь повалить его наземь, но и теперь противник, словно облачко пара, растворился в воздухе. Начавший вроде бы метать сгустки некротической энергии альтмер, опомнился куда быстрее. Он с силой сжал плечо Бремера и прошипел, оглядываясь по сторонам: «Замри». Образы хаотично появлялись и исчезали, яростно набрасываясь, то на тайневика, то на мага, непоколебимо и недвижимо стоящих в боевых позициях. Внезапно Леалунд развернулся и выставил перед собой мощный некротический щит, столь плотный, что Бремер не мог почти ничего через него разглядеть. Что-то с силой врезалось в заслон и на мгновение рассеяло его, почти пробившись внутрь. С большим трудом маг смог отбросить нападавшего, увернувшись от острия его блеснувшего в лиловом пламени клинка. Бремер увидел в этом возможность и тут же бросился вслед за единственным не истаявшим образом, лишившись тем самым магической защиты. Высокий худощавый воин, рука и левый бок которого были объяты некротическим пламенем, не долго находился в беззащитном состоянии и живо подметил приближающуюся опасность. Он поднял свой клинок над левым ухом и выставил острие в сторону Бремера. Бледная кожа воина, мистически освещаемая потусторонним светом, отливала синевой, его глаза, казалось, горели холодным, безжизненным светом. И, облаченный в обтягивающую броню, сплетенную из неизвестного материала, он выглядел одновременно призрачно и изящно. Тайневик немедля кинулся на обнаружившего себя врага, и почти настиг его, но тот успел сделать несколько пасов руками и липкая жирная тень окутала Бремера столь быстро, и столь плотно, что он утратил способность дышать. Однако босмер не остановился: он понимал, что враг, вероятно, не успел переместиться и все еще находится в зоне досягаемости. Хорошего мага-иллюзиониста можно одолеть только, мешая ему мыслить рационально, не позволяя его иллюзиям останавливать твои действия. Тем не менее, стоит признать, что свою роль эта магия исполняет сполна – твои чувства превращаются в злейших врагов, и действовать приходится исключительно по памяти. Он вновь метнул ножи перед собой и в тот же момент почувствовал, как тьма рассеивается, повинуясь чьей-то направленной воле. Леалунд оправился от оплеухи и теперь, озлобленный и еще более опасный, направил все доступные ему силы, на общего с Бремером врага. Бил он хаотично, но яростно, заставляя марийского воина почти панически уворачиваться от его отчаянных магических атак. В то же время, Бремеру действия альтмера связывали руки - он не мог действовать свободно, поскольку сам мог оказаться жертвой разъяренного мага. Приходилось следить больше за своим напарником, нежели за противником, и все, что ему оставалось делать в этой ситуации — это медленно зажимать врага, отрезая тому пути к отступлению. Внезапно Леалунд громко вскрикнул и вспыхнул как спичка. Его голова пылала и быстро чернела, адский запах горелого мяса распространился по зале. Альтмер упал на колени и разлетелся на множество кусков кровавого мяса, украсивших собой не только стены и монументы помещения, но и Бремера. Пораженный тайневик замешкался лишь на мгновение, но чья-то уверенная рука приложила клинок к его горлу. Духи, призванные Леалундом исчезали, увлекая его жизненную сущность в глубины мертвого города айлейдов.