Капитан Бродяга

Все прошло как по маслу: «Джон» впечатлился его «добротой» и согласился уехать, не оформляя документы. Вроде как не доставлялся неизвестный в полицейский участок. Эдди объяснил халатность тем, что «Джон» все равно не помнит, под какой фамилией расписаться, а данных на него пока нет. Вещи у него не забирали: их и не было. Все потом, через несколько дней. Обязательно. Выходящего из туалета Эдди перехватил Дуган. Нервно потеющий Кенни технично оттеснил его в слепую зону камер и шепотом предупредил, что Тезо потерял страх. Барыга зажал им конверты с баблом за крышу в этом месяце. То ли задумал кинуть их, то ли наконец, собственный товар отшиб мудаку остатки мозгов. Прямо сейчас Эдди было насрать на переживания Кенни и послал его поговорить с Джимом и Рубеном. В одном Дуган был прав — барыга охренел и стоило ему напомнить, что он имеет свою кормушку только потому, что они вчетвером закрывают глаза на его делишки. «Бодрящие таблетки» стоило Эдди немалых денег. Пересыпая их в обычный оранжевый пузырек без этикетки, Эдди таскал их с собой, не палясь, как снотворное или аспирин. Разве что не стоило никому видеть, что перед употреблением он разламывает их либо на крошечные кусочки, либо мельчит в порошок, если время позволяет. Эдди не какой-то там законченный торчок, покупающий дурь пополам с мелом, за двадцать баксов за дозу. Просто его утомляла работа, порой сутками — получи наводку, раскопай еще больше, выяви членов группы, найди, арестуй. Кто не был сговорчив, уезжали в морг в черных мешках, а кто умел делиться, как Тезо, продолжали проворачивать свои делишки, но теперь отстегивая процент тем, кто оказался умнее. Вдобавок, Эдди вторую неделю выполнял обязанности патрульного, потому что трое полицейских попали в больницу, разбившись на одной тачке и еще одна ушла в декретный отпуск. Лучше бы изолентой себе щель замотала, дура не предохраняющаяся. Эдди похлопал Кенни по плечу и повернулся к туалету: здоровяк задерживался. Стоило о нем подумать, как дверь открылась. — Я не хотел мешать вашему разговору. Какая прелесть. Он же не мог подслушать? Да ну бред, с такой толщиной стен, через дверь, под шум воды. — Двигаем в темпе, здоровяк. «Надо бы узнать у него имя. Или придумать свое. Крис? Ари… это еще откуда? Джонни… Джон. Доу. С чего ушли, к тому пришли. Ладно, будет у меня Джоном». Машина с вмятиной ждала его в гараже участка. По дороге в порыве щедрости и чтобы заслужить плюсик к симпатии, Эдди кинул парню что-то съестное из купленного по пути в участок. Тот яростно зашуршал оберткой и впился зубами в готовый сэндвич. Ого, кто-то тут сильно проголодался. Впрочем, неудивительно. Вряд ли за ночь кто-то сподвигся дать парню хотя бы стакан воды. Дежурный — козел, начальник, оказывается, люто ненавидит мигрантов. Это объяснило бы отсутствие отпечатков в базе: Гидра — организация, насаждающая «порядок», озаботилась тем, чтобы все граждане США отметились своими пальчиками. Во имя их же безопасности и легкости опознания тела, если с обеспечением безопасности вдруг случится косяк. Дорога обратно заняла всего полчаса. Припарковав машину у дома, Эдди машинально огладил под курткой пузырек с таблетками, жалея, что теперь придется осторожничать и в собственной квартире. «Надеюсь, Джон того стоит!» Эдди вышел из машины, убедился, что Джон вышел следом, запер ее и пошел впереди, показывая дорогу. Он снимал двухкомнатную квартиру в старом кирпичном доме с прачечной в подвале — официальная зарплата не позволяла шиковать. А второй заработок — не такой уж и большой, будучи поделенным на четверых — уходил на «лекарство». — Офицер Карбоне, — помявшись, начал Джон. — Я могу так обращаться к вам? — Зови меня Эдди, парень, — он чуть притормозил, чтобы обернуться, пока они поднимались по лестнице. — Ты же, пока не вспомнишь себя, будешь Джоном. Идет? На самом деле он звал бы парня так в любом случае, но пусть будет иллюзия выбора. — Эдди — сокращение от…? Эджидио? Эдоардо? Эдди фыркнул так сильно, что поперхнулся. — Господи, не пытайся произносить итальянские имена со своим ужасным бруклинским говором. Меня фамилия выдала, да? «Ое, подсознание не обманешь. Знал же, что выговор звучит знакомо». — Я из Бруклина? — Чего не знаю, того не знаю. Но я родился и вырос там и лишь в полиции… — он смолк, чтобы не ляпнуть, что еще в академии ему пришлось переучиться глотать гласные, пока над ним потешались курсанты и кураторы. — В общем да, бруклинец бруклинца узнает из толпы. Что бы не хотел спросить Джон, он задумался и смолк. — Иди в душ, да одежду в корзину забрось, от тебя еще несет улицей, — Эдди облизал губы в предвкушении. Не может же Джон быть настолько непонятливым? — А я пока еду разогрею. Сам он в магазине, помимо лапши и сэндвича, купил пачку чипсов и пирожное в пластиковом контейнере — ему на вечер хватило бы, но такому здоровяку это предлагать — насмехаться, ему будет мало. Так что пришлось лезть в морозилку, где были сложены готовые обеды. В руки упала коробка с куриными наггетсами, правда, если вспомнить их цену, готовились они исключительно из куриных жоп. Он достал из морозилки обе коробки и поставил на плиту самую большую сковородку. Черт! Отослал Джона в ванную, а там острые предметы и несколько оранжевых баночек в шкафчике за зеркалом! В ванной шумел душ, а Джон расслабленно напевал какой-то мотивчик. Вряд ли бы он пел, полосуя себе вены, да? Эдди нервно повел плечами и вернулся на кухню. Налил масло в сковороду и понял, что надо бы найти здоровяку свои самые широкие домашние штаны и пару футболок. Носки потеплее. Нижнее белье. Он не пойдет за этим в магазин, даже если поймет, что парню придется ходить голым. Ему не выдавали наличных на обновление гардероба бездомному! Да и в целом Эдди не был против, чтобы Джон ходил голым — на красивое посмотреть приятно в любом случае. Господи, вроде и секс пока не состоялся, а уже заебался. Вода в душе стихла и Эдди заметался быстрее. Установив приоритет — рванул в спальню. Достал из прикроватной тумбы початый флакон смазки и оставил его под подушкой, выгреб из комода стопку вещей и постучал в дверь ванной. Не из вежливости, просто не хотелось ужинать со стояком. — Джон, ты закончил? Я оставлю тебе… Дверь приоткрылась и Джон наполовину выглянул из ванной в маленький коридор. Полностью деморализовав Эдди видами своей голой, мокрой, накаченной груди. И только сейчас, оказавшись вплотную, дошло, что Джон так-то на полголовы выше. —… вещи. Прикройся, ужин почти готов, и я больше не могу терпеть! Выпалив и сунув ком одежды в руки оторопевшему Джону, Эдди поспешил на кухню. Чтобы понять, что масло уже закипело на сковороде, но наггетсы он положить в нее забыл. Наггетсы полетели в масло. В практически пустом холодильнике нашлись три желтых помидора и пучок петрушки. В кухонных шкафах — выветрившиеся специи в пластиковых баночках, жестяная банка оливок и банка маслин. Навроде, срок годности не вышел. Эдди редко что-то готовил дома, больше питался готовой едой навынос. Джон вдвинулся на кухню, одетым, что успокоило. Ровно до того как Эдди рассмотрел форму сосков под туго натянувшейся на груди серой футболкой. А уж черные штаны, обтянувшие мощные бедра и пах, и вовсе подчеркивали что-то невообразимое по размеру. Эдди отвернулся, делая вид, что всецело поглощен переворачиванием полуготовых наггетсов. — Я помогу. За пять минут Джон настрогал помидоры кружочками, зелень — измельчил с тщательностью шеф-повара. Нашел в шкафу для посуды прозрачную мисочку с рисунком оливковой веточки — откуда она здесь появилась? И высыпал в нее оливки и маслины вперемешку. Высыпав готовые наггетсы на широкую тарелку — получилось с горкой, Эдди щедро посыпал полуфабрикаты петрушкой и поставил перед Джоном, вместе с помидорами и миской. Тот выставил две тарелки и две вилки. Две разномастные чашки под чайник, который успел поставить, э, когда? И когда успел проверить ящики? Приспосабливается к смене обстановки он с такой скоростью, что будь здоров. — Все тебе, я не голоден, выпью кофе с пирожным и спать. Джон не заставил себя уговаривать, пожирая наггетсы, как семечки — ам и нет их. Ел Джон быстро — очень быстро, но аккуратно, положив на колени бумажную салфетку. Руки, открытые взгляду Эдди, оказались чистыми — никаких татуировок, даже старых и выцветших. И на диво мускулистые. Шрамов, обычных для военных, Эдди на нем тоже не заметил. Ну, он пока и не все рассмотрел, если вы понимаете, о чем речь. Единственным повреждением оставались едва заметные следы словно от ожогов на висках. Странно, он был уверен, что озверелые бродяги пару раз ударили Джону по лицу, но нет, не было и намека на синяки. Заметив интерес к себе, Джон вопросительно склонил голову к плечу. — Забей. Чайник закипел и Эдди встав, выключил газ. Пошарив, кинул на стол россыпь пакетиков кофе «три в одном». — Я коп, и в моих венах течет не кровь, а кофе. Джон даже не улыбнулся. Даже из вежливости. — Я больше люблю чай. — Чая нет, — зевнул Эдди. Действие таблетки заканчивалось, а с нею и заряд бодрости. А по-хорошему, он должен был сдать смену четыре часа назад и три часа как спать. — Я отрубаюсь, есть не буду. В гостиной есть телек и книги… какие-то. Осваивайся. Может, не стоило оставлять бездомного без внимания, в квартире, и засыпать, но Эдди настолько вымотался что ему было уже все равно. Воровать у него нечего, а вздумает напасть — Эдди отобьется. Личное оружие он сдал еще утром, в участке, а вот незарегистрированное хранил дома, как раз в спальне.