PET

Результаты экспертизы были неожиданными. Что бы ни содержалось в воде и воздухе, это был элемент совсем иного свойства, нежели яды, — в нём были полимеры. Полимеры, характерные для пластика. — Грейнджер, — позвал он, когда помощница впорхнула в лабораторию и, придерживая зубами тонкую папку, начала завязывать волосы в хвост. Северус отвёл глаза, не в силах наблюдать за подобным без тревоги. — Возьми разные бутылки — стеклянную, пластиковую и из нержавеющей стали, налей в них одну и ту же бутилированную воду и оставь на сорок восемь часов. — Будет сделано. А зачем? — Грейнджер вытащила изо рта папку и положила её на свой стол. Северус машинально поправил перчатки на руках, что, конечно, не укрылась от её цепкого взгляда. — Вы точно диплом не купили? Эксперимент. Судя по всему, датчик реагирует на пластик. Надо выяснить, при каких условиях он возникает и в какой среде. Ясно? — Предельно. Но… — Она замялась. — Получается, ваш датчик сломался? — Нет. Я его разработал, когда пластик почти не использовался в повседневной жизни. Теперь нужна калибровка. Скажи Робардсу, что все его датчики будут готовы к следующей неделе. Робардс был главой лондонского отдела криминалистики и уже несколько недель постоянно спрашивал — через своего сотрудника, непутевого мужа Грейнджер, — про готовность датчиков. Северус и сам понимал, что тормозит работу многих служб, где они применялись уже десятки лет, но хотел сделать всё правильно. Теперь, когда причина сбоя была выяснена, можно было перенастроить датчики и вернуть их Робардсу, а самому заняться изучением пластика. В обед он снова подумал о серой кошке. Утром, выходя из квартиры, он обнаружил её на поручне лестницы — спала, свернувшись маленьким серым клубочком, и даже не подняла головы, когда Северус быстро прошёл мимо. На обратном пути он зачем-то купил в магазине не только ужин, но и шампунь для кошек и упаковку сухого корма, поэтому даже слегка расстроился, когда его новой знакомой нигде не было. — Зря только деньги потратил, — бормотал он себе под нос, нарезая томаты для салата, — привычкой вести такие короткие разговоры с самим собой он обзавелся уже давным-давно. Сегодня со стороны комнаты Поттера раздавался шум: играла музыка и кто-то разговаривал грубым мужским голосом. Это явно был не Поттер: у того голос ещё будто не сломался до конца, хотя массивное накаченное тело совсем не делало его подростком. Северус подошёл к шторе и аккуратно выглянул в окно, о чём почти сразу пожалел. Спальня не была закрыта от посторонних глаз, и Поттер будто ничего не стеснялся: развалился на кровати, а перед ним на коленях сидел мужчина, у которого Северус успел разглядеть только кудрявые светлые волосы. Освещения в спальне не было, но по характерному движению головы ничего не стоило догадаться, что тот делал. Но хуже всего было другое. На трубе снова сидела кошка, и, когда Северус отодвинул штору, она ловко прыгнула сначала на отлогую часть трубы, а затем — в форточку Северуса. Шум, конечно же, привлёк внимание Поттера: он повернул голову и, кажется, совсем не смутился, будто хотел, чтобы Северус это увидел. У него же от стыда загорелись щеки, в паху потяжелело, и на мгновение вдруг захотелось того же. И не столь важно, в какой роли. Всего на мгновение, потому что потом Северус вспомнил о микробах и, самое главное, в каких целях обычно мужчины использовали член, и его затошнило. Он резко зашторил окно и переключил внимание на кошку. — Если хочешь тут быть, тогда пошли мыться, — сказал он, и кошка мяукнула. Такой ответ сложно было интерпретировать. — Тогда уходи. Нет? Ну, значит, ты не оставила мне выбора. Северус снова сходил за прихватками, оделся поплотнее, так как знал, что кошки терпеть не могут воду, и в конце концов смог затащить её в ванну. Кошка оказалась не из робкого десятка: дралась и вырывалась, пока он старательно мылил её шерсть шампунем, мяукала и шипела, а уже под конец в отместку оставила когтями несколько глубоких дыр на старой куртке. — Зато я тебе еды купил, — примирительно сказал Северус, когда с банными процедурами было покончено. Кошка выбежала в коридор и начала яростно вылизываться, периодически бросая злые взгляды на Северуса, но уходить совсем не собиралась. Он сел перед ней на колени, снял прихватку и аккуратно протянул руку, желая потрогать. — Можно? Кошка с сомнением смотрела на него несколько секунд, а потом подошла — и подставила голову под руку Северуса. Пальцы коснулись сырой, но мягкой шёрстки, прошлись по шее и спине. Кошка заурчала и ткнулась лбом ему в колено. — Почему я? Зачем ты так настойчиво ко мне ломилась? У меня никогда не было ни кошки, ни собаки, я вообще всех боюсь. А тут ты… Оставайся на одну ночь, если хочешь. Только потом уходи. Ладно? Кошка снова ткнулась ему головой в колено, и Северусу нестерпимо захотелось дать ей имя. К полуночи он наконец заставил себя вернуться в спальню. Никаких звуков со стороны Поттера больше не было, и Северус, вертясь в кровати минут десять кряду, всё же встал и слегка отодвинул штору. Поттер стоял, облокотившись о подоконник, и курил в распахнутое настежь окно. Конец августа был ещё тёплым, почти жарким, и он не был одет. Вероятно, вообще. Благо подоконник скрывал всю наготу, и Северус видел только подкаченный оголённый торс. — Здравствуйте, — улыбнулся Поттер. — В следующий раз шторы закрывайте. Вы не один тут живёте. Мне, может, противно такое наблюдать, — выплюнул Северус и встал, тоже опираясь на подоконник. Подумав, он открыл окно и протянул руку: — Сигарету дайте. — Держите. — Поттер достал одну из пачки и бросил прямо в раскрытую ладонь. Отвернувшись, Северус взял пачку влажных салфеток и мундштук, привычно протёр сначала руки, затем его и только после этого прикурил. — Боитесь микробов? — Чёрт знает, куда ты засовывал свои пальцы минуту назад, — буркнул Северус, как-то незаметно для себя переходя на более неформальное общение. Поттер расхохотался, откинув голову назад, и Северус с вожделением изучил жилистую шею, на которой двигался крупный кадык, и грудь, сотрясавшуюся от смеха. В паху опять потеплело, и Северус с ужасом и возбуждением одновременно представил, как проводит по этой шее языком. Вероятно, он слишком давно уже не дрочил. — Если вам так неприятно, я буду закрывать шторы. Но давайте вы иногда будете взамен открывать свои? Пообщаемся вот так, как сейчас. Я никого из соседей не знаю, а вы вот тут, прямо напротив. — Я подумаю, — буркнул Северус, сделал последнюю затяжку и бросил сигарету вниз. Никогда так раньше не делал. — Спокойной ночи, Поттер. — Спокойной… А как вас зовут? — Мистер Снейп. — Спокойной ночи, мистер Снейп. Рад был пообщаться. Поттер так ослепительно улыбался, щуря близорукие глаза, что эта улыбка возникала перед глазами у Северуса все те недолгие пять минут, пока он самозабвенно дрочил под одеялом, обхватив рукой с салфеткой свой член. Уже гораздо позже, когда он всё вымыл и закрыл глаза, собираясь спать, кровать прогнулась под чужим весом. Аккуратные лапки сначала потоптались на одеяле, а потом кошка, решив, видимо, не беспокоить, свернулась у Северуса в ногах. А он, засыпая, снова подумал, что надо бы дать ей имя, хотя бы временное.