Верность и труд, все сотрут.

В тишине они зашли в столовую. Точнее, в самой столовой всегда было шумно, все таки это детское учереждение. А вот тишина между фигуристами сохранялась до того момента, как они подошли к шведскому столу. Арсений внимательно следил за тем, что Антон ставил себе на тарелку, а парню как то все равно было. Ему сказали: "сегодня на траве", значит на траве. Выбрав более менее сносный салат, с большим количеством всякой зелени и без заправки, он прошел за самый дальний стол у окна. Арсений Сергеевич на это только невесело хмыкнул и последовал за подопечным. Всё-таки интуиция, вопящая с самого утра, покоя не давала. Антон тем временем сел за стол и буравил взглядом салат. У него в голове бились две личности, одна говорила что поесть сегодня все таки надо, вторая – нахрен ему этот салат не нужен. Тяжело вздохнув, немного выпрямившись (ей богу, кто придумал эти столы для карликов), взял вилку и наткнув на нее огурец, застыл. "Если я сейчас немного съем, а потом в туалет пойду, Сергеич же не пойдет за мной?" – он вздрогнул и резко поднял голову, пытаясь найти источник вырвавший его из мыслей. Арсений Сергеевич, уже поставив на стол свой поднос с едой, как ни в чем ни бывало, садиться напротив парня. – Приятного аппетита, - произнёс старший, но заметив что на него все еще смотрят, а не как положено хорошим мальчикам кушать, сердито продолжил. - Хватит уничтожать взглядом еду, она сама не исчезнет. Ее надо положить в ротик, пережевать и проглотить. Мне что, еще и учить тебя есть? Антон помотал головой, последний раз посмотрел на серьезно ухмыляющегося тренера, и все же отправил несчастний огурец в рот. Время обеда подходило к концу, Арсений несмотря на то, что уже давно съел свой обед, уходить не собирался. Младший ковырялся в салате, ну не мог он нормально доесть, когда его прожигают взглядом. Будто прочитав его мысли ( не, ну серьезно, как он это делает?) Арсений встал из-за стола и ушел относить поднос. Антон решив что на этом все, быстро вскакивает, хватает свой поднос, и чуть ли не в припрыжку бежит его сдавать посудомойщице.

***

Антон забегает в общежитие, залетает в туалет и скаланяеться над унитазом. Времени прошло достаточно, чтоб салат, попав в пустой желудок осел там до конца, не желая выходить. Трясущимися руками он пытается вызвать рвоту, но получается только обслюнявить все руки. Обреченно откинувшись спиной к стене, фигурист пытается отдышаться. Резко вскочив, вспоминая что у него так то тренировка, а сумка не собрана, он борясь с головокружением выходит из туалета и закидывает нужные вещи в сумку. Не забыв в этот раз пропуск, Антон бежит в ледовый дворец. До тренировки осталось всего десять минут, если поторопиться он успеет еще и размяться как надо успеет. Нет, вы не подумайте что Арсений Сергеевич тиран, но опоздавших он просто не терпит. Запыхавшись, парень прикладывает пропуск и мчится в раздевалку. Наскоро зашнуровав коньки, благо привычка всегда мотаться в термо белье его сейчас очень спасла, он хватает салфетницу и телефон. На лед он выходит уже отдышавшись и почти без чёрных пятен перед глазами. Арсений Сергеевич за бортом только кивает, и Антон начинает ездить по кругу отрабатывая скольжение. Арсений Сергеевич всегда все замечает. От Арсения Сергеевича, надолго что-то скрыть, просто не возможно. Сейчас Попов видит, и как Шастун неуверенно выходит на лед, и как у того трясутся руки, и даже покрасневшие костяшки на правой руке. Видит, замечает и запоминает, но сделать хоть какой то вывод ему мешает Оксана, тренер младшей группы. – Арсений, не могли бы вы минут десять посмотреть за моими? - она смотрит на него с надеждой, нервно сжимая куртку одного из фигуристов. - У меня пацан опять об лезвие поранился, поведу к медсестре, пусть обработает. И как ему это каждый день удаётся? Арсений Оксану успокаивает, обещает присмотреть, и смотрит беспокойно на девушку. Нет, ему не жаль пацана, ему жаль Окси, ту которая вечно переживает за своих малышей, ту которую, по скромному мнению Попова, уже достал этот пацан. Видимо ему не понять, как этой девушке удаётся переживать за всех и носиться с ними как с маленькими отрованными от мамкиной титьки. Ах, ну да, как он мог забыть, так ведь и есть. Это ведь ему повезло что его подопечный, хоть и неуклюжий на земле, но на льду хотя бы не режется от своих коньков. Да, он конечно переживает за своего, когда тот от падения себе что нибудь ломал. Но ведь это перелом, а не маленький порез. Наконец отпустив Оксану разбираться с бедным ребенком, он медленно переводит взгляд на ее подопечных, и наконец на Шастуна. Антон уже размялся, раскатался и на выделенном ему кусочке льда отрабатывает каскад. Арсений хочет наорать на бестолкового ребенка, ну как можно весь день портачить в одном и том же каскаде, но сил в себе не находит. Подросток видимо сам понимает, где он налажал в очередной раз, и наконец собравшись выезжает хороший каскад. Хороший – по мнению Арсения, отличный – по мнению Антона. Оксана возвращается и кивнув ей, старший уже направляет все свое внимание на Атона. Так и проходит время до ужина, они прокатывают одну из последних программ, на всякий случай, мало ли, знаете. И довольный собой Антон (прикиньте, на него даже не наорали сегодня, брошенный в него чехол от лезвий не считается), устало плететься в раздевалку. Голова с новой силой кружиться, поэтому как только его пятая точка приземляется на лавочку, он прикрывает глаза и устало выдыхает. Сидит он видимо очень долго, потому как в дверь сначала стучаться и получив положительный ответ входят. Младший слегка приоткрывает глаза видя рядом с собой тренера. Тот, поджав губы лишь качает головой и садится рядом. – Антон, ты как себя чувствуешь? - видя состояние фигуриста, сам себе дает ответ что плохо. –Все в порядке Арсений Сергеевич, я просто немного устал, зато каскад получился! - под конец радостно отвечает Антон. – И именно поэтому, ты весь такой радостный сидишь тут уже полчаса. - хмуро проговаривает тренер. - Но каскад действительно получился неплохо, хотя я знаю что ты можешь лучше. Переодевайся и пойдем ужинать. Отказов не принимаю. – резко отрезает он, вид как младший уже открывает рот возразить. "Вот воспитал на свою голову." - он кивает своим мыслям и выходит из раздевалки, давая Антону переодеться. Антон переодевается быстро, не давая тренеру заставлять его ждать, и выходит из раздевалки. За обсуждением его каскада, они успевают дойти до столовой, взять еду и сесть за стол. Быстро запихнув в себя салат, который хочет выйти наружу, парень желает тренеру хорошего вечера и относит поднос. Забегая по пути в общежитие в туалет, ему в этот раз все таки удаётся выблевать ужин, и радуясь этому, Антон идет делать уроки и наконец-то спать.