Endless

Нередко происходит то, чего совсем не ожидаешь. Будь это приятная неожиданность или вовсе ужасное происшествие. Но Уэй никогда не мог должным образом разделить эти два критерия как черное и белое, а серого, увы, в его жизни не дано. Так и получилось. Смерть Донны обрушилась на Джерарда словно самый сильный ливень в солнечную погоду. Он никогда не мог признать, что искренне любил свою мать так, как это принято в обществе. И она тоже любила Уэя по-своему.  Джерард не вспомнит, когда в его жизни не было ни единого ограничения. Разве что в самом раннем возрасте, когда тот ещё не научился нормально разговаривать. Донна, выросшая в семье, которая абсолютно не занималась своей дочерью, отчаянно вбивала себе в голову, что чрезмерный контроль и опека — лучшее, что можно дать своему ребенку. Казалось, это должно было привести к полному послушанию и Донна бы соврала, если сказала, что ей не нравится смотреть на Джерарда, который ломается под каждым её словом. Он наблюдал за ней около месяца, замечая, что что-то не так. Донна никогда раньше не задерживалась на работе допоздна, не наряжалась, не искала любой повод исчезнуть из дома хотя бы на полчаса. Джерард находил это странным и нетипичным, каждый день видя, как, кажется, их брак рушиться на глазах. У нее появился любовник? Дональд в отличии от Джерарда спохватился почти сразу. Он точно знал, что у Донны кто-то есть, но до последнего игнорировал такие мысли. Теперь Уэй был вынужден каждый день наблюдать их ссоры и прятаться от косых взглядов у себя в комнате. Ему не хотелось попасть под горячую руку, когда предоставлены такие шансы.  Через какое-то время такая жизнь стала невыносимой. Просыпаясь от криков на кухне, Джерард вжимался в подушку и тихо плакал, ожидая, когда к нему спустятся, чтобы позвать за стол.  — Вставай, ты опаздываешь! — рявкнула Донна, по-злому оглядев сына. Дверь громко ударила о стену комнаты, издавая характерный звук. Джерард вздрогнул. Он ощущал на себе пристальный взгляд женщины, которая, кажется, близились к кровати. — Ты меня не понял, глупец?! — стянув одеяло, она кинула его на пол и, сказав что-то вслед, поднялась обратно. Уэй дрожал от страха и холода, не решаясь повернутся. Ему понадобилось несколько минут прежде чем он смог привести свои мысли в порядок и встать с постели. Крики сверху не заканчивались.  Уэй проклинал маминого любовника, даже если его и не существовало, хотя он был уверен, что тот есть на самом деле. Без него жизнь казалось радужной, без ссор, без драк(а они частенько бывали), а этот мерзавец просто всё взял и разрушил! Иногда в голову приходили совсем не радужные мысли. Джерард считал роман на стороне грязным и неправильным, но что ему ещё оставалось делать? Ждать, пока это всё прекратится само? Нет, определенно должны были быть другие выходы.  Но долго думать не пришлось, ведь через неделю всё прекратилось само. По крайней мере так казалось Джерарду. В тот день ему было особенно не по себе. Чувство, что что-то не так не покидало ни на секунду, заполняя, кажется, все мысли. Возвращаясь со школы, мальчик бил себя по голове, надеясь, что сможет избавится от этого ощущения. Дорога была просто отвратительной, настолько бесконечной наедине с собой, что хотелось просто упасть и никогда больше не вставать. Когда Джерард подходил ко двору, заметил чужую машину. Он больно сглотнул, напрягаясь всем телом. *Он понимал* И оказался прав. Прислонившись к входной двери, Уэй тяжело выдохнул и упал на колени. Крики были слишком громкими. Голова становилась тяжелее, а ноги немели.  — Пап? — стоило немного проползти назад, как Дональд силой вышвырнул любовника на улицу, громко матерясь. К глазам подступили слезы, а паника сковала тело. Джерард не знал, как ему реагировать, вжимаясь в холодную плитку, пока его не заметил отец.  — Быстро домой и в комнату! — от леденящего тона Уэй ещё сильнее отступил, машинально закрываясь руками. Лицо Дональда в тот момент было красным настолько, что ещё чуть чуть и оно бы совсем лопнуло. Замахнувшись рукой, он сильно ударил сына по голове, вволакивая его за шкирку домой. На пару секунд перед глазами Уэя плавали белые разводы и посторонний шум, кажется, был уже не настолько сильным.  — Ты опять его ударил по голове? — Донна выглянула из гостиной, разочарованно смотря на мужа. Она видела, насколько сильно Джерард напуган и ничего не понимает. Очередная слеза скатилась по её щеке и она спешно вытерла её тыльной стороной ладони. — Хватит. Оставь его.  После этого Джерард перестал выходить из комнаты без особой причины. Страх снова быть избитым не отпускал, и в какой-то момент он сомневался, что вообще останется живым, если высунется хоть на секунду. Мальчик слышал, как тяжело теперь дается родителям взаимодействовать друг с другом, понимая, что скорее всего брак и их семейная жизнь точно обречена. Об этом не хотелось думать, но он искал в этом и хорошие стороны. Может, его наконец перестанут гиперопекать? А может, отец перестанет его колотить за малейшую провинность? Совсем незаметная улыбка невольно появлялась на лице Джерарда, а где-то глубоко в груди только только разрасталось приятное чувство свободы.  *** Донны не стало через месяц. Кажется, отец рассказал об этом намного позже, пытаясь отложить это как может дальше. Даже он, вечно ненавидящий Уэя, был обеспокоен тем, как сообщить ребенку о смерти матери.  — Ему всего двенадцать! Как у тебя вообще может повернутся язык сказать  такую правду? — Фрэнк, удивительно, в этот раз не был на стороне Дональда. Конечно, он узнал о инциденте и был категорически против, чтобы Джерард услышал реальную историю. Дональд до конца не мог сообразить своей уже пустой головой, насколько правильно и четко информация про смерть Донны будет усвоена Уэем.  Тогда как Донна умудрилась всего за месяц испоганить свою жизнь так, как никто себе не мог представить? Она ушла из дома на следующий день после того, как её поймали с изменой. Просто исчезла. Дональд молчал и не разговаривал об этом с Джерардом, считая, что тот итак все понимает. Но он ничего не понимал. А потом Уэй нечаянно подслушал часть разговора отца с каким-то мужчиной. — Ну, Донны больше нет, теперь мне надо выбросить все ее чертовы вещи куда подальше или сжечь. Донны больше нет? Нет?? НЕТ?!  Джерард вспоминал остаток дня как в тумане. Он не мог поверить, что его мать умерла не рядом с ним, а рядом с каким-то ублюдком. Мысли об этом становились самыми острыми кинжалами, не щадившие хрупкое сердце Уэя. Весь день он пролежал в слезах и ни разу не вышел из комнаты. Его почти всего парализовало от шока, глаза ужасно жгло от постоянных слез, а сам он всё ещё никак не мог в это поверить. Он ждал, что Донна обязательно вернется и всё будет так, как раньше. Джерард был готов слушаться всем ее правилам и глупым распорядкам хоть целую вечность, главное, чтобы мама была жива. Сейчас отец мог причинить куда больше физического вреда, чем позволялось ему раньше, поэтому Уэю стоило насторожиться. Он знал, какой ужас его ждет, если не будет повиноваться каждой прихоти, а может, Дональд оставит его в покое? Оставалось только мучительно ждать. Весь следующий месяц Дональд без остановки пил и никак не собирался заниматься Джерардом. Еда, к сожалению, сама не появлялась. Первые несколько дней Уэй ждал, что отец приготовит ему что-то поесть, но ожидания было напрасны. Дональд не хотел уделять внимание сыну и просто оставил его на произвол судьбы. До него невозможно было дозвонится, а если по счастливой случайности абонент попадал на линию, то мужчина начинал ругаться и бросал трубку, проклиная весь мир. Смерть жены очень хорошо прошлась по его психике, и вскоре он начинал медленно гнить у себя на кухне. Пробираться через пустые бутылки становилось тяжелее и Джерард каждый раз плакал, заставая отца где-то в углу комнаты с крепким алкоголем.  Постепенно мальчик осваивал навыки готовки, ведь в противном случае он бы просто умер от голода и истощения. Понимая, что никто не собирается для него готовить, пришлось учиться самостоятельно. Благо на упаковке крупы было написано сколько варить и когда засыпать в воду. Джерард скованно улыбался, радуясь таким незначительным пометкам. Но простых круп хватало ненадолго. После десятой попытки макароны переставали слипаться на дне кастрюли и их больше не пришлось поштучно вышкрябывать вилкой, на выходе получая кашу. Джерард злился, что отец оставил его, бытового инвалида, самого на себя, прекрасно зная, что мальчик не сможет ничего сделать сам из-за банального неумения. Злился, до тех пор, пока после школы не обнаружил его дома. Понимая, что очередной поход за алкоголем таким не является, он запаниковал. Неужели Дональд пошел по такой же дорожке, что и мать? Нет, отец не мог такпоступить, просто не мог! Джерард успокаивал себя как мог, часами просиживая у входной двери, буквально там поселившись. Перетащив спальные принадлежности поближе, он засыпал с надеждой, что папа скоро вернется. Уэй мерз, спина жутко болела от твердого пола, но Дональд не вернулся ни через неделю, ни через две.  У Джерарда ужасно болела голова от истощения и стресса. За это время он похудел на целых пятнадцать фунтов. Каждый день смотря на себя в зеркало, бока постепенно уходили, а овал лица становился чуть более выраженым. Но Уэю было плевать. За все время он ни разу не вышел на улицу, боясь, что упустит или проглядит отца, который вот вот должен был вернутся домой. Шатаясь из стороны в сторону от голода, Джерард почувствовал тяжесть в голове и, прислонившись к стене, нарастающие колебания в глазах. Что это, мать твою, такое?  — Хватит..пожалуйста..  Через несколько секунд он скатился по стене и рухнул на пол, теряя сознание.  Первый в его жизни обморок.  Через несколько минут он очнулся. Голова болела ещё сильнее, а в сознании прокручивалось последние воспоминания перед падением. Джерард не понимал, что с ним случилось и боялся, что начинает умирать. Мозг маленького мальчишки еле переваривал случившиеся и непонятное, отторгая то, что при сложившейся ситуации это нормально. Но размышлять на эту тему совсем не хотелось — плохие мысли сжирали остатки рассудка и не давали протиснуться хоть какой-то надежде. Впрочем, Уэй понял, что сегодня ему повезло. Повезет ли завтра? А хуй его знает.  И мыл посуду теперь Джерард за собой тоже сам.  Сам. Сам. Сам.  Горы тарелок, скопившиеся на кухне за все это время были не очень тщательно, но вымыты, и поставлены на место. Уэй гордился собой и тем, что постепенно учится что-то делать и прогрессирует в домашних делах. Осталось только научится запускать стиральную машину. От этих мыслей не становилось лучше. За все это время он ни разу не менял ни футболку, ни штаны, понимая, что от него несет за километр. Но какая разница, если он теперь живет один и ни с кем не контактирует? Именно этим и руководствовался Джерард, понимая, что еще чуть-чуть и он точно сойдет с ума. У него не было друзей, подруг, знакомых, никого. Но бурная на тот момент деятельность в доме давала понять, что он не один. В самые страшные ссоры он не переживал, что останется один дома и умрет в таком же одиночестве. А теперь..  ***  Поздно ночью Джерард проснулся от резкого толчка в дверь.  — Папа?  Попытавшись отбросить остаток сна и не упустить возможность возвращения Дональда, он протер глаза руками и вскочил с «постели».  — Пап..папа..это ты? — его голос безумно дрожал, пока руки пытались разобраться с дверным замком, который никак не хотел поддаваться. Сердце колотилось все сильнее, а в голове всплывал лишь один образ: образ его отца, который, наконец, пришел к нему на помощь. Именно так думал Уэй, но, увидев лежащего на пороге отца с бутылкой, ему как будто дали самый сильный подзатыльник из всех, которые он когда-либо получал.  Когда Дональд соизволил подняться, то медленно поплелся внутрь, даже не посмотрев на сына. Распинывая спальные принадлежности Джерарда, он громко матерился и никак не мог успокоится. Как только он взглянул на аквариум Донны полузакрытыми глазами, Джерард вздрогнул и его голос задрожал. — Рыбки..они.. — кинув взгляд на иссохших рыб, он перевел его на отца, замечая полное безразличие. Джерард сглотнул. — Хочешь, я.. давай я дам им побольше еды? — руки потянулись к давно пустой коробке со специальной едой, которая, впрочем, уже не была важна.  — Ты будешь кормить трупы? Сомневаюсь, что они смогут открыть свои гнилые рты, — мистер Уэй неохотно прошел на кухню, совсем не придавая значения своему сыну. Глаза Джерарда наполнились слезами.  Как только Дональд скрылся за пролетом, дом снова наполнился тишиной. Джерард недоумевал: неужели ему плевать? То, как он спокойно расхаживает по дому, совсем не предавая значения всей этой утвари. Попытки выжить в своем родном дома как будто и не было. Но Уэй остался стоять на месте. Его тело как будто парализовало, а мозг постепенно начинал гнить. Думая о том, насколько теперь он будет отделен от семьи, от которой уже ничего и не осталось, в голове по кирпичику строилась ненависть и непонимание безразличия со стороны ЕГО родителя. Мужчина пытается забыть смерть жены как страшный сон? Или жить так, как будто ничего не было? Но мальчик сомневался, что игнорирование — ключ к успеху.  За размышлениями он провел день, два, три.. Кажется, жизнь стала такой, какой была раньше, но теперь Джерард чувствовал себя отрезанным от последнего близкого человека. Привычный ритм жизни доживал последние дни, а новый устаканивался и ранил, как бы Уэй не пытался его вытеснить. Он погряз в одиночестве и ненависти ко всем: своему отцу, который отстранился от него, но дал толчок к самостоятельности; тому любовнику, из-за которого их семья развалилась на кусочки за считаные мгновения. Но Джерарда, так скажем, не посчитали нужным известить о ситуации и о том, что вообще произошло с его мамой. Любое упоминание «Донна», «мама» и так далее было под запретом. Слыша первую букву, Дональд умолкал и разворачивался к сыну.  — Что ты сейчас сказал? Повтори, — ледяной приказной тон целиком пробил хрупкое тело Джерарда, и от испуга тот сделал нерешительный шаг назад.  — Ч-что..с-случилось с..с мамой? За считаные секунды по его щеке пролетело два удара, а руки инстинктивно закрыли всю область лица.  — Мы это больше не обсуждаем. *** Джерард вспоминает то утро совсем неясно и поверхностно. Оно было мерзкое и сырое. Глядя в окно после дождя с дивана, он неторопливо ловил взглядом пролетающие мокрые листья. Осень. Почти октябрь. Утомленно моргая, тот невольно обернулся назад: отца не было уже двадцать часов, но, впрочем, для него это больше не было проблемой. Дни тянулись медленно, уныло.. Его перевели в обычную школу и первые шаги к социализация не заставили себя ждать, чему Уэй был конечно же рад. Не сказать, что отношения с новыми одноклассниками строились идеально или даже хорошо, наоборот: первую неделю его жутко дразнили и отгоняли от любого коллектива, а потом все просто про него забыли и оставили в покое. Вспоминая свой первый день, у Джерарда до сих пор тряслись ноги, но, к счастью, это был уже пройденный этап. Теперь он плыл по течению, писал лекции, сдавал домашку и жил так, как самый обычный американский школьник. Джерарду все ещё не верилось, что он теперь каждый день ходит пешком от дома до школы и обратно, ощущая небольшую тревогу. На улице одному было так спокойно и хорошо. Оглядываясь назад, его очень злило, как Донна могла отстранить от такого отдыха, как обычная прогулка. Кажется, в голове начали закрадываться сомнения.. На днях Дональд сообщил ему, что они едут в Калифорнию на пару дней с семьей мистера Фрэнка. О, как же Джерард негодовал. Он, теперь как полноценный ребенок, хотел вдоволь ощутить каникулы так, как это положено, ведь теперь ему никто почти ничего не запрещал.  — А если я не хочу в Калифорнию? Да ещё и с тем пиздюком! — взвизгнул Джерард, когда отец разговаривал по телефону и уже планировал покупку билетов. Яростный взгляд Дональда слегка потушил пыл мальчишки, но тот все еще негодовал.  — Еще одно такое слово и ты снова останешься один, никому не нужный! — он отвлекся от разговора и пригрозил Джерарду кулаком, на что Уэй высунул язык и передразнил его.  — Бе-бе, оставляй меня одного и сам лети в свою Калифорнию! Я уже взрослый! Через два дня Джерард молча стоял около аэропорта со своим чемоданом и с ненавистью оглядывался по сторонам. Когда он устроил ещё одну истерику и случайно ударил Дональда по плечу, то тот словно сорвался с катушки. Мужчина хорошо знал, насколько Джерард не может переносить тотальное игнорирование и остранение. Уэй мучился и его мысли перевернулись вверх дном, когда с ним снова поступили так, как он больше никогда не хотел повторять. Небольшой рюкзак почти слетал с плеча, но упертость не позволяла сделать и шагу. Как только Мистер Фрэнк начал виднеться на той стороне дороге сквозь машины, Дональд снова расцвел.  — Хэй, давно не виделись! Ты как? — они слегка пожали друг другу руки, затем крепко обнялись и мистер Фрэнк оглядел Джерарда. — привет-привет, Джи!  Джерард прищурился и тихо поздоровался, с разочарованием переводя взгляд на Фрэнка младшего, который стоял с только что купленной игрушкой и улыбался. Джерарду никогда не покупали игрушки просто так. Одного счастливого взгляда мальчишки напротив было достаточно, чтобы он снова почувствовал себя нелюбимым сыном.  Оглядев его повторно, Джерард заметил кое-что ещё. Футболка Фрэнка, очевидно купленная в детском отделе, нигде не давила ему, а наоборот висела так, будто они ошиблись на пару размеров. Руки спокойно проходили через рукава, а на плечах не было несколько дополнительных стежков от того, что в попытке надеть вещь она немного порвалась. Уэй быстро отвернулся и опустил взгляд, пытаясь как можно сильнее натянуть свою футболку. «Почему ему всё, а мне ничего..?» Всё ещё находясь в неловких раздумьях, его отвлек детский невинный голос.  — Эй, не расстраивайся! Мы обязательно хорошо проведем эти каникулы! — пока родители разговаривали, Фрэнк подбежал к Джерарду и немного замешкался. — держи эту собачку, она мне не нужна, — протянув игрушку в руки Джерарду, он снова улыбнулся. Уэй застыл, не в силах сказать и слова. К глазам медленно поступали слезы.  «Хватит!!! Я что, пуська, чтобы рыдать?!» — Можно тебя обнять? Папа мне говорил, что если тебе кто-то нравится, то его можно обнять. А ты мне нравишься! — не услышав ни слова, Фрэнк продолжил. — молчание — знак согласия. — после этого Айеро буквально налетел на него с объятиями, случайно повалив его на землю. Игрушка вылетела из рук Уэя и отлетела, успев коснуться головы Фрэнка, из-за чего он громко захохотал. И от чего-то Джерарду стало так же легко, так спокойно. Он отбросил все свои плохие мысли прочь, засмеявшись следом. «Ладно, пока мне весело рядом с ним, я не буду противиться..» *** «Нас решили посадить вместе…Окей.» Закончив все регистрационные дела, они ожидали посадку, пока Джерард разглядывал билет.  «Место 25А, у окна..» Что ж, это лучший исход, который мог быть. Наверное, если Уэй сидел один, то было бы ещё лучше.  Через треть часа Дональд занял очередь на посадку, пока они остались сидеть на прежних местах. Мистер Фрэнк любезно предложил им купить чего-то вкусного, пока они ждут, на что Айеро охотно согласился, а Джерард.. Он, как самый настоящий любитель съесть какую-нибудь гадость был бы только за. Но, смотря на других детей, которые беззаботно носятся по аэропорту часами, в груди неприятно защипало. Он так не может. Он не может пробежать даже короткую дистанцию. Он начинает задыхаться почти сразу, как начинает бежать. Он. Не. Может. Так. Как. Другие.  Он.  Не.  Может.  «СТОП!» — Н-нет, спасибо, я не голоден, — мысли разом выкинуло из головы, а сознание немного помутнело. Джерард безумно хотел попробовать новинку из МакДоналдс, которую раскручивают вот уже несколько дней, но совесть не давала этого сделать.  «Если я не съем МакКомбо с лимитированной игрушкой надеюсь-радужным-пони, мир же не рухнет?» «ЛИМИТИРОВАННОЙ?!» Соблазн был слишком велик, но Уэй отступил.  — Точно ничего не хочешь? Нам ещё восемь часов лететь, Джи, — мистер Фрэнк не был похож на того, кто будет тебя заставлять что-то делать. Когда он сел рядом и с интересом взглянул на Джерарда ещё раз, у него начали закрадываться сомнения. Живот заурчал, а в горле появилось немного слюны. Мозг потихоньку плавился и решал, будет ли потом себя винить Джерард за бургер с картошкой и колой? Винить? Ну так там же игрушка. Отмучаешься — зато получишь награду.  — Точно! Фрэнк мне весь день тараторит про эти, как их там..игрушки. «Раз» «Два» «Три» — А знаете.. — — Пап, смотри! — резко подлетевший Фрэнк вырвал Джерарда из своих мыслей и перевел внимание на себя. — я попросил, чтобы мне упаковали с собой, но игрушку я открою сейчас! — его маленькие ручки нетерпеливо разорвали глянцевый картон, откуда показалась радужная макушка с жемчужно-белой гривой. — это же самая редкая! Я так рад!  Неподдельное счастье Фрэнка пронзило слишком сильно и засело где-то глубоко в груди. Джерард очень хотел именно эту игрушку. Он сглотнул и ещё раз посмотрел на радостного Фрэнка, который так упорно рассказывает отцу о своей новой находке. Мысли о еде тут же улетучились. Расстроенный, он отвернулся и совсем не заметил, как их позвал Дональд. Пройдя небольшой контроль, через несколько минут они уже были на борту. Вокруг всей этой толпы Джерард чувствовал себя, словно скован. Сзади, спереди, сбоку, со всех сторон к нему обязательно кто-то сильно прижмется, чтобы скорее сесть на свое место. К счастью, его место было в середине и, наконец, отстояв, как ему казалось, бесконечную очередь, он приближался к заветному сиденью.  — Эй, Фрэнк, — тот замер, резко оглядываясь. — можешь сесть у окна, я все равно буду спать. — сзади в него уткнулась какая-то женщина, пробормотав что-то недовольным голосом.   — Правда? Спасибо! — Ага, только садись уже быстрее.  Тридцать минут спустя из окна уже были видны полупрозрачные облака. Фрэнк никак не мог оторвать от них взгляд, чуть ли не вжимаясь лицом в окно. Впервые летая на самолете, его тело охватывал легкий мандраж и нетерпение чего-то поистине особенного. Калифорния..интересно, какая она в реальности? Фрэнк видел ее только на обложках и по телевизору, а чтоб наверняка.. Он был слишком нетерпелив и скорее хотел обойти всё, что только можно. От вечно людных пляжей до самых красивых парков. Где-то внутри себя Айеро чувствовал, что эта поездка будет какой-то особенной, не такой, как все его предыдущие. Когда-то в детстве он ездил с отцом на машине в ближайшие штаты в командировки без какой либо возможности насладиться капелькой культуры и местности. Он всегда рвался на улицу и хотел играть, но, будучи слишком маленьким одного его никто не хотел пускать. А теперь, когда с ним Джерард Фрэнк был просто уверен, что сможет посмотреть с ним столько мест, сколько захочет.  Объявление о скорой посадке оторвало Фрэнка от его игровой сессии и он инстинктивно поднял голову на источник звука. Проходя уровень за уровнем в Сонике, счет времени совсем потерялся и время пролетело слишком быстро. Отложив геймпад в рюкзак, Айеро глянул на Джерарда. Так получилось, что место 27С никто не купил, из-за чего оно весь полет оставалось свободным. Ну, или пассажир просто опоздал или вовсе не приехал на рейс. Пользуясь возможностью, Джерард поднял подлокотник со среднего места и улегся сразу на два, что обеспечило ему сон чуть получше. Его голова почти касалась ноги Фрэнка, а часть волос и уж подавно лежала на чужом бедре. Айеро вовсе не был против. Смотря на спящего Уэя, он еле заметно улыбнулся и чувствовал себя слишком спокойно.  Спустя время объявили о том, что необходимо пристегнуть ремни. Фрэнк аккуратно дотронулся до руки Джерарда.  — Эй, Джи, дяденька сверху сказал пристегнуться, — через несколько секунд тот зашевелился и открыл глаза.  — Ага.. — свет уже давно включили и, попытавшись сконцентрироваться на маленьких огоньках, он протер глаза руками. Как только Джерард застегнул ремень, его почти моментально снова поглотил сон.  Проснулся он только тогда, когда люди начали выходить из самолета. Фрэнк, то ли из-за радости, то ли из-за неудержимого желания скорее выбраться наружу, начал собирать свой рюкзачок и от нетерпения полез поперек Джерарда.  — Да подожди ты! — Уэй перехватил его и посадил на место. — какая разница, когда ты выйдешь?  — Но я хочу сейчас! — возмущено запищал Фрэнк, пытаясь пробраться в толпу.  — Быстро сел! Хватит вредничать! — строгий тон мигом утихомирил порыв Айеро, заставив замолчать. Он посмотрел на него своими зелеными глазами и обижено отвернулся. — вот скажи, ты правда хочешь толпиться со всеми людьми, а не подождать две минуты и выйти с комфортом? — мальчик все еще молчал и ни в какую не хотел поворачиваться. Джерард победно улыбнулся.  Через час с лишним их полностью встретила непривычно солнечная Калифорния. Глаза Фрэнка блистательно оглядывали все вокруг, а Джерард пялился в одну точку и казался угрюмым. Инцидент с Фрэнком в автобусе окончательно вывел его из себя. Мальчишка постоянно цеплялся за него и задавал глупые вопросы, никак не мог спокойно стоять. Джерард, немного утомленный перелетом, хоть и все время спал, неохотно отпихивал его от себя и просил перестать. Айеро это напротив заводило ещё больше, и он, кажется, набросился на его одежду с большей силой.  — Да отъебись ты от меня уже! — не подумав, ляпнул Джерард, в ту же секунду словив несколько косых взглядов от взрослых людей. К счастью, их родители стояли дальше, чем было нужно. Он резко замолк, чуть виновато глядя на Фрэнка. Тот моментально отлип от него и недовольно прищурился, сразу попытавшись отойти в другой конец. Толкучка была дикой, поэтому Джерард буквально схватил его за шкирку и так провел все оставшееся время, пока они не доехали до терминала.  А теперь, когда все об этом забыли и Фрэнк, наверняка, не особо придал этому значения, Джерард выглядел немного подавлено. Даже восьмилетний ребенок сразу все понял и не стал терпеть данную выходку. Но, что ж, это останется в прошлом.  ***  Снаружи отель выглядел даже лучше, чем на картинке. Им повезло, что мест при своей сильной загружености хватило на четверых и для них выделили номер. Он находился на пятом этаже в нескольких шагах от лифта, что было очень удобно. Как только они поднялись и поставили чемоданы у двери, волна предвкушения прошлась по всем одновременно. — Ну что, парни, готовы провести эти каникулы незабываемо? — Дональд потрепал обоих мальчиков по волосам и наконец открыл дверь ключом-картой.  Им представился совершенно стандартный номер, но со своей изюминкой. При входе слева находилась ванная комната, справа — шкаф для хранения одежды и небольшая тумбочка для мелочевки. Пройдя дальше, правее находились две односпальные кровати и рядом с каждой ещё по одной тумбочке. Над ними весели новые светильники. Напротив кроватей в углу стоял телевизор и дверь, разделяющая вторую комнату. Та же была совершенно идентична, но без туалета, зато с той самой изюминкой — балкон, выходящий на восхитительный пляж. То, что им удалось каким-то чудом урвать последний номер с балконом явно что-то значило и не могло не радовать.  — Мальчики, не против пожить недельку вместе?  — Конечно!  — Окей..  Их голоса удивительно слились воедино, прозвучав одновременно.  — Раз никто не против, то мы с Фрэнком отдаем вам комнату с балконом, а сами возьмем ту, что проходная. Идет? — кивнул только Фрэнк, но Джерарду, впрочем, было уже плевать. Мысли все заполняла и заполняла откуда то взявшаяся тоска и разочарованность.  Но что он мог сказать кому-то? То, какой же он бедный и несчастный, что отец почти что на последние деньги свозил его на курорт, где Джерард никогда не был? Или то, как же ему теперь будет тяжело жить по новому расписанию, включающего в себя море, вкусную еду и полно других разных развлечений? Господи, бедный, бедный ребенок!  Всю дорогу Дональд делал замечания по поводу того, какое недовольное лицо у Джерарда.  ***  — Ты что не рад, что мы в коем то веке выбрались отдыхать?! ***  — Хватит все время корчить недовольное лицо! Раз не нравится — остался бы дома! ***  — Почему Фрэнк ведет себя так, как нужно, а ты вечно чем-то недоволен?! ***  Джерард молчал и ни разу не сказал ни слова. Может, ему правда стоило остаться дома? Но воспоминания о том, как он провел те несколько недель в одиночестве и чуть не умер, не давали ему лишний раз огрызаться и вести себя так, чтобы его правда когда-нибудь ставили одного. Но он и не хотел ничего говорить. Тишина стала намного спокойнее и привычнее, чем вечный шум, который обычно не предвещал ничего хорошего. Уэй был спокоен наедине с самим собой и вовсе не хотел, чтобы кто-то смел нарушить его идиллию.  ***  Рано утром Джерард проснулся от того, что в комнате стало непривычно светло. Мистер Фрэнк, как-то незаметно тихо войдя в их комнату, полностью расшторил занавески и впустил яркое солнце.  — Подъем! Сегодня нас ждет очень насыщенный день! — с радостью воскликнул мужчина, оглядев все ещё спящим мальчиков. Никто из них даже не собирался подниматься. — Вы что, хотите пропустить завтрак? — это заставило Фрэнка дернуться.  — Ну сейча-ас, — промямлил он, закрывая глаза от нахлынувшего света.  «А мне плевать на еду! Не буду есть.» Их утро слишком затянулось и никто не успел сделать все утренние дела, зато к завтраку они подошли очень вовремя: на общих столах с едой было полно разных блюд, сладостей, овощей, выпечки.. Фрэнк просто не мог поверить своим глазам. Первый и последний раз он слышал об этом от своей тети, которая постоянно летала со своим мужем на разные престижные курорты и шведский стол стал для нее не то что обыденностью, а самой стандартной вещью. Но теперь, когда огромное множество еды в почти неограниченном количестве было как на ладони, Фрэнк был безумно счастлив. Они заняли столик на уличной территории и отправились за едой. Фрэнк взял своего отца, так как из-за наплыва эмоций хотел взять все, но ему была нужна обязательная консультация что вкусно, а что нет, а Дональд и Джерард сразу же разошлись. Фрэнка сразу же повело в отдел с вафлями и панкейками, поэтому там он был готов задержаться надолго. Его выбор пал на панкейки с шоколадным соусом и сливками, которых он явно не пожалел: почти вся его тарелка была в сладкой массе с редким проблеском теста и шоколада. Следом он пошел в отдел с напитками, намешав все виды газировок, которые только были. Мистер Фрэнк смотрел на это явно без удовольствия, но позволял мальчишке брать все, что он захочет. Пройдя ещё несколько отделов и, взяв отовсюду по немногу, Айеро успокоился и повел отца к столику. Мистер Фрэнк же остановился на глазунье с беконом и овощами, черным кофе и небольшим десертом.  «ТУТ ЕСТЬ ДЕСЕРТ?!»  О, Боги, держите Фрэнка семеро, когда он краем глаза увидел, как его отец положил себе на тарелку кусочек бисквитного торта. Он хотел попробовать каждый десерт, каждую начинку в десерте, каждую крошку от десерта.. К сожалению, или к счастью, ему разрешили только один на выбор, ведь его «скромный» завтрак итак был слишком внушающим для маленького ребенка.  Дональд расхаживал по отделу с закусками и овощами. Они были достаточно близко друг к другу, поэтому выбирать можно сразу несколько вариаций. Он ещё не сильно разбирался в расположении всех мест и из-за большого потока людей был дезориентирован гораздо больше. Пробираясь через толпу голодных людей, в него случайно врезалась девушка, идущая совсем в другую сторону от потока.  — Ой! Простите меня, пожалуйста, — она едва ли не уронила свою тарелку с едой, вовремя успев удержать ее в руках. Только вот несколько больших капель воды из стакана все же попали на футболку Дональда. Она заметно занервничала, смотря на него виноватыми глазами.  — Бросьте, ничего страшного. Футболка быстро высохнет, — через несколько секунд оба застенчиво рассмеялись, а девушка ещё раз кратко извинилась и скрылась за другими людьми.  В момент столкновения Дональда как будто прошибло давно забытой искрой, которая казалась ему больше никогда не достигаемой. Последнее частичка от той прекрасной дамы на повторе крутилась у него в голове.  «Ой! Простите меня, пожалуйста!» Ее голос..  Дональд успел немного разглядеть ее перед тем, как она исчезла. Длинные каштановые волосы, неровный пробор, зато объемные корни. Ее лицо были миловидным и очень запоминающимся, глаза удивительного цвета — ярко медовые с небольшими коричневыми вкраплениями. Нос был аккуратный, но не прямой — с небольшой приятной горбинкой. Губы сочные, накрашенные едва цветным блеском. Ростом девушка не вышла, всего лишь 5’2 футов, но это ничуть не отталкивало, а наоборот только дополняло ее внешность. Образ врезался настолько, что, оставшись с несколькими закусками и небольшим салатом, Дональд замер и не мог прийти в себя. Когда он последний раз видел настолько привлекательную девушку? Через треть минуты он пошел обратно за стол. Джерард метался, как угорелый, по каждому отделу и не мог решить, что взять. Живот предательски урчал и он все-таки принял решение хотя бы немного поесть. Будучи не любителем салатов, первое место, куда он отравился, была стойка с зеленью и овощами. Здоровая еда не казалась привлекательной, но зато была достаточно безопасной. Положив на тарелку пару листьев салата, несколько ломтиков огурца и небольшой кусочек твердого сыра, Джерард отправился дальше. Его взгляд упал на мужчину, который мастерски разбивал одно яйцо за другим всего за считаные секунды, на выходе получая аккуратную круглую глазунью с целым ярко-оранжевым желтком. В последний раз он ел яйца, когда поссорился с отцом и тот отказался ему готовить. Не сумев нормально разбить на сковороду яйцо, оно растеклось в разные стороны и туда попало несколько скорлупок, полностью утонув в белке. А когда он потянулся за солонкой, крышка резко выпала и все содержимое попало прямо на яйцо. Кристаллики соли медленно становились оранжевыми, а на по щекам Джерарда скатилось несколько слез. Неприятный опыт…Зато теперь, когда он видел, насколько профессионально тот парень управляется с яйцами, у него потекли слюнки. Взяв одну порцию, он уже хотел направится к столу, как мимо него пробежали дети с полными тарелками сладостей. Уэй напрягся и к горлу поступил ком. Сравнив то, что было в тарелке у него и то, что было у тех детей он с уверенностью мог сказать, что был самым невезучим в этом чертовом мире. Беззаботные дети, не разделяющие еду на «хорошую» и «плохую» выводили Джерарда из себя и жутко злили, из-за чего он чувствовал, что с ним что-то не так.  ***  Дни, кажется, пролетали со скоростью света и никак не собирались заканчиваться. Шел четвертый день отдыха, за которые успело произойти слишком много всего.  С той девушкой Дональд пересекся ещё дважды. Вначале на экскурсии по посещению национального парка, а потом в отеле, рядом с барной стойкой. В первый раз она выглядела очень заинтересовано, ни на минуту не отвлекалась от рассказа экскурсовода и внимательно что-то записывала в небольшой блокнот. На ней было короткое светлое платье и плетенная панама с белым обрамлением по центру, а еще, кажется, круглые очки для зрения с золотыми вставками. Их экскурсия продлилась не так долго, но Дональд успел насмотреться на нее сполна. Он думал, что никто этого не замечает, ведь она всегда шла спереди и в те моменты, когда все смотрели на разные структуры, Дональд тоже смотрел туда, но вот только взгляд стремительно падал на ее макушку, а затем все ниже, ниже, ниже… Во второй раз она была уже не одна, а с подругой. На фоне красочной шатенки девушка с выжженным блондом даже не была особо замечена, что снова не помешало немного на нее поглазеть. — Ты идиот? Хватит на нее пялиться! — Мистер Фрэнк толкнул его плечом, когда они оба стояли недалеко от барной стойки. Он насторожено оглядывал Дональда и видел, насколько сильно его заинтересовала та девушка.  — Какая тебе разница? А вдруг у нее нет парня? — последнее предложение Дональд почти пропел, настойчиво игнорируя повторный толчок.  — И что с того? Она тебе в дочери годиться! — увидев, как тот отложил свой бокал на стол, а подружка стремительно покинула его новый объект симпатии, Фрэнк добавил. — у тебя вообще-то жена не так давно умерла.. неужели тебе и на это плевать? — молчание. А через несколько секунд Дональд виднелся рядом с… впрочем, не важно, как ее зовут. Они мило о чем-то разговаривали и явно нашли общий язык. Мужчина заказал им выпить еще по одному бокалу, а потом, когда дело зашло настолько далеко, что они уже целовались и девушка чуть ли не залезала на него с ногами, Фрэнк тяжело вздохнул.  — Эй, даже не вздумай им мешать, — мимо него прошла незнакомка и, даже не посмотрев на Фрэнка, сказала это почти себе под нос. Мысли никак не хотели клеится между собой, все как будто рассыпалось при малейшей попытке думать трезво. От нее нестандартно пахло черным перцем и кожей, а волосы были выжжено-блондинистыми. Что за..? Очевидно, что Фрэнк сразу понял кто она, но не хотел придавать этому значения. Посмотрев на барную стойку, Дональда с новой пассией там не оказалось.  — Придурок блять! Оставаться здесь больше не хотелось. Приятная до недавнего времени компания полностью распалась, а в отличии от некоторых Фрэнк не собирался никого подцеплять. Поднявшись на свой этаж, он услышал шум из комнаты.  «Наверное, уже вернулись.» После ужина Фрэнк всю дорогу пропел своему отцу о том, как он хочет пойти в игровую комнату к другим ребятам. Он не замолкал ни на секунду, постоянно лепеча, как давно он не играл в игрушки и не соревновался в гонках на игрушечных машинках. Естественно, мужчина был только за, а узнав, что детская комната пересекается с клубом рисования, облегченно выдохнул и смахнул с себя гору обязанностей на сегодняшний вечер. Джерард любил рисовать и был совершенно не против побыть там часок-другой и отвлечься от плохих мыслей. Сразу после еды их отвели в детский уголок и все были довольны. Теперь, когда прошло уже несколько часов, мальчики скорее всего уже вернулись и давно отдыхают в номере, ведь Дональд отдал Джерарду свою ключ-карту. Зайдя внутрь, он увидел, как мальчики заинтересованно глазеют на телевизор и смотрят какой-то мультфильм. Хорошо, что у них все хорошо.  Только через несколько часов раздались два тихих стука в дверь.   — Соизволил вернуться, да? — мистер Фрэнк совсем не был в духе, чтобы орать на Дональда, который заявился только в час ночи. Он стоял в проходе и осуждающе рассматривал его, как будто в чем-то обвиняя. Тот был растрепан, по не вывернутой назад футболке было видно, что она надевалась в попыхах, на щеке красовался след от помады, а на шее яркий, почти алый засос.   Сзади послышался едва уловимый скрип двери… — Я не буду это никак комментировать..Дональд, это просто пиздец.. Наверное, пьяный мозг Дональда не мог понять, что не так. Все таки сорвавшись на легкий крик, Мистер Фрэнк достаточно обматерил его, а потом сел на кровать и уткнулся в свои колени. Видеть и знать то, как твой лучший друг только что переспал с совершенно незнакомой девушкой было просто отвратительно. Не он ли всю жизнь твердил Фрэнку, как важно иметь ценности и ни за что не предавать своих близких людей? Он злился, когда Фрэнк в школьные годы прыгал из отношения в отношения, говоря, что он так останется ни с чем и никогда не сможет ценить того, кого любит. А теперь, когда Дональд связался с другой девушкой, даже не соизволив похоронить жену и съездить к ее родителям, злился Фрэнк. Он в последний раз разочаровано посмотрел на Уэя и ушел в душ, оставив его наедине со своими отвратительными мыслями. Стоя под теплой водой, на душе как будто скребли кошки. Он все ещё не мог поверить в произошедшее. Но с этим больше ничего не сделаешь, Дональд выбрал тот путь, который посчитал нужным. Только Фрэнк надеялся, чтобы его любовные похождения не зашли слишком далеко.  *** — Джи, переключи обратно! — мониторив разные каналы уже минут десять, они никак не могли найти подходящий. — пожалуйста, там же Том и Джерри!  — Ладно, только не ной, — нажав на стрелку, передача перешла с боевика на детский мультик.  — Класс! — распластавшись по всей папиной кровати, Фрэнк постепенно опустошал большой стакан с орехами. — как ты думаешь, что он будет делать дальше? — переведя взгляд на телевизор, Синяя Кошка ловко поймала Мышку за хвост и никак не хотела отпускать. В ее глазах читался настоящий ужас.  — Сейчас как обычно ей придет кто-то на помощь и она выберется.. — Джерард лениво хлопал глазами, лежа на животе и подкладывая под голову то одну руку, то вторую. — скукотища-а-а… Проводить вот так время с Фрэнком стало уже обыденностью. Каждый вечер они смотрели мультфильмы или другие программы, цепляющие их детские глазки. Кажется, Уэй даже привык к нему и перестал считать маленьким тупым ребенком? Он не думал об этом и не хотел, ведь компания стала уже настолько привычной, что понемногу Джерард таял и становился добрее. За просмотром пролетали часы, как считаные минуты, а здоровый сон, кстати, тоже никто не отменял. Джерарду нравилась эта кровать своей мягкостью и хороши матрасом. Каждую ночь он спал в комфорте и у него не болела спина, как это было дома. Неужели есть какой-то секрет, или Уэй теперь просто перестал волноваться о том, что утром он проснется не от пинка или крика, а от спокойного голоса мистера Айеро. Дональд не заходил по утрам в детскую комнату, да и Фрэнка он вряд ли ударит, поэтому боятся было нечего.  Где-то далеко послышались шаги, а через пару секунд дверь открылась.  — Ну что, как вы? — мистер Айеро аккуратно захлопнул дверь и, не успев снять обувь, на него налетел Фрэнк.  — Пап, смотри, что мне подарил Джерард! — в руке красовался графичный рисунок с двумя японскими рыбками, которых обрамляли изящные завитки водорослей. — мне больше нравятся цветные картинки, но картинки Джерарда еще лучше!  Уэй не считал этот рисунок чем-то крутым, вот и отдал Фрэнку, чтобы не пропадал зря.  — Фрэнк мне все уши прожужжал о том, как сильно ему это понравилось и я не удержался, отдал ему, — он улыбнулся и подмигнул Фрэнку, который, к слову, заверещал от радости ещё больше.  — Не хочу вас огорчать, но вам уже пора спать, — мальчики одновременно грустно замычали, моментально меняясь в лице. Ничего не поделаешь.  Фрэнк смог уговорить отца на небольшую сказку, на середине которой он уже сладко посапывал. Джерард же ворочался с бока на бок, не в состоянии принять удобную позу и успокоиться. Он от чего-то волновался и чувствовал себя очень нехорошо. Заметив это, мистер Фрэнк, не став дочитывать книгу, отложил её и наклонился к мальчику.  — Джи, тебя что-то беспокоит?  — А когда папа вернется? — по телу Фрэнку тут же прошелся колкий разряд. Он злился и винил себя в том, что не остановил Дональда, когда тот удалялся со своей подружкой. Теперь, наблюдая за тем, насколько сильно переживает Джерард, было как-то не по себе.  — Он..скоро вернется, просто решил погулять по пляжу. — врать не хотелось жутко, но и говорить о том, что его отец сейчас трахает молодую девчонку тоже не лучший вариант. Мистер Фрэнк вздохнул. — если тебя будет что-то беспокоить, сразу приходи ко мне, хорошо? Я обязательно поддержу тебя и мы поговорим обо всем, о чем ты только захочешь. — Джерард молча кивнул и проводил его взглядом, чувствуя, как к глазам поступают слезы. Почему его отец никогда не предлагал свою помощь и поддержку? Почему его отец никогда не прилагал никаких усилий и просто оставлял все на самотек? Почему его отец не был в нем заинтересован и просто игнорировал, когда ему нужна была помощь? Джерард позорно закрыл лицо руками и тихо заплакал. Иной раз ему казалось, что все в этой жизни идет совершенно не так, как должно. Сколько лет он уже мучается от недосказанности и держит в себе столько всего, что его бы, кажется, уже давно разорвало от такого количества информации. Иногда ему снились сны о том, что у него наконец-то появилась любящая семья и он был желанным ребенком. Да, он не мог думать наперед и знать, планировали ли его вообще, но судя по тому, с каким интересом родители вкладывались в его жизнь, Уэй точно знал ответ. Когда ладони стали совсем мокрые от слез, а кончики пальцев дрожали, хотелось успокоится и отбросить все плохие мысли назад. Что ему обещал мистер Фрэнк? Правильно — он поддержит бедняжку Джи и все будет хорошо. Да! Пора выбираться из плохого настроения. Решив сходить в другую комнату, Джерард, поднявшись с кровати, прислонился к двери  «Папа?» «Он пришел?» Стараясь как можно ближе прильнуть к дереву, он по неосторожности приоткрыл дверь и почти сразу отпрянул. Послышался едва уловимый скрип двери… — Соизволил вернуться, да? «Мистер Фрэнк?» — Я не буду это никак комментировать..Дональд, это просто пиздец.. «Комментировать что?..Папа?!» — Мало того, что ты вернулся в стельку пьяным, так и ещё в таком виде! Блять, просто посмотри на себя! Ты весь пропах этой шлюхой, так и ещё весь в ее следах! «Что за..» —…Что ты завтра скажешь Джерарду, когда он тебя увидит? Как думаешь оправдаться, а? «Извини, но я предпочел отодрать какую-то девушку вместо того, чтобы похоронить твою мать» так?! Я очень разочарован в тебе, Дональд. Проспись, может, хоть на утро у тебя появятся мозги и ты придумаешь, как спасти себя от такого позора.  Через несколько секунд дверь в ванную хлопнула, а Джерарда оставили наедине со своими мыслями. Он все ещё не мог поверить в то, что только что услышал. Неужели он правда переспал с другой девушкой за просто так? Это ранило больше всего. Джерард просто не мог передать свою боль и обиду на отца. Весь его мир рухнул в один момент просто по какой-то глупой неосторожности. Сотни тысяч кинжалов разом вонзились в его сердце и бесследно его распотрошили. Руки сильно тряслись, как и все тело, а грудь не прекращало сдавливать. Не было бы Фрэнка рядом, он бы зарыдал во весь голос, что есть силы. Он не мог пережить такое предательство и хотел проволиться под землю от обиды и одиночества, которое он теперь чувствует из-за этой ситуации. Он лег набок и пока слезы стекали на подушку, Джерард тормошил одеяло и вгрызался в свои губы с такой силой, что они, похоже, треснули и начали кровоточить. Он не виноват в этом, но чувствовал свою вину. В душе начали закрадываться сомнения о том, все ли правильно делал Джерард, чтобы избежать этого? Хотя какая теперь разница, если ничего уже нельзя исправить… Только через несколько часов ему удалось успокоиться и отдышаться, после чего он провалился в короткий сон.  На следующее утро Джерард чувствовал себя слишком паршиво. Уэй видел, что Дональд знает, что он тоже знает, от чего становилось ещё хуже. Теперь не то что отдыхать, ничего уже не хотелось. Весь оставшийся день прошел в забвении и тумане. Все делали вид, как будто ничего не случилось, но Джерард знал, что эта ситуация изменит все вдоль и поперек. Он лежал на кровати мистера Айеро и часами смотрел телевизор, игнорируя даже маленького Фрэнка. Тот отчаянно пытался выйти с ним хоть на какой-то контакт и заговорить, но Джерард не поддавался. От каждого теплого словечка мальчика его передергивало, а с глаз текли слезы, но ничто не могло его заинтересовать. Кроме… Первое, куда выбрался Джерард за день, был ужин. Взяв себе кучу еды, он молча поглощал вилку за вилкой, стараясь не упустить даже малейшей крошки. Никто ничего ему не говорил, когда он пошел за второй-третьей-четвертой порцией, никому не было дела до такой мелочи. Он управился быстрее других и просто лежал на столе головой вниз, пытаясь переварить только что съеденную еду. Он чувствовал, какой у него полный живот и его вот вот разорвет. Представляя, сколько лишних килограммов он наберет и обязательно заплывет жиром, у него подкосились ноги. Глаза вновь намокли, а в голове крутилась картинка, где он еле пролезает в дверь из-за своего огромного живота и ног. Сдерживаться уже не было сил. Попросив у мистера Фрэнка ключ-карту, Уэй побежал в номер. Ему было так тяжело, что, забежав в туалет, Джерард скатился по стене и чуть ли не лег на плитку.  «Ну и что мне теперь делать..?»  Руки сами потянулись к крышке унитаза и через несколько секунд произошло то, о чем никто не должен был знать. Включая самого Джерарда. Совершенно случайно, когда он листал каналы, наткнулся на какую-то рекомендацию, применяющуюся при отравлении или его начале.  «Если вы употребили несвежую еду и поняли это только тогда, когда проглотили ее, то вы можете вызвать рвоту, чтобы она не успела усвоиться..» Джерард чувствовал себя странно и опустошенно, когда сделал это. Из него как будто вышло всё плохое вместе с едой, не оставив ничего живого. Все ещё держась по обе стороны за унитаз, он пытался подумать над этим, чувствуя, как буквально растекается по полу.  Зарывшись в одеяло, он снова заплакал и свернулся. А если об этом кто-то узнает и его наругают? А если узнают, что он специально очистился после еды? А если узнают, что с ним что-то не так? Как он будет себя чувствовать после этого? В груди сильнее разливалось неприятное тепло, от которого хотелось избавиться, но Джерард не мог. Он не мог перестать думать о том, насколько стал зависим от еды и осознания того, что все, что он ест не дает ему ничего, кроме как килограммы?  Дверь тихо открылась, зашел Фрэнк.  Почему еда занимает столько мыслей и не дает спокойно жить? Любая порция станет огромной и не полезной, как только Джерард возьмет в руки даже самую маленькую тарелку. Почему жизнь должна строится на том, что…—  — Джи…? — Фрэнк стоял рядом с его кроватью и выглядел грустным. — почему ты ушел раньше всех? Тебе не понравилась еда? Но ты же так много съел.  «ЗАТКНИСЬ!!!» Джерард простонал на вдохе и закрыл рот ладонью. — Ты..ты плачешь..?  — Н..е..т.. — Уэй произнес это почти по слогам, ощущая, насколько сильно дрожит его голос и он не может сказать нормально даже одну букву. Фрэнк забеспокоился сильнее и сел рядом.  — Почему ты плачешь? У тебя что-то случилось? — его детский голос был непривычно уязвим. Джерард проигнорировал его. — Это ты из-за папы, да? Мне очень жаль, Джи, но не нужно плакать.. — Фрэнк задел за самое больно, даже не подумав над своими словами, а сказал первое, что пришло в голову. — Ты ничего не понимаешь! — Фрэнк вздрогнул, когда Уэй на выдохе сильно закашлял и подавился слюной. Мальчик захотел дотронуться до него рукой, но Джерард дернулся и резко повернулся. — хватит говорить то, что к тебе никак не относиться! — цепляясь костяшками пальцев за одеяло, он кричал на него что есть силы, пока снова не подавился, откашливаясь и отступая. Фрэнк замолк. Его лицо заметно помрачнело и он встал с чужой кровати, направляясь к двери. Сердцем Фрэнк чувствовал, что то-то не так, но ещё не мог понять то, насколько мучается Джерард от осознания всего того, что произошло за последние дни. Когда дверь комнаты, а затем и входная захлопнулась, Джерард закричал во все горло и схватился за свои волосы. Больше никого не было. Ни мамы, ни папы. Он не хотел ни видеть, ни считать отца за нормального человека. Все семейные ценности, которые в него так усердно вкладывали все детство были разрушены за считаные секунды. Джерард до вчерашнего дня не мог поверить в то, что с ним может случится что-то похожее. Невольно представляя, как отец развлекался с новой девушкой, он хотел выдрать себе волосы от одной лишь мысли о том, как он вообще смеет думать о таких вещах. Джерарда оставили наедине со своими мыслями, в которых, медленно утопая, он пытался найти остатки чего-то хорошего.