My King and Your Everything

"Цяньцю, о чём ты только думал?" — Се Лянь расхаживал по своим покоям, расстроенный и встревоженный. Он был на взводе, в голове у него роился шквал мыслей. К тому времени, как пришел Лан Цяньцю, советник уже не мог сдерживаться. —Я знаю, что это неожиданно, но… —Никаких «но»! Я думал, ты отдашь этому больше времени. То, что она подтверждённый потомок, не означает, что нужно делать всё и сразу. Заявить перед всем двором, что ты назначаешь её своей наследницей. Ребёнка, которого ты, по всей видимости, уже принял за своего собственного. Се Лянь раздражённо фыркнул и начал расхаживать взад-вперёд, как бы безумно это ни выглядело. —Шум, который это вызвало, просто невероятный, и он всё ещё не утих в высших кругах. Я знаю, что ты осознал свою роль короля и то, какой эффект оказывают твои действия, но делать всё это из-за ребёнка... Я не понимаю, — Се Лянь провёл рукой по волосам, не заботясь о том, что большая их часть выбилась из пучка. — Кроме того, есть ещё и сама девочка. Ты знаешь, через что ей теперь придётся пройти? Подозрения в ее принадлежности к королевской семье всегда будут ставиться под сомнение. И это вдобавок ко всем трудностям, с которыми она столкнётся как твоя наследница. Нужно было учесть так много, что у Се Ляня просто не оставалось времени всё обдумать. —Не говоря уже о том, что она девушка, женщина. Если ты оставишь ей трон, это вызовет ещё больше беспорядков, чем ты можешь себе представить! — Наставник старался не кричать, но он уже был слишком взвинчен. — О чём ты только думал, Цяньцю?! Почему ты не проявил больше осторожности, чтобы… Мужчина перебил его, заговорив громко и эмоционально. —Я думал, Фан Синь отнесётся к этому с большим пониманием! Се Лянь резко остановился и уставился на молодого человека, который выглядел скорее обиженным, чем сердитым. —Я нашёл последнего живого члена своей семьи. Ту, о существовании которой я даже не подозревал. Зная, что она тоже потеряла всё и прошла через многое, чтобы найти меня… Я хотел что-то сделать. Я должен был что-то сделать, Фан Синь. Искренние слова растрогали Се Ляня. Он подошёл к молодому человеку и сжал его плечо. —Цяньцю, прости. Я понимаю. Я слишком много думал о дворе и упустил из виду, насколько это важно для тебя, — Советник ож ожидал объятий, и Лан Цяньцю уткнулся лицом ему в плечо. —Это эгоистично и импульсивно, я знаю. Но если это возможно, я хочу, чтобы моя семья расширилась. Се Лянь погладил юношу по спине и прислонился головой к голове Цяньцю. —Я знаю. Нет никого, кто бы лучше понимал, как сильно ты желаешь иметь семью. Я знаю, как ты по ним скучаешь. —И я знаю, что Фан Синь прав. Я знаю, что поступил опрометчиво, сделав такое заявление. Я не подумал о многих вещах, но уверен, что смогу с ними справиться. Се Лянь тихо вздохнул. —Цяньцю знает, что я помогу ему с этим. Сейчас это важно как никогда. К тебе вернулась твоя семья, и ты должен сделать все, чтобы защитить её, хорошо, Цяньцю? Молодой человек напрягся и высвободился из объятий, явно смущённый и, возможно, обиженный. —Фан Синь есть и всегда будет семьёй. Пополнение её состава ничего не изменит. Се Лянь ничего не ответил на замечание, не зная, как относиться к этому вопросу. Хотя он знал, что вскоре любовь и потребности Лан Цяньцю частично сможет удовлетворить эта маленькая девочка. Возможно, стоит позволить юноше отвыкнуть от этой привязанности, как бы трудно это ни было для них обоих. —Я не сравним с ребёнком Цяньцю. Всё изменится. —Я уже начал подбирать персонал для ухода за ней. Няня, которая её привезла, согласилась остаться, но она пожилая женщина и не привыкла к дворцовым порядкам. В любом случае, у меня в детстве всегда было больше персонала. —Это хорошее начало. Возможно, было бы полезно начать заниматься с репетиторами как можно раньше. Её жизнь изменилась и будет меняться дальше. Знания — хорошая подготовка к будущему. —Разве ты не сможешь взяться за ее обучение? Се Лянь моргнул, услышав это замечание, а затем рассмеялся. —Теперь я императорский наставник. Это было бы крайне неуместно. Обиженное выражение лица Цяньцю сделали его более юным. —Но ты был лучшим учителем из всех, что у меня были. Се Лянь посмотрел на юношу более суровым взглядом, не одобряя его наивность. —Если ты хочешь лишить меня должности и снова назначить государственным наставником, чтобы я занимался исключительно воспитанием юной наследной принцессы, то это твоё право. —Нет! Се Лянь знал, что король будет отрицать это, при упоминании о том, что советник делает для него сейчас. —Я бы не возражал против нескольких уроков, но лучше, если этим будет заниматься кто-то исключительно ради её образования. Другой кивнул и полностью отстранился от Се Ляня, чтобы расслабиться на кушетке. —Фан Синь прав, мне нужно многое для неё организовать и ещё больше — уладить при дворе. —Я уверен, что в итоге смогу помочь со всем этим. В ответ юноша одобрительно хмыкнул, как будто это было очевидно. —Неужели Фан Синь из тех, кто верит, что принцесса не может занять трон? — Это был довольно провокационный вопрос, который он задал Се Ляню, особенно учитывая сложившуюся ситуацию. —Я верю, что нет ничего невозможного. Если кто-то подходит по всем параметрам и способен на это, то я не вижу в этом проблемы. Ты должен понимать, что другие не всегда будут думать так же. Они будут усложнять ей жизнь. Даже в Небесной столице, если чиновником являлась женщина, к ней относились с пренебрежением как чиновники , так и простые смертные. Её намеренно изображали мужчиной или женой другого чиновника, поскольку женщина не могла быть настолько влиятельной сама по себе. Се Лянь тогда еще будучи молодым хорошо помнил, что каждая, с которой он сталкивался, не была обделена силой и умом. Они работали намного усерднее, чтобы достичь этого. —Думаю, она справится, — сказал Лан Цяньцю с лёгкой улыбкой на лице. — Моя наследница станет первой правящей королевой Юнъаня. Это настоящее наследие, которое я оставлю после себя. Се Лянь не смог сдержать смех, услышав мысли Лана Цяньцю. —Это, несомненно , войдёт в историю. —Что ж, думаю, теперь моя задача как отца — довести её до этого. Было странно думать о Лан Цяньцю как об отце. Он так часто видел в нём разве что растущего ребёнка. Возможно, пришло время изменить это представление и воспринимать Лан Цяньцю как взрослого мужчину.

***

Се Лянь был обеспокоен хаосом, который воцарился после коронации принцессы Лан Бэйе. Королевская кровь имела большое значение, но её пол и положение, обеспеченное ей Лан Цяньцю, привели к неразберихе. Все настаивали на том, чтобы король женился, особенно теперь, когда у него появился ребёнок. Жалкая уловка в надежде, что король женится и у него родится сын, которого он сделает наследным принцем вместо дочери. Лан Цяньцю иногда краснел, когда ему делали предложение руки и сердца, несмотря на то, что он их отвергал, или напрягался из-за молодых женщин, которые вели себя с ним несколько кокетливо. Однако король выглядел раздражённым и почти с пренебрежением относился к браку. Как ребёнок, который считает, что девочки — это отвратительно. Тот факт, что Се Лянь сыграл в этом свою роль, всплыл, когда они остались наедине. Юноша признался, что разделает чувства Се Ляня по поводу брака, и подтвердил это, когда они говорили об этом ранее. Было очевидно, что Лан Цяньцю избегает этой темы. Фан Синь не настаивал и никогда не заставлял другого углубляться в эту тему. Он не настолько хорошо разбирался в этой области, чтобы давать советы. Предложения постоянно отклонялись, и двор был строго закрыт в связи с подобными предложениями. Конечно, были проблемы и с общественностью. Большинство радовалось тому, что ребёнок королевской крови выжил и вернулся во дворец. Когда она была еще девочкой, к ней относились с некоторым пренебрежением, но после того, как она стала наследной принцессой, внимание возросло. Большая часть общества склонялась к тому же мнению, что и двор, надеясь, что король женится и передумает, когда у него родится сын. Ему повезло, что король расстраивался и терял самообладание только наедине с Се Лянем, помогающим решать эти вопросы при небольшой поддержке. С другой стороны, Лан Цяньцю во всём полагался на Се Ляня. Помимо решения политических вопросов, мужчина теперь помогал готовиться с приготовлениями к приёму наследной принцессы. Лан Бэйе поселилась в комнатах, где вырос Лан Цяньцю, опустевших после его коронации. После того, как юноша был вынужден повзрослеть. Се Лянь знал, что мужчина часто навещает принцессу и чувствует себя там как дома, что немного облегчает общение с маленьким ребёнком. Лан Бэйе была очень послушной и не доставляла хлопот. Первоначальная няня проделала большую работу по подбору персонала, лучше всех зная Лан Бэйе. Что касается охраны, то наследную принцессу всегда тщательно оберегали. Как из-за опасений, вызванных «Золотой резнёй», так и из-за мести за её титул. По иронии судьбы, Се Лянь взял на себя организацию поиска нового государственного наставника. Он провёл собеседования с несколькими кандидатами, и некоторые из них лучше других умели сохранять самообладание в его присутствии. Некоторые были чрезмерно льстивы и преувеличенно заявляли, что могут лишь надеяться на то, что у них получится так же хорошо, как у Се Ляня с королём. Другие едва скрывали свою неприязнь к императорскому наставнику и испытывали некоторое чувство превосходства, обладая более высоким стажем и впечатляющими заслугами. Се Лянь выбрал пожилого мужчину, который был готов оставить преподавательскую деятельность. Он был дедушкой для нескольких детей и, хотя не мог справиться с целым классом, мог управиться с одним ребёнком. Се Лянь верил и чувствовал, что кто-то, кто казался бы менее пугающим, помог бы наследной принцессе сохранять самообладание. Тем не менее он приказал её няне остаться в комнате для наблюдения. Эта женщина знала девочку лучше всех здесь присутствующих и могла дать наилучший совет. Конечно, прежде чем принять решение, он встретился с Лан Цяньцю. Хотя король полностью доверял способностям Се Ляня, он всё же тщательно изучил все детали. Лан Цяньцю стал защищать девочку, что вполне объяснимо. Потенциальный государственный наставник не растерял ни своих способностей, ни доброты, столкнувшись лицом к лицу с суровым королём. Лан Цяньцю был слишком осторожен, чтобы позволить девочке встретиться с учителем, не познакомившись с ним лично. Это был достойный поступок отца, роль, на которую Се Лянь всё ещё пытался возложить Лан Цяньцю. Советник полагал, что это было началом. Увидеть его в покоях для учёбы не как ученика, а как человека, готовящего своего ребёнка к получению образования, было впечатляющим моментом. Это действительно доказало, как много времени прошло. Показало, каким великим человеком стал Лан Цяньцю. Было странно и в то же время удивительно, что Се Лянь впервые встретился с Лан Бэйе лицом к лицу. Несмотря на все, что он говорил о ней и делал для неё, он работал только с тем, что было на бумаге, и с информацией, которую ему предоставлял Лан Цяньцю. Се Лянь не мог отвести взгляд от маленькой девочки, носящей знаки королевской власти и титул наследной принцессы, стоя рядом с неприметной женщиной постарше. Когда Лан Цяньцю заметил, что внимание советника рассеялось, он решил представить его с такой энергией, какой не проявил бы к потенциальному государственному наставнику. Король проявлял гораздо меньше сдержанности. На самом деле, это было неуместно. Казалось, он слишком легко сблизился как с Се Лянем, так и с наследной принцессой. Учитывая, что это поразило даже няню, наверняка видевшую, как мужчина и ребёнок общались ранее, можно было с уверенностью сказать, что старик, ожидавший начала уроков, был крайне унижен королём, только что проявлявший жесткость к нему. —Вы тоже носите королевские цвета, —Простое замечание Бэйе прозвучало с невинной непосредственностью. —Это подарок от меня, — больше король ничего не сказал, только улыбнулся. —Ваше Величество, вы опоздаете на совет, если не выйдете в ближайшее время. Лан Цяньцю едва сдержался, чтобы не надуться. —Я верю, что Советник сделает правильное решение. —Для меня большая честь, что Ваше Величество так в меня верит. Я поговорю с Вашим Величеством позже о результатах договорённостей. Все они вежливо поклонились, когда Лан Цяньцю вышел. Се Лянь повернулся к принцессе. —Есть ли у Её Высочества вопросы о том, чем мы будем заниматься сегодня? —Нет, я буду учиться, но царственный отец не уточнил подробностей. Се Лянь должен был этого ожидать. —Тогда что вы знаете? Я уточню всё, что мог упустить Его Величество. —Этот императорский дядя научил царственного отца всему, что ему нужно было знать. Се Ляню действительно стоило представиться раньше. Лан Цяньцю уже успел вложить всевозможные вещи ей в голову. Мужчина даже не знал, с чего начать, поэтому решил пока оставить всё как есть. —Я работал государственным наставником, когда Его Величество был молод. При вступлении на престол Его Величество пожаловал мне титул императорского наставника, чтобы я мог и дальше оказывать помощь в случае необходимости. —Значит, императорский дядя больше не учитель. Разве что для царственного отца. —Я советник Его Величества, — поправил Се Лянь, понимая, что не стоит ставить себя выше короля. —Смогу ли я по-прежнему выучить всё, чему императорский дядя учил царственного отца? —Конечно. Его Величество не мог бы поступить иначе по отношению к Её Высочеству. Лан Бэйе улыбнулась ему без тени беспокойства, несмотря на обычно холодный нрав Фан Синя. —Хорошо. Я готова учиться. Императорский дядя останется? —На сегодня — да. С этого момента Её Высочество будет учиться самостоятельно. Ваша няня будет находиться с вами в течение всего дня на случай, если вам что-нибудь понадобится. —Хорошо! Советник кивнул терпеливо ожидавшему её пожилому мужчине. Он явно был удивлён, но не в плохом смысле. —Её Высочество готова начать? Се Лянь отступил назад и молча наблюдал за происходящим вместе с няней. Та, казалось, нервничала, но в конце концов набралась смелости заговорить. —Императорский наставник, могу я вас кое о чём спросить? —Можете. —Бэйе — хороший ребёнок, смышлёный и любознательный, разве что немного смущённый переменами. Я беспокоюсь, что в этой жизни будут вещи, которые смогут навредить ей. Се Лянь не мог этого отрицать. —Его Величество ясно дал понять, что я могу обратиться к нему с любыми вопросами, касающимися Бейе, хотя, как я понимаю, в этом отношении императорский наставник следит за ее образованием. Если что-то всплывёт, если я что-то замечу или увижу, будет ли приемлемо сообщить об этом вам, сэр? Се Лянь уловил суть того, что она хотела сказать, но не озвучила. Наследная принцесса, скорее всего, станет мишенью. Здесь, с её образованием, Лан Бэйе могла бы получить всё самое лучшее, но, несмотря на все тщательные приготовления, что-то может пойти не так. Если государственный наставник будет относится к девочке как к низшему существу или оскорблять её, важно немедленно сообщить об этом. И, честно говоря, лучше рассказать об этом Се Ляню, чем Лан Цяньцю. Молодой человек, скорее всего, сначала сделает, а потом подумает, устроит скандал, затем решит проблему. —Конечно. Я прошу вас обращаться ко мне по любым вопросам, связанным с образованием Её Высочества или чем-то ещё. Его Величество — не единственный, кто будет заботиться о наследной принцессе. Пожилая женщина слегка улыбнулась ему, но в улыбке читалась усталость. Должно быть, у неё много забот. —Приятно знать, что императорский наставник присмотрит за Бэйе… простите, за Её Высочеством. Мужчина не смог сдержать тихий смешок. —Можно называть её по имени, просто учитывайте обстоятельства. Его Величество не будет возражать, а Её Высочеству будет приятно услышать своё имя из уст близкого человека. —Полагаю, у императорского наставника есть некоторый опыт общения с детьми, поскольку он принимал участие в жизни Его Величества. Се Лянь не обиделся на её прямолинейные слова и согласно хмыкнул. —Его Величество сильно повзрослел с нашей первой встречи. Меня до сих пор шокирует мысль о том, что он принял на себя роль отца, решив взять на себя такую ответственность. —Так тяжело видеть, как они взрослеют. Хотя, глядя на своих детей, я была так счастлива, что они добились успеха самостоятельно. Могу только представить, какую гордость испытывает императорский наставник , помогая Его Величеству стать таким замечательным королём. Она улыбалась, чувствуя себя с ним более непринуждённо. Се Лянь не замечал, что сам слегка улыбается, пока не увидел, как расширились её глаза. —Я доверю императорскому наставнику направлять Бэйе во всем, что он решит делать. —Так и будет. Се Лянь отвернулся от няни, чтобы вновь переключить внимание на учителя и ученика, тем самым положив конец разговору. Они больше не разговаривали и не обращали друг на друга внимания до полудня. —Императорский дядя, не могли бы вы пообедать со мной? — Возможно, эти умоляющие взгляды были у королевской семьи в крови. Или, может быть, Бэйе слишком сильно напоминала ему Цяньцю. —Боюсь, сегодня я не смогу присоединиться к Её Высочеству за обедом. —А что, если я прикажу вам как наследная принцесса? —Бэйе! — Её няня была в ужасе, но девочка не придумала ничего лучше. —Это будет зависеть от обстоятельств, но в данном случае слово императорского наставника имеет больший вес. Слово императорского наставника почти так же весомо, как слово Его Величества. Потенциальный государственный наставник посмотрел на Се Ляня и слегка поклонился. —Возможно, было бы важно рассмотреть возможность более подробного ознакомления с тем, что происходит во дворце и как устроен двор. Се Лянь согласно хмыкнул, понимая, что было бы очень важно научить этому Лан Бэйе как можно раньше. —Императорский дядя не хочет меня видеть? — Вновь надулась принцесса. —А как насчёт такого? — тон Фан Синя, должно быть, отличался особой резкостью, что напрягло обомх взрослых, но Лан Бэйе, похоже, это не беспокоило. —Когда Его Величество в следующий раз навестит вас, надуйте губы и попросите его пригласить вас на ужин со мной. Лан Бэйе задумалась. —Надуть вот так? —Вот так, — согласился Се Лянь, слишком забавлявшийся происходящим, чтобы беспокоиться о том, как его поведение будет воспринято. —А что, если я заплачу? —Не слишком сильно, иначе Его Величество забеспокоится. Его Величеству не потребуется много усилий, чтобы согласиться с Её Высочеством. Лан Бэйе широко и радостно улыбнулась, полная игривости и детского восторга. —Императорский дядя действительно хороший учитель. Если мне нужно будет узнать что-то о царственном отце, я обращусь к нему. Се Лянь не удержался и погладил её по голове. Он заметил, что няня почти протянула руку, чтобы остановить его, но сдержалась. Девочка, казалось, была довольна, несмотря на то, что её просто погладили по голове. —Значит ли это, что императорский дядя хочет пригласить меня на ужин? —Для меня будет честью, принцесса Бэйе. Она хихикнула, совершенно не смутившись его холодным тоном. Может быть, даже больше, чем Лан Цяньцю в своё время. —А теперь тебе пора идти обедать с няней. Её высочество вернётся сюда завтра, чтобы продолжить занятия. Потенциальный государственный наставник оживился, услышав намёк на то, что его наняли. —Я позабочусь об этом, императорский наставник. Спасибо, что уделили нам время. Няня увела ребёнка, а мужчина жестом пригласил старика присоединиться к нему, настаивая на повторении материала. Се Лянь видел, что потенциальный государственный наставник хочет поскорее получить подтверждение своей должности, но терпение — добродетель, и Се Лянь хотел быть абсолютно уверенным. За время, требующееся советнику для заключения соглашений и получения оплаты, он уже начал планировать дополнительные дела. Се Ляню нужно будет подготовить персонал к тому, что мужчина будет входить и выходить с территории, и, возможно, обеспечить ему собственный эскорт. Советнику нужно будет ещё раз всё обдумать, чтобы убедиться, что принцесса в безопасности. Он заметил, что не против выполнения подобных задач.