" Эхо Грядущего "

План более-менее составлен. Грейнджер сидела за столом, окружённая старыми книгами и записями, которые она собрала за последние недели. В её голове крутились мысли о том, как важно всё сделать правильно. Они со слизеринцами решили, что каждый из них будет следить за парнем по очереди. Это было необходимо, чтобы не привлекать лишнего внимания. Грейнджер понимала, что одна их ошибка — и всё кончено. Она не могла позволить себе расслабиться даже на мгновение. Каждый шаг должен быть продуман, каждое действие — взвешено. Коридоры Хогвартса гудели жизнью. Смех, шёпот, шуршание мантий — обычный фон для Гермионы, но сегодня он казался ей оглушительным. Она старалась держаться в тени, сливаясь с потоком учеников, но глаза её были прикованы к одной-единственной цели — группе гриффиндорцев, идущих впереди. В центре этой компании, окружённый вниманием и смехом, шёл он — Белиас Крофт. Белиас Крофт, с русыми волосами и пронзительными голубыми глазами. У него была какая-то мистическая отстранённость, которая, как ни странно, притягивала. Но, встряхнув головой, она нахмурилась. Чуть не попалась на его чары. Боже.. Но сейчас, наблюдая за ним издалека, она должна была видеть его таким, каким он был на самом деле — потенциальной угрозой. Он смеялся над какой-то шуткой Уизли, и в его смехе не было ничего зловещего. Просто молодой человек, наслаждающийся компанией друзей. Но Гермиона знала, что это лишь маска. Они свернули в сторону библиотеки, и Гермиона замедлила шаг, делая вид, что рассматривает гобелен. Она слышала обрывки их разговора: о квиддиче, о предстоящих экзаменах, о какой-то вечеринке в Выручай-комнате. Ничего подозрительного. Но когда они завернули за угол, пройдя мимо библиотеки, девушка поспешила за ними, но, завернув, она увидела лишь пустой коридор. Чёрт, упустила... Пэнси Паркинсон, обычно столь же неприступная, как и ее фамилия, сегодня выглядела обеспокоенной. Ее взгляд, обычно полный едкой иронии, теперь был направлен на Гермиону Грейнджер с оттенком искреннего недоумения. Ее волосы были растрепаны, а под глазами залегли темные круги. — Упустила? Странно, они же не испарились,— проговорила Пэнси, ее голос был неожиданно мягок. Но видя хмурые брови подруги, вздохнула. — Тебе нужно отдохнуть, Гермиона. Ты слишком сильно переусердствуешь. Я заменю тебя, а ты просто отдохни. И не в библиотеке, а в кровати. Гермиона подняла голову, ее глаза, обычно полные решимости, сейчас казались потухшими. — Занятия...— прошептала она, ее голос был слабым. — Да к черту их, раз можешь и пропустить,— отрезала Пэнси, решительно двигая подругу вперед. — Ты выглядишь так, будто тебя переехал паровой каток. Я не шучу. Даже героине войны, нужен отдых. Гермиона колебалась. Ее мозг, привыкший к постоянной работе, отказывался принимать идею отдыха. Столько всего нужно было узнать, столько всего сделать. Но усталость накатывала волнами, и даже перспектива теплого одеяла казалась соблазнительной. — Но...— начала она. — Никаких 'но',— твердо сказала Пэнси, мягко положив руку на плечо Гермионы. — Ты не машина, Грейнджер. Ты человек. И даже самые умные люди нуждаются в передышке. Поверь мне, я знаю, о чем говорю. Я тоже иногда забываю об этом. В словах Пэнси была искренность. Она посмотрела на свою подругу, на ее решительное лицо, и впервые за долгое время почувствовала, что может позволить себе слабость. — Хорошо,— прошептала Гермиона, ее голос дрожал.— Только... не потеряй ничего важного. И если что-то случится, сразу буди. — Не потеряю, и разбужу — улыбнулась Пэнси, ее улыбка была теплой и ободряющей. — А теперь иди. Я позабочусь обо всем. Гермиона медленно встала, чувствуя, как ноги подкашиваются. Она бросила последний взгляд на слизеринку и вздохнув, чуть улыбнулась. давно не чувствовала чей-то заботы. Она даже не представляла, какой сюрприз ей принесёт жизнь, завтра

***

Грейнджер, хмурясь, смотрела на парня, что держал палочку у её лица. Холодный металл, казалось, проникал сквозь кожу, вызывая дрожь, но не страха, а скорее ярости. — Отлично, Грейнджер. Я почти поверил, что ты вечно гуляешь там же, где и я, — Белиас, с его обычной ухмылкой, которая сейчас казалась особенно мерзкой, произнёс эти слова. — Не понимаю, о чём ты… — протянула девушка, стараясь, чтобы голос звучал ровно, хотя внутри всё сжималось от осознания провала. — Думаешь, я настолько глуп, что не замечу, как ты со своей "шайкой змей" следите за мной? Глупо, как же глупо. — Его глаза, цвета зимнего неба, сверкали насмешкой. Он знал. Он знал всё. Гермиона поджала губы. Чёрт. Их план провалился, и всё из-за неё. Она была слишком самоуверенна, слишком уверена в своей способности оставаться незамеченной. Малфой был прав, эта идея была провальной. Он предупреждал её, говорил, что Белиас слишком хитёр, слишком осторожен. Но она, как всегда, решила, что знает лучше. Воспоминания ее ничему не научили.. Сейчас, в этот момент, смешанный страх и ненависть бурлили в ней. Страх перед тем, что может произойти, если Белиас решит действовать. Ненависть к себе за свою ошибку, за то, что подвела своих друзей. Так и хотелось вытащить свою палочку и закончить все здесь и сейчас. Но она знала, что это было бы безрассудно. Белиас был силен, и в этой ситуации, с палочкой у ее лица, она была в невыгодном положении. Она глубоко вдохнула, пытаясь успокоить бешено колотящееся сердце. Нужно было думать. Думать, как выпутаться из этой ситуации, как исправить свою ошибку. Потому что, несмотря на весь свой гнев и разочарование, Гермиона Грейнджер никогда не сдавалась. И сейчас, даже стоя перед угрозой, она была готова бороться. – Ты недооцениваешь меня, Белиас, – произнесла Гермиона, ее голос обрел стальную нотку, несмотря на внутреннее смятение. Она не могла позволить ему видеть ее страх. – Я здесь не для того, чтобы следить за тобой. Я просто заблудилась. Белиас рассмеялся, звук был резким и неприятным. – Заблудилась? В этом заброшенном крыле замка, где никто не бывает? Очень правдоподобно, Грейнджер. Особенно учитывая, что ты всегда была известна своей любовью к прогулкам в одиночестве по тёмным и пыльным коридорам. – Он сделал шаг ближе, его палочка слегка приподнялась, словно он наслаждался её замешательством. – Но я ценю твою попытку. По крайней мере, ты не стала отрицать очевидное. Гермиона почувствовала, как кровь приливает к щекам. Он знал. Он знал, что они пытались его выследить, узнать, что он замышляет. И он знал, что она была той, кто допустит ошибку. – Что ты хочешь? – спросила она, стараясь, чтобы её голос звучал твёрдо. – Что я хочу? – Белиас склонил голову набок, его глаза изучали её с хищным интересом. – Я хочу знать, что вы пытались узнать. И я хочу знать, кто ещё в этом замешан. Не думай, что я не знаю о твоих друзьях, Грейнджер. О твоей маленькой "шайке змей", как ты их называешь. Они тоже будут иметь дело со мной. Сердце Гермионы сжалось. Она не могла допустить, чтобы они пострадали из-за неё. – Они не имеют к этому никакого отношения, – сказала она, её голос дрогнул. – Это моя вина. Я сама всё это придумала. – О, я знаю, что это твоя вина, – прошипел Белиас. – Но это не значит, что твои друзья останутся в стороне. Я не люблю оставлять незавершённые дела. А ты, Грейнджер, оставила мне очень много незавершённых дел. – Он сделал ещё один шаг, и теперь палочка почти касалась её лба. – Так что, давай начнём с начала. Расскажи мне всё. И постарайся не лгать. Я очень не люблю, когда мне лгут. Гермиона закрыла глаза на мгновение, собирая последние остатки самообладания. Она была в ловушке. Но она не была сломлена. Она была Гермионой Грейнджер. И она найдёт выход. Она всегда находила. Она глубоко вдохнула, чувствуя, как холодный металл палочки давит на её кожу. – Хорошо, – сказала она, открывая глаза и встречаясь с его взглядом. – Я расскажу тебе всё. Но сначала... ты должен опустить палочку. Белиас усмехнулся, но палочку не опустил. Его глаза, словно два осколка льда, внимательно изучали её лицо, пытаясь уловить малейший признак обмана. – Ты думаешь, я настолько глуп, чтобы поверить в твою игру, Грейнджер? Ты хочешь выиграть время, чтобы послать сигнал своим дружкам, или, может быть, приготовить какое-нибудь коварное заклинание? Гермиона почувствовала, как внутри неё закипает новая волна ярости. Он не просто держал её на мушке, он играл с ней, наслаждаясь её беспомощностью. — Я не играю, Белиас, — её голос стал тише, но от этого не менее опасным. — Я предлагаю сделку. Ты хочешь информацию, я готова её дать. Но не под дулом палочки. Это унизительно, и я не уверена, что смогу говорить ясно, когда чувствую, как твоя магия проникает в мой разум. Он медленно провёл кончиком палочки по её щеке, словно пробуя на вкус её страх. — Унизительно? Ты, Грейнджер, которая всегда считала себя выше всех остальных? Это забавно. Но я ценю твою прямоту. Хорошо. Я опущу палочку. Но только на дюйм. И если ты попытаешься сделать хоть что-то, я не буду церемониться. С лёгким щелчком палочка отодвинулась от её лица, но осталась наготове. Гермиона почувствовала облегчение, но оно было мимолётным. Она знала, что это лишь временная передышка. — Итак, — начал Белиас, его голос стал более спокойным, но в нём по-прежнему звучала угроза. — Рассказывай. Что вы пытались узнать? И почему именно я стал объектом вашего внимания? Гермиона глубоко вздохнула. Теперь ей предстояло сыграть самую сложную партию. Она должна была рассказать правду, но не всю. Она должна была защитить своих друзей, даже если это означало взять всю вину на себя. – Мы... мы слышали слухи, – начала она, тщательно подбирая слова. – Слухи о том, что в этом крыле замка происходят странные вещи. Белиас прищурился. – Странные вещи? И вы решили, что я что-то тут замышляю? – Мы не думали, что это именно ты, – настаивала Гермиона, стараясь выглядеть искренней. – Мы просто... искали ответы. И когда мы увидели тебя здесь, мы подумали, что ты можешь знать что-то. Мы не собирались следить за тобой. Мы просто... оказались в одном месте в одно время. Он рассмеялся, но на этот раз в его смехе не было веселья. – Ты думаешь, я поверю в эту сказку, Грейнджер? Ты, Гермиона Грейнджер, которая всегда была на шаг впереди всех? Ты не веришь в случайности. Ты веришь в факты. И факты говорят о том, что вы меня выслеживали. – Я знаю, что это звучит неубедительно, – признала Гермиона. – Но это правда. Мы не знали, что ты здесь. Мы просто... были любопытными. И, возможно, немного неосторожными. Белиас сделал шаг назад, его взгляд стал более задумчивым. Он явно пытался разобраться в ее словах, найти противоречия. — Любопытство? Неосторожность? Это не похоже на тебя, Грейнджер. Ты всегда была расчетливой. Ты всегда планировала все до мелочей. — Иногда даже самые расчетливые планы дают сбой, — тихо сказала Гермиона, чувствуя, как ее сердце начинает биться быстрее. Она чувствовала, что он колеблется. Это был ее шанс. — Хорошо, — произнес Белиас, его голос стал еще тише. — Допустим, я тебе поверю. Допустим, вы просто заблудились и случайно наткнулись на меня. Но что насчет твоих друзей? Они тоже заблудились? Или они тоже были "любопытными"? Гермиона почувствовала, как холодный пот стекает по ее спине. Это был самый сложный вопрос. Она не могла выдать их. — Они... они не имеют к этому никакого отношения, — сказала она, стараясь, чтобы ее голос звучал твердо. — Я была одна. Я просто... хотела узнать, что происходит в этом крыле. Я не хотела никому причинять вреда. И я не хотела, чтобы кто-то узнал о моем... любопытстве. Белиас внимательно смотрел на нее, словно пытаясь прочитать ее мысли. Он видел ее страх, но также видел и решимость. Он видел, что она готова защищать своих друзей, даже ценой своей безопасности. – Ты лжешь, Грейнджер, – наконец произнес Белиас, но в его голосе не было прежней уверенности. Он сделал еще один шаг, и теперь они стояли совсем близко. – Я вижу это в твоих глазах. Ты пытаешься защитить их. Но это не поможет. Я найду их. И тогда тебе придется ответить за всех. Гермиона подняла голову, ее взгляд встретился с его. В ее глазах не было страха, только холодная решимость. – Если ты думаешь, что можешь запугать меня, ты ошибаешься, Белиас. Я не позволю тебе навредить им. И я не позволю тебе использовать меня. Внезапно из тени выступила фигура. Это был Малфой. Он стоял рядом с Гермионой, его палочка была направлена на Белиаса. – Оставь ее в покое, Белиас, – произнес Малфой, его голос был спокоен, но в нем звучала угроза. – Ты зашел слишком далеко. Белиас усмехнулся. – Малфой. Всегда появляешься в самый неподходящий момент. Думаешь, ты можешь меня остановить? – Я не думаю, я знаю, – ответил Малфой. – И ты знаешь, что я не шучу. Напряжение в воздухе стало почти осязаемым. — Белиас, — произнесла девушка, её голос был тихим, но отчётливым. — Ты хочешь узнать, что мы пытались выяснить. Я готова тебе рассказать. Но только если ты отпустишь меня и Малфоя. И обещаешь не трогать моих друзей. Белиас посмотрел на неё, затем на Малфоя. Он понимал, что ситуация изменилась. Он не мог справиться с ними обоими. — Хорошо, Грейнджер, — произнёс он, медленно опуская палочку. — Я согласен. Но если ты попытаешься меня обмануть, я найду тебя. И тогда тебе не поможет никто. Он развернулся и исчез в тенях, оставив Гермиону и Малфоя одних. — Ты в порядке? — спросил Малфой, его голос был полон беспокойства. Гермиона кивнула. — Да. Спасибо, Малфой. Ты спас меня. Малфой лишь пожал плечами. — Мы же команда, верно? — улыбнулся тот. — Даже больше, не забывай, что ты будущая миссис Малфой. Девушка улыбнулась. Впервые за долгое время она почувствовала облегчение. Они были в безопасности и вместе. Гермиона, оказавшись в ловушке, блестяще сыграла на самолюбии Белиаса, предложив сделку. Появление Малфоя изменило расклад сил, вынудив Белиаса отступить с обещанием мести.