Наследник без имени

Ночь на первое октября встретила Элендиля серым небом без единой звездочки. Словно кто-то не хотел, чтобы сегодня звезды сияли. Впрочем, он не позволял плохим предчувствиям влиять на его настроение, поэтому он лишь задёрнул шторы обратно, раз уж смотреть не на что. В столовой для слуг сегодня было необычайно шумно. Все суетились больше, чем обычно. И почему Неллэ не сказал Элендилю, что сегодня что-то намечается? Элендиль подошёл к тому повару, что готовил не только для господ, но еще и для слуг, и с которым было проще всего договориться, пусть и казалось, что он был занят больше других. Немного полный мужчина едва старше Элендиля — но человек — стоял на раздаче еды. — Жан, привет, — чуть тише, чем обычно, поздоровался Элендиль. — У меня к тебе вопрос, только не смейся, идет? — Привет. Обещать не буду, что случилось? — громко спросил Жан, широко улыбаясь. Элендиль вздохнул. — Безнадежно. Мне милорд не сказал, так… что сегодня за день? Жан все-таки рассмеялся. Громко, но безобидно. — Нет, правда не сказал? — наконец спросил он. Элендиль развел руками. — Сегодня день рождения лорда Лирулина! Граф устраивает торжественный прием! — сказал Жан так, словно день рождения был у него. — Вот черт, — пробормотал Элендиль. День рождения Лирулина. Мертвого Лирулина. Это что сейчас с Неллэ? Жан, словно ничего не заметив, сунул ему в руки тарелку и жестом попросил отойти в сторону. Элендиль поблагодарил, не задумываясь, и ушел на привычное место рядом с Анной, погруженный в свои мысли. Увидев Элендиля, Анна сдвинулась дальше по скамье, освобождая ему место. И только после этого она подняла на него взгляд — и тут же замерла. — Элендиль… — начала она и осеклась. Тот вздрогнул. Так заметно, что он озадачен из-за праздника? Вдруг она подумает, что он не рад? Это же такой удар по легенде, по которой он счастлив с Неллэ… то есть с Лирулином! — Да? — он натянуто улыбнулся, по привычке поправляя воротник повыше. — Твоя шея… — прошептала она, — на ней укус! Элендиль побледнел. Все-таки нужно было бинтовать. Но воспоминания о том, как он получил этот укус, засветились в голове яркой вспышкой. — Это правда не то, чем кажется, — медленно сказал он. Чёрт. Чем же это еще может быть? Анна прищурилась. — И кто же тебе его оставил? «Сказать полуправду» — вспыхнуло в голове. — Тебе ничего не скажет это имя, — вот в этом Элендиль не сомневался. Анна замолчала, словно пытаясь найти в глазах Элендиля намек на неискренность. — Как скажешь, — наконец, ответила она и уткнулась взглядом в тарелку. — Привет, друзья! — громко воскликнул запыхавшийся юноша. Конечно, это был Тивьен. Он поставил свою тарелку, расплескав жидкую кашу, и сел напротив Элендиля и Анны. — О чем болтаете? — Тебя ждали, — наугад соврал Элендиль, надеясь, что Анна его поддержит. Анна недовольно посмотрела на него, но не возразила. — Давай, присаживайся, — она тепло улыбнулась Тивьену, — сегодня важный день. Придется работать больше, чем обычно. Тивьен, уже набивший рот кашей и хлебом, энергично закивал и неразборчиво ответил: — Ага! Приятного аппетита! — И тебе, — ответил Элендиль, но, честно говоря, после разговора с Анной есть совсем перехотелось.

* * *

Неллэ проснулся раньше обычного. Обычно ровный, спокойный сон вампира прервался: он, шумно втянув воздух, резко сел. Комната была все той же: люстра, шторы, лепнина на потолке, и только внутри что-то не давало покоя. Это был чужой день — день того, кого уже нет. Он украл его… День Лирулина. Несколько минут Неллэ просто смотрел в пустоту. В голове всплывали воспоминания… Нет, обрывки чужой жизни. Балы, подарки, фальшивые улыбки, жестокость, от которой у него все еще холодело внутри. — Ты должен радоваться, — холодно напомнил ему его собственный голос. Радоваться, потому что сегодня его будут поздравлять. Радоваться, потому что сегодня его собственный отец посмотрит на него с теплом и улыбкой. Радоваться, потому что вся эта жизнь — его. Но радости не было. Неллэ неспешно оделся, расчесал волосы и припудрился. Пока он собирался, как раз настало время завтрака. И там он встретил отца. Аргон добродушно улыбнулся, что было необычно для него. — Доброй ночи, Лирулин. Поздравляю тебя с днем рождения! Уже чувствуешь праздничное настроение? — он выглядел очень довольным. Казалось, ни в какой другой день рождения Лирулина он не был столь рад. Неллэ сперва удивленно вскинул брови, но затем все же заставил себя улыбнуться. — Конечно, — весело ответил он, — а вы… кажетесь очень довольным. Аргон тихо засмеялся. — Ну конечно, не каждый день твоему сыну исполняется двадцать один. В свои двадцать ты сам начал помогать мне с работой. Я в твои годы даже не думал бы об этом, если бы меня не заставляли! — он похлопал Неллэ по плечу. Неллэ как-то странно посмотрел на отца. Чего это он такой доброжелательный? Он промолчал и стал ждать, что Аргон скажет дальше. — Будь готов: сегодня в полночь начнется бал в твою честь. Господин Таривол Эрниль и госпожа Ариен Мортьен тоже приглашены: я запомнил, что ты ездил к ним, и подумал, тебе приятно будет увидеть их, — Аргон сел за стол, ожидающе смотря на сына. Неллэ улыбнулся шире, и теперь это было почти искренне. — Спасибо, отец, — сказал он сдержанно, — я очень ценю ваше внимание к деталям. Он опустился на стул рядом с тем, что стоял во главе стола. Завтрак начался, а для Неллэ так и осталось загадкой, почему Аргон был в таком хорошем настроении. Сразу после Аргон ушел готовиться к балу, сказав, что сегодня работы для Неллэ не будет из-за праздника.

* * *

Возвращаясь в свои покои, Неллэ был погружен в свои мысли. Меньше всего на свете ему сейчас хотелось улыбаться и делать вид, что он счастлив кого-то видеть. Как вдруг… — Элендиль? — Удивленно спросил Неллэ. Элендиль сидел на полу, облокотившись о дверь его комнаты. — Ты что тут делаешь? Тот поднялся на ноги и отряхнулся. Вид у него был довольно мрачный, словно он сильно переживал из-за чего-то. — У меня к вам вопрос. Можно зайти? — он кивнул на дверь. Неллэ вскинул брови вверх. — Заходи, — он открыл дверь и кивнул. Стоило им оказаться наедине, Элендиль серьезно посмотрел на Неллэ, несколько секунд молчал, а потом наконец заговорил. — Вы можете на меня злиться, что я не спросил раньше, и я понимаю, что виноват, но… скажите, я не пропустил ваш день рождения? Неллэ недоверчиво посмотрел на Элендиля. Его действительно так сильно интересует… он, Неллэ? Его день рождения? — Нет, — коротко ответил он, — не пропустили. Элендиль с облегчением выдохнул и слабо улыбнулся. — А когда…? Чтобы я точно не пропустил. — Двадцать третье октября, — Неллэ прикусил губу, — для вас это правда так важно? — Вы не любите свой день рождения? Или… что не так? — нахмурился Элендиль. — Для меня это важно, только если вы хотите. — Просто… не помню, когда я в последний раз радовался своему дню рождения, — пробормотал Неллэ. — Позволите мне устроить для вас праздник? — в глазах Элендиля засветились искорки, и он взял ладонь Неллэ обеими руками, поднося ее к своим губам. Неллэ похлопал глазами, уставившись на Элендиля. — Праздник? — переспросил он. — Каждый ведь заслуживает праздник раз в год, не так ли? Мы даже в приюте отмечали дни рождения, хоть, кажется, в какое-то время был введен запрет на них из-за того, что старшие устраивали пьянки, — Элендиль задумчиво посмотрел в сторону, а потом вернул взгляд на Неллэ и добавил, — но у нас с вами пьянки не будет. Неллэ заметно повеселел. — Не будет? — Разочарованно вздохнул он. — Как же так? — Я не могу себе позволить пить при вас, — рассмеялся Элендиль, видя, что Неллэ лучше. — Вы же от меня потом не убежите. — А может, я не захочу убегать, — Неллэ хитро прищурился и загадочно улыбнулся, накручивая прядь светлых волос на палец. — Даже если я сделаю так? — Элендиль взял Неллэ за запястья, перехватил одной рукой и подвинул к стене, прижимая. Тот прикусил губу. — Даже так, — игриво протянул он, — а вы полны сюрпризов. — И вот чтобы это не было сюрпризом, дальше вас будет ждать что-нибудь понадёжнее моей руки и следы от этого чего-нибудь, — хмыкнул Элендиль. — А еще дальше… могу и немного придушить вас. — Потом он убрал руку и тихо произнес: — Поэтому не стоит. Неллэ шумно выдохнул: от слов и жестов Элендиля у него сбилось дыхание. — Я принимаю вызов, — наконец, произнес он. Янтарные глаза опасно сверкнули. Элендиль, кажется, перестал дышать от неожиданности. — Вы… честно говоря, меня удивили. Я даже не знаю, чем вас можно напугать. Может есть что-то, чего вы точно не хотели бы? Неллэ усмехнулся. — Я не люблю кого-то безоговорочно слушаться. Люблю сопротивляться. — Опыта не было, но в мыслях меня сводит с ума, когда сопротивляются, — прошептал Элендиль, думая лишь о том, что Неллэ нельзя спрашивать, кто был в мыслях. — Я и без этого свожу вас с ума, — сказал Неллэ и резко приблизился к Элендилю, прижимаясь к нему почти вплотную. И тут в дверь постучали. — Мне же можно быть в вашей комнате? — прошептал Элендиль. — Не особо, — невинно ответил Неллэ, — но сейчас я что-нибудь придумаю. Он хмыкнул и резко открыл дверь. Когда Неллэ увидел, кто стоял на пороге, всего на мгновение его лицо приняло уязвимое выражение. На пороге стояла Анна с одеждой в руках. — Ваша милость, — она робко подняла взгляд на Неллэ и едва заметно вздрогнула, посмотрев в его глаза. Но тут же опустила взгляд и продолжила. — Его сиятельство просил передать, что ваш праздничный костюм готов, — Анна немного поклонилась и протянула аккуратно сложенную одежду. Элендиль, услышав голос, отошёл так, чтобы его не было видно, и даже дышать стал тише. Неллэ взял одежду в руки и кивнул, сдержанно ответив: — Спасибо, — он с сожалением подумал о том, как сильно она его боялась, — это все? — Да, ваша милость, — Анна поклонилась еще раз и развернулась, чтобы уйти. Неллэ обронил ей вслед тихое: — Спасибо, Анна. Сразу после этого он закрыл дверь. Она услышала, и чуть не запнулась в этот момент, но решила, что ей показалось. Элендиль грустно посмотрел на Неллэ, но ничего не сказал, чтобы не выдать себя. Неллэ, ничего не говоря, подошёл ко столу и положил на него одежду. Он избегал зрительного контакта с Элендилем. Элендиль молча подошёл сзади. Он не был уверен, можно ли ему сейчас коснуться Неллэ или тот это воспримет как жалость, но ведь молчаливая поддержка лучше, чем ничего? Так и не решившись на прикосновение, он присел на краешек кровати. — Она меня боится, — слишком спокойно произнес Неллэ, — не так ли? — Не это самое страшное, — тихо сказал Элендиль. — Немного зная ее, я предполагаю, что она может еще и подозревать неладное. Неллэ печально улыбнулся. — Она точно подозревает неладное, — сказал он, — но ничего не может доказать и потому будет все держать в себе. Анна не опасна. Элендиль кивнул и внимательно посмотрел на Неллэ. — У вас есть еще пожелания на день рождения? — он попытался перевести тему, чтобы немного развеселить Неллэ. Тот задумался. — Может быть… свидание? — Спросил он с несвойственной ему робостью. — Свидание? Хорошо, я обещаю: вы долго не забудьте этот день, — взгляд Элендиля засветился. — А подарок будет? — Улыбнулся Неллэ. — Куда же без этого? — засмеялся Элендиль. — Обязательный пункт в лучшем дне рождения. — А когда ваш день рождения? — Не скоро, семнадцатого апреля, — Элендиль стал немного серьезнее и тихо добавил. — Мне в приюте Лаусиан сделал подарок в этот день однажды. Правда, он, наверное, до сих пор думает, что в этом нет ничего особенного. — Что он вам подарил? — Понизив голос, аккуратно спросил Неллэ. — Он тогда пропал на весь день. Я весь день не мог понять, что случилось, а вечером узнал, что его хотели перевести в другой приют, и он договаривался, чтобы остаться. Остаться со мной, — поделился Элендиль с замиранием сердца. Неллэ замолчал. — Надеюсь, вы еще увидитесь с ним, — наконец, ответил он. — Знаете, я думаю, что однажды я попробую найти его, — улыбнулся Элендиль. — У меня сохранен его адрес после приюта. Сейчас Лаусиан там не живет, но, быть может, кто-то знает, куда он переехал. — Я буду рад помочь, чем смогу, — искренне ответил Неллэ. — Вы такой очаровательный, — Элендиль положил ладонь на шею Неллэ. — Простите, — прошептал он, — не мог не сказать. Неллэ закатил глаза. — Льстец. Элендиль тихо засмеялся и сжал Неллэ в объятиях. — Мне пора переодеваться, Элендиль, — мягко заметил Неллэ. — Не буду наглеть, — усмехнулся тот. — До встречи. Неллэ хитро улыбнулся и, взяв Элендиля за грудки, притянул его к себе, чтобы поцеловать. — Еще одна подобная выходка, и я решу, что вы хотите, чтобы я остался, — прошептал Элендиль в губы Неллэ и, не давая ответить, настойчиво поцеловал. Тот прижался поближе, обвивая шею Элендиля руками. Спустя несколько мгновений он отстранился и заглянул в глаза Элендиля. — До встречи, Элендиль, — прошептал он мягко, почти нежно.

* * *

Может быть, Аргон не был идеален во всем, но его приемы всегда отличались особенным великолепием. Зал сиял огнями, и монотонный шум гостей затягивал внутрь. Роскошь читалась в каждой детали мероприятия, и лишь Аргон смотрелся на фоне торжества неприметно, словно не желая выделяться. Может быть, чтобы оставить больше места сыну, а может быть — в знак вечной скорби. Аргон вышел на небольшое возвышение, и зал стих, оставляя в толпе лишь редкие перешёптывания. — Уважаемые собравшиеся, дамы и господа, — начал Аргон. — Благодарю каждого за посещение приема, посвященного дню рождения моего сына, Лирулина. Род Лиадонов берет свое начало тысячелетия назад, и, спустя время славы и испытаний, я, как его глава, приветствую вас здесь в эту значимую дату. Сегодняшний день — не только праздник, но и напоминание о том, что однажды главой семьи станет мой сын. Аргон оглядел собравшихся взглядом. Каждый смотрел на него с уважением. Кто-то — с восхищением, кто-то — с любопытством. Однажды так будут смотреть и на его сына. Аргон полуулыбнулся и продолжил. — Лирулину исполняется двадцать один. Он родился под этой крышей и вырос в ее тени. Не стану говорить о нем много: каждый сам увидит, каким вампиром он становится. Скажу лишь одно: я горжусь тем, что имя Лиадонов он несет с честью. Прошу поднять бокалы — за моего сына и за то, чтобы дом Лиадонов стоял вечность, — Аргон взял бокал с вином у слуги, стоявшего рядом, и поднял его под аплодисменты гостей. И тогда Аргон опустил руку. Музыка не зазвучала сразу — пауза затянулась, и в этой тишине почувствовалось ожидание. — Лирулин, — произнес Аргон негромко, — прошу. Взгляды устремились ко входу в зал. Сначала показалась тень — тонкая, вытянутая, скользнувшая по мраморному полу. Затем шаг, второй. Из полумрака вышел юноша. Неллэ. Он был одет в камзол с золотой вышивкой — его высокий ворот подчеркивал изящную линию шеи. Жабо было прикреплено к рубашке с помощью броши из черненого серебра в виде герба Лиадонов — лилии, пронзенной мечом. Это было не просто украшение — знак: «Это — будущий глава Лиадонов». Для Неллэ это был приговор и благословение одновременно. Свет люстр скользнул по его золотистым волосам и они вспыхнули, словно засветившись изнутри. Он шел медленно, уверенно, как тот, кто знает, что сейчас каждый взгляд принадлежит только ему. В толпе пронесся едва уловимый шепот: — «Как он вырос…» — «Взгляд — точь-в-точь, как у отца.» Наконец, Неллэ остановился у подножия возвышения и поднял взгляд на отца. Их глаза встретились, и Неллэ склонил голову… неохотно осознавая, что этот жест был не лишён искренности. Затем он повернулся к залу. Янтарные глаза встретили десятки чужих взглядов: оценивающих, любопытных, настороженных. Он чувствовал, как вместе с ними чужое имя ложится на плечи тяжелым грузом. Лирулин. Имя, которое не было его. И все же, он улыбнулся. Спокойно, благородно. Так, как подобает наследнику. — Благодарю вас, — наконец, произнес он и кивнул в лёгком поклоне, — для меня большая честь видеть сегодня столько уважаемых гостей. Надеюсь, что этот вечер придется всем по нраву. Аргон положил руку сыну на плечо — ненадолго, но этого было достаточно. Жест был… почти отцовским. Сегодня он был наследником в центре внимания. Сегодня он был только Лирулином. И в глубине души, под слоем чужого имени и чужой судьбы он позволил себе робкую мысль: «А что, если бы они знали, кто я на самом деле?»