Забудь обо мне

План был безумным, как и всё, что они затевали. Но в нём была стройная, пусть и извращённая, логика. Джекс-приманка, идущий на верную гибель. И тени, следующие за ним по пятам, готовые в нужный момент превратить ловушку Кейна в западню для самого охотника. Рагата молча слушала, и постепенно её недоверие сменялось мрачной решимостью. Это был шанс. Первый и, возможно, последний. — Зубл должна знать, — только и сказала она, когда он закончил. — Она уже знает, — из темноты прозвучал хриплый голос. Зубл вышла на свет, а в руке она сжимала самодельный прибор, похожий на детектор излучения. — Я проследила за тобой. На всякий случай. План... имеет право на жизнь. Но есть нюанс. Она ткнула пальцем в сторону Джека. —Катакомбы — это не просто подвал. Это часть его системы. Там свои глаза и уши. И не только камеры. Там есть... активная защита. — Рассеянные? — уточнил Джекс, чувствуя, как по спине пробегает холодок. — Хуже, — мрачно ответила Зубл. — Очищенные. Генгл, которую Зубл привела с собой и которая до этого молча жалась в тени, тихо ахнула. «Очищенные» — это были не просто жертвы Кейна. Это были бывшие попавшие в цирк несчастные, чья воля и личность были не просто выгнаны из тела, а стёрты дочиста, а на их место залит холодный, беспрекословный алгоритм послушания. Пустые оболочки, идеальные солдаты. — Значит, одного сюрприза будет мало, — резюмировала Рагата. — Нам нужно отвлечь его. Создать шум в другой части цирка. — Это моя задача, — прошептала Генгл, и все посмотрели на неё. Она дрожала, но в её глазах горела искорка решимости. — Я... я выпаду за текстуры цирка, только не так как сейчас, в том месте находиться не прогружённая комната, там пустота.- В старом складе декораций, была ещё одна лагающая стена. - ... он не сможет это проигнорировать. Королёр, молчавший всё это время, тяжело шагнул вперёд. —Я буду с Генгл. Пустота — это... громко. Ей нужна защита. Сформировался план. Хрупкий, много ходовый, построенный на слепой вере в то, что каждый сыграет свою роль. Следующая ночь в цирке была ночью теней. Джекс, с диким взглядом, в одиночку пробирался к заброшенному люку, ведущему в катакомбы. Он шёл нарочито громко, спотыкаясь и бормоча под нос обрывки фраз, в которых смешивались имя Помни и проклятия в адрес Кейна. Он был идеальной картиной одержимого, потерявшего последние крохи рассудка. В своей комнате Кейн наблюдал за этим шедевром собственного производства. На его лице играла удовлетворения улыбка. Всё шло по плану. Джекс-одиночка, его бывшие союзники, судя по всему, окончательно отвернулись от него после вчерашнего спектакля. Глупый, предсказуемый пешкой... Раздался сигнал тревоги на его часах, это было оповещение о попадании его заложников в пустоту. Камеры зафиксировали мелькающую фигурку Генгл и мощный силуэт Королёра. Кейн нахмурился. Совпадение? Возможно. Но это было досадной помехой. Он переместился в пустоту и начал вытаскивать оттуда пленников, и не забывая зачитать целую лекцию как опасно туда ходить и как он ценит всех их. И это мгновение стало для них всем. Пока Кейн был занят чтением лекции Генгл и Королёру, два силуэта — Рагата и Зубл — бесшумно, как призраки, проскользнули в катакомбы по-другому, тайному ходу, о котором знала только Зубл. Она провела здесь немало лет, изучая инфраструктуру цирка, пока все остальные развлекали публику. Катакомбы оказались лабиринтом из чёрных стен, выглядело это всё так как не прогружённая локация, все стены мелькали и на мили секунду пропадали, как будто за экраном потекла матрица. Джекс шёл вперёд, сжимая руки в кулаки. Его сердце колотилось, но разум был холоден. Он ждал атаки. Она последовала у следующего поворота. Из тени вышли трое. Их движения были плавными, синхронными и абсолютно безжизненными. Это были «Очищенные». Их лица не выражали ничего, глаза были пусты, как у кукол. Но цель была очевидна. Джекс отскочил, поджав уши приняв боевую стойку. Он был готов драться, зная, что шансов против троих у него мало. — Эй, уроды! — раздался резкий окрик Рагаты.