Забудь обо мне

— Правильно, девочка! Мы все отправимся в небытие! Великий финал! Он поднял трость, и на ее набалдашнике загорелся шар из чистой энергии, готовый выплеснуться наружу и поглотить всё. И в этот миг Помни рванулась вперед. Не прочь от опасности, а прямо навстречу ей. — Помни, нет! — закричал Джекс, пытаясь схватить ее, но она была слишком быстра. Она не стала атаковать Кейна. Она просто подбежала и выхватила трость из его дрожащих пальцев. Энергия на набалдашнике погасла. Кейн застыл в изумлении, его сбой на мгновение прекратился. Он смотрел на свои пустые руки, будто впервые увидел их. Помни сжала тяжёлую, холодную трость. И вдруг... её захлестнула память. Не та, что ей навязали. Ее самая первая, самая настоящая память. Первый день в цирке. Она, перепуганная, стояла перед группой неизвестных её людей, которые в будущем стали её как семья. Ей было так страшно, страшно было даже думать. И тогда ее взгляд упал на эту самую трость. Она думала только об одном: «Хочу уйти отсюда. Хочу найти выход». И в тот миг, трость на долю секунды... мерцнула. Вот ключ. Ее мысли, отчаянные и ясные, снова были заполнены одним желанием. Выход. Настоящий выход. Не из цитадели Кейна, а из этой иллюзии. Туда, где остались их настоящие тела. Она подняла трость высоко над головой и со всей силы ударила ею об пол. Звука не было. Был лишь ослепительный, беззвучный взрыв белого света. Перед ними, прямо в центре нервного центра, появилась Дверь. Простая, красная, с надписью < EXIT >. Она была реальной в этом мире цифровых фантомов. — Выход... — прошептала Зубл. — Джекс! — обернулась к нему Помни, её глаза сияли странным спокойствием. — Веди их! Всем идти за тобой! Запомни это! Он кивнул, слишком ошеломлённый, чтобы спорить. Он толкнул Рагату к выходу, а та потянула к двери хромающую Зубл и Генгл, Королёр бросил на последок серьёзный взгляд на Помни, молча кивнул и вышел за порог, падаю в пустоту. Помни стояла перед Джексом, преграждая ему путь обратно к ней. Она посмотрела на него — своего Джекса, свою надежду, свою любовь в этом аду. И она поняла, что не может просто уйти. Не может оставить прощание таким. Она схватила его за лямки комбинезона, резко притянула к себе и поцеловала. Это был не нежный поцелуй. Он был странным, отчаянным, полным вкуса слез, боли и обещания, которое нельзя было произнести вслух. В нем была вся ее душа, которую она ему доверяла. — Иди, — выдохнула она, разжимая пальцы. И прежде чем он успел что-то понять, она изо всех сил толкнула его в сияющий проем Двери. Он кубарем полетел в белую пустоту. Дверь с грохотом захлопнулась и рассыпалась на миллиард светящихся частиц. Помни осталась стоять одна в рушащемся мире. Она видела, как Кейн, лишенный своей силы, медленно опускался на колени, его форма начинала расплываться. Она улыбнулась сквозь слезы. Она спасла их. А потом все погасло… Джекс очнулся от резкой боли в виске. Он лежал на холодном бетонном полу в пыльной, темной заброшке. В нос ударил запах плесени и старого железа. Рядом с ним, отряхиваясь, поднималась Зубл, ругаясь на чем свет стоит. Рагата, хватаясь за стену, вставала на дрожащие ноги. Королёр был как обычно молчаливый, сидевший на грязном полу оглядывая своё настоящее тело. Генгл встала и подошла к Зубл, тихо плача прижалась к ней. Перед ними стоял один-единственный работающий компьютер. Его экран светился ровным белым светом. Это был их настоящий мир. Их настоящие тела. Они выбрались. — Помни... — первое, что выдохнул Джекс, оглядываясь. — Где Помни? Но её нигде не было. Только они пятеро, темная заброшка и молчащий, светящийся монитор, словно подмигивающий им из другого, исчезнувшего мира. Её не было с ними. Она осталась там, чтобы дверь открылась. Ценой себя… Конец, первого сезона..