Забудь обо мне

Белая точка на мониторе была единственным источником света в подвале. Тишину нарушало лишь тяжелое, прерывистое дыхание Джекса и тихие всхлипы Генгл, уткнувшейся лицом в плечо Зубл. Хоть они и вернулись в реальность, но своих имён и свою жизнь до попадания в цирк, не помнили. «Она осталась там, чтобы дверь открылась. Ценой себя…» Эти слова жгли Джекса изнутри ядовитым огнём. Он сгрёб пальцами волосы, сжал кулаки так, что кости затрещали. Рагата, оправившись от шока, первая нарушила гнетущее молчание. — Нельзя так просто сдаваться, — её голос был хриплым, но твёрдым. Она посмотрела на Джекса, не на того сломленного парня, что курил в углу, а на того, что пошёл против системы. — Она вытащила нас. Теперь наша очередь. — И что ты предложишь? — прошипела Зубл, потирая виски. Её тело ломило от пережитого, а в ушах все еще стоял звон падающей цитадели. — Полезть обратно? Там же все рухнуло! Там ничего нет! — Неправда, — тихо сказал Королёр. Все взгляды устремились на него. Он сидел, скрестив ноги, и смотрел на свои настоящие, дрожащие руки. — Остался сигнал. Одинокий пиксель. «Я здесь». Он все еще горит. Джекс поднял голову. Его глаза, полные отчаяния, вспыхнули безумной надеждой. Он вскочил на ноги и рванулся к компьютеру. — Зубл! Ты слышала? Он горит! — Я не слепая! — отмахнулась та, но тоже подползла ближе, вглядываясь в мерцающий экран. — Но это может быть что угодно. Системный мусор. Эхо. Посмертная агония сервера. — Нет, — Джекс ткнул пальцем в белую точку. — Это она. Она всегда посылала этот сигнал. И сейчас посылает. Она борется. Рагата положила руку ему на плечо, пытаясь унять его дрожь. —Джекс, даже если это она... что мы можем сделать? Дверь исчезла. Кейн, его цитадель... все это было внутри. А снаружи — лишь этот компьютер. Ржавый ящик. Джекс отстранился от неё. Его взгляд упал на пачку сигарет, валявшуюся на полу. Он поднял её, сжал в руке, а затем швырнул об стену. — Нет. Не просто ящик. Это портал. Ключ. И мы его найдем. Он начал лихорадочно обыскивать комнату, сдвигая горы хлама, опрокидывая сгнившие коробки. Остальные, сначала нерешительно, а потом, заразившись его отчаянной энергией, присоединились к нему. Они искали что угодно: документы, схемы, накопители, любую зацепку, что могла бы объяснить, как устроена цифровая ловушка, из которой они едва выбрались. Именно Генгл, заглянув за единственный не осмотренный шкаф, нашла его. Не документ, а маленький, пыльный логотип, выцветший на стене. Стилизованное изображение мозга, опутанного проводами, и надпись: «Project Mnemosyne». — Мнемосина... — прошептала Рагата. — Богиня памяти в древних мифах. — Здесь! — крикнул Королёр. Он отодвинул старый ковер, под которым обнаружился люк. Не цифровой, не голографический, а самый что ни на есть реальный, железный, с массивной ручкой. С трудом они оторвали его. Внизу вела узкая лестница в еще более глубокий подвал. Воздух оттуда потянулся холодный и мертвый, и запахом спирта…? Спустившись, они замерли в изумлении. Это была не заброшка. Это была лаборатория. По стенам стояли ряды серверных стоек, теперь темных и безжизненных. В центре комнаты, как саркофаги, располагались шесть капсул с открытыми стеклянными крышками. В пяти из них были видны смятые следы от тел. — Наши койки, — мрачно констатировала Зубл, проводя рукой по пыльной панели управления одной из капсул. Но шестая капсула... Шестая была занята. В ней, неподвижная, с закрытыми глазами, лежала темноволосая, слишком худая девушка. К её вискам и груди были подсоединены датчики, а на лбу горел крошечный светодиод, мерцающий в том же ритме, что и пиксель на мониторе наверху. — Помни.. Она... здесь, — выдохнул Джекс, припав к стеклу. — Настоящая. Мы нашли ее. Он потянулся к крышке, но Зубл резко схватила его за руку. — Не трогай! Смотри! Она указала на монитор у изголовья капсулы. На нем бежали строки кода, но поверх них алым горело предупреждение: «CRITICAL SYSTEM FAILURE. NEURAL LINK SUSTAINMENT PROTOCOL ACTIVE. EXTERNAL INTERRUPTION WILL RESULT IN CEREBRAL CASCADE. »