Пока ты со мной

После того разговора что-то в воздухе их комнаты изменилось. Оно стало гуще, насыщеннее, будто заряженным статическим электричеством, которое чувствуется кожей перед грозой. Теперь, когда Олег снимал свою броню, Богдан видел за ней не пустоту, а сложного, ранимого человека. И это открытие сводило его с ума. Богдан ловил себя на том, что ищет взглядом Олега в толпе, что его настроение почему-то зависит от того, хмурый Олег сегодня или нет. Он стал замечать мелочи: как Олег проводит рукой по волосам, когда устаёт; как прикусывает губу, сосредоточившись; как низкий, спокойный голос Олега отзывается где-то в глубине его живота странным тёплым вибрациями. Особенно это стало очевидно во время совместных занятий. Раньше они сидели по разные стороны стола, как оппоненты. Теперь же Богдан бесцеремонно пододвигал свой стул вплотную, под предлогом «лучше видеть записи». Их плечи иногда соприкасались, и Богдан замирал, будто от прикосновения к раскалённому металлу. Он ловил запах Олега — не сигаретный дым, а чистый, чуть горьковатый запах мыла и чего-то неуловимого, просто... его запах. Олег в эти моменты не отстранялся. Он лишь на секунду замирал, и Богдану казалось, что он чувствует то же самое напряжение. Олег стал другим. Его резкость смягчилась, насмешки потеряли ядовитый оттенок и стали скорее лёгкими подначками. Однажды Богдан, пытаясь достать книгу с верхней полки, чуть не опрокинул на себя стопку конспектов. Вместо привычного саркастического комментария Олег просто подошёл сзади, легко дотянулся до книги над его головой и провёл её по корешку, случайно задев пальцами затылок Богдана. — Держи, неловкий. Это мимолётное прикосновение вызвало у Богдана такой прилив тепла, что он на несколько секунд потерял дар речи. Он просто стоял, прижимая книгу к груди, и смотрел на Олега широко раскрытыми глазами. Олег в ответ приподнял бровь, и в его взгляде мелькнуло что-то тёплое, почти нежное. — Что? Опять формула не сходится? — спросил он, и в голосе его слышалась лёгкая улыбка. «Нет, — молча кричало в голове у Богдана. — Со мной что-то не сходится. Я с ума схожу». Он начал искать эти прикосновения. Находил поводы случайно задеть руку, пройти в дверь так близко, чтобы их тела почти касались. Каждый раз это было как маленькое головокружение. Он не понимал, что это. Дружба? Но дружба так не ощущалась. Ему хотелось не просто быть рядом, а... раствориться. Чувствовать это тепло не только плечом, а всей кожей. Видеть эту редкую, искреннюю улыбку не только мельком, а всегда. Однажды ночью Богдан проснулся от кошмара. Сердце колотилось, по спине бежали мурашки. Он сидел на кровати и пытался отдышаться. В темноте раздался сонный голос Олега: — Бодь? Ты в порядке? — Да... просто плохой сон, — прошептал Богдан. Олег помолчал, а потом неожиданно предложил: —Иди сюда. Богдан не поверил своим ушам. Он подошёл к кровати Олега, нерешительно стоя рядом. —Ложись, пока я не передумал, — буркнул Олег, отодвигаясь к стене. — А то ты всю ночь теперь ворочаться будешь. Богдан лег на краешек кровати, стараясь не шевелиться. Он лежал на спине и смотрел в потолок, чувствуя каждым нервом тепло тела Олега в сантиметрах от себя. Через несколько минут Олег, уже почти заснув, повернулся на бок, и его рука бессознательно легла Богдану на грудь. Для Богдана мир остановился. Он боялся дышать. Вес этой руки был удивительно приятным, обнадёживающим. Он медленно, чтобы не разбудить, повернул голову и в свете луны, падающем из окна, разглядел расслабленное лицо Олега. Без привычной напряжённости, без защитной маски. Оно было красивым. По-настоящему красивым. И в этот момент Богдана накрыло такой волной нежности и чего-то ещё, более острого и пугающего, что он понял — точка невозврата пройдена. Он не знал, что это за чувство. Он только знал, что оно связано с Олегом. С его грубостью, которая стала заботой. С его холодностью, под которой скрывалось такое же одиночество. С его плечом, которое стало самым безопасным местом на земле. Утром они проснулись в том же положении. Первым очнулся Олег. Он не отдернул руку, как от чего-то горячего, а просто замер, осознавая, где находится. Богдан притворился спящим, боясь разрушить этот хрупкий момент. Он чувствовал, как взгляд Олега скользит по его лицу. Потом Олег очень медленно, почти с сожалением, убрал руку и бесшумно встал с кровати. Когда Богдан «проснулся», Олег уже стоял на балконе с сигаретой, но на этот раз он не смотрел в пустоту. Он смотрел на Богдана через стекло. И их взгляды встретились — растерянный, полный непонятных эмоций взгляд Богдана и глубокий, задумчивый, чуть испуганный взгляд Олега. Химия между ними была уже не просто напряжением. Это было тихое землетрясение, которое вот-вот изменит ландшафт их мира. И оба они чувствовали, что почва уходит из-под ног.