Я забуду твоё имя

      — Вы слишком медлительны - голос Дазая был холоден и безразличен, как стук дождя по капоту дорогой машины. Он не повышал тон, говорил ровно, делал паузы, во время которых воцарялась давящая тишина. Владелец пекарни, мистер Танака, нервно сглотнул и старался не смотреть на юношу, который сидел за маленьким столиком и пристально смотрел на него, не моргая, его тёмные глаза, казалось, прочитывали каждую молекулу страха, исходящую от старика. Свет в этих глаз даже не отражался, они были бездонными и пустыми. Пекарь нервно перебирал пальцами, испачканными в муке. И выглядел совершенно невинно, как загнанная в угол овца.       — Простите, я… эта пекарня, - Танака тяжело сглотнул слюну и говорил дрожащим голосом.- эта пекарня - это всё, что у меня есть.- он быстро посмотрел в глаза Дазаю, но тут же опустил взгляд в пол.       — Видите ли, - продолжил Дазай, мягко, почти задушевно, будто просто говорил по душам со своим другом. - Мой отец теряет интерес. А когда он теряет интерес, он просто стирает объект с карты. Вы понимаете уровень неудобств, к которому это может привести? - Он томно провёл пальцем по идеально отполированному столу, как бы разделяя и оставляя невидимую черту между «до» и «после». Между жизнью и крахом.        Он видел, как взгляд мистера Танаки непроизвольно скользнул к стойке с кассой, к маленькой фотографии в рамке. На фотографии изображена девочка в школьной форме, она ярко улыбается в камеру и держит в руках небольшой букет. Это внучка пекаря. Дазай всегда подмечал изменения в поведении своих собеседников, любые изменения во взгляде или позе. Дазай подметил и эту слабость. И тут же вонзил в неё лезвие.       Конечно он знал всё о людях к которым едет на «разговор». Отец сообщает, кто цель, остальное за ним. Люди Дазая находят всю нужную информацию и передают ему. Остаётся запомнить то, что может пригодится и куда можно нажать посильнее, если это понадобится.       — Прекрасная девочка, - сказал он, кивая на фото, от чего пекаря передёрнуло, а руки только больше задрожали, а по лицу прокатилась судорога. - Юмеко кажется? Учится в муниципальной школе номер три, если не ошибаюсь. После уроков она одна возвращается домой через промзону. Место… не самое безопасное в наше время. Всякое может случиться.       Он не угрожал. Он лишь констатировал факт. Словно говорил о погоде. Но в полной и давящей тишине небольшой пекарни, слова прозвучали куда громче любого крика. В этой тишине лицо мистера Танаки стало совсем серым, а дыхание участилось.       — Я… я подпишу, - выдохнул он, а голос сорвался на шёпот, казалось, ещё чуть-чуть и он заплачет. - Только, пожалуйста…        — Не надо просьб, - вежливо, но неумолимо прервал его Дазай, протягивая ему ручку и пододвигая документ к нему. - Просто подпишите. Это будет лучше для всех. Для вас. Для вашей семьи. - он сделал особый акцент на последнем слове, наслаждаясь тем, как дрогнула рука старика, берущего ручку.       Он молча наблюдает как пекарь подписывает бумаги и разочарованным взглядом смотрит на свою роспись. В нем и бушевали страх и беспокойство. Дазай взглянул на логотип напечатанный на документе - компания отца. Официально они занимаются строительством элитного жилья, бизнес-центров и логистических комплексов. У них есть свой банк, который выдаёт «займы». Они контролируют часть порта, грузоперевозки. Но это всё лишь прикрытие. На деле они принудительно скупают земли в промышленных и портовых зонах Йокогамы. Занимаются отмыванием денег через свои легальные предприятия. Иногда промышляют нелегальным поставками через контролируемый порт. И Мори Огай заправляет всей этой бесчеловечной машиной. И он работает идеально. Никто не смеет жаловаться, да и желающих небыло, а если же и были, то жаловаться они уже не могут.        Дазай забрал подписанные бумаги, вежливо но холодно пожелав хорошего дня, и вышел из пекарни на прохладную утреннюю улицу, глубоко вдохнув.       Скучно. До оскомины. До тошноты. Это слишком легко. Скучна вся эта вылизанная до блеска жизнь. Стерильно чистые комнаты, строгие костюмы, блестящие офисы. Всё это не приносит никакого удовольствия. Он смотрел на людей и видел в них функции. Водитель. Менеджер. Охранник. Собеседник. Они говорили заученные фразы, которые с лёгкостью можно предугадать. Всё просто до тошноты пресное. Он разговаривал с людьми, слова которых он мог предугадать, действия которых знал наперёд. Некотоые убеждали его, что понимают его, но это было не так. Но и Дазай не понимал людей. Он умирал от скуки, и это самая нелепая и медленная смерть, что можно себе представить. Он был готов на всё, лишь бы почувствовать хоть что-то настоящее будь то грязь, разрушение чужой жизни или собственная гибель, к которой он пытался прибегнуть, но то до случайности, то ли Огай не давали ему умереть, в последнюю секунду вытаскивая из вечного сна, что казался уже так близок.       Дазай заметил неподалеку чёрную тонированную дорогую машину, коих в таких районах обычно нету. Конечно. Отец следит за ним. Не доверяет. Послал своих людей «присмотреть» за ним. Уголок глаза слегка дёрнулся. Холодная ярость, такая знакомая, сковала рёбра. Но она бесполезная. Он ничего не мог сделать. Этот контроль сильно утомляет и злит. Шофёр наверняка успел послать сообщение. Неважно. Отец всегда всё знает. Всегда. Злость и раздражение тут бесполезны.        Телефон в кармане завибрировал и раздался звонок. Дазай достал его и взглянул на экран. Отец. Видимо что-то не так, раз Мори звонит ему уже сейчас. Он крепче сжал в руке телефон, тяжело сглотнул и ответил на звонок, поднося телефон к уху.        — Слушаю, - Дазай сощурился и отошёл в тихий переулок, скрываясь от тонированной машины.       — Думаю ты знаешь, что мне только что доставили отчёты о проделанной тобой работе. - после последнего слова послышался тихий вздох. - Твоя работа сейчас убирает свою пекарню, протирает столики и тихо плачет… интересное зрелище.        Наступила недолгая пауза, но по спине успел пробежать холодок. Всё это время отец не просто знал, он видел. Его глаза есть везде.       — Ты оставил его в состоянии пригодным для работы, - Холодно как лезвием ножа продолжил Мори. - это… милосердно с твоей стороны. Но непрофессионально. Бизнес - это статистика. Разрушенный человек - проблема. Проблема пахнет. Привлекает к себе внимание. А ты оставил после себя не результат, а неприятный запах, Осаму. Ты развлекаешься, а нужно работать. С едой не играют.       Как всегда. Дазай сдерживал ярость и раздражение. Конечно Мори это знал.        — Контракт подписан. Земля наша. Цель достигнута. Требования выполнены. - голос был натянут как струна.       — Требования? - будто бы игнорируя его, продолжил говорить Огай. - Ты до сих пор думаешь, что это игра в «Выполни требования»? - снова повисла давящая тишина, которая казалось ещё чуть чуть и начнёт душить. Тишина была почти унизительная для Дазая. - Ты общался с ним как с оппонентом. Почти…Как с равным. Ты вёл диалог. Как трогательно. И абсолютно бесполезно. Мух не уговаривают. Им показывают хлопушку.        — Я использовал самый эффективный метод, цель сломлена и больше не будет сопротивляться. - говорил он уже сквозь зубы. Голова начала закипать, а рука на телефоне сжалась сильнее.       — «Сломлен»? - Впервые в голосе появилось хоть что-то похожее на эмоцию. Лёгкое брезгливое раздражение. - Он жив, здоров и способен лить слёзы. Это не слом. Это… промежуточный этап. Работа не закончена. Ты принёс мне сырое мясо, а не готовый стейк. Приезжай в офис. Через час. - пауза становится тягучей и унизительной. - Привези с собой контракт. Взгляну, как выглядит документ, подписанный твоей сентиментальностью.       — Это не сентиментальность! Это… - всего на секунду срывается Дазай, а в голосе просачивается яд.       — Через час, Осаму. - обрывает его уже ледяной и плоский голос. - не заставляй меня ждать.        Послышались гудки сброшенного звонка, которые разносились в голове эхом. Дазай громко выдохнул а потом с силой швырнул телефон на асфальт и, наступив на него, услышал удовлетворяющий хруст стекла. Он быстрым шагом пошёл к своей машине, в голове бушевали эмоции, но лицо было абсолютно спокойным.       ***        Дазай ехал в тишине по дорогому району Йокогамы. Он уже купил новый телефон, хотя было желание разбить его вдребезги сразу после приобретения. Вокруг возвышались огромные стеклянные офисные здания, совершенно бездушные. Почти все прохожие на улице одеты в дорогие строгие костюмы. Кто-то несёт в руках пачку документов, кто-то чашку крепкого кофе. Все вокруг куда-то спешат, Дазай же даже и не думал о том, чтоб приехать вовремя, до назначенного времени осталось всего пять минут. И его это никак не волновало, более того, он часто опаздывал специально.       Он заехал на частную парковку к одному из самых высоких стеклянных зданий и поставил там машину. Выйдя, он направился к главному входу. Воздух Йокогамы казался здесь особенным холодным и сдавливающим, из за высоты зданий вокруг. Проскакивала мимолётная фантазия о том, как все эти здания трескаются и с грохотом начинают разваливаться, падая друг на друга и конечно унося за собой и Дазая. Его строгий и дорогой костюм резко стал казаться узкой и неудобной униформой. Пришлось слегка расслабить галстук. Где-то в горле встал острый горький ком.       Как же он ненавидел это место. С самого раннего возраста он почти всё время проводил тут с отцом, а потом сразу шёл к репетиторам. Он учился буквально постоянно, а а свободное время находился с Огаем, тот же в свою очередь таскал его на все собрания и переговоры, чтоб кареглазый уже учился управлять огромной компанией. Свободного времени попусту не осталось. В этом здании Мори объяснял ему, как он должен разговаривать с людьми, и что они значат в его бизнесе. Они лишь активы. Лишь препятствие, которое необходимо устранить как можно жёще и быстрее. Но разве это не скучно? Делать одно и тоже и работать как конвейер на заводе. Дазай не хотел стать бездушной машиной, или верить в то, что уже ей стал. Это бесит. Люди не просто актив, их можно использовать для того, чтоб понять, жив ли ты ещё. Если ты получаешь ответную реакцию, значит ты ещё способен на что-то, способен на жизнь. На крайний случай, с ними можно развлекаться. Хотя иногда наскучивало и это.        Дазай зашёл в здание и направился к лифту, по длинному тёмному коридору первого этажа. Каждый шаг раздавался эхом в его голове. Его пальцы непроизвольно сжались в кулаки, и он с силой разжал их, заставляя мышцы расслабиться. Вокруг ходили рабочие, кто-то здоровался с ним, кто-то кивал в знак приветствия. Конечно, все в этом здании знают кто он. Но ему было всё равно, он даже не взглянул на них, лишь зашёл в лифт и нажал на кнопку самого верхнего этажа. Заиграла спокойная музыка, что совсем не расслабляла. Осаму смотрел на бархатный ковёр под ногами и старался расслабиться, лучше не подавать явного раздражения.       Прозвенел короткий звонок и двери раздвинулись. Перед глазами был уже давно до тошноты знакомый коридор с безвкусными дорогими картинами на стенах, на которых были какие-то абстракции. Кроваво красный ковёр сопровождал путь до последнего кабинета. Кабинета босса. Кабинета его отца. Ковёр был больше похож на кровавый путь всей этой компании. Множество сокрытых убийств и незаконной деятельности для собственной выгоды. Куча сделок и сломанных жизней, и не важно чьих, «активов» или работников этой компании.        Дазая преследовало чувство, что заходя в это здание и ступив ногами в этот лифт он лишает себя условной свободы и переходит в полною власть отца. Лифт словно портал в совершенно другую Вселенную, но она ничуть не лучше предыдущей.       Коридор верхнего этажа всегда пустой, любой вздох был слышал с другого конца коридора, а шаги казались громче взрывов. Подойдя к злосчастной двери, Дазай выдохнул, постучался и сложил руки за спиной, вытянувшись как струна.       — Войдите, - раздался голос с другой стороны. Мори точно знал кто стоит за дверью.        Дазай открыл тяжёлую дверь и шагнул в огромный кабинет. Тёмный интерьер и панорамные окна. Мебели почти не было, лишь пару шкафов с документами, небольшой диван и массивный стол из чёрного дерева в конце кабинета, за котором сидел Огай. Тут всегда было очень пусто. Ни одной лишней детальки. Ни одной картины на стене, ни одной лишней бумажки. Стирильная чистота.        Мори сидел за столом как неподвижное изваяние. Отросшие до плеч тёмные волосы, собраны в хвост сзади, хоть и выпадали передние пряди. На нём как и на Дазае был надет дорогой костюм. Он не посмотрел на вошедшего сына, его взгляд устремлён на монитор, показывающий котировки акций. Дазай остановился в нескольких шагах от стола, приняв ту же бесстрастную позу, держа в руке подписанный контракт. Воздух почти звенел от напряжения.        — Думаю ты догадался, что мне прислали фотографии. Твоя цель. Тот пекарь. До сих пор дрожит у себя за прилавком. Пахнет страхом. Это пятно. Ты оставил после себя пятно, Осаму. - голос был ровный и безжизненный.        — Контракт подписан, - Дазай положил на стол документ, что принёс с собой. - актив переведён.       — Актив? - Мори медленно перевёл ледяной взгляд на него. - Ты оставил проблему. Эмоционально нестабильного человека, который может говорить. Шум привлекает крыс. А крысы разносят заразу. Твоя работа - обеспечивать стерильность, а ты принёс мне заразу.       — Он сломлен. - Юноша чуть сжал челюсть. - Он не представляет угрозы.        — «Сломлен»? - сказал он с лёгкой насмешкой. - Ты снова путаешь покорность с уничтожением. Ты не должен быть мягок, ты находишься не в том мире. Твоя мать была мягкой и где же она сейчас? Ты так и не усвоил урок. Слабость требует последующей зачистки. И сегодня, возможно, мне придётся зачищать твою.       Дазай слегка содрогнулся, но сохранил своё лицо. Снова. Снова отец упоминает то, что приносит столько неприятных чувств. Хочется возразить и накричать но по какой-то причине он не может этого сделать.        — Я понял.        — Понял? - Мори отодвинул от себя клавиатуру и сложил руки на столе в замок. - Ты просто имитируешь понимание. Как всегда. - Огай будто бы специально сделал паузу, как бы давая унижению впитаться глубоко под кожу. Хотелось расчесать всё до крови, лишь бы она не шелестела где-то там, глубоко. - Ты тоскуешь по чему-то примитивному. Что ж, получишь. - он скользнул конвертом по столешнице в сторону Дазая. - Ночной клуб. Адрес указан в конверте. Владелец задерживает выплаты. Не слова. Действия. Верни долг. Любыми средствами, которые ты, наконец-то, сочтёшь достаточными. Покажи, на что ты действительно способен. Без сантиментов. Продолжить использовать свои мягкие методы, так и будешь просто трясти деньги с людей.        — Будет сделано. - Он медленно взял конверт, не глядя на него.       — Не подведи меня. - Мори снова отворачивается к монитору, демонстративно заканчивая разговор. - У меня ограниченное терпение к неликвидным активам. В том числе и к человеческим. Можешь идти.       Осаму разворачивается и выходит из кабинета быстрым шагом, больше ни сказав ни слова. Его шаги эхом отдаются в пустом коридоре. Только когда лифт за ним закрывается, он прислоняется к стене и закрывает глаза, делая глубокий сдавленный вдох. Конверт в его руке был смят едва ли не в лепёшку. Трясти долги с каких-то гнид…это работа последних шестёрок. Хочется просто разнести всё к хуям, в частности это не содрогнувшееся лицо Отца.       ***       Получив всю нужную он таки приехал в назначенное место. Дазай с откровенной брезгливостью оглядел охрану у входа в бар. Двое верзил загородили проход и кажется вообще не собираются его пропускать.       — Я по делу. Пустите, если не хотите лишних проблем. - он безразлично посмотрел на них.        — С чего бы это? - Здоровенный мужик в грязной майке оценивающе оглядел дорогой костюм Дазая. - вдруг ты с полиции какой? Может ещё откуда? - Второй мужик кротко кивнул, поддакивая.        Дазай слегка раздражённо выдохнул и достал из кармана пиджака смятый конверт и протянул охранникам, показывая логотип компании в углу.        — ну и что это за хуйня? - Они рассмотрели конверт. Явно были не знающие люди. - Слушай, костюмчик, ты не туда попал. Прогуливайся от сюда. А то потом и гулять не сможешь.        Дазай слабо улыбнулся и оглядел самого широкого мужчину. Не строило долго присматриваться, чтоб заметить на безымянном пальце обручальное кольцо. Вот и ниточка за которую можно ухватиться.        — Мило. Интересно, придётся ли объяснять твоей жене, почему ты не вернулся после работы? Или может лучше объяснить тебе, почему она может не встретить тебя, после возвращения? - Он сказал это совершенно спокойно, глядя собеседнику прямо в глаза в которых промелькнул испуг.       — Эй эй… успокойся пацан, давай без этого…- мужик чуть толкнул в плечо второго охранника, и они вместе расступились.        Дазай прошёл внутрь, больше не сказав ни слова. Он оглядел прогнивший интерьер и таких же прогнивших людей за барной стойкой и грязными диванами, которые стояли в разных местах.        Ему нужен был хотя бы администратор. Он заметил, что в баре началось какое-то движение. Все пошли к рингу, который стоял в самой середине. Найти нужного человека в такой суматохе достаточно сложно. Особенно когда посетителей прибавилось. Голоса становились громче и из за ширмы в углу, вышло два человека. Да, кажется сейчас будет бой. Возможно стоит посмотреть. Хоть какое-то разнообразие.        Дазай задержал взгляд на рыжем бойце, достаточно низкого роста, может он даже на две головы ниже него самого. Выглядит как-то завораживающе. Голубые глаза были уставшими, лицо бледное и помятое, хоть и выглядит неплохо. Возможно ему лет 19, как и Осаму. Так и веет от него чем-то мрачным. Взгляд он ни на ком не задерживает и идёт к клетке ни на что не отвлекаясь. И он то согласился драться с этим огромным жирдяем с татуировками?        Пока, кажется, тот самый администратор, которого он искал, начал объявлять о начале, и противников затолкали в клетку, Дазай тихо облокотился о стену и наблюдал со стороны, засунув руки в карманы. Взгляд всё время возвращался к рыжей макушке, он хорошо бьёт и то на лице нету никаких эмоций, то появляется тихая но угрожающая злость.       Бой казался не особо интересным и даже скучным. Просто кучка глупых людей столпились, чтобы посмотреть на кровь. Некоторые даже деньги на это ставят. Смешно.        Кто-то странно поглядывал на шатена и отходил на пару шагов. Он не особо и подходил под местный контингент, но его это и не то чтобы волновало.       Этот рыжик не так прост. Необычная диковинка. Что-то в нём цепляет. Он не просто злится. Он в ярости. В ней нет расчёта. Она чистая, неразбавленная. Когда его прижимают к клетке, в глазах не страх, а ненависть. Это… интересно.        Дазай слегка улыбается когда его объект интереса со всей силы прикладывают о пол. Сломлен. Однако эта ярость, что была в нём…настоящая. И этот странный приступ в котором он почти как зверь напросился на оппонента. Это цепляло. И это было странно.        Тут и все миссии отошли на второй план. Пока побеждённого выкидывали из бара под дождь, Осаму подошёл к одному из работников.        — Кто это? - Безразличным тоном спросил он. - Тот кого вы выкинули.        — а, этот… - работник с недоверием оглядел Дазая, но решил на долго взгляд не задерживать. - он часто у нас тут бывает, деньги видимо нужны позарез. - пожимая плечами ответил он.        — Имя. Мне нужно имя        — Ну вроде как Чуя, Накахара Чуя. На него неплохие ставки ставят. Да и появляется он тут довольно часто. - работник слегка усмехнулся.        — Спасибо. - В глазах дазая будто вспыхнул огонёк, после чего он незамедлительно пошёл на выход из бара.        Чуя… Чуя Накахара. Может послужить неплохим инструментом, если всё сделать правильно. Его эмоции на ринге казались живыми. В нём много ненависти на этот мир, но что-то не даёт ему сойти с ума. Или же он наоборот уже давно свихнулся.        На улице идёт дождь и появилось много луж и грязи. Чуя обездвиженно валялся в луже, истекая кровью. Дазай подошёл ближе и медленно сел на корточки прямо перед ним, внимательно рассматривая его. Весь он был мокрый и грязный. Где-то волосы слиплись от количества крови, а где-то от пота и дождя. Серая футболка насквозь промокла, прилипая к подтянутому но искалеченному телу.        Дазай немного пошарился во внутреннем кармане пиджака и достал плотную пачку денег, перевязанную банковской лентой, и кинул её прямо в грязь, перед лицом рыжего.        — Встань и подними, если хочешь. Или сдохни тут, среди мусора и вонючих отбросов. Мне без разницы. - холодно произнёс шатен, всё же со скрытой надеждой заинтересовать. - Но если встанешь… скажем так, у меня будет для тебя работа получше. С которой ты справишься на отлично.        Он нашёл в пиджаке ручку и написал свой номер телефона на одной из купюр, а потом встал и ещё несколько секунд смотрел на Чую.        — Выбор за тобой. - Дазай развернулся и направился к своему чёрному авто.       Чуя слегка поднял голову и увидел размытую удаляющуюся фигуру. Силы кончались. Паршивый день. Он попытался встать на трясущихся ногах. Рыжий промок и замёрз. Потянувшись за пачкой денег в спине появилась дикая боль, но он поднял и выпрямиться, глядя вслед удаляющейся машине.       — Вот же сука… - Рука крепко сжала купюры.       Дазай посмотрел в зеркало заднего вида и победно ухмыльнулся, увидев рыжую макушку смотрящую на него. Выбор был сделан.