Как свести с ума сноба или барабашка веселится

Тэхён пытался работать. Он действительно пытался. Но его дом превратился из цитадели одиночества в подобие парка развлечений, где главным аттракционом был маленький, кудрявый человечек с маниакальной страстью ко всему блестящему. Первый инцидент новой эры случился утром. Тэхён, готовясь к важному звонку, искал свою любимую ручку. Montblanc, подарок за крупную сделку. Он обыскал весь кабинет и уже начал злиться, когда его взгляд упал на Чимина. Малыш сидел в углу на дорогом персидском ковре и с упоением… катал по полу именно эту ручку. Ручка уже была украшена свежими детскими слюнями и, похоже, пострадала в попытке засунуть её в розетку. — Эй, ты! — рявкнул Тэхён. — Верни немедленно! Чимин поднял на него огромные глаза, на мгновение замер, а затем радостно загудел и забыв, что умеет бегать, пополз от него прочь, зажав трофей в кулачке. Тэхён, могучий альфа, был вынужден встать на четвереньки и поползти за ним вокруг дивана. Это напоминало абсурдную охоту. — А ну отдай, пират чёртов! — рычал он, пытаясь быть строгим, но это плохо получалось. В конце концов, он отнял ручку. Чимин расстроился и громко хныкнул. Тэхён, победоносно подняв ручку, вдруг почувствовал себя идиотом. Он отобрал игрушку у двухлетнего ребёнка. Он посмотрел на обиженное личико, на дрожащую губку. — Охренеть, — пробормотал он. — Я опускаюсь до твоего уровня. Он вздохнул, подошёл к столу, взял с него блестящую пепельницу из полированного серебра и протянул её Чимину. — На. Держи. Она круче. Шурши. Чимин мгновенно забыл про ручку. Его глаза загорелись при виде нового, большего по размеру блестящего объекта. Он принялся с упоением стучать пепельницей по спинке стула, издавая довольные звуки. Тэхён с облегчением вернулся к работе, под аккомпанемент оглушительного грохота. Следующий акт произошёл во время обеда. Тэхён ел стейк. Чимин, сидевший на высоком стульчике, с интересом наблюдал за блестящими ножом и вилкой. Внезапно он протянул пухлую ручонку к тарелке Тэхёна и требовательно произнёс: — Моё! Гук ахнул и бросился его останавливать, но Тэхён поднял руку. — Стой. Пусть. Он отрезал крошечный, совершенно безопасный кусочек стейка, без соуса, и положил его на край своей тарелки. Потом пододвинул тарелку к Чимину. Малыш с торжествующим видом схватил мясо пальцами и засунул в рот, размазав по щекам жир. — Он… он никогда не ел стейк, — прошептал потрясённый Гук. — Теперь будет есть, — буркнул Тэхён, скрывая странное чувство удовлетворения. — Только пусть руки моет. Или я куплю ему собственные столовые приборы. Золотые. Чтобы не норовил мои стащить. Кульминацией стала «Операция «Диванная крепость». Тэхён прилёг отдохнуть после обеда. Он задремал, а когда проснулся, то обнаружил, что не может пошевелиться. Он был завален… всеми мягкими игрушками, которые успел накопить Чимин. Плюшевые собаки, медведи, единороги — всё это было свалено на него горой. А на груди, свернувшись калачиком и посапывая, спал сам архитектор этой крепости. Тэхён лежал и боялся дышать. Один неверный вздох — и маленький тиран мог проснуться. Он посмотрел на спящее личико. Ресницы Чимина лежали на щеках тёмными веерками. Рот был приоткрыт. Он был абсолютно беззащитен и доверчив. И тут Тэхёна накрыло. Не раздражение. Не злость. А волна такой нежности, от которой перехватило дыхание. Этот маленький террорист, этот разрушитель сигар и контрактов, этот вор ручек — уснул на нём, считая его самым безопасным местом на свете. Он не знал, как долго пролежал, боясь пошевелиться. В дверь заглянул Гук, чтобы проверить, где Чимин. Увидев картину, его глаза округлились от ужаса. — Сэр, я сейчас его заберу… — Тихо, — прошипел Тэхён так тихо, как только мог. — Не смей его будить. Уйди. Гук исчез с лицом человека, увидевшего чудо. Тэхён остался один под грузом мягких игрушек и спящего ребёнка. Он медленно, миллиметр за миллиметром, высвободил руку и осторожно, кончиками пальцев, дотронулся до мягких кудряшек Чимина. Волосы были удивительно шелковистыми. — Ну ты и вредина, — прошептал он беззвучно. — Кошмар в штанишках. Чимин во сне улыбнулся и прижался к его груди крепче. Тэхён закрыл глаза. И впервые за много лет его знаменитая, циничная ухмылка сменилась самой настоящей, нежной улыбкой. Он проиграл эту войну. И это было лучшее поражение в его жизни.