Система последнего шанса

Понадобилось несколько секунд, чтобы рассмотреть нападавшего. На вид он был старшеклассником. Короткие пепельные волосы, бледное лицо и алые глаза. Только Юма успел перевести взгляд на руки парня, последний замахнулся в его направлении. Юноша едва смог отпрянуть, когда мимо лица пронеслось неясное очертание. «Рука» человека вонзилась в ближайшую стену. — Ты планируешь сопротивляться, что ли? — голос был протяжным и каким-то игривым. Над головой противника появилось тревожное «25». Конечность старшеклассника оторвалась от стены с глухим треском. Только сейчас Юма увидел, что из себя представляло оружие этого человека. От предплечья до кончиков пальцев с внешней стороны руки простиралась шероховатая поверхность с заострённым концом. По всему её периметру располагалось множество шипов. Вторая рука выглядела так же. Юма вздрогнул: его снова попытались ударить. Он мельком глянул на экран — полоска «ки» совсем не восстановилась после тренировок. Видимо, когда он нанёс себе серьёзное увечье в тот раз, потерял много крови. Было трудно, но парень нашёл в себе силы достать лезвие. Хоть энергии и было катастрофически мало, он должен был сделать хотя бы что-нибудь. Однако дотянуться до запястья не удалось — враг атаковал сбоку, и юноша ощутил ноющую боль под рёбрами. Острый конец оружия противника оставил глубокую рану. И так иссякающая кровь начала покидать тело стремительнее. Юма осел на землю, сжимая кровоточащее место. Оппонент неспешно приближался. Звонкий голос вызвал резкую головную боль: — Выглядишь слабым. Ты правда участник? В одно мгновение оружие на руке изменило форму: оно стало короче и открыло взору бледную кисть. Парень наклонился, после чего рука крепкой хваткой сомкнулась на шее Юмы. Он потянул его наверх, вынуждая подняться. Ноги подкашивались, и стоять было невероятно тяжело. Ещё один удар поразил живот юноши. Изо рта хлынул поток крови. Мутный взгляд задержался на шипах: почему они так похожи на человеческие кости? Хватка ослабла, но лишь затем, чтобы острый наконечник на другой руке прислонился к шее. Кожу обдало холодом. Противник слегка надавил, отчего на ней выступили багровые капли. Враг уже хотел было довести начатое до конца, но краем глаза заметил мельтешащиеся ладони Юмы. Оппонент опустил взгляд. Лезвие слабо полоснуло по запястью. Юма измученно смотрел в лицо напротив. Медленно и неохотно сформировался кинжал. Он просвечивал и выглядел очень тонким. Клинок поднялся выше, повисел в воздухе пару секунд и сразу растаял. Парень разочарованно вздохнул и прикрыл веки. У него не хватало сил на что-то большее. Видимо, его ждёт поражение. Всё-таки уровень противника был значительно выше, а собственное «ки» пробивало дно. Правда, шли минуты, но давление на шею не увеличивалось. Задумчивый тон побудил открыть глаза: — Почему кровь? Юма опешил, наблюдая за мрачным выражением лица врага. Хриплый голос слабо ответил: — Я не уверен… — Способности участников связаны с причиной смерти. Почему ты режешь запястье? Требовательный взгляд прожигал насквозь. Несколько секунд царило молчание. Язык заплетался, но Юма всё же произнёс тихое: — Попытка самоубийства. Парень хмуро оглядел Юму. Оружие всё ещё находилось в опасной близости к шее. Следующий вопрос окончательно вывел из равновесия: — Как тебя зовут? Первой мыслью было то, что ему показалось. В такой ситуации подобный вопрос совершенно был ни к месту. Поведение противника позабавило, и Юма болезненно улыбнулся. Но, кажется, тот взаправду ждал ответа. Враг надавил на шею сильнее, в результате чего раздался сдавленный кашель. — Куросава Юма. Давление немного ослабло. Оппонент поднял голову и задержался на цифре «15» над Юмой. Несколько секунд спустя послышался отвлечённый тон: — Амагаири Кай. Юма уставился на парня недоумевающим взглядом. Тот сразу добавил: — Это моё имя. Какое-то время они провели в молчании. Казалось, Кай о чём-то думал и всё никак не мог принять решение. В конечном счёте, он убрал руку от шеи Юмы. Последний моментально повалился на землю. Сил совершенно не хватало. Исходящий от трупа неподалёку аромат крови сейчас ощущался как желанный спасательный круг. Заметив состояние парня, Кай весело сказал: — Хочешь выпить его кровь? Можешь сделать это. Если честно, Юма не мог думать ни о чём другом, кроме этого запаха. Он уже был близок к смерти, и единственный шанс выжить — восстановить «ки». Юноша слабо подполз к трупу. Он был свежим, но совсем не похожим на приличного человека. Одежда выглядела потрёпанной и грязной, и от внимания старшеклассника не ускользнули следы уколов. Впрочем, сейчас он съел бы кого угодно. Так что парень наклонился к мертвецу и впился зубами прямо в его грудь. Плечи задрожали, и юноша почувствовал, словно всё его тело разом растаяло. Внизу живота стянулся издевательски приятный узел, и после очередного укуса Юма прерывисто выдохнул. Кай застыл, наблюдая эту сцену. Старшеклассник, казавшийся слабым и жалким, в этот момент был похож на какого-то дикого зверя. Послышался короткий смешок. — Значит, ты их ешь? Необычно, — он странно улыбнулся и присел рядом. Юма оторвал расфокусированный взгляд от тела. Кай подпёр подбородок ладонью — серое оружие исчезло, и сейчас юношу нельзя было отличить от обычного школьника. — Интересно… скольких ты убил? — Если ты об участниках, то двоих. Второго, правда, не совсем я прикончил, — Юма отчуждённо вернулся к трупу, вырывая новый кусок плоти. Пока на него не нападают, нужно пользоваться возможностью регенерировать. — А если я не об участниках? Рука с плотью замерла, так и не достигнув рта. Старшеклассник перевёл глаза и столкнулся с допытывающим взглядом Кая. Тем не менее он негромко озвучил: — Тогда ещё трое. Кай лучезарно улыбнулся. Похоже, он всё никак не мог умерить своё любопытство: — Кого-то вроде этого мужика? — юноша скосил взгляд на изуродованный труп. Юма удовлетворённо проглотил последний кусок. Он слегка приподнялся. Враг повторил за ним. — Нет. Парней из моего класса. Противник ожидающе смотрел на старшеклассника. Судя по всему, последний находился в приподнятом настроении после долгожданного приёма пищи. Иначе объяснить решение продолжить диалог не получилось: — Что-то вроде мести. Если это можно так назвать. Они мне покоя не давали с начальной школы. Пространство пронзил мрачный смешок. В этот момент кожа на руках Кая пошла волной, и мигом спустя знакомое оружие вновь появилось. Он рванул в сторону ошарашенного Юмы. Юноша уклонился, сразу резанув по запястью. Теперь у него появилась толика силы, так что триада кинжалов удержалась в воздухе. Клинки разлетелись по сторонам, но ни один не смог достичь цели. Мысли в голове роились. Минуту назад Юма поддерживал мирный разговор, а теперь этот человек снова нападал. Не прошло и тридцати секунд с начала боя, когда старшеклассник получил первое ранение. Остриё прошлось по ключице, оставив неглубокий след. Разница в силе была слишком очевидна. Несмотря на это, Юма продолжал попытки задеть оппонента. — Месть — это хорошо. Очень хорошо, — Кай звонко рассмеялся, проносясь мимо юноши. Мгновение спустя под ухом раздался томный шёпот: — А как же твоё питание? Неужели хватает одних лишь участников? Удар пришёлся по ногам: понадобилось немало сил для сохранения равновесия. Юма злобно фыркнул. — Не понимаю, о чём ты. Я убиваю только ради своей защиты. Кай коротко хихикнул, отвечая протяжное: — Как-то не вяжется месть с защитой, не думаешь? — У меня не осталось выбора. Первый сам угрожал меня убить, а во второй раз… Юма замешкался, пропустив атаку. Под диафрагмой разошлась острая боль. Он холодно произнёс: — Даже если и так, те трое заслужили смерти. Убивать невинных людей ради еды не входит в мои планы. — Так на вкус же не отличается, да? В чём тогда проблема? Парень увернулся от шипа и отправил кинжал по направлению сердца Кая. Тот легко отпрыгнул. Несмотря на внешнюю собранность Юмы, внутри него был полнейший бардак. Слова противника цепко впились в сознание. Тот, кого только что съел Юма, не был участником? — Я был неправ, когда назвал тебя слабым. Ты неплох. Но очень глуп, — в глазах Кая промелькнул опасный огонёк. — Почему не пользуешься своей силой как подобает? Если бы съел кого-нибудь раньше, то не довёл бы себя до такого состояния. Силой? Этот человек только что сказал, что видит в Юме силу? Когда он услышал похожую фразу от Мизуно, не было ни единой причины верить этой глупой фальши. Но сейчас ему сказал это участник двадцать пятого уровня. Парень больно прикусил губу. — Тем более, разве у человека, который ест других людей, могут быть высокие моральные нормы? То, что такое условие поставила игра, не объясняет твоё бешеное наслаждение этим. Клинки совсем не попадали по оппоненту. Старшеклассник очень не хотел воспринимать слова Кая серьёзно. Однако в них прослеживалась страшная логика, и Юма никак не мог найти ответ на его вопрос. Действительно, в чём причина того, что он не удовлетворяет свои потребности доступным способом? Навеянная обществом установка? Страх перед полицией? Или, может, он хотел сохранить в себе хотя бы немного человечности? Но этот парень был неприятно прав. О какой человечности может идти речь в его ситуации? По воле цифрового экрана он поедал себе подобных, получая от этого чуть ли не граничащее с экстазом удовольствие. Нормы морали всегда были размыты, а страх перед полицией — жалок по сравнению со страхом умереть с голоду. — А ты… скольких ты убил? Кай замедлился, окинув Юму удовлетворённым взглядом. Интонация была привычно тягучей: — В Хатано водится много никому не нужных личностей. Я не считал. Но это знание позволило завалить троих участников. Все уровнем выше. — Зачем такие крайние меры? — Подумай сам. Разве сильный игрок будет валиться с ног от усталости, потому что убивает только определённых людей? Ты станешь по-настоящему силён только тогда, когда отбросишь эти тупые принципы. Юма снова не уследил за врагом, и последующий удар отбросил его к стене. Он медленно скатился на землю. Кай неспешно подошёл ближе. Ушла пара секунд на то, чтобы снова сфокусировать взгляд. Оппонент бросил уверенное: — Давай объединимся. От внезапного предложения Юма замер. С губ рефлекторно сорвалось: — Что? — Пока ты не готов, но из нас выйдет отличная команда, — старшеклассник наклонился к Юме и требовательно посмотрел ему в глаза. — Мы снова встретимся в Хатано, когда придёт время. Согласен? Только сейчас всё тело отозвалось тяжёлой волной слабости. Плоть не успела усвоиться в организме за такой короткий срок, и Юма получил лишь временный прилив адреналина. Он не был способен продолжать этот бой. Может, желание сохранить себе жизнь стало причиной, а может, неясное бушующее чувство внутри. Тем не менее он ответил: — Я могу… подумать? Кажется, противника устроил такой ответ. Он отстранился, после чего оружие на руках рассеялось. Кай неспешно подошёл к останкам поблизости. Юма скосил взгляд на место, где раньше лежал труп. Сейчас от него остались только кости, и мигом спустя они начали куда-то пропадать. «Что происходит?» — мысль ускользнула так же быстро, как и появилась. Кай поочередно брал каждую кость и прикладывал к своему телу. Они медленно растворялись, словно вживаясь под его кожу. Зрелище было до того противным, что завораживало. Когда юноша закончил, он мельком окинул Юму и хотел уйти. Правда, в моменте вспомнил, что забыл кое-что сказать. В тоне послышалась неясная тревога: — Должен предупредить тебя, раз мы будущие союзники. Опасайся парня с тёмно-зелёными волосами. Не смог узнать его имени, но мне было достаточно посмотреть ему в глаза. И, знаешь, лучше бы я этого не делал, — Кай тихо посмеялся, но его волнение выдала едва заметная дрожь в голосе. — Он настоящий псих. Ни в коем случае не бейся с ним. Юма недоумённо смотрел на юношу напротив. Похоже, тот сказал всё, что ему хотелось. Потому он спокойно развернулся и сделал шаг. Постепенно его силуэт отдалялся, пока вовсе не скрылся из виду. Парень выдохнул. На осмысление произошедшего энергии не осталось.

***

Скромный солнечный блик прошёлся по усталому лицу. На уроке химии было мертвенно скучно. Юма слушал беспрерывную болтовню про грядущий спортивный фестиваль. До него оставалось всего пару дней, и все ученики были крайне взбудоражены этим событием. Прошедшее сражение с участником никак не могло уйти из головы. Кай был значительно сильнее Юмы. Последний в принципе выжил только по воле оппонента. Юма раздражённо потёр переносицу. Он так далёк от желаемой силы. К тому же в сознании засели слова Кая. Может, он был прав и Юма действительно не делал очевидного? Но сможет ли парень убить обычного человека ради еды? Старшеклассник положил голову на руки. Что для него в принципе значит словосочетание «обычный человек»? Шота был обычным человеком. Кенто и Рё — обычные люди. Отец, мать, Мизуно, Хару. Все те, кого он когда-либо знал, кроме участников, были теми самыми «обычными людьми». По совместительству каждый стремился причинить ему боль. Он ни разу не был знаком с кем-то, кто относился к нему по-настоящему хорошо. Почему этих оснований недостаточно, чтобы считать всех людей предателями? Наверное, всю жизнь та самая слабая вера во что-то светлое держала его от таких убеждений. Но после воспоминаний Дзюнпэя юноша ясно почувствовал, что эта вера бесповоротно угасла. Сейчас он имел возможность видеть прошлое других, и каждый раз видения показывали новые отвратительные поступки людей. Мир в целом был не рад ему, так по какой причине он должен снисходить до жалости по отношению к каким-нибудь отбросам из Хатано? Парень не заметил, как погрузился в знакомое сумрачное состояние. Голоса учеников приглушились, и в разуме стали появляться новые образы. Крупные руки. Всё тот же запах. Кажется, он опять в роли Дзюнпэя. Взгляд метнулся на календарь. Подсознательно Юму пронзило удивление: воспоминания совсем свежие. Примерно в это же время юноше пришло приглашение в игру. В комнату вошёл человек. Он незнаком Юме, но, видимо, был кем-то близким для Широгаэ. Рука потянулась к ящику стола, и мужчина достал бутылку дорогого алкоголя. — Выпьем? Вошедший не двинулся. Он негромко ответил: — Глава. Вы занимаете должность уже десятый год, и я, как ваша правая рука, очень благодарен за всё, что вы сделали для меня. Дзюнпэй недоумённо приподнял бровь. — Ты чего? Нужно что-то, что ли? — Извините. Но мы так больше не можем! В это мгновение в комнату ворвались ещё четверо людей, после чего в живот Дзюнпэя вонзился нож. Несколько секунд он смотрел в глаза человеку, которого только что считал приближённым. Нападение произошло так быстро и неожиданно, что мужчина не успел защититься. Его обезоружили и опрокинули на пол, беспощадно избивая. Широгаэ и так знал, что в любой момент его могли попытаться убить. Он не доверял никому, кроме единственного проверенного приспешника. Потому предательство последнего стало внезапным. Уже больше полугода в «Чёрных тиграх» царил разлад. Ходили мутные слухи о том, что есть группа недовольных участников. Они невзлюбили главу за излишнюю жадность и эгоизм. Эти люди хотели сменить власть в якудза, и действовали очень аккуратно. Вычислить личностей было сложной задачей, а присутствие Дзюнпэя на территории «тигров» порой было обязательным. Хоть он и старался реже посещать это место, иногда выбора не оставалось. Мужчина не мог предпринять что-либо против пятерых: пока одни сдерживали, другие продолжали наносить удары. Дзюнпэй потерял ощущение реальности, когда краем глаза заметил отблеск какого-то предмета. Один из нападавших держал в руках пилу. Наверное, эти дилетанты подумали, что глава уже был мёртв. Кожу обожгло холодное прикосновение металла, и человек принялся пилить предплечье мужчины. Проведя в якудза большую часть осознанной жизни, Широгаэ умел сдерживать эмоции. К тому же он был забит до полусмерти. Видимо, это стало причиной того, что Дзюнпэй не подал признаков жизни. Отделённая рука полетела в чёрный мусорный мешок. Другой человек взялся за торс мужчины. В момент, когда пила вонзилась глубоко под кожу, перед глазами появилось голубое свечение. «Приглашение в игру». В его положении было достаточно подумать о согласии, чтобы приглашение принялось. Широгаэ безжизненно отключился. Тело мужчины было поделено на три части. Показалось, что этого было достаточно, и предатели были уверены, что глава умер. Поэтому пакеты выкинули в мусорный бак на территории якудза. Они планировали разобраться с содержимым утром. Дзюнпэй очнулся от мерзотно-кислого запаха. Когда он приоткрыл глаза, разглядеть ничего не удалось. Всё тело ломило, и казалось, будто мужчина находится в очень тесном пространстве. Он предпринял попытку подняться и больно стукнулся головой. Широгаэ коротко прошипел, но нащупал углубление на потолке. Толкнул его наверх, и лицо сразу ослепил солнечный свет. Мужчина смекнул удивительно быстро. Он пошёл в сторону маленького серого здания. Зайдя внутрь, Дзюнпэй обыскал полки и нашёл необходимое. Подумав несколько мгновений, он покинул помещение и уверенным шагом пошёл в сторону другого. Как только Широгаэ открыл дверь, то сразу обнаружил искомых пятерых человек. Те нервно обсуждали что-то, пока не заметили вошедшего. Сложно описать шок, который испытали предатели, после того как увидели главу целым и невредимым. Он совершил пять точных выстрелов, поставивших точки в жизнях этих людей. Игра на выживание, да? Перспектива безграничной власти и денег манила и была словно создана для Широгаэ Дзюнпэя. Он поправил любимую чёрную панаму, безучастно оглядел трупы и удалился из здания. Теперь он не сможет никому доверять. Может, по этой причине «тигры» получат новых участников в ближайшем будущем. Прозвеневший звонок вытянул из видений. Юма моргнул пару раз, прежде чем вспомнил, где находится. Он скучающе зевнул, вяло убирая тетради в портфель. Его ждут выходные, после которых начнётся злосчастный спортивный фестиваль. Думать о плохом не хотелось, поэтому Юма постарался как можно скорее покинуть школу.

***

На календаре висело грустное первое октября. Парень неохотно вышел на улицу и направился в место адских пыток. Уже с приличного расстояния доносились радостные голоса и смех. Ученики собрались за школой: здесь всех делили на команды. Юме достался белый браслет. Юноша неприятно вспоминал прошлые фестивали — он всегда занимал последние места по всем дисциплинам. Краем глаза парень заметил Хару, которого причислили к красной команде. Первым испытанием оказался стометровый бег. Юма занял крайнее место в очереди, совсем не желая вновь стыдливо опускать глаза после результатов. Большинство получало средние значения секунд. Кто-то пробегал за пятнадцать, кто-то за тринадцать. Дошёл черёд Юмы. Хотя главными обидчиками всегда были Шота, Кенто и Рё, другие ученики школы тоже относились к Юме с подозрением. Они не лезли к нему открыто, но время от времени бросали презрительные взгляды. Учитель поднял руку. — На старт… Шум вокруг стих. Наверное, люди уже были готовы перешептываться после разгромного провала. — Внимание… Марш! Юма сорвался с места так резко, что подоспевший сзади человек закашлялся от облака пыли. Прошло неприлично мало времени, когда парень уже стоял рядом с учителем. Тот недоумённо взглянул на секундомер. — Девять целых девять десятых. На данный момент это лучший результат. Среди учеников прошлась волна удивлённого шёпота. Юма замер, осознавая только что случившееся. Вдруг по плечу кто-то похлопал. Юноша обернулся и увидел перед собой Хару. — Рано радуешься. Одноклассник прошёл к старту, окинув Юму непроницаемым взглядом. Преподаватель отсчитал снова, и в следующие секунды Хару пропал из виду. Шёпот стал ещё громче, когда парень смог заметить давнего друга за деревом в нескольких метрах отсюда. Хару коротко кивнул и развернулся. — Пять… три… сколько прошло? Сакураги, повтори забег! Сакураги? Учитель нервно огляделся, но не смог найти этого сверхбыстрого ученика. Сейчас мужчина выглядел настолько неуклюже, что Юма невольно улыбнулся. Продолжать участие в испытаниях очень не хотелось. Тем более старшеклассника уже отметили как присутствующего, так что ненужных недопониманий возникнуть не должно. Юма захотел немного развеяться и отдохнуть от громких голосов. Он незаметно юркнул в толпу, после чего направился на крышу школы. Последний раз он был здесь с Мизуно. Сейчас необходимость прятаться на крыше исчезла, но это место всё равно оставалось умиротворённым. Юма осторожно поднялся и сразу заметил сидящего на краю крыши человека. Только один ученик школы, помимо Юмы, мог знать, как попасть сюда. Белые волосы слегка развевались на ветру, превращая хвостик в растрёпанное недоразумение. Хару мирно смотрел в небо, не сразу заметив появившегося одноклассника. Впрочем, когда он увидел Юму, равнодушно вернулся к рассматриванию небосвода. Он негромко произнёс: — Не думал, что ты всё ещё ходишь сюда. Юма хотел уйти, но его остановила мрачная мысль. Он не собирается подстраиваться под Хару или кого бы то ни было, поэтому проведёт время там, где ему хотелось изначально. Парень присел на край крыши в нескольких метрах от Хару. Последний скосил на него отчуждённый взгляд. Несколько долгих минут прошло в молчании. Юма хотел бы не предаваться детским воспоминаниям, но в таких обстоятельствах это, наверное, было чем-то невозможным. Невольно он вспомнил спортивный фестиваль в третьем классе начальной школы. Счастливые крики. Вокруг суетливо и тесно. Юма снова получил худшие результаты, и теперь плёлся за воодушевлённым Хару. У того значения были лучше. К тому же в честь этого события на фестиваль явилась вся семья Сакураги. Друг был окружён заботливой и комфортной атмосферой. Потому поникший вид Юмы особенно расстраивал. — Не грусти. Можем потренироваться вместе. Юма отрицательно замотал головой. Осуждающий шёпот толпы въелся в сознание и никак не хотел покидать его. Они прошли небольшой путь, до того как из-за угла не выскочила знакомая троица. — Дурак Юма! Опять на последнем месте. Ты такой слаба-ак, — Шота задиристо рассмеялся. Обидчик хотел подойти ближе, но столкнулся с серьёзным взглядом Хару. Он кинул уверенное: — Уходите, ясно? На себя бы посмотрели. Шота недовольно фыркнул и схватил Хару за воротник футболки. Вся компания насупилась, и Хару ощутил нехорошее предчувствие. Кенто и Рё двинулись к Юме. Похоже, обидчики были готовы пересечь черту насмешек. Сердце неприятно сжалось, когда Хару смог вырваться из хватки Шоты и отпрянуть. Последний угрожающе помахал кулаком. Младшеклассник быстро кивнул Юме и сорвался с места. Похоже, в этот момент они совершили ещё один забег на время. Только в этот раз их результаты явно были лучше из-за кипящего адреналина в крови. В итоге шайка обидчиков оторвалась. Приятели оказались у чёрного входа с обратной стороны школы. Хару хихикнул, спрашивая: — Хочешь кое-что покажу? Оказывается, друг знал о давно неиспользующейся служебной двери на верхнем этаже. Та находилась в неочевидном месте и почти сливалась со стеной. Поднимаясь по лестнице, Юма ощущал себя кем-то вроде злодея, познавшего страшную тайну. В тот день Хару показал, как попасть на крышу школы. Даже после его отъезда Юма регулярно приходил сюда. Во-первых, из-за безопасности. Во-вторых, отсюда открывался бесспорно красивый вид. Дышать свежим воздухом с такой высоты было особенно приятно. — Как дела? Из воспоминаний вырвал голос поблизости. Юма озадаченно посмотрел на одноклассника. Он прохладно ответил: — Нормально. Послышался щелчок зажигалки, после которого пространство заполнил характерный запах. Хару сделал несколько затяжек, прежде чем продолжить: — Шоты нет в школе. Он перевёлся, или ты его правда убил? Юма оцепенел, уставившись на невзрачный куст снизу. Наверное, по одной только его реакции можно было понять ответ на этот вопрос. Хару посмеялся. — Ого. А те двое? С ними что? Вместо ответа Хару получил раздражённый взгляд. Юма собирался встать, но давний друг примирительно вскинул руки. — Да ладно тебе. Я не буду сдавать тебя полиции. Только скажи причину. Они всё-таки перешли границу, да? Раздался усталый вздох. Юма негромко сказал: — Вообще-то, оба раза это вышло спонтанно. Не знаю, о какой конкретно границе речь, но для них давно не было никаких рамок, — вспоминая унижения обидчиков, парень мгновенно помрачнел. Заметив сменившееся настроение одноклассника, Хару замолчал на какое-то время. Однако он совсем не ожидал, что тишину прервёт Юма: — Нельзя так опрометчиво поступать, как ты во время бега. Неужели думаешь, никто не заподозрит неладное? — юноша осуждающе посмотрел на парня неподалёку. В целом, это был вопрос и его безопасности. Если кто-нибудь обратит внимание на Хару, велика вероятность, что и Юму заметят. — Так ты первый это сделал. Совершенно обыденная ситуация, когда ученик пробегает дистанцию за девять целых девять десятых секунды? Ответа не нашлось. Конечно, старшеклассник не намеренно пробежал так быстро. Он не думал, что его скорость настолько выросла. Мысли о фестивале и забавном выражении лица учителя немного расслабили. Правда, это длилось недолго. — Почему ты пользуешься кровью? Этот вопрос застал врасплох. Юноша долго думал, прежде чем решился ответить. Раз Хару уже задумывается о таких вещах, всё равно рано или поздно поймёт. Вдобавок ко всему, совсем недавно у него спрашивали то же самое, поэтому повторить ответ не было чем-то вопиющим: — Хотел убить себя. Руки резал. Хару сверлил глазами лицо давнего друга, будто пытался убедиться в правдивости его слов. Не найдя и тени смятения в однокласснике, он осторожно уточнил: — Почему? Наверное, рассказывать это уже было лишним. Но обстановка вокруг предательски давила чувством ностальгии, и, вопреки нежеланию снова общаться с Хару, парню всё же было любопытно, как тот попал в игру. Вряд ли он ответит безвозмездно, так что Юма пришёл к неоднозначному выводу. Голос дрогнул, когда юноша негромко начал: — Потому что устал быть преданным и жалким. Не хотел продолжать испытывать боль. Одноклассник аккуратно спросил: — Это из-за компании Шоты? Они так сильно издевались над тобой? Давний друг был уж слишком проницателен. Юма кивнул, подумал несколько мгновений, и горько добавил: — Изнасиловали девушку, которая мне нравилась. Она не справилась с этим и покончила с собой. Хочу выиграть, чтобы получить возможность отмотать время назад. Исправить весь этот кошмар. Как-то так. Хару замер, обдумывая услышанное. Впрочем, почти сразу Юма задал встречный вопрос: — А какая у тебя причина смерти? — Под удар молнией попал. В Хозюкё, — одноклассник ответил быстро, отчего стало понятно, что для него день попадания в игру не был чем-то болезненным. Юма задумался. С губ машинально сорвалось интересующее: — Что ты там делал? Это же лес, вроде. — Хину искал, — так же рефлекторно ответил Хару. Хотя мигом позже он растерянно отвернулся. — Хину? — несколько секунд юноша не осознавал сказанное, однако после по спине прошлась холодная дрожь. — Ты до сих пор её ищешь? В голове пронёсся один из последних дней, когда они были друзьями. Хару снова плакал. Все их последние встречи приятель заливался рыданиями. В этот раз он был немного собраннее, но всё равно не мог сдержать слёз. — Я отвернулся на секунду! На секунду! Повернулся, а её нет. Мы же просто играли на площадке. Кто мог украсть её? Юма ободряюще положил руку на плечо Хару. Последний не обратил внимания на попытку поддержать, будучи полностью занятым мыслями. — Я найду сестрёнку. Обязательно найду. Уверен, с ней всё будет хорошо… Хару нервно поёжился. После пропажи сестры он постоянно думал о ней. Ещё младшеклассником он поставил себе цель отыскать Хину, и все последующие года придерживался её. Родители не одобряли намерений сына — поисками занимались специально обученные люди, и их мальчик мог запросто подвергнуть себя опасности. Спустя семь лет безуспешных попыток сестру объявили умершей. Надгробие разместили в Камеоке, но Хару не разрешали посещать его. Судя по всему, семья Сакураги сильно переживала за психическое состояние сына. К тому моменту он перестал упоминать, что всё ещё пытается найти пропавшую. Тем более совсем скоро нужно было поступать в университет. Потому Хару нашёл специальность, на которую можно было пойти только в университет Камеоки. Поведав родителям глупую выдумку о своём необъятном желании поступить именно туда, Хару наконец смог остаться в этом городе надолго. Послышался утомлённый вздох. Парень тоскливо произнёс: — Я уверен, что она до сих пор жива. Либо найду её раньше, либо выиграю игру, чтобы получить недостающую власть для поиска. Может, я и живу только за этим. Несколько минут Хару печально смотрел вниз. Потом всё же опомнился и немного приподнялся. — Мне пора. Удачи в игре. Давний друг медленно удалился из поля зрения. После этого разговора в душе остался неприятный осадок. Почему-то из головы всё никак не могла уйти одна мысль. Хару преследовал цель найти сестру и даже помнил имя обидчика Юмы. Так почему он ничего не сказал о том, что тоже пропадал вместе с Хиной в тот день? Тогда он исчез на несколько недель, а вернувшись, не мог вспомнить, где был и что именно делал. Прошло уже девять лет, и если всё это время одноклассник думал о том событии, явно должен был хоть что-нибудь осознать. Юма запрокинул голову. Наверное, он слишком себя нагрузил. Хару и так рассказал ему причину своей смерти, и, стало быть, просто не хотел делиться подробностями. Юноша прикрыл веки и позволил прохладному ветру окутать лицо. Видение накрыло настолько внезапно, что Юма едва удержался, чтобы не свалиться с края крыши. Рассудок поплыл, представляя перед старшеклассником очередные картинки: Глубокая ночь. Дзюнпэй стоит посреди пустынного пространства. Кажется, это безлюдная дорога за городом. Рядом лишь один человек. В воздухе витает уведомление о находящемся поблизости участнике. Мужчина повёрнут спиной. Бархатный тёмно-вишнёвый костюм выглядит крайне дорого. — Всё как надо. Благодарю, Широгаэ, — низкий голос звучал вальяжно и деловито. Человек вычитывал что-то на нескольких листах бумаги, после чего развернулся в пол-оборота. В темноте рассмотреть лицо подобающим образом не вышло. Мужчина протянул стопку листов Дзюнпэю, и мрак пространства ослепил яркий отблеск золотых часов.