Система последнего шанса

Спустя неделю Дзимитсу действительно пригласил Хигари к пациенту. Старшекурсник предупредил, что нужно быть крайне осторожными и не мешать врачам. Акира был в предвкушении. Сцена ухода «души» прочно засела в разуме и не хотела покидать его. Наконец дождавшись нужной даты, он воодушевлённо шёл на встречу. — Очень надеюсь, что ты не заставишь меня пожалеть об этом решении, — Дзимитсу выглядел сурово. Он захотел помочь другу, так как считал, что плохо с ним поступил, уехав без прощания. К тому же его и правда считали в больнице «своим», и получить доступ к такому пациенту не составило труда. Хигари молча кивнул, нервно потирая ладони. Конечно, люди в интенсивной терапии не всегда умирали, но риск их гибели был очень высок. Может, нехорошо желать смерти незнакомцам, но сейчас Акира очень надеялся, что ему повезёт. В палате лежала девушка без сознания. Она была подключена к аппаратам жизнеобеспечения, а на нескольких мониторах отображались всевозможные показатели. Сейчас в комнате не было докторов. — У неё заражение крови. Врачи часто заходят для проверки состояния, но улучшений давно нет. Наверное, ей недолго осталось, — голос Дзимитсу показался слегка печальным. Акира сделал шаг вперёд, что повлекло за собой недовольный взгляд старшекурсника. Тем не менее Хигари наклонился к пациенту. Её «душа» была совсем бледной и почти прозрачной. Парень заметил, что из тела тянулись едва заметные полосы. Этот человек уже умирал. Медленно и мучительно. — Вот это да, — дыхание перехватило, и Хигари протянул ладонь к голубой нити. Мгновение спустя его прервали. — Ты что делаешь? Ничего не трогай. Юноша направил рассредоточенный взгляд на Дзимитсу. Через пару секунд он тихо озвучил: — Почти нет «души». Она правда скоро умрёт, — Хигари вернул внимание на эфемерную дымку. — Ты о чём? — старшекурсник непонимающе уставился на знакомого. Однако мигом позже он задумался. Вспомнить получилось не сразу. Перебирая события давних лет, Дзимитсу остановился на частых спорах с Хигари. Последний то и дело пытался доказать существование некой «души». Его доводы никогда не подкреплялись фактами, поэтому Дзимитсу был склонен думать, что это просто подростковые выдумки. Но Акире в этом году исполнилось двадцать. Осознание того, что Хигари учится в серьёзном заведении и уже взаимодействует с реальными пациентами, хотя всё ещё верит в какие-то бредни, очень разозлило. Дзимитсу насупился. — Какой ещё «души»? Мы что, в старшей школе? — парень хмуро оглядел вдохновлённого приятеля. Внезапно состояние девушки ухудшилось. Показатели на дисплеях замигали, и Дзимитсу встревоженно бросил: — Я побегу за врачом. Ничего не трогай. Дверь захлопнулась, после чего Акира остался в комнате один. Он взглянул на табло: судя по отображающимся цифрам, пациент была в критической точке. Переступив с ноги на ногу, юноша всё же не смог удержаться. Студент вновь поднёс руку к еле видимому свечению. К его сожалению, конечность прошла мимо «души». Он ничего не почувствовал, а направление течения не изменилось. Словно его плоть совсем не волновала этот поток. Хигари разочарованно вздохнул. В этот момент Дзимитсу вернулся вместе с доктором. Последний потребовал студентов удалиться, и им пришлось послушаться. — Может, объяснишься? — старшекурсник укоризненно смотрел на Акиру. Тот провёл несколько минут в молчании, но всё-таки ответил: — Не знаю, что нужно объяснить. Дзимитсу потёр переносицу. Он устало произнёс: — Я думал, тебе по учёбе это нужно. Исследования какие-то или что-то в этом духе. А ты решил подвергнуть меня риску из-за своих выдумок? Акира задержал взгляд на знакомом. Слышать из его уст слова про «выдумки» и одновременно видеть голубой свет в теле Дзимитсу было комично. Парень сухо кинул: — Я не хочу возвращаться к школьным годам и пытаться что-то доказать. Мне это больше не нужно. И правда, перспектива споров с этим человеком не радовала. Хигари в принципе перестал говорить кому-либо про «душу». Наверное, сегодня он ляпнул ту фразу по привычке, так как всегда затрагивал эту тему в компании Дзимитсу. Парни вышли на улицу. Погода была отличная, так что старшекурсник пригласил прогуляться до парка. Вкупе с его недовольством такое предложение немного озадачило. Когда они проходили мимо ряда зелёных посадок, Дзимитсу задумчиво сказал: — Вспомнил наши бесконечные споры про медицину. Ты официально будущий врач, как и я. Надеюсь, ты пересмотрел свои взгляды в этом вопросе? — изначально юноша был уверен, что Хигари одумался, но после упоминания «души» засомневался. Парень направил требовательный взгляд на приятеля. Тот выждал пару мгновений, совсем не желая отвечать. Но, заметив терпеливо ожидающего Дзимитсу, нехотя выдавил: — В то время ты заставил меня о многом задуматься. Может, в какой-то степени ты был прав. А может и нет, — Акира остановился и посмотрел в небо. — В любом случае, я всё ещё думаю, что прибегать к неэтичным методам допустимо. Если они на благо человечества и если учёный понимает, что делает. Дзимитсу тоскливо выдохнул. Он проверил что-то в телефоне, а затем внезапно засуетился. — Знаешь, мне нужно идти, — по виду знакомого можно было понять, что он не захотел поддерживать разговор. Парень уже собирался развернуться, но вдруг всё же немного замедлился. — Кстати, в следующем году я вернусь в Камеоку. Буду проходить стажировку в больнице. Хигари удивился, но почти сразу вспомнил, что это была обычная практика для студентов медицинского университета. Общая программа обучения составляла шесть лет, однако после четырёх начинались полноценные клинические ротации. Студентов направляли в больницы для получения реального опыта работы с пациентами. Для многих это становилось возможностью заранее зарекомендовать себя перед дальнейшим трудоустройством в престижный госпиталь. Проще всего было попасть в небольшие региональные больницы, входившие в сеть университета, поэтому многие выбирали родные города, чтобы провести там ещё пару лет. — Наверное, я тоже туда вернусь по окончании учёбы, — Акира задумался. Такой вариант развития событий был неплох: он ошибочно полагал, что в Киото будет больше возможностей, но за все прошедшие годы так и не смог найти что-то важное. Может, возвращение в привычное место освежит парня. Знакомые перекинулись ещё парой фраз, а затем Дзимитсу удалился. Скорее всего, старшекурсник больше не выйдет на контакт с Хигари по собственной инициативе. Следующие два года обучения в университете прошли быстро. Акира блестяще сдал необходимые для ротации экзамены, после чего его допустили к стажировке. За проведённое в Киото время город так и не успел стать родным. Почему-то Хигари даже хотел опять побывать в Камеоке. По его впечатлениям, люди там светились ярче. Юноша последний раз оглядел свою комнату. Он глубоко выдохнул, захватил рюкзак и закрыл дверь.

***

Камеока встретила обыденной пасмурной погодой. Акира уже и забыл, что такое чистый горный воздух. В большом городе постоянно шумно и душно, а здесь можно было немного расслабиться. Клиника, в которой Хигари проведёт ближайшие пару лет, тоже оказалась спокойной. Суеты было меньше, а врачи добродушнее. К тому же воспоминания не подвели. Здесь мерцание людей взаправду представлялось насыщеннее. Пока что парень не мог определить причину такого явления. — Добрый день. Хигари Акира? — к студенту обратилась доктор с чёрными волнистыми волосами. — Да. Я приехал на стажировку… — Знаю, — женщина мягко перебила юношу. — Я буду вашим наставником. Меня зовут Хосокава Кёко. Можете обращаться по любым вопросам. Хигари кивнул. Врач объяснила основные задачи на период ротации. Ими оказались наблюдение за пациентами, сбор анамнеза, помощь с анализами. Многое из перечисленного девушкой казалось простым и незначительным. Но в любом случае студент получал доступ к контакту с больными. Парень записал необходимое, и они сразу направились на обход пациентов. Акира не мог перестать заглядываться на местных: их сияние было завораживающим. Когда он созерцал людей в Киото, думал, что просто видел мир красочнее в школьные годы. Но всё оказалось не так — ему уже двадцать два, а все вокруг светились так, словно парню снова шестнадцать. Сбор данных показался неимоверно скучным. Хотелось как можно скорее вернуться к изучению «души». Только студент скучающе зевнул, его взгляд приковался к лежащему на дальней койке пациенту. Хигари моргнул несколько раз. Похоже, ему не померещилось. Этот человек мерцал красным светом. Пока Кёко общалась с другим больным, Акира сделал шаг в сторону необычного мужчины. Юноша ещё раз протёр глаза, но всё оставалось прежним. Пациент спал. Его «душа» выглядела как обычно, за исключением цвета. Она так же мерно текла вдоль тела и светилась. Но почему она багрово-алая? — Хигари? — наставница взволнованно подоспела к студенту. Последний неотрывно глядел на спящего человека. — Кто… этот мужчина? — вопрос прозвучал странно, но Акира надеялся, что его поймут. В целом, так и произошло: — Он поступил к нам совсем недавно… выжил после попытки самоубийства, — тон женщины помрачнел. Акира смотрел на переливающуюся красную энергию и не мог связать и пары слов. За прожитые двадцать два года он ни разу не видел подобного. «Выжил после попытки самоубийства», — в голове пронеслось только что сказанное врачом. Парень понял, что никогда не встречался с людьми, которые переживали подобное. Как он знал, процент выживших в таких случаях невелик. Плюсом ко всему, Акира чаще всего контактировал с небольшим кругом людей. Являлось ли это причиной такого цвета «души»? Хигари не мог ответить сразу, но эта мысль вызвала сильный интерес. Он коротко озвучил: — Подскажите, есть ли у вас отделение с подобными пациентами? Мне нужно… для одного доклада. Кёко задумалась на пару мгновений, после чего ответила: — Есть психиатрическая палата. Обычно туда направляют таких больных, но сейчас в ней не хватает места, поэтому этот пациент здесь. Можем заглянуть после обхода, — женщина тепло улыбнулась, желая помочь студенту. Когда они завершили нужные дела, врач действительно повела Акиру в отдалённую комнату. Парень сильно волновался, ведь много лет не получал подвижек в изучении энергии. Как только дверь отворилась, юноша замер. Некоторые находящиеся в палате тоже светились алым. Он неспешно прошёл вдоль ряда коек. Пальцы рук дрожали от неожиданного открытия. Правда, хотелось убедиться в своей версии окончательно. — Здесь все пациенты выжили после попытки самоубийства? — Хигари указал на мальчика, который мерцал голубым. — Нет, этот пациент болен шизофренией. Акира задержал взгляд на мальчике. Его вид был особенно болезненным. Тёмно-зелёные волосы раскинулись по подушке, а сам пациент мирно спал. Заметив интерес Хигари, Кёко озвучила: — Мори Макото. Ему двенадцать. Помимо паранойи, мальчика мучают визуальные и аудиторные галлюцинации. Студент уточнил историю ещё нескольких пациентов, вследствие чего пришёл к однозначному выводу. Все люди с красной «душой» — выжившие после попыток самоубийства. Те, кто светились голубым, были обычными психически больными. Хигари был невероятно рад такому раскладу. Он наконец узнал что-то новое о волнующей энергии. Похоже, возвращение в Камеоку уже нельзя было назвать бесполезным.

***

Спустя несколько недель стажировки парень встретил знакомое лицо. Дзимитсу тоже ротировался сюда: в городе была единственная крупная клиника. Правда, знакомый вот-вот должен был покинуть больницу. Хигари хотел бы не заводить с ним разговор, но, видимо, судьба строила другие планы. Когда юноша стоял вблизи кофейного автомата, Дзимитсу заметил его издалека. Парень быстро сократил дистанцию и удивлённо озвучил: — Хигари! Не ожидал, что успею застать тебя здесь. Я почти закончил стажировку. Твоя только началась, да? — Угу. Ненадолго повисло молчание. Эта встреча действительно не была чем-то вопиющим, ведь Дзимитсу давно предупредил о его намерении ротироваться сюда. Похоже, знакомый был в приподнятом настроении. — Как проходит практика? Мне здесь понравилось, даже не хочется уезжать, — голос был добродушным, что контрастировало с настроением их последнего диалога. — Нормально. Кёко — неплохой наставник. — О, Хосокава Кёко? Она действительно хороший врач. Тебе повезло, — Дзимитсу тепло посмеялся и похлопал Акиру по плечу. Последний нервно дёрнулся. Сейчас Хигари осознал, что всё это время не замечал значимую деталь. Его приятель тоже светился ярче других жителей Киото, даже когда они находились в университете. Неужто всё связано с тем, что Дзимитсу родом из Камеоки? — Раз уж я здесь ненадолго, может, поднатаскаю тебя? — знакомый выдал это настолько внезапно, что Акира замер. — Эм… может быть? — позитивный настрой Дзимитсу совсем не вызвал подозрений. В принципе, Хигари было всё равно, кто будет его «обучать». Парни договорились встретиться в госпитале завтра. Свободное время Акира решил посвятить появившейся идее. В Киото он много часов провёл за изучением трудов учёных прошлого. Тогда он не нашёл чего-то интересного, но сейчас ситуация была другая. Он обнаружил красную энергию и убедился в превосходящем сиянии жителей Камеоки. Нутро подсказывало, что юноша на правильном пути. В городской библиотеке было тихо. Люди практически отсутствовали, а на полках собрались слои пыли. Хигари принялся перебирать всевозможные ветхие книги. К сожалению, несколько часов поисков не дали результата. Но студент не планировал отчаиваться — совсем скоро его ждут выходные, которые он целиком и полностью посвятит розыску информации. В день встречи с Дзимитсу всё было обыденно. Старый приятель увлечённо рассказывал события последних лет. Акира почти не слушал. В сердце поселилось ярое желание посмотреть, что происходит с алой «душой» после смерти. — Так вот, мне пришло приглашение поработать в Киотской клинике. Там всё такое современное! — Можешь рассказать о пациентах в психиатрической палате? — Хигари поднял взгляд на знакомого. Последний опешил от неожиданного вопроса, но всё-таки ответил: — Почему нет? Пойдём. Комната выглядела прекрасно. Красное свечение переливалось вместе с голубым, создавая какой-то естественный баланс. Акира застыл на несколько мгновений, немного удивившись своей ассоциацией. — Что хочешь спросить? Здесь у всех тяжёлые истории. Хигари медленно подошёл к одной из коек. Человек находился без сознания, а его тело было истерзано множеством порезов. Он мерцал алым. — В психиатрическую палату попадает два типа пациентов. Либо «суицидники», либо с тяжёлыми психическими расстройствами, — Дзимитсу начал рассказ, отвернувшись от Акиры к какому-то больному. Голос знакомого стал приглушённым шумом. Хигари пристально смотрел на аппарат жизнеобеспечения. Этот человек находился в опасном состоянии. Видимо, привычно для больницы Камеоки, ему не хватило места в другой палате. Взгляд пошёл за трубкой, ведущей к медицинской розетке. В состоянии, похожем на транс, Акира потянулся к вилке шнура питания. Он коснулся её и хотел было дёрнуть на себя, когда его руку резко откинули. — Ты что вытворяешь? — тон Дзимитсу прорвался сквозь белую пелену. Хигари озадаченно моргнул. Послышался разочарованный вздох. Дзимитсу пренебрежительно озвучил: — Хигари, почему каждый раз, когда я встречаюсь с тобой, ты делаешь какие-то несуразные вещи? Что в этот раз? Опять расскажешь про «душу»? Парень молчал. Он и сам был слегка взволнован тем, что хотел сделать минуту назад. — Слушай, с твоими успехами в школе и университете ты давно мог стать кем-то большим. Но вместо активной деятельности ты предпочёл изучение мистической белиберды. Ещё и столько лет на это потратил. Ты же будущий врач! — Дзимитсу отрешённо махнул рукой. Было видно, что он очень расстроен. В тот раз Акира так и не нашёл слов для ответа. Их встреча завершилась, но знакомый ясно настоял на том, что проконтролирует Хигари, пока находится в Камеоке.

***

Юноша снова сидел в библиотеке. С самого утра он перебирал кучу книг в надежде выйти на что-нибудь стоящее. Пожилая женщина, сидевшая за стойкой, уже с подозрением поглядывала на парня. Впрочем, в какой-то момент Хигари понял, что стоит переместиться к другому отделу. Хоть он и пропустил половину слов Дзимитсу мимо ушей, фраза про «мистическую белиберду» глубоко засела в сознании. Если его знакомый воспринимает «душу» таким образом, может, слышавшие о ней люди думали так же? Студент поморщился от множества произведений о призраках и экстрасенсах. Среди таких работ различить что-то качественное было сложно. Спустя несколько часов Акира разгрёб половину представленных книг. Он устало повалился на мягкое кресло неподалёку. Похоже, идея оказалась провальной. Измождённый взгляд слабо петлял по оставшимся стопкам. Хигари уже хотел уйти домой, но глаза зацепились за очень ветхую книгу. Она стояла позади и была едва различима среди цветастых обложек. Юноша поднялся и неспешно подошёл к полке. Он достал нужное произведение, смахнул толстый слой пыли и прочёл название: «Фрагменты учения о внутренней энергии человека». Вместе с книгой Акира сел обратно. Он задумчиво оглядел обложку. Последняя была тёмно-бирюзового цвета, а вверху располагалось имя автора. «Исида Ёритада». Студент открыл работу и сразу наткнулся на весьма тревожный текст: «Когда вы читаете эти строки, вероятно, меня уже нет в живых. Моё имя — Исида Ёритада. Я учёный-археолог. Пишу это четвёртого ноября 1986 года. Думаю, я открыл то, что нельзя было открывать. Теперь оно найдёт меня. Оно обязательно отберёт мою жизнь. Я слышу голоса каждую секунду и всеми силами пытаюсь противиться им. Но написанное далее не является плодом воображения. Эта информация взята из древнейших манускриптов, которые, по моему мнению, написаны в период 800-1200-х годов. Пожалуйста, отнеситесь к содержанию серьёзно». Парень перевернул страницу. Сначала его ждало много текста, который казался бессмысленным, но с каждой минутой напряжение в груди возрастало. Если верить написанному, этот человек занимался раскопками и нашёл несколько древнейших объектов. Он смог перевести найденные писания. Конкретно эта книга была посвящена только одной из пары тем. Всё внимание страниц было посвящено «внутренней энергии человека». Конечно, Хигари не сразу безоговорочно поверил неизвестному. Но, дойдя до следующего заголовка, замер. «Голубая и красная энергия. Почему современный человек утратил её?» Акира с опаской вчитался в обширный параграф: «Эти учения были зафиксированы на территории, где ныне находится город Камеока. Хотя описанное присуще всему миру, кажется, в этой области из-за xxx, — часть слов была стёрта, — это отражалось особенно сильно. В том манускрипте, что я обнаружил, постоянно упоминалась энергия двух цветов. Голубой и красный. Порядок и разрушение. Одно не может существовать без другого. Человек содержит в себе одну из двух энергий. «Ки» либо «Масо». «Масо» олицетворяет гармонию и нерушимое течение жизни. Она присуща большинству людей и является основой мироздания. «Ки» — нарушение и осквернение порядка жизни. Человек, имеющий энергию «ки», являлся изгоем. Но оно не так просто: заметив отношение людей к ближнему с «ки», они были наказаны. Нужно уважать баланс, ведь без него не будет действительности. Тогда энергии дали единое название — «Сэй», что означает саму сущность бытия». Парень судорожно перевернул страницу. «В то время люди могли управлять этой энергией. Но она была слишком опасна. Возможности сводили с ума, и со временем практики были утрачены. Проходили столетия, и с каждым последующим человечество забывало о своих пределах. В итоге современный человек даже не догадывается о сокрытом в нём потенциале». Хигари выдохнул, после чего заметил небольшую пометку от автора. Содержащееся в ней окончательно выбило из колеи: «После того как я узнал обо всём, меня хотят наказать. Я вижу эту энергию и знаю, что она существует. Люди светятся. Голубое, едва уловимое свечение. Мной недовольны. Я знаю, что этот текст посчитают всего лишь выдумкой, потому что все уже отвернулись от меня. Но я не сошёл с ума. Пожалуйста, прочитайте…» Дальше текст был стёрт. Акира сидел неподвижно, сжимая корешок книги. Взгляд безучастно впивался в стену.

***

Находясь в окружении пациентов, Хигари совсем не мог сконцентрироваться. Его очень взволновало написанное в той книге, хоть её автора и можно было принять за сумасшедшего. Однако, порывшись в открытых источниках, он смог обнаружить информацию про археолога Исида Ёритаду. Этот человек действительно существовал и проводил исследования многих древнейших объектов. Информация о его деятельности не была скрытой, но, судя по всему, Исида был никому не интересен. Как было указано, учёный-археолог не сделал значимых открытий. Все его труды были забыты, а та самая книга числилась как что-то из разряда фантастики. Но описанное Ёритадой было слишком похоже на видение мира Акиры. Голубой и красный свет в людях. Текст звучал так, словно сам Хигари написал его. — Сегодня без глупостей, ладно? — голос Дзимитсу вынудил опомниться. Акира слабо кивнул. В голове роились мысли. Возможно ли то, что всё это время парень видел не «душу» человека, а какую-то древнейшую энергию? Безусловно, он старался не принимать слова случайного учёного слишком близко к сердцу, но такой вариант не мог обойти его стороной. «Ки» и «Масо». Как говорилось в книге, две эти энергии являлись основой мира. Они существовали всегда, но были утрачены со временем. Хигари неприятно поёжился. — Чего ты в облаках витаешь? Может, в другое место? На удивление, сегодняшнюю практику они проводили в знакомой психиатрической палате. Раньше Акира сам просил привести его сюда, но теперь пришёл по указу врачей. — Всё нормально, — отрезал юноша. Сейчас он ощущал себя как-то особенно подавленно. С другой стороны, это учение дало осязаемую надежду на то, что Хигари прав. Что эта «душа», чем бы она ни являлась на самом деле, существует. Он и так верил в это, но теперь мог найти весомые доказательства. В прошлый раз ему так и не удалось лицезреть, что происходит с красной энергией. Знакомое влечение снова посетило парня. Он оглядел палату. Многие пациенты либо спали, либо находились в похожем на бред состоянии. Когда Дзимитсу отвлёкся, студент сразу потянулся к трубкам. Он решил закончить начатое с тем же человеком. Сейчас приятель не успел помешать ему. Аппарат жизнеобеспечения отключился с характерным громким сигналом. Дзимитсу сразу повернулся на звук. Не сказав ни слова, знакомый побежал к пациенту. Он не подоспел вовремя — сердцебиение остановилось. Алая полоса оторвалась от тела и потянулась к потолку. Хигари замер. Её течение было абсолютно таким же, как и у голубой энергии. Он глубоко выдохнул. Не успел Акира ничего осознать, как по лицу прилетела звонкая пощёчина. Пространство пронзил истеричный голос: — Ты… ты убил этого человека! Он погиб! Я иду сообщать об этом. Дзимитсу уже собирался покинуть палату, но в последний момент Хигари схватил его за рукав. Знакомый нервозно обернулся. — Дзимитсу, послушай меня… — тон Акиры был взбудораженным. Приятель не ответил, но и не сдвинулся. Посчитав это согласием, студент продолжил: — Только не уходи сразу, как услышишь, ладно? Дослушай до конца, — юноша коротко покашлял, после чего возобновил речь: — Мне нужно было увидеть, что происходит с красной «душой». Ты же помнишь, что я постоянно упоминал «душу». Так вот, это не выдумки. Я правда вижу свечение людей. Начал видеть после пережитой в семь лет клинической смерти. Дзимитсу сохранял молчание, прожигая Хигари нечитаемым взглядом. Последний не замолкал: — Недавно я нашёл кое-что, и эта информация может подтвердить мои наблюдения… Но тот человек давно погиб. В своей жизни я ни разу не встречал кого-то, кто тоже видит «душу». Только я могу совершить открытие, которое перевернёт мир. После этих слов юноша больше ничего не произнёс. Проходили минуты, и он уже думал, что Дзимитсу так и не ответит, как внезапно комнату пронзил низкий голос: — Всё сказал? Акира машинально кивнул, в результате чего знакомый предпринял ещё одну попытку уйти. Парень сильнее сжал край его рубашки. Дзимитсу утомлённо выдохнул и окинул собеседника хмурыми глазами. Раздалось слабое: — Хигари, что ты хочешь от меня услышать? — юноша потёр лоб, мельком поглядывая на умершего позади. — Я внимал эти рассказы много раз. То, что ты вдался в подробности своего бреда, не меняет сути. В груди неприятно кольнуло. Хигари впервые рассказал кому-то всю правду и точно не ждал такого резкого ответа. Тем более Дзимитсу был единственным человеком, с которым Акира взаимодействовал столько лет. — Ты правда считаешь себя особенным? — вдруг интонация приятеля стала мрачной. — Нет, может, ты и одарённый из-за оценок и таланта к науке, но точно не из-за этой мистической херни. Дзимитсу одёрнул руку и бросил раздражённое: — Я иду к главному врачу и сообщу ему о твоём поступке. Ты опасен для общества. Стоило понять это ещё во время наших дискуссий в школе, но почему-то я верил в лучшее. В момент, когда знакомый почти что пропал из виду, Хигари резко сорвался с места. Он схватил Дзимитсу за торс и потянул обратно в палату. Дверь с глухим стуком захлопнулась. — Что ты делаешь? — приятель озадаченно взглянул на парня. Акира, не до конца осознавая происходящее, сжал в руке ножницы. Эта вещь первой бросилась в глаза — видимо, была забыта каким-то врачом. Юноша несколько секунд смотрел на приятеля мутным взглядом. Мгновение спустя острый предмет вонзился в грудь Дзимитсу. «Душа». Куда же она уходит после смерти? Может, отправляется в какой-нибудь иной мир? Или переселяется в другое тело? Светло-голубая, почти прозрачная нить струилась вверх. Эта эфемерная энергия неспешно покидала окровавленное тело. Зрелище было поистине завораживающим. Таким прекрасным и настоящим. Естественным и правильным. В этот момент Хигари был готов поверить каждому слову того загадочного учения. — Дзимитсу… — едва ли не шёпотом озвучил юноша, склонившись к бледной светящейся полосе. Он протянул руку, но не смог ухватиться за энергию. На секунду показалось, словно тело обдало лёгким холодом. В текущем состоянии парень не смог бы объяснить, настоящее ли было чувство или всего лишь самовнушение. Нить постепенно сужалась, а через несколько минут прекратила движение. Она медленно растворилась в воздухе, не оставив после себя ни малейшего следа. Юноша воодушевлённо выдохнул. Однако внутри почти сразу появилась опустошённость. Даже эта «душа» пропала так же стремительно и безвозвратно. Отчего же он думал, что сейчас всё будет иначе? Наверное, потому что Дзимитсу был хоть как-то ему дорог. Хигари осознал эту простую мысль только сейчас, когда вся энергия навсегда покинула тело знакомого. Он прикончил его не только потому, что боялся за свою безопасность. «Душа» жителя Камеоки. «Душа» близкого ему человека. Почему Акира подумал, что сможет найти ответ на свой вопрос, убив этого человека? «Человек». Основа всего сущего. Он созерцает, сотворяет и преобразует. Он обладает «душой». Ценность этого создания неоспорима. Дзимитсу был прав, когда говорил об этом. Хигари обязательно выполнит свою миссию. Быть может, «душа» Дзимитсу тоже сможет успокоиться?

***

«Корпорация Хигари. Наука, которая преображает человечество». Молодой мужчина лениво откинулся на спинку кресла. Он листал очередные документы и был немного нервным. — Хигари, не забудьте про встречу, — девушка с тёмно-розовыми волосами заглянула в кабинет. — Помню, Саюри. Спасибо. Акира глубоко выдохнул. Сегодняшний день обещал быть крайне насыщенным. Спустя год после убийства Дзимитсу Хигари принял решение о создании собственной организации. Он всё больше убеждался в правильности его действий, поэтому пошёл по лёгкому пути. Пользуясь обширным набором знаний, юноша подал заявку на грант после удачного эксперимента. Получив первые деньги, сначала он открыл скромную лабораторию. Однако уже двенадцать месяцев спустя Акира зарегистрировал многообещающее название «Корпорация Хигари». Долгое время приходилось постоянно защищать научные проекты и проводить исследования, чтобы ему выделяли средства на развитие. Около года он вкладывался в организацию, желая получить что-то похожее на привычную обычным людям начинающую компанию. Правда, как только удалось это сделать, Хигари сразу перешёл к другим действиям. Много лет ожидания не позволяли больше терпеть. Он изучал энергию Сэй. Акира нуждался в ней больше, чем в кислороде. За всю свою жизнь он так и не встретил другого знающего истину и поэтому был убеждён в справедливости успеха своей компании. Люди в действительности оказались прекрасными инструментами для исследований. Энергия Сэй была критически важна для мужчины, поэтому он делал всё возможное для её получения. Он быстро понял, что куда эффективнее работать не с множеством разных людей, а с множеством идентичных. Правда, этот процесс был невероятно сложным даже для Хигари. Но мир был не слишком приветлив — почему такому избранному человеку досталась тяжёлая хроническая болезнь? Сердечная аритмия так и не отпустила организм мужчины. Хигари разочарованно вздохнул. Помимо неполадок со здоровьем, в последние годы он заметил очень тревожное изменение. Свечение, которое ранее было настолько ярким, что иногда слепило глаза, начало тускнеть. Он перестал отчётливо различать его в людях, хотя всё ещё видел на разработанных экранах. Стало быть, его способности теряют силу? Со временем собственная «душа» очерствела и больше не может определять чужую? Впрочем, Акира уже знал, что хочет предпринять. Совсем скоро он вернёт себе возможность ясно видеть энергию.

***

Расположившись на длинной кушетке, мужчина смотрел в потолок. Стены отражали холодный свет множества мониторов. Хигари поднёс к предплечью шприц. Ему нужно было вновь пережить то состояние, которое посетило его в возрасте семи лет. Вынести клиническую смерть. После неё он видел «души» невероятно чётко. В свою очередь, происходящее с ним в настоящем просто непозволительно для человека, ведущего такие исследования. Кроме него, никто не сможет определить эту энергию. Шприц с опасной инъекцией вошёл глубоко под кожу. Акира зажмурился, готовясь впасть в пограничное состояние. Сердце сделало кульбит. Мужчина ошарашенно завис. «Только не сейчас», — успело пронестись в разуме до того, как тело Хигари накрыл приступ сердечной аритмии. Единственный вариант, в котором что-то могло пойти не так, настиг Акиру. Вкупе с введённым препаратом приступ должен был оказаться смертельным. Мысли ускользали, и мужчина больше не мог осознавать происходящее. Веки почти что закрылись. Из-за мерцания экранов Хигари не сразу различил витающую в воздухе табличку. «Приглашение в игру». На грани потери сознания мужчина коснулся кнопки, после чего обессиленно отключился.

***

Сложно описать те чувства, которые испытал Акира, увидев на цифровом экране слова о «Сэй», а позже и обозначения «ки» и «масо». Понадобилось несколько дней, чтобы окончательно прийти в себя. Хигари понял, что не зря занимался своим делом долгие годы. К слову, эксперимент с клинической смертью возымел результат. Мужчина вновь мог отчётливо созерцать энергию людей. Игра на выживание спасла его. Учитывая написанное на дисплее, Акира просто не мог проиграть. Истинная суть двух основ — «ки» и «масо» — оказалась неприлично близко. С его знаниями целью было становление исключительным богом. Только Хигари Акира мог исцелить человечество, утерявшее свои возможности. Поэтому ночной визит двух школьников и одного подозрительного мужчины не показался чем-то угрожающим. Саюри оповестила владельца корпорации о незваных гостях сразу после их попадания в помещение. Хигари утомлённо цокнул. Он так и не узнал, куда пропадает «душа». Сможет ли его колыхающееся сердце найти ответ и успокоиться?