давай поправимся

      На край парты Дениса прилетает скомканный огрызок листочка, на котором было написано только «Классная работа» и какие-то каракули на полях. Он поправляет очки, аккуратно расправляя листок, чтобы посмотреть, что там такого важного ему хотел передать Илья. И вправду, очень важная информация. «Пенис», — красовалось кривоватым почерком на весь огрызочек, а снизу улыбающийся смайлик.        Коломиец переводит взгляд на парня, усмехается и подносит указательный палец к виску, прокручивая пару раз.       Темноволосый на такой жест только заулыбался, тут же урываясь носом в сложенные на парте руки, расслабляясь. По волосам проходится пятерня Дениса, потрепав старшего по волосам. От такого жеста уголки губ сами вверх потянулись, настолько приятно ощущать его руки на своих волосах. Под спокойный голос учителя по истории так и хотелось уснуть. Настолько она успокаивающе рассказывала тему урока, как будто колыбельную поет. Ну вот под эту колыбельную Илья как обычно и уснул.       Денис листает какие-то мемы в телефоне, изредка поглядывая на мирно сопящего за одной партой с ним Корякова.        Вообще, Илья старше Коломийца на полтора года, и по факту должен был находиться в десятом «Г» вместе с Ваней и Володей. Правда, учился он слишком плохо, что в седьмом классе он остался на второй год. Слишком много у него было двоек и неаттестаций, что на следующий класс это явно не тянет. Да он и не против был еще раз поебланить уже с другими семиклассниками.

***

      С Денисом они были знакомы давно, еще со времен, когда все зависали в самой популярной на момент марта две тысячи двадцать третьего точке собрания всех фриков и знакомых на районе — стадион.       Там он и встретил Илью, который чаще всего приходил туда уже пьяным с гитарой и играл им всякую лирическую хуйню. А в день, когда темноволосый первый попросил его выйти к компании, позже закончился теми же родными пьяными посиделками на лавочках и разбитой об голову самим же Ильей гитарой. Было, конечно, очень смешно, но в то же время больновато. Правда, ему, в хламище пьяному, отчасти было похуй, а вот Денису было реально больно за друга и за эту гитару. Все таки, столько воспоминаний с ней. Да и новую себе темноволосый тогда не мог позволить.       Они тесно общались с марта, много проводили времени вместе, что для друзей Ильи было удивительно. В последний раз он проводил столько времени с человеком очень давно. Но после одной ситуации, про которую он все еще умалчивает, говоря, что ему уже давно похуй и все хорошо – впринципе перестал выходить; часто сидел дома, даже на связь не выходил, что его приходилось как в детстве через окно звать гулять. И спустя полтора года закрытости ото всех, он все же решил по просьбе Вовы выйти погулять. Как же все были рады, что Илья быстро вернулся в свой привычный всем образ веселого чувака, чаще стал появлятся вне дома.        В этот же день и познакомился с самим Денисом, что тогда впервые попал в эту компанию, потому что его привел Ваня. Корякову тогда сразу запомнился его образ: крашенный пепельный блонд, который ему был очень к лицу; очки, что он все время поправлял, потому что те спадали; стеснительность при первом разговоре, что к удивлению, быстро улетучилась.        Было очень комфортно в компании Ильи. Он часто шутил и что-то все время рассказывал, его было почти невозможно заткнуть. А Коломийцу это и нравилось: сидеть, вслушиваться в его бесконечный поток мыслей вслух, улыбаться, смеятся потом вместе с каких-то смешных ситуаций.       Виделись они очень часто, как и оставались все время друг у друга на ночевках, когда были терки с родителями и домой возвращаться вообще не хотелось. Денису было очень хорошо с ним.       В какой-то момент, он понял; Илья — человек, в которого он впервые по настоящему был влюблен. Без которого он не мог пробыть ни секунды, который всегда был готов прийти на помощь.       Был влюблен в его голос, ему нравилось когда он снова брал гитару в руки. Старший всегда посвящал ему какие-то милые песни, которые ощущались как что-то родное, что было свойственно только для них.        Очень нравилось его лицо, усыпанное кучей созвездий родинок, каждое из которых хотелось выцеловывать по очереди. Его зелено-карие глаза, ассоциирующиеся у Дениса с песней Нойза, которую они часто пели на кухне у Ильи дома летом. Именно летом эта песня звучала очень громко и чувственно; звучала, как напоминание о самом счастливом событии в их жизни.       Тогда, кстати, Коломиец целое сочинение выписал, хотя ненавидел всегда что-то из головы брать. Но в этот раз это ощущалось по другому: не просто описывать задний и передний план очередной картины, пытаясь разными прилагательными добрать минимальное количество слов. Нет, это было более чувственно; описывать свою любовь к нему, подбирая слова из самых любимых песен, строчки которых прямо характерны парню.  

Весь мой смысл в твоих глазах

Когда я вижу его, мне нравится

Плюс зеленый – мой любимый цвет

Зеленый – мой любимый цвет

Иногда они смотрят так

Что внутри меня что-то плавится

Но зеленый – мой любимый цвет

      Денис ценил каждый день проведенный с Ильей. Как и Илья, безумно любил этого пиздюка, любил дарить всякие подарки, любил смотреть как его возлюбленный радуется небольшим букетикам цветов, стискивает старшего в объятиях, навсегда мечтая остаться в них. Тут, с ним, спокойно как никогда.        Да и сам светловолосый любил делать подарки: часто дарил ему какие-то открытки своими руками, игрушки плюшевые, каждую вручая со словами «на тебя похожа». А как- то на день рождения даже гитару новую подогнал. Прошлую ведь он еще год назад разъебал, а на лето взял у кента, который все равно на ней не играл, поэтому одолжил, пока новую не купит. Как же Илья тогда был рад. Он крутил в руках инструмент, буквально светясь от счастья, изредка поглядывая на своего парня, что мило улыбался от реакции на такой подарок. И Коряков еще раз пятьдесят скажет «спасибо» и то в щеку чмокнет, то в висок, то в губы.        И в школе Денису удалось с двоешника и прогульщика вытянуть Илью до почти-хорошиста. Благодаря ему, Коряков за полтора года смог подтянуть предметы, перейти в выпускной класс с четверками. Коломиец правда гордился им, что он наконец подумал о себе, занялся учебой, смог написать самостоятельно годовые и перейти в следующий класс с ним.

***

      — Если что, чтобы меня разбудить, можно не пиздить учебником по голове, — Вова трет глаза только-только оторвавшись от парты, — Это последний урок был?       — Тебя по другому хуй разбудишь, —накидывая одну лямку рюкзака на плечо, жалуется Бессмертных, — последний.       — Понял, — Вова скинул все вещи в сумку, в моменте вспоминая, что сегодня сказал на английском. Надо бы сходить, сказать что уже передумал. Конечно, это будет выглядить достаточно странно: ну как можно за четыре урока передумать?        Что-то печатая быстро в телефоне, Ваня ускоряет шаг, что было немного неудобно для только пробудившегося Семенюка, который еще не до конца осознавал себя. Ему приходилось моментами пробегать за другом, который все не отрывался от телефона.        — Иваан, нужно зайти к англичанину, — брюнет пытается оторвать его от телефона, но видимо, там правда было что-то важное.       — Сейчас… нет, Вов. Я ухожу уже, меня мать на машине заберет, — все так же ни разу не взглянув на него, тараторил Ваня, — давай ты сам? Все, давай, я полетел, пока!       Русого как и след простыл. Семенюк выдохнул устало, поправляя лямку рюкзака. Ладно, сам зайдет. Все же, ему же нужно поговорить с учителем английского.       Еле найдя нужный кабинет, Вова поднимает кулак и пару раз стучит по двери, после дергает за ручку. Она была заперта на замок, но внутри к счастью кто-то находился, по быстрым шагам в его сторону было понятно. На пороге появляется преподаватель, вопросительно глядя на младшего.       — Да? Что-то случилось?        — Ну как, — Вова переминается с ноги на ногу, обдумывая, как правильно сказать, что он тупой еблан и английский никогда в своей жизни не сдаст, — вообщем, я ж вам сказал, что буду английский сдавать. Я что-то ступил, короче я вообще не понимаю английский и не смогу осилить.       — Да, я заметил, — мужчина усмехается, облакачиваясь об дверной косяк, — зачем тогда руку поднимал?        — Да я не знаю, — пожимает плечами Вова, уже более спокойно разговаривая с учителем, — мне стало вас жалко, что в моей группе никто не сдает английский. Ну и я как то переоценил свои возможности.       Губанов поржал, уверяя подростка, что ему уж точно не будет грустно, от того, что ему не придется заниматься экзаменами хотя бы с одним классом. Ну по крайней мере, пока никто не надумал сдавать этот язык. Вова же в моменте который раз подтвердил для себя, что он идиот, и пора бы сбавлять обороты на такие тупые ситуации.        Наконец, можно со спокойной душой отправиться домой. В хорошем настроении Володя предвкушает встречу с кроваткой, как он упадет с головой в ее объятия и наконец-то нормально поспит.        В раздевалке тишина, все уже давно разошлись по домам, кто-то по допам. Вова шарится по карманам, понимая, что чего-то не хватает. Вейпа. Он мигом вылетает из раздевалки, добегая до туалета. Надеется, что толчок никто из учеников не додумался осматривать, дабы найти хоть что-то, что можно курнуть. И да, вправду, никто не догадался заниматься этой хуйней. Могли бы учителя проверить? Да врядли, им это тоже не нужно как то, все равно не поймут чье. Парень прижимает к себе своего единственного друга, который ни разу не бросал его в одиночестве. Даже жаль, что эта маленькая штучка ебет здоровье похуже пачки сигарет за день. Но как же быстро можно расслабиться с ней, отключая мозг на несколько секунд. 

***

      Закинув одну ногу на лавочку, Илья листал ленту тик тока, иногда отправляя смешные видосы друзьям. Рядом, на его плече, устроился Денис, который вместе с ним смотрел его рекомендации. Какой раз он убеждался, что Илье без разницы что репостить: от милых видосов, которые тут же отправлялись Дену, хоть он и сидел рядом; до тупости, по типу Литвина, ИИшных приколов и тридцать пять одинаковых картинок с надписью «пенопласт». И сука, он серьезно смотрел каждую картинку до последней, зная, что они одинаковые все, и в конце ничего не отличится.        — Сука, где Вова? — знатно заебавшись от этих конченых видео, вспыхивает Коломиец, — я больше никогда не буду ждать его.        Без лишних слов, Коряков выходит из любимого приложения, немного потупив, находит чат с Вовой.        mazellovvv, 15:01       Ну где ты бля       eboboshkin, 15:03       Щаща, бегу уже       Я у этого англичанина был, сор       — Ага, ебать! — Илья вскрикивает, разводя руками, — Его друзья тут ждут, а он с пидорасами какими-то там тусует. Не, ну ты прикинь?       Денис лишь посмеялся с этого, бросая взгляд в сторону входа в лесопарк, через который обычно все ходили в школу. Вова все таки решил появится там, и заметив, что он находился в поле зрения друзей, ускорил шаг. Белокурый, передернувшись от холода, встал с лавочки.        — Не, ты правда ахуел, — Илья встает с вслед за парнем, наигранно зло смотря на Вову, — тоесть; новый, молоденький, красивый учитель, дороже друзей? Даа… Позор, Вовка, позор.       — Чё, я к нему подошел чтоб сказать, что я еблан и его предмет никогда не сдам, — нахмурил брови Семенюк, не понимая, к чему вообще этот подкол.       Хотя, если так подумать, Губанов и вправду красивый: стройный, высокий, взгляд у него строгий, выраженные скулы. Все это безумно круто звучит. Именно то, что нужно каждой второй девчонке. И не только девочке, возможно. Стоп, почему вообще Вова решил это именно сейчас порассуждать? Да и впринципе, о таком думать неуместно, как об учителе в их школе. Мысли эти он быстро разгоняет, погружаясь в рассказ Ильи о том, как они с Денисом бегали от завуча, потому что та застукала их, прогуливающих урок, да еще и чуть ли не целующихся. Тогда им было по настоящему страшновато, все таки, за вот таких парочек обычно голову с плеч рубят.        Дойдя с Вовой до его подъезда, попрощавшись, парни разошлись. Денис как обычно после школы пошел к своему парню, потому что дома все равно делать нехуй, а так хоть вместе время проведут. Чего так не хватает целый день, на уроках ведь не получится лишний раз в губы чмокнуться. Приходится только любоваться друг другом, дожидаясь большой перемены и конца учебного дня. А вот дома уже можно делать все, что душе угодно. Там никто не помешает, никто не осудит. Только они вдвоем, закрытые шторы, тусклый розовый свет и музыка на колонке.        Дома родителей как и ожидалось, не было. Обычно либо мать приходила слишком рано, либо слишком поздно, но уже с отцом. Сегодня, видимо, второе. Ну это и к лучшему, можно не закрываться в комнате, чтоб наконец побыть вдвоем.       Илья скидывает с себя куртку, оставляя лежать ее на краю кровати в своей комнате. Туда же летит и куртка Коломийца. В эту же секунду, рядом с курткой падает уже сам Коломиец. Рядом усаживается темноволосый, что облизываясь смотрит на обветренные губы младшего.        — Ты вообще что-ли гигиеничкой не пользуешься? —Денис лишь отрицательно крутит головой в ответ, — Во придурок.       Коряков укладывает свои руки на плечах парня, целуя сначала в щеку, а когда почувствовал на талии холодные ладони, переключился на обкусанные губы. Мажет по ним языком, проникая внутрь рта. Руки Дениса сминают футболку, пытаясь придвинуться ближе. Его толкают на спину, насаживаясь сверху. Но когда Илья от пухлых губ отстраняется, ведя поцелуями к шее, его тут же отталкивают. Они остаются в той же позе, пытаясь отдышаться, неуверенно смотрят друг другу в глаза.        –Извини, я забыл, – старший с ноткой грусти вспоминает о договоре, слезая с кровати, – Пять минут.        –Долбаеб, – потирая глаза, усмехнулся Денис, смотря выбегающему из комнаты в ванную.       Сколько раз младший прерывал такие моменты? Да не сосчитаешь. Все ссытся чего-то, хотя до одури хочется его всего, но сдерживается. А вот Илья никак не может привыкнуть, все время попадаясь в одну и ту же ловушку.       Каждый раз заканчивали так, а потом еще следующий день думать о том, что находясь дома у него, буквально за стеной на тебя дрочит твой парень, которого ты сам и завел. Легче уже наконец-то передернуть на брудершафт и обоим остаться довольными, чем придерживаясь какой-то хуйни и все время останавливаться. Ну, так думал только Илья, для него это нормально и ничего такого нету. Все таки, год с половиной в отношениях. Но, даже через не хочу, личные границы и комфорт важнее всяких желаний, которые вполне возможно перетерпеть.        Денис укрывается пледом, крутя в руках виноградный вейп Ильи. Тот наконец-то вернулся, сразу же падая рядом на кровать, поудобнее укладываясь на плече парня, обхватывая поперек тело, наконец окончательно расслабляясь. Белобрысый любуется этой черной макушкой, через пару минут слыша тихое сопение в его плечо. Настолько присутствие старшего успокаивало, что он и сам не заметил, как следом за ним захрапел.