Искры среди пепла

Воздух в Хогвартсе в день третьего испытания был густым и звенящим, как натянутая струна. Предыдущие дни, наполненные работой с Фредом и Джорджем над их «Арсеналом», создавали иллюзию контроля, но сейчас эта иллюзия таяла, уступая место всепоглощающему беспокойству. Весь замок замер в ожидании, а сердце Касси сжималось в ледяном комке. Она сидела на трибуне, втиснутая между рыжими боками Фреда и Джорджа. Рон сидел бледный, не отрывая взгляда от лабиринта. Гермиона сжимала в руках платок так, что её костяшки побелели. — Ничего, с ним его патронус и упрямство размером с Хогсмид, — пробормотал Фред, но в его голосе не было привычной бравады. Когда прозвучал стартовый рог, время замедлилось. Каждый шорох из лабиринта заставлял толпу вздрагивать. Фред бессознательно сжал руку Касси. В этот момент её отвлек тихий голос. —Блэк. Пэнси Паркинсон стояла позади, её лицо было невозмутимым, но в глазах читалась тревога. —Мой отец получил письмо от Люциуса Малфоя, — прошептала она. — Они вербуют. Им нужны заложники. Твоя кровь делает тебя идеальной мишенью. Скажи своему отцу не совать нос в дела Министерства. Иначе твоим новым друзьям не поздоровится. Не дождавшись ответа, Пэнси растворилась в толпе. Лёд пробежал по спине Касси. — Что она сказала? — тут же спросил Фред. —Позже, — прошептала Блэк и ее взгляд вновь метнулся к лабиринту. Ипозже случилось немыслимое. Гарри вывалился из лабиринта, держа в одной руке Кубок, а в другой — Седрика Диггори. Трибуны взорвались ликующим рёвом, который тут же сменился оглушительной тишиной. Седрик лежал неподвижно, его глаза были пусты. Он был мёртв. — Нет, — прошептал Рон, его лицо стало серым. Гермиона вскрикнула.Фред и Джордж застыли в шоке. Амос Диггори с криком бросился к сыну. Касси не могла оторвать глаз от Гарри. От его пустого, потрясённого взгляда. В этом взгляде было знание чего-то страшнее смерти.

***

В гриффиндорской башне царила гробовая тишина. Никто не мог говорить. Касси молча подошла к камину и бросила в него щепотку порошка. В зелёном пламени возникло усталое лицо Сириуса. —Касси! Что случилось? Я чувствую... Гарри? — Гарри жив, — тихо ответила она. — Но Седрик Диггори мёртв. Его убили. Лицо Сириуса исказилось от боли. —Волан-де-Морт, — прошептал он. — Он вернулся. Гарри видел его, да? — Да, — выдохнула Касси. Её голос дрогнул. — Сириус... Дамблдор воссоздаёт Орден? Он вздохнул тяжело. —Да. И он будет собираться в нашем особняке. Словно удар в живот. Её дом. Её убежище. —Что? — вырвалось у неё. — Какого чёрта! Это наш дом! — Я знаю, детка. Но это самый защищённый дом в Британии. Это моя обязанность — перед Джеймсом, Лили... перед всеми нами. — А обязанность передо мной? — прошептала она, чувствуя, как предательство сжимает горло. — Ты даже не спросил! — Кассиопея, люди гибнут! — его голос стал жёстким. — Седрик мёртв, Волан-де-Морт вернулся! Нам нужен штаб! Это больше не просто дом! — Понятно, — холодно сказала она. — Тогда надеюсь, новые жильцы оценят портреты моей бабушки. Она разорвала связь. Пламя стало алым. Она сидела на полу, раздавленная. Седрик мёртв. Волан-де-Морт вернулся. И её дом больше не её. В этот момент дверь в гостиную распахнулась. Вошёл Гарри. Он был бледен как смерть, его руки дрожали. Гарри окинул её серьёзным взглядом. —То, что я скажу, не должно покинуть эти стены, — его голос был тихим, но каждое слово врезалось в память. — Волан-де-Морт вернулся. Он сам убил Седрика Диггори. И есть ещё одно... Аластор Грюм он не был там, за кого себя выдавал. Весь этот год это был Барти Крауч-младший, фанатичный последователь Тёмного Лорда. В комнате повисла гробовая тишина. Касси почувствовала, как у неё перехватило дыхание. Крауч-младший. Всё сходилось. Его одержимость. Его взгляд. Его «уроки». Это был он. Всё это время. — Как? — выдохнул кто-то. —Это долгая история, — сказал Поттер. — Но именно он поместил мое имя в Кубок Огня. Именно он вёл меня к этой цели. Гарри опустился в кресло у камина. Он выглядел разбитым. Касси подошла и присела на корточки перед ним. — Гарри, — тихо сказала она. — Это правда? Он кивнул, не глядя на неё. —Он... он всё время пытался помочь мне. Наедине. Говорил, что хочет, чтобы я выиграл. — Гарри сглотнул. — А на самом деле... он вёл меня к Нему. Чтобы убить. Седрик просто... оказался на пути. Касси закрыла глаза. Её паранойя, её страхи... они были не просто страхами. Они были инстинктом, который пытался защитить её от реальной, воплощённой угрозы, которая смотрела на неё все эти месяцы с учительского места. Она снова представила себе «Грюма» — его безумный глаз, его ядовитые намёки. Барти Крауч-младший. Фанатик, который год прожил среди них, притворяясь мракоборцем. Он был лишь оружием. Настоящий враг теперь был на свободе. И он только что начал свою войну.

***

Оставшиеся дни прошли в оцепенении. Смерть Седрика и шокирующая правда о «Грюме» нависли над школой двойным саваном. Поезд «Хогвартс-экспресс» шёл на юг под аккомпанемент стука колёс, звучавшего как похоронный марш. В их купе царила гробовая тишина. Никто не шутил. Не спорил. Гермиона смотрела в окно, по её щеке иногда скатывались слезы. Рон мрачно уставился в пол. Гарри выглядел так, будто нёс на плечах тяжесть всего мира. Фред сидел рядом с Касси, держа её руку. Но теперь их объединяло не только взаимопонимание, но и общее горе, общая потеря того иллюзорного безопасного мира, в котором они жили. Он не шутил и не спорил с Джорджем как обычно, ведь тот сидел и подняв голову смотрел в потолок, явно переваривая все произошедшее. Поезд начал замедлять ход, приближаясь к Лондону. Сумерки сгущались. Они подъезжали к Кингс-Кросс. И тут Касси увидела его. На почти пустой платформе, в стороне от толпы, стояла высокая фигура в чёрном плаще. Кто-то из Министерства. Его поза была напряжённой, а взгляд был пристально устремлён на их поезд. На их купе. На Гарри? На неё? Она не могла понять. Но выражение его лица не сулило ничего хорошего. Это был не взгляд встречающего. Это был взгляд охранника, готового конвоировать добычу. Касси почувствовала, как кровь стынет в жилах. Она инстинктивно вжалась в сиденье. — Фред, — тихо прошептала она. — Смотри... Фред последовал за её взглядом. Его лицо вытянулось. —Кто это? Поезд с грохотом остановился. Фигура не двигалась, словно ожидая их. Она стояла как страж на пороге нового, страшного мира. И её взгляд говорил яснее любых слов: ваше испытание только начинается. И мы будем за вами наблюдать.