Спасибо, Доктор

Прозвучали вроде бы стандартные слова, но ко мне вернулся страх. «Граждане, приготовьте документы для пограничного контроля. Соблюдайте спокойствие и выполняйте распоряжения сотрудников Порядка» Я переглянулся с бабушкой. Она будто бы заразила меня своим спокойствием через мягкую улыбку. Я решил попробовать разбудить соседа по купе с верхней полки. Я привстал и толкнул полку. — Гражданин, проснитесь. Проверка. Он недовольно вздохнул и вылез из-под одеяла. Когда он спустился, моему удивлению не было предела. Это был тот мужчина с гипсом на руке... Тот, кто дал мне шанс узнать шокирующую правду. Одет он был в форму цвета хаки. Он сел рядом со мной. В его глазах проскользнуло узнавание. Кажется, мы друг друга поняли без слов. Поезд полностью остановился. Протяжный скрип порезал слух. Вошли проверяющие. Они просили показать паспорт и билет. Я уже приготовил их. Подозрительно просто мне поверили. Проверяющий даже не стал дотошно просматривать мои документы. Он бросил быстрый взгляд на них, на меня и кивнул. Также и с моими соседями по купе. Выходя, он зевнул. Видимо, этому вообще нет дела до работы. Мне это на руку. Я решил попробовать поговорить с мужчиной. — Что же вас ведёт в Антею? Он посмотрел на меня с таким пониманием, которое я только что почувствовал кожей. — Я на заработки еду. Всё-таки врачей там больше ценят. — Извините за такой вопрос... Но что у вас с рукой? — Я не мог не спросить этого. — Я был на митинге, и надзиратели меня подстрелили. — Он провёл здоровой рукой по гипсу, поглаживая нарисованное розовым фломастером сердечко. — Я боялся даже не за себя, а за сестру. Когда я почувствовал боль, увидел, как её из толпы вытащил паренёк и побежал вместе с остальными. — Я уже знал, кто это. Но притворялся дальше Либрой, чтобы старуха не могла узнать что-то лишнее. — Я решил, что тоже помогу тому парню. После работы я решил заскочить в музыкальный магазин пополнить коллекцию новинками. Именно там я его увидел. — У меня руки дрогнули от слов мужчины. — Искал парень кое-какую кассету. Очень редкую. А я как раз в тот день переписал материал с работы. И это было именно то, что искал парень. Я просто сунул ему кассету в карман и ушёл. — Он вам однозначно будет благодарен до конца жизни. — Я смотрел в глаза ему. Так мы несколько минут сидели молча. Тишину нарушила старуха. — Ну же, внученька, поцелуй господина. Вот твоя любовь! Ты видишь, как он смотрит на тебя? Я не знал, как реагировать на это. В моих глазах ценность старухи моментально упала. Напрасно я думал, что она нормальная. Её слова прозвучали как выстрел в тихом купе. Воздух вытянуло мгновенно. Я почувствовал, как всё внутри меня обрывается и каменеет. Она сумасшедшая. Совершенно сумасшедшая. Я застыл, чувствуя, как кровь отливает от лица. Господи, она сейчас всё разрушит своим бредом. Её «внученька» вот-вот окажется парнем в платье, а её «любовь» — подстреленным диссидентом.Тишина после её слов стала громкой. Даже мальчик оторвался от окна и уставился на нас. Я уставился на мужчину, в глазах у меня читался животный страх. Он сейчас отшатнется. Он поймет, что что-то не так, испугается этого бреда и выдаст меня. Но мужчина в хаки отреагировал быстрее меня. Он обернулся к старухе, и на его лице расплылась наигранная, немного усталая улыбка. — Бабушка, вы нас смущаете. — Сказал он голосом, в котором внезапно появились теплые, бархатные нотки. Он положил свою здоровую руку поверх моей ледяной. — Мы ведь только познакомились. Дайте нам время разобраться в своих чувствах. Его пальцы сжали мои, коротко и сильно, передавая сразу два сообщения: «Молчи» и «Доверься». Я почувствовал, как жар ударил мне в щеки — на этот раз совершенно неподдельный. Я опустил глаза, сделав вид, что мне и правда неловко. Внутри всё кричало от ужаса и нелепости происходящего. — Ах, молодость! — вздохнула старуха, кажется, вполне удовлетворенная своей ролью свахи. — Любовь нечаянно нагрянет, когда её совсем не ждёшь. Я в своё время... Но её воспоминания о собственной молодости потонули в новом скрипе тормозов. Поезд снова трогался. Первый КПП был позади. Я не выдержал и выдернул руку, делая вид, что поправляю платок. Мои пальцы дрожали. Мужчина поймал мой взгляд. В его глазах уже не было ни улыбки, ни наигранности. Только суровая решимость. Мы оба понимали: эта сумасшедшая старуха могла стать нашей погибелью на следующем посту, где бдительность проверяющих будет в десятки раз выше. — И всё же... Вы так хорошо смотритесь вместе! Она обратилась ко мне, и мне захотелось провалиться сквозь пол. Её громкий, пронзительный голос был словно сирена, привлекающая внимание всего вагона. Каждое её слово било по моей легенде, раскалывая её, как стекло. Я покачал головой, не в силах вымолвить ни слова. Я видел, как взгляд мужчины стал тяжёлым. Он понимал то же, что и я: эта женщина — бомба замедленного действия. Её невинный бред мог в любой момент обернуться подозрениями в глазах того, кто её услышит. Поезд набирал ход, увозя нас от первого рубежа, но внутри купе повисла новая, ещё более странная и неуправляемая угроза. Я сжался в комок, пытаясь стать незаметным, в то время как старуха увлеченно строила нам воздушные замки из нашего «счастливого будущего». — Прекратите нести чушь. Его тон не оставлял пространства для возражений. В нём звучала та самая властность, которую не ожидаешь услышать от простого врача, едущего на заработки. Старуха на секунду опешила, её губы сложились в обиженную бантик. — Я же вижу... — начала она было, но он её перебил. — Вы ничего не видите. Успокойтесь. Он больше не смотрел на неё, а уставился в окно, демонстративно прекратив разговор. Натянутое молчание повисло в купе. Моя благодарность к нему смешалась со страхом. Он только что своей резкостью мог привлечь ещё больше внимания. Но с другой стороны — он остановил её. Я отвернулся, делая вид, что разглядываю что-то в темноте за окном, пытаясь совладать с бешеным стуком сердца. Эта поездка превращалась в американские горки, где за минутным облегчением следовал новый, ещё более изощрённый виток страха. И теперь он исходил от безобидной, на первый взгляд, старухи.