Испытание тишиной

Ночью я просыпаюсь от крика. Сначала думаю, что это я. Но в комнате тихо, только равномерное дыхание других новобранцев. Сердце колотится так, будто пытается вырваться наружу. Сны. Опять они. Я вижу лица семьи, растворяющиеся в огне. Лица отца, Трис, Тоби. И Питера — его взгляд, прожигающий насквозь. В каждом сне я бегу, но ноги вязнут, будто в смоле. Я не знаю, что страшнее — потерять их или то, что я чувствую слишком много. На следующий день нас ведут в комнату симуляций. Тёмное помещение, кресла, иглы, металлический блеск приборов. — Сегодня вы столкнётесь со своими страхами, — говорит Фор. Его голос спокоен, но взгляд — жёсткий. — Помните: симуляция не убьёт вас. Только вы сами можете позволить себе проиграть. Меня усаживают в кресло. Металл холодный, кожа липнет от пота. Игла в шею — и мир рушится. Я стою посреди поля. Туман. Вдали — стая ворон. Их крики режут слух. Они поднимаются в воздух и устремляются ко мне. Сотни крыльев, клювов, когтей. Я знаю: если поддамся панике — они разорвут меня. В голове чужой голос: «Это всего лишь симуляция». Я концентрируюсь. Делаю шаг навстречу. И вдруг вороны исчезают, будто их и не было. Тишина. Это неправильно. Я сделала то, чего не должна была. Я управляла симуляцией. Когда я открываю глаза, Фор смотрит на меня слишком внимательно. — Быстро справилась, — произносит он. — Очень быстро. Я опускаю взгляд. — Просто повезло. Но я вижу, как с другого конца зала за мной наблюдает Питер. Руки скрещены на груди, губы растянуты в лёгкой ухмылке. Но глаза… слишком пристальные. Вечером он находит меня у столовой. — Знаешь, что странно? — произносит он почти лениво. — Большинство визжат в симуляции, как свиньи. Кричат, плачут. А ты… нет. — Просто выдержка, — отвечаю холодно. — Нет, — он делает шаг ближе. Его голос низкий, опасный. — Это не только выдержка. С тобой что-то не так, Кейт. Я ощущаю его дыхание у самого уха. В груди всё сжимается. Он улыбается — так, будто знает больше, чем говорит. Ночью я снова не могу заснуть. Я думаю о том, что если он продолжит наблюдать, он догадается. О том, что быть Дивергентом — смертельно опасно. И о том, что в его словах звучало не только подозрение. Там была… любопытная нотка. Почти восхищение. И это страшит больше ворон.