Ингредиенты несовместимости

      — Это вовсе не цирк, — пробубнила Алеста, но глаз поднять не осмелилась. — Просто небольшой спектакль для двух рыжих изобретателей.              Снейп молчал, и девушка наконец-то подняла голову, не понимая, в чём дело. Мужчина пристально смотрел на неё, но, кажется, и не думал что-либо говорить.              — Знаете, это очень напрягает, — протянула она, и Снейп изогнул бровь.              — Что именно? — бросил он.              — Ваше молчание. Уж лучше бы вы кричали, — сказала Алеста. Профессор протяжно выдохнул, проходя к своему столу.              — Вы выпили зелье близнецов? — вдруг спросил он.              — Да.              — Но оно не сработало?              — Как видите, нет.              — Почему?              — А мне откуда знать? — усмехнулась Алеста. — Я его не готовила. Я даже состав не знаю.              — Не знаете из чего, но так отважно выпили его? А если бы оно вызвало отравление или что-нибудь ещё хуже?              — Значит, такова судьба, — пожала плечами девушка.              — Потрясающе! — едко бросил Снейп, окинув её взглядом. — Может быть, и мои зелья протестируете? Вот, например: зелье «Вечный покой». Что скажете?              — Скажу, что название не вызывает доверия, — нервно усмехнулась она. Впрочем, если у вас есть зелья по типу: «Смех солнца» или «Звезда удачи», или, может быть, «Сияние мечты»… то я готова их протестировать.              — «Безмятежная статика»? — предложил Северус.              — Уже неплохо, — улыбнулась Алеста. — Звучит… как что-то спокойное.              — Вызывает паралич, медленное растворение мышц внутри тела и в конечном итоге смерть, — с торжествующей усмешкой сказал Снейп, и Алеста поджала губы.              — Даже боюсь представить, куда данное зелье может использоваться.              — Для казней. Старый метод долгой мучительной казни. Сейчас это, конечно, запрещено, — пояснил Снейп.              — А вы знаете все зелья, профессор? — поинтересовалась она, подходя ближе и вставая напротив стола.              — Невозможно знать всё, мисс Спаркл, — равнодушно сказал он.              — Это понятно, но зелья современности, вероятно, знаете?              — Процентов девяносто.              — И всё равно умудряетесь придумывать что-то своё? — В её лице читался живой интерес к данной теме, и Снейп внимательно смерил её взглядом.              — Да, мисс Спаркл.              — Но как?              — Смотрю на ингредиенты, анализирую, вывожу формулы и пробую.              — И как давно вы этим занимаетесь? Со школы?              — Да.              — Но вам нравится и ЗОТИ, верно?              — Верно, — Снейп выглядел уставшим и часто хмурился от бесконечных вопросов студентки, желая лишь тишины и покоя.              — А что нравится больше? Вероятно, Зелья, да? Вы же посвятили этому жизнь! Или всё-таки ЗОТИ? Как что-то недосягаемое и желанное? Или, может быть, вы не можете выбирать между этими направлениями, потому что они очень разные? Или…              — Мисс Спаркл, — резко оборвал Снейп и устало потёр переносицу. — На выход!              — Но вы не ответили! — запротестовала она.              — И не отвечу. На выход! Иначе завтра я испорчу вам вечер отработкой у мистера Филча!              — Звучит… убедительно, — усмехнулась Алеста, направляясь к двери. — Хорошо вам провести остаток дня, профессор Снейп. Надеюсь, что больше сегодня ничего не случится. По крайней мере, ничего, где могла бы понадобиться ваша помощь.              Девушка вышла, оставив Снейпа одного. В комнате тут же стало непривычно тихо.              — Всё в порядке? — обеспокоенно спросил Джордж, как только Алеста закрыла дверь. — Ты больше не хочешь сходить со мной на свидание или типо того?              — Милый Джорджи… конечно, хочу, — снова, выдавив детский голос, протянула Алеста. — Но только после того, как ты сделаешь за меня Трансфигурацию.              — Ты нам соврала?! — воскликнул Фред, начиная понимать происходящее. — Зелье не подействовало. Ведь так?              — Точно, Фредди, — усмехнулась Алеста и двинулась по коридору.              — Но какой смысл лгать? — не понял Джордж.              — Посмотреть на ваши испуганные рожи! — крикнула она, прибавив шаг. Фред и Джордж с усмешкой переглянулись и, поняв друг друга без слов, быстро догнали девушку.              Фред ловко подхватил её за бёдра и перекинул на плечо, словно мешок. А Джордж зажёг яркий огонёк на конце палочки и поднёс близко к лицу девушки, отчего та зажмурилась.              — Фред, поставь меня на землю! — запротестовала она и начала дёргать руками и ногами, желая выбраться из плена. — А ты, Джордж, перестань светить мне в лицо, так, будто я на допросе!              — Ты решила над нами подшутить. — таинственно тихо протянул Джордж, не опуская палочку. — И посягнула на святое!              — Вот именно! На наши изобретения, — поддержал Фред. — Как мы можем выпускать их в продажу, если ты врёшь об их качестве? Хочешь нас опозорить.              — Не хочу! — засмеялась Алеста и пнула Фреда ногой в бок так, что тот пошатнулся и всё-таки ослабил хватку. Девушка ловко спрыгнула на пол, делая шаг назад. В глазах от яркого света плясали зайчики, из-за чего Фред и Джордж сейчас были похожи на два больших жёлтых пятна. — Вы всё равно должны сделать за меня Трансфигурацию!              — С какой стати? — усмехнулся Фред.              — Забыл условие? — протянула Алеста. — Вы делаете за меня Трансфигурацию, если…              — … если зелье сработает неправильно, — закончил Джордж. — Но оно вообще не сработало.              — А вот и нет, дорогой, — хитро улыбнулась Алеста. — Условие было другим: вы делаете за меня Трансфигурацию, если что-то пойдёт не так. Зелье не сработало, хотя должно было. Значит, что-то пошло не так. Верно?              Парни задумчиво нахмурились и нехотя кивнули.              — Пожалуй, — досадно сказал Фред.              — Отлично! Тогда полный вперёд в гостиную! Нечего время терять! — радостно воскликнула Алеста и направилась по коридору. Близнецы недовольно, но, признав правоту девушки, двинулись за ней.

ஜ • ❈ • ஜ

      В понедельник занятия проходили непривычно, «правильно». Каждый преподаватель требовал от студентов домашнее задание, спрашивал с особой тщательностью на занятии, снимал баллы за опоздания и несоблюдение норм внешнего вида. Для многих учителей такое поведение было странным. А всему виной была Рита Скитер, которая как гром среди ясного неба нагрянула в школу, чтобы написать правдивую статью о Хогвартсе по указу Министерства.              Она посещала различные занятия, разговаривала со студентами и профессорами, наблюдала за тренировками по квиддичу и просто ходила по школе. Её прытко пишущее перо быстро что-то записывало в блокноте, заполняя страницу за страницей. И, на удивление, писало оно даже больше, чем сама журналистка успевала произнести.              Рита Скитер была известна скандальными статьями в «Ежедневном пророке»*, и многие писали на неё жалобы в Министерство Магии. Эта дамочка частенько приносила дурную славу тем, кто этого совсем не желал. (А надо сказать, мало кто желает такой славы).              После обеда Алеста с близнецами и Ли направлялись в гостиную Гриффиндора, но на первом этаже увидели Риту Скитер со своим блокнотом, который парил в воздухе. Она разговаривала с профессором Люпином, и тот выглядел крайне недовольно. В отдалении у стены стояла Нимфадора. Заметив пристальный взгляд Алесты, она улыбнулась и помахала.              Алеста кивнула близнецам и Ли, прося идти за ней, и все четверо двинулись по коридору.              — Привет, Дора, — улыбнулась Алеста, и парни удивлённо на неё посмотрели. — Это Фред, Джордж и Ли. Единственные дорогие мне люди. Моя семья, так сказать…              — Очень приятно, — улыбнулась та. — А я Дора, как вы поняли.              — Вы жена профессора Люпина? — спросил Ли, и девушка усмехнулась.              — Пока ещё нет, — сказала она. — Кажется, я знаю вашего отца.-Она посмотрела на близнецов. — Он ведь работает в отделе по борьбе с незаконным использованием изобретений маглов? Артур Уизли. Верно? Я ведь не ошиблась?              — Не ошиблись, — улыбнулся Фред. — А вы тоже работаете в Министерстве?              — Я мракоборец*, — сказала она. Близнецы восхищённо воззрились на неё.              — Круто! — протянули они в один голос.              — Не круче, чем ваши изобретения. Римус рассказывал мне о некоторых. У вас большое будущее, парни.              Фред и Джордж гордо переглянулись. По их лицам Алеста могла со стопроцентной уверенностью сказать, что Нимфадора им нравится.              — А что там происходит? — перейдя на шёпот, спросил Ли и кивнул в сторону профессора Люпина.              — Не знаю, но Скитер никогда не пишет чего-то хорошего, — сказала Тонкс. — Остаётся лишь надеяться, что её статья не будет совсем уж ужасной.              — Так, так, так! — раздался пронзительный голос женщины, и она подошла к ним. Профессор Люпин выглядел озадаченным и серьёзным. — Юная девушка в окружении трёх парней. Кто из них твой молодой человек?              — Никто, — сказала Алеста и нахмурилась. Эта дамочка уже ей не нравилась.              — Как же, как же, — усмехнулась она. — Я вас уже сегодня видела. Вы всё время вместе.              — И что с того? — пожала плечами Алеста. — Мы друзья. И учимся на одном курсе.              — Отстань от них, Скитер! Тебе хватит материала для статьи, — грубо сказал Люпин, и женщина, смерив его смеющимся взглядом, удалилась по коридору.              — Всё в порядке, дорогой? — спросила Дора, подходя к мужчине и ласково кладя руку ему на плечо.              Профессор покачал головой из стороны в сторону.              — Она знает, — тихо сказал он, и Алеста нахмурилась. В этой фразе не было конкретики, но Нимфадора тут же изменилась в лице, будто бы поняла, о чём говорит профессор.              — Знает что? — не выдержав таинственности, спросила Алеста.              — Мисс Спаркл… — начал было профессор Люпин, но Тонкс мягко сжала его руку и посмотрела на Алесту.              — Ничего, милая, — сказала она, улыбаясь, но улыбка эта выглядела нервной и напряжённой. — Всё в порядке. Не переживай. Идите лучше на занятия.              Дора развернула мужчину в другую сторону, и они неспешно двинулись по коридору.              Алеста задумчиво свела брови. Было слишком много странностей за последнее время, связанных с профессором Люпином. И если Скитер знает причину этих странностей, то ждать осталось недолго. Вероятно, к завтрашнему утру правда будет раскрыта. Вот только так ли это надо, если репутация профессора Люпина пострадает?

ஜ • ❈ • ஜ

      Утром следующего дня совы с пронзительным криком влетели в большой зал Хогвартса, чтобы раздать почту. Каждый студент так или иначе что-то получил. У кого-то это было письмо из дома, у кого-то — небольшие подарки или сладости от родителей, братьев и сестёр. И практически у всех — газета «Ежедневный пророк», скрученная в трубу и перевязанная бечёвкой.              Алеста взяла газету, которая упала ей на колени, и, развязав небольшой бантик, поспешно раскрыла её.              — Читай вслух, — попросил Фред, и все рядом сидящие студенты с интересом уставились на неё.              Алеста кивнула и прочла название статьи:              — «Любовные страсти, жестокие методы преподавания и зловещие тайны Хогвартса. Что скрывает этот таинственный замок?»              Ниже шла длинная статья на несколько страниц. Алеста собралась с духом и принялась громко и чётко читать, чтобы окружавшие её студенты ничего не упустили:              — «Вы когда-нибудь задумывались, что хранит в себе старый и загадочный замок Хогвартс, который столетиями готовил юных волшебников ко взрослой жизни? Что происходит за его стенами? Какие секреты прячут преподаватели и как живётся студентам?              Я, Рита Скитер, лучший журналист во всей Великобритании (или, вероятно, в мире), побывала в замке, чтобы ответить на эти вопросы и могу дать гарантию на то, что вся приведённая ниже информация является самой достоверной…»              — Ага… Как же, — небрежно бросил Симус. — Помню, когда я только пришёл в школу, она написала, что Дамблдор подаёт в отставку. Я уже на пятом курсе, а он всё ещё директор.              Алеста улыбнулась, посмотрев на стол преподавателей. Профессор Дамблдор был уже очень старым волшебником, но, тем не менее, выглядел бодро и даже величественно. Казалось, что лишь ему одному в зале были не интересны сенсации Скитер. Директор пил чай, и очень шустро поглощал одну лимонную дольку за другой.              — Давай дальше, — попросила Алисия, и Алеста без лишних слов снова уткнулась в газету.              — «…Утро в школе для меня началось с необычайно жестоких методов преподавания. Профессор по «Травологии» Помона Стебль испытывала на студентах опасное растение. Мальчик двенадцати лет, Невилл Долгопупс, сильно пострадал, и его пришлось доставить в больничное крыло. Не знаю, как у них принято, но я считаю такое недопустимым. (И думаю, многие со мной согласятся)…»              — Не было такого, — удивлённо сказал Невилл, подходя ближе к столу. — Глупость какая-то! Растение было безобидным. Я просто уронил горшок. Он раскололся, и я порезался. Ничего больше. Мадам Стебль, наоборот, пыталась мне помочь, но, поскольку было занятие, отправила меня в Больничное крыло. — Парень нахмурился и, немного подумав, добавил: — И мне не двенадцать, а пятнадцать вообще-то!              — Я думаю, ей всё равно на такие мелочи, Невилл, — усмехнулся Дин Томас и ободряюще похлопал друга по плечу. — И ты не выглядишь на двенадцать. Не переживай!              — Спасибо, Дин, — улыбнулся парень.              — «…Помимо Травологии, мне так же довелось побывать на «Трансфигурации». Профессор МакГонагалл, которая, как я выяснила, является ещё и заместителем директора, ведёт уроки в образе кошки. Дети с трудом понимают, что она хочет до них донести. (Не все студенты знают звериный язык. Сомневаюсь, что хоть кто-то его понимает)…»              — Она выглядит крайне недовольной, — тихо сказала Анджелина, смотря на декана. Женщина сверлила взглядом газету. Было заметно, как пальцы с силой сжали бумагу, а брови раздражённо нахмурились.              — «…Профессор Снейп, преподаватель по «Зельеварению», который к тому же является самым молодым зельеваром во всей Великобритании, крайне отвратителен в своём деле. Он не способен предотвратить ни один инцидент.              Я, решив его проверить, изменила ингредиенты одного из студентов. Зелье взорвалось. И всё, что сделал профессор, это назначил отработку и снял баллы с факультета. Кажется, его совершенно не волнуют жизнь и здоровье студентов…»              Теперь пришла очередь Алесты возмущаться. Каждое слово вбивалось в голову так, будто речь шла о ней: «Крайне отвратителен в своём деле», «Не способен предотвратить инцидент», «Изменила ингредиенты», «Не волнуют жизнь и здоровье студентов».              — Что она себе позволяет?! — бросила Алеста. — Только идиот скажет, что он отвратителен в своём деле!              — Так ведь она как раз умом и не блещет, — усмехнулся Фред. Он не любил профессора Снейпа, но тут просто не мог не согласиться с подругой.              — Про кого там ещё? — спросил Джордж, заглядывая в газету, и Алеста, не став медлить, продолжила:              — И вы только бы видели преподавателя по «Заклинаниям»! Этот профессор прославился высоким уровнем любви среди студентов. Многие отзываются о нём хорошо, однако находятся и те, кто уверяет, что он просто машет палочкой на занятиях.              История магии ещё никогда не была такой скучной. Где это видано, чтобы студентов обучал призрак? Не знаете? А в Хогвартсе это есть.              А что же насчёт студентов, спросите вы? Они живут в тесных, старых и пыльных комнатах, где едва ли можно уместиться двоим волшебникам. Но, тем не менее, многие студенты не упускают возможности наладить близкие связи друг с другом.              Например, некая девушка с Когтеврана, Аманда Розли, и парень с Пуффендуя, Джаспер Кроди, нашли уютное местечко в одном из кабинетов замка.              Сбоку была прикреплена колдография. Девушка сидела на коленях своего возлюбленного и закрывала лицо от камеры.              А у девушки из Гриффиндора, Алесты Спаркл, образовался целый любовный треугольник. Причём она не является одним из углов, а стоит в центре фигуры. Её окружают три очаровательных парня, которые без ума от юной красавицы. А она не может выбрать между ними и лишь морочит им головы, гуляя с одним, убегая к другому и перебегая к третьему…»              — Ну, хоть в чём-то Скитер права, — улыбнулся Фред. — Мы и правда очаровательные.              Толпа засмеялась.              — Ну да, — усмехнулась Алеста. — А я, выходит, красивая проститутка, что мечется между тремя парнями.              — Зато красивая, — заметил Ли, и Алеста ущипнула его за руку.              — Ты вообще-то тоже со мной роман крутишь, если не заметил, — сказала Алеста, ткнув пальцем в текст.              — Ну и ладно. Я уверен, что полшколы и без Скитер так думали, — махнул рукой Ли.              — Давай дальше, — сказал Гарри. — Мне нравится эта статья. Ни одного упоминания обо мне. А то всегда так или иначе проскакиваю.              Алеста закусила губу, чтобы не прыснуть от смеха. Потому что пока Гарри говорил, она уже прочитала следующие строчки.              — «…А какие же новости об избранном мальчике? На переменах частенько сидит один, потому что не имеет друзей. Ведь у него не было родственников, которые помогли бы ему социализироваться в обществе. Он закрыт в себе и проигрывает в учёбе многим студентам. В его глазах до сих пор читаются отголоски прошлого. Мальчика остаётся лишь пожалеть…»              — Да что ж такое-то! — воскликнул Гарри. — Как не статья — везде я! Даже когда вообще неуместно, всё равно не упустит шанса впихнуть что-нибудь про меня. Что это за отголоски прошлого?!              — Вот увидишь, Гарри, её последняя статья в этой жизни точно будет про тебя, — усмехнулся Рон.              — Заткнись, — бросил он, и Рон рассмеялся.              — «…А Дамблдору, кажется, давно уже пора на пенсию. Он слишком стар для директора Хогвартса и, вероятно, набирает в преподавательский состав кого ни попадя.              Вот, например, преподаватель по «Защите от Тёмных искусств» Римус Люпин. Молодой профессор, который так полюбился студентам, оказывается, самый настоящий монстр…» — тут Алеста нахмурилась и стала читать тише и вдумчивей. — «…Такую тварь вообще незаконно допускать к детям. Как Дамблдор не боится?              Ведь профессор Люпин не кто иной, как…»              Алеста запнулась и, перевернув газету, с хлопком положила её.              Ребята, окружавшие её, вздрогнули.              — Ты чего? — спросил Фред, и Алеста бросила взгляд на стол для преподавателей. Профессора Люпина не оказалось, хотя девушка точно помнила, что несколько минут назад он сидел там.              — Читай дальше, — потребовала Алисия. — Никто иной, как кто?              — Читайте сами, — равнодушно бросила она и, поспешно поднявшись, направилась к выходу из большого зала. Студенты, помедлив, проводили Алесту взглядом, а после Алисия резко схватила со стола газету.              — «…Профессор Люпин никто иной, как… — она тоже запнулась на мгновение, но потом, собравшись с духом, прочитала практически шёпотом: оборотень.»              Дальше никто читать не захотел. Стало уже абсолютно неинтересно, что там Скитер придумала ещё и кого оклеветала. Все думали лишь о том, правду ли журналистка написала про Люпина или это очередная глупая фантазия прытко пишущего пера.

ஜ • ❈ • ஜ

      Алеста влетела в кабинет «Защиты от Тёмных Искусств». Её не покидало плохое предчувствие.              Профессор Люпин, вооружившись волшебной палочкой, собирал вещи в большой чемодан. Лицо его было сосредоточенным. На столе преподавателя лежала та самая газета.              — Чем могу помочь, мисс Спаркл? — спросил он, но даже не взглянул на студентку.              — Это правда? — ответила вопросом на вопрос Алеста, уверенная, что профессор поймёт, о чём речь.              — Это правда ровно настолько, насколько вы в это верите, -неоднозначно бросил он.              — Профессор Снейп давал вам зелье со странным составом, и тогда я этого не поняла. Но сейчас могу точно вспомнить, что полнолуние было близко. В зелье входила кровь. Вероятна ваша кровь. Потом вы отсутствовали на занятии, и профессор Снейп подкинул мне идею наведаться к вам ночью. Я встретила Дору вместо вас, и она тоже говорила загадками. А вчера вы сказали, что Скитер всё знает, но не уточнили, что именно, а разозлились на такой простой вопрос. И ваш боггарт не ночь, как вы сказали, а луна! Полнолуние, если быть точной. Исходя из этого… Да, я верю, Скитер.              — Браво, мисс Спаркл, — иронично сказал он. — В кой-то веки у Скитер хоть что-то получилось… достоверным.              — Это не так! — воскликнула Алеста. — Она права лишь в вашей природе, но всё остальное. про то, что вы монстр и прочее. Это ложь! Вы потрясающий преподаватель, профессор Люпин.              — И я ему это говорю, — улыбнулась Дора, проходя в помещение и коротко целуя Римуса в губы. — Всё будет хорошо, дорогой. Мы справимся. Но всё же идти в преподаватели было опрометчиво. Дети всегда допытываются до правды, если им это интересно. Верно, Алеста?              — Думаю, малая часть, — сказала она. — Но, профессор, вы не можете вот так вот уйти.              — Почему же? Я уже это делаю.              — Вы просто трусите, — бросила девушка.              — Трушу?! — воскликнул он, и выглядел Люпин крайне раздражённым. — Мисс Спаркл, стоит только родителям студентов прочесть эту газету, и на меня тут же посыплется гора писем от них с жалобами и угрозами. К тому же теперь и сами студенты будут относиться ко мне… иначе.              — Вы не можете знать это наверняка, — настаивала она.              — Вообще-то могу! За свою жизнь я достаточно хорошо понял, как люди относятся к таким, как я.              — С презрением — послышался насмешливый голос, и профессор Снейп прошёл в кабинет. — А вы снова в самом центре событий, мисс Спаркл?              — Это ты виноват, что она всё знает! — воскликнула Дора, с отвращением смерив Снейпа взглядом. — И Скитер ведь тоже. Ты рассказал. Не так ли?              — Здравствуй, Нимфадора, — медленно произнёс он, и лицо девушки приобрело красный оттенок.              — Не называй меня Нимфадорой, — по слогам процедила она, но Снейп лишь усмехнулся, показывая, что слушать её не станет.              — Эмоции берут верх каждый раз, стоит мне заговорить с тобой. Даже мисс Спаркл контролирует себя лучше.              Не будь обстановка такой напряжённой, Алеста обязательно бы посчитала это за комплимент, но сейчас лишь переводила взгляд со Снейпа на Дору и обратно.              — Не тебе меня учить, Снейп, — бросила она, и Люпин мягко взял её за руку. Девушка тут же пришла в себя и заметно расслабилась.              — Зашёл посмеяться — спросил Люпин. — Что ж… теперь можешь. Твоя взяла.              — Хотел бы посмеяться, не готовил бы тебе зелья, — заметил Снейп, и в его словах была доля логики. — Как Скитер узнала об этом?              — Вот и ответь на свой вопрос. Ты ведь ей сказал, — уверенно бросил Римус.              — Зачем мне это?              — Как зачем? Ради должности, конечно.              — Мне, по-твоему, заняться больше нечем? — изогнув бровь, спросил мужчина.              — Видимо, нечем, — сказала Дора, но Снейп сделал вид, будто не замечает её.              — Тебя никто не выгонял, Люпин. Впрочем, ладно… Мне всё равно. Можешь винить меня. Тебе ведь не привыкать, — он махнул рукой. — Вот только если бы это был я, то придумал бы что-то поизощрённее.              Он вышел из кабинета. Алеста проводила его взглядом. Она была уверена, что Скитер узнала всё не от Снейпа. Но тогда от кого?              — Профессор Люпин, — спохватилась девушка. — Прошу вас, останьтесь! Вы нужны школе. Вы нужны… нам.              Она грустно опустила голову.              — По договору я проработаю в школе ещё две недели, но потом должен буду уйти, мисс Спаркл, — грустно улыбнувшись, сказал он. — Так будет правильно.              — Это несправедливо, — помотав головой, сказала Алеста. Она любила уроки ЗОТИ у профессора Люпина и обожала самого мужчину за его подход к детям. А теперь он увольняется. И всё из-за какой-то журналистки, которая любит портить всем репутацию. У нас в школе есть профессор Призрак и был даже профессор Кентавр. Почему не может быть оборотня?              — А вы в курсе, что профессор Флоренц, который являлся кентавром, ушёл, потому что его закидали письмами недовольные родители? Они считали, что тварь из Запретного леса не может учить студентов. Что будет, когда они узнают про мою природу?              — Это не совсем ваша природа. Оборотнями не рождаются. Верно?              — Верно, — согласился Люпин. — Но я такой уже много лет. И с этим уже ничего не сделаешь.              — Да, но… Я не думаю, что многие поверят в бредни Скитер. Все же знают, что её статьи — чушь. Чтиво на потеху, — сказала Алеста.              — Может, и так. Но если честно, я уже и сам хочу уйти, — сказал он. — Надо было сделать это летом. С каждым месяцем превращения даются мне всё тяжелее и забирают всё больше сил. Я устал.              — Если вы уйдёте из школы, ваши превращения никуда не денутся, — не поняла Алеста.              — Тем не менее ему станет гораздо легче, — поддержала Дора. -Дети очень выматывают. А ведь ещё и обязанности преподавателя: отчёты, доклады, уроки, домашние задания. И ведь не все студенты простые в общении. На это уходит много сил. Лучше будет, если он займётся чем-то вдали от людей.              — Чем? — спросила Алеста.              — Пока не знаю, — честно сказал Римус. — Но я обязательно что-нибудь придумаю. Не могу сидеть без дела.              — Это правда, — ласково улыбнулась Дора и посмотрела на возлюбленного. — Постоянно чем-то занят. Ни минутки на меня нет.              — Не прибедняйся. Ты тоже всё время занята, — усмехнулся он.              — Я ведь мракоборец. Скажут идти — я иду. Скажут бежать — бегу. Я как пёс на поводке. Полностью под подчинением Министерства.              — И тебе это нравится? — удивилась Алеста.              — А почему нет? Лишь бы платили. А быть мракоборцем — это то, чего я всегда хотела. Я просто закрываю глаза на то, что надо мной кто-то стоит и раздаёт команды.              — Так вы всё-таки уйдёте? — снова спросила Алеста, возвращаясь к главной теме.              — Через две недели. Но основную часть вещей, пожалуй, соберу уже сейчас, — сказал Римус.              — Мне будет вас не хватать, профессор, — искренне сказала она, и Римус улыбнулся.              — А я никогда не забуду такую яркую и умную студентку, как вы, мисс Спаркл.              Дора взяла со стола Римуса небольшой кусочек пергамента и написала на нём пером несколько строчек. Сложила его пополам и протянула Алесте.              — Пиши, если что, или заходи в гости, — сказала она. — Я… Мы! … мы будем тебе рады.              Алеста посмотрела на Римуса, и тот кивнул.              Девушка просияла, убирая пергамент с адресом в карман мантии.              — Спасибо, — сказала она. — Я тогда пойду. И я искренне надеюсь, что написанное Скитер не сильно отразится на вашей жизни, профессор Люпин, и вы сможете проработать оставшиеся две недели спокойно.              — Я тоже надеюсь, мисс Спаркл, — сказал он. — Хотя и про вас там много грязи. Не боитесь?              — Совсем нет, — уверенно сказала она. — Я всегда под защитой в лице двух рыжих парней и одного с дредами.              Мужчина усмехнулся и кивнул.              — И то верно, — сказал он, и Алеста вышла из кабинета.

ஜ • ❈ • ஜ

      Алеста решила вернуться в Большой зал и завершить свой завтрак. До начала занятий у неё ещё оставалось немного времени.              — Спаркл! А ты у нас экспериментатор? — окликнул её Кассиус в коридоре первого этажа. — Пробуешь всех, но не можешь определиться, кто лучше?              — А ты веришь бредням Скитер Вэйл? — усмехнулась Алеста, разворачиваясь к нему. Он подошёл ближе и смерил её надменным взглядом.              — А почему бы и нет? Сама сказала, что у тебя два парня. Только зачем умолчала, что их на самом деле не два, а три?              — Ну ты и идиот. Ты серьёзно мне тогда поверил? Они мои друзья!              — Как же! Ты теперь не отмоешься от этого позора! — процедил он со злобной усмешкой. — Решила посидеть на трёх членах сразу? Может, и мой опробуешь?              — Боюсь, что пробовать там нечего, — улыбнулась она и повернулась, чтобы уйти. Эта фраза, брошенная так бездумно, пошатнула эго парня, и он, с силой сжав её плечо, развернул к себе.              — Что ты сказала? Повтори! — Он раздражённо смотрел на Алесту и сверлил её взглядом.              — У тебя и со слухом проблема? Говорю: пробовать у тебя нечего, — теперь уже проверяя его на прочность, сказала Алеста, и Кассиус сжал кулаки.              Девушка усмехнулась, заметив движение за спиной парня, и, приблизившись к самому уху, прошептала:              — Не волнуйся. И на тебя найдётся кто-нибудь. Такой же маленький…              — Ну уж точно не такая же шлюха, как ты, Спаркл. Не удивлюсь, если тебя трахало полшколы. Интересно даже, как часто ты…              — Закрой свой грязный рот! — тихо сказал Фред, опустив тяжёлую руку на плечо парня, отчего тот вздрогнул.              — Оставляю его на вас, мальчики! — воскликнула Алеста. — Я есть хочу, а времени мало. Так что решите тут за меня. Люблю вас!              Алеста убежала по коридору, предварительно отправив Кассиусу издевательский воздушный поцелуй.              — Ну что? — вкрадчиво протянул Джордж. — Не повторишь для нас всё то, что ты говорил ей?              — Да пошли вы! — Он дёрнул плечом и, не обращая внимания на близнецов, двинулся по коридору. Из-за угла резко вышел Ли, и Кассиус с силой впечатался в него.              — Далеко собрался? — спросил Джордан.              — Куда уходишь? Мы для тебя шутка? — недовольно воскликнул Фред, подходя ближе.              Кассиус испуганно переводил взгляд с одного парня на второго, со второго на третьего. Отступать было некуда.              — Да перестаньте! Ну, сказал ей то, что думаю. И что с того? Да так полшколы думает!              — Так скажи нам, раз для тебя это так просто. Скажи, что ты о ней думаешь, — бросил Джордж. — Я ничего тебе не сделаю. Клянусь! Слово Уизли!              Парень снова смерил их опасливым взглядом, но, почувствовав прилив уверенности в себе, выпрямился, выпячивая грудь и поднимая подбородок.              — Шлюха она и…              Кем он считал Алесту ещё, ему не удалось договорить. Кулак Фреда практически впечатал его голову в стену. Послышался хруст, и из носа хлынула кровь.              — Я слово не давал, — пожал плечами Фред, посмотрев на брата, а затем, сжав шею Кассиуса с такой силой, что у него закружилась голова, тихо добавил: — Ещё хоть раз скажешь что-то подобное, и простым сломанным носом не отделаешься, Вэйл. При желании могу и до смерти забить. За Алесту, так точно!              — Легче, братец, — сказал Джордж, хватая Фреда за плечо и мягко отодвигая в сторону от Кассиуса, который скатился по стене на пол, зажимая нос рукавом мантии.              — Надеюсь, ты всё уяснил, — бросил Фред, злобно посмотрев на слизеринца. Трое парней двинулись по направлению к Большому залу, оставляя Кассиуса на полу в его собственной крови.       

ஜ • ❈ • ஜ

      Профессор Люпин, как Алеста выяснила проверенным путём, и правда отрабатывал, как и положено, две недели. Многие студенты теперь смотрели на него с презрением и даже опасением. Сам же мужчина старательно делал вид, будто ничего не происходит.              Поэтому на следующий день после обеда, когда у седьмого курса Гриффиндора стояло «ЗОТИ», он, как ни в чём не бывало, начал занятие, попросив всех встать в конце класса. Парты были смещены к стенам, поэтому пространства посередине было очень много.              — Вспомним тему «Патронус». Раньше мы проходили её лишь устно, поскольку заклинание крайне сложное, и я не могу дать гарантий, что у вас получится его создать. Но, тем не менее, попробовать стоит, — профессор прошёл в центр зала и окинул класс беглым взглядом. — Для того чтобы вызвать телесного патронуса, вам необходимо вспомнить самый счастливый момент вашей жизни и сказать заклинание: «Экспекто Патронум». Надеюсь, вы помните движение палочкой.              Алисия без слов повторила движение по памяти, и мужчина улыбнулся.              — Верно, мисс Спиннет.              Многие в классе посмотрели на неё, стараясь запомнить движение, поскольку сами ничего не помнили.              — Итак… — он вдруг внимательно посмотрел на Алесту, и девушка, всё поняв, шагнула вперёд.              — Значит… самое счастливое воспоминание? — повторила Алеста, и когда профессор Люпин кивнул, она закрыла глаза, вспоминая свою жизнь от и до.              В голову сразу же пришёл образ мамы: женщина с коричневыми волнистыми длинными волосами и такими же коричневыми глазами, одетая всегда во что-то простое и удобное. В мыслях Алеста вспоминала мамин большой и тёплый вязаный свитер и мягкие широкие штаны, которые спасали даже от сильного мороза. Её улыбка с ямочками на щеках развевала все печали, но…              — «Экспекто Патронум», — сказала Алеста, и из палочки вырвался оранжевый дым, который сделал небольшой круг и вернулся. — Кажется, не выходит, профессор Люпин, — досадно протянула она.              — О чём вы подумали?              — О маме. Я очень её люблю.              — Простите за бестактность, мисс Спаркл, но ваша мама ведь умерла?              — Да, сэр.              — По всей видимости, ваше воспоминание о маме нельзя назвать счастливым, — пояснил мужчина. — Вероятно, боль от потери мамы всё ещё с вами, и вы всё сводите к её смерти. Может быть, есть ещё что-нибудь?              Алеста поджала губы.              — Пожалуй, есть…              Она сделала глубокий вдох и вспомнила то, что всегда приносило ей огромное количество счастья. То, где она ощущала себя нужной и важной, то, где она могла чувствовать себя любимой.              В голове возникла «Нора» — дом, где уже много лет жила семья Уизли. Множество жутко тесных и маленьких комнатушек, много различного хлама, среди которого точно преобладают магловские вещички, потому что Артур Уизли тащит в дом всё, что считает интересным и необычным. (То есть буквально почти всё маггловское барахло).              Молли Уизли суетится перед ужином на кухне, откуда так приятно и маняще пахнет жареной курицей и печёной картошкой. Джинни пропадает в комнате с Гермионой, которая тоже является частой гостьей дома. Гарри летает на мётлах с Роном во дворе, но не высоко и только на отведённой территории, которую плотно прикрывают кроны деревьев. Перси, как обычно, на работе. Чарли и Билл тоже нечасто здесь появляются. Фред и Джордж изобретают что-то в комнате, вероятно, новую вещицу для своего магазинчика приколов.              Каждый чем-то занят, но стоит Молли крикнуть, что ужин готов, и вот уже все члены семьи и гости сидят за столом и, шумно переговариваясь, поглощают еду, не забывая похвалить кулинарные способности женщины.              И Алеста точно знает, что в этой компании для неё всегда найдётся лишний стул, а Молли готова даже выделить ей личную комнату, несмотря на стеснённые обстоятельства.              — «Экспекто Патронум», — сказала Алеста, и из палочки бойко и резво выскочила ярко-рыжая с красным оттенком на спине и хвосте лисица. За ней, точно пламя, тянулся огненно-рыжий луч света. Она сделала несколько прыжков вокруг Алесты, затем покрутила хвостом рядом с профессором и, словно кошка, потёрлась о ноги хозяйки. — Она чудесна, — восхищённо протянула девушка, опуская палочку. Патронус тут же исчез, и профессор Люпин улыбнулся.              — Отлично, мисс Спаркл! — воскликнул он. — Вы большая молодец. Кто следующий?