Там, где нет теней

— Ты уверен, что мы идём правильно? — следуя за пустынником, Кавех лениво потянулся и, прикрыв рот ладонью, зевнул.       Всю прошлую ночь архитектор не мог сомкнуть глаз. В первую очередь причиной был ранний подъем и встреча, которую он никак не мог пропустить. Мужчина бы вряд ли стал его ждать и просто бы ушёл, поэтому стоило прийти заранее. Во вторую же, парень очень сильно волновался, вплоть до того, что его будто бы накрыл приступ тревоги. В последний раз такое с ним случалось, когда в один день мама, собрав все свои вещи, молча уехала в Фонтейн. — Уверен, — коротко ответил аль-Хайтам. Этот вопрос от Кавеха, он слышал уже не в первый раз и с каждым часом это начинало раздражать больше. До того как отправиться в путь, у пустынника было время изучить карту и некоторые заметки о месте, предоставленные Кавехом. Также у мужчины были и свои наработки, которые он кропотливо собирал не один месяц. Всё-таки в его положении сделать это было намного сложнее, чем архитектору, имеющему связи в Академии. Всё это в общем помогло аль-Хайтаму быстро построить наилучший маршрут, который обещал занять немного меньше двух дней. — Как грубо, — хмыкнув, парень наконец-то решил поравняться с мужчиной. Кавех заглянул в карту и аккуратно указал пальцем на обведённую точку. — Насколько я знаю, вход должен находиться на западе, а судя по тому сколько мы уже прошли, то ты, видимо, выбрал другую дорогу. Может быть нам стоит срезать вот здесь? — Нет. Это опасно, — пустынник тяжело выдохнул. Ему не нравилась мысль, что людям из города всё всегда нужно было объяснять на пальцах в силу того, что они просто не могли представить всех рисков войдя на территорию пустыни. — В прошлый раз ты уже пошёл «другой дорогой». Напомнить тебе, чем это могло закончиться? Если бы не я, то ты бы сейчас здесь не стоял. — Тц, — парень отдернул руку и сложил их на груди. — Может быть хватить говорить мне об этом при каждом удобном случае? — Кавех резко остановился на месте. Весь его вид выражал недовольство. — Я не хочу терять время впустую. Тот маршрут, которым ты нас ведешь, займет в два раза больше. Нам нужно двигаться на запад. — Нет, — аль-Хайтам остановился в метре от архитектора и устало посмотрел на взвинченного парня. — Я ещё раз тебе говорю, та дорога, которой ты решил пойти из-за незнания местности, очень опасна. Постоянные песчаные бури, которые могут длиться по полгода, и зыбучие пески малая часть того, с чем мы можем столкнуться. Я не готов так рисковать своей жизнью. — Но… — сжимая ручку чемоданчика, Кавех попытался сказать что-то против аргументов пустынника, но мужчина поднял руку, заранее останавливая поток бессмысленных доводов. — Тот маршрут, который предлагаю я, гарантия твоей безопасности, — пальцем указал на архитектора, — Если тебя что-то не устраивает, то мы можем вернуться в город, пока это ещё не поздно. В таком случае, я даже части оплаты не возьму, а потом ты снова подашь заявку в Гильдию и найдешь себе другого проводника, который согласиться на это безрассудство, — сложив руки на груди, мужчина оглядел Кавеха. Парень хоть и злился, но понимал всю правильность слов пустынника, хотя не хотел этого признавать. — Я не собираюсь возвращаться, это займёт ещё больше времени, — архитектор хмыкнул и отвел глаза в сторону, не выдерживая долгого зрительного контакта. Сейчас Кавех был в безвыходной ситуации. С другой стороны аль-Хайтам был опытным проводником и хорошо знал пустыню. Парень не видел проблемы в том, чтобы построить маршрут даже через песчаную бурю, чтобы они благополучно и быстро добрались до усыпальницы. — В таком случае, давай договоримся на берегу, если ты решил работать со мной, то будь добр не перечить по каждому вопросу и не пытаться учить тому, что я и так знаю, это первое. И второе, слушать и слышать то, о чём я тебе говорю или о чём прошу. Пустыня не песочница для детей, а опасное место. Учитывай это всё, если, конечно, ты хочешь, чтобы наша сделка прошла плодотворно, конечно. Уяснил? — Кавех приоткрыл рот, желая возразить. Но вместо этого на вопрос мужчины он лишь сомкнул губы в прямую линию и, вздёрнув нос, закатил глаза. — Твоё молчание я приму за согласие. Впредь поменьше слов и больше дела, — аль-Хайтам исподлобья посмотрел на парня. Поведение горе-исследователя выдавало в нём слишком неопытного специалиста. — А теперь идём, если ты не хочешь потерять ещё больше времени, — пустынник развернулся к архитектору спиной и не дожидаясь парня двинулся вперёд. — Дикарь… — тихо, сквозь сжатые зубы, выплюнул Кавех. Несмотря на всё внутренне отрицание мужчины, ему приходилось молча соглашаться на его требования. Но в дальнейшем архитектор не собирался так поступать. Какой-то пустынник был не в праве вот так его затыкать, даже если он играл важную роль в завершении исследования. — У меня остался один вопрос, — не обращая внимания на недовольство, будто бы сейчас архитектор не пытался прожечь своими глазами дыру в широкой спине, начал аль-Хайтам. — Ты сказал, что вход в усыпальню находится на западе, а не на востоке, хотя в тех материалах, которые ты предоставил, ничего конкретно об этом не сказано. С чего ты это взял? — пустынник сбавил шаг, равняясь к Кавехом. — Если бы ты был внимательнее, то смог бы догадаться, — с легкой злостью пробурчал архитектор, смотря уже куда-то в сторону. — В записях, которые были сделаны ещё сотни лет назад со слов последователей полубогини, говорилось, что по вечерам она любила провожать закатное солнце и не уходила до тех пор, пока последние лучи не падали на её лицо, — парень всплеснул руками, дополняя своё объяснение жестикуляцией, — Их сравнивали с поцелуями её умершего любимого перед сном, который таким образом прощался с ней на долгую ночью. Поэтому и сама усыпальня была спроектирована таким образом, чтобы не нарушать эту традицию. — Странно, — задумчиво проговорил мужчин и посмотрел на солнце, которое уже успело пересечь экватор, — Ведь её любимый был один из Семи Мудрецов Царя Дешрета и она умерла гораздо раньше его… — Тот кого она любила не имел никакого отношения к Мудрецам Дешрета, — Кавех грубо перебил пустынника на полуслове, что на секунду даже озадачил аль-Хайтама. Они снова остановились. — Тогда в чём был смысл проектировать усыпальню таким образом, чтобы она могла продолжать встречаться со своим «любимым»? — мужчина вопросительно изогнул бровь. — В том, что это была её последняя воля, которую Германубис поклялся исполнить и… — парень запнулся. Его лицо обеспокоено вытянулось. Взгляд упал за спину пустынника. — И-и… — И что? — аль-Хайтам непонимающе оглянулся назад, после вновь посмотрел на Кавеха. — Кавех? — Тише…! — парень выставил руку перед мужчиной. Его внимание привлек странный звук где-то вдалеке. Легкий поток ветра смазывал чей-то голос, отчего было трудно разобрать что именно происходит. — Ты слышишь это? — Ветер разносил песчинки, заметая следы оставленные двумя. Архитектор огляделся по сторонам, но никого не видел, отчего чувство непонятной тревоги усиливалось. Казалось, что кто-то звал на помощь. — Слышу что? — аль-Хайтам снова посмотрел назад, прислушался, но так ничего и не услышал. Скорее всего это был обычный гул песка, вызванный трением песчинок друг о друга и движением дюн. Обычное и ничем не примечательное явление в пустыне, к чему мужчина успел привыкнуть. — Слушай, это бесполезная трата времени. Там ничего нет. — Нет, там, — Кавех указал пальцем вперед и обеспокоенно посмотрел на мужчину. — Там кто-то есть и ему нужна помощь, ты разве не слышишь? — Вдалеке среди песчаных холмов что-то поблескивало, а потоки ветра снова принесли жалобную просьбу о помощи. Парень был готов поклясться, что ему не показалось и он действительно слышит хриплый мужской голос. — Нет, не слышу, — пустынник устало прикрыл глаза. Он совершенно не хотел понимать по какой причине до сих пор стоит здесь, ведь около получаса назад архитектор распинался о том, что у него слишком мало времени на исследование, а теперь они прислушиваются к тому, чего явно нет. — Даже если там кто-то есть, это не наша забота. Идём, — сделав пару шагов в сторону, аль-Хайтам остановился в ожидании парня. — Н-но вдруг там случилось что-то серьёзное? Мы не можем просто взять и уйти, — архитектор продолжал настаивать на своём. Да, отчасти Кавех понимал, что тянет время, но что-то внутри не могло позволить ему проигнорировать эту ситуацию. Вдруг, когда-то давно с его отцом произошла точно такая же ситуация, но ему никто не помог. Прошли мимо посчитав обычным отголоском пустыни. — Человек может быть в опасности. — Ты сейчас серьёзно? Человек в пустыне? — какой-то шум действительно доносился издалека. Аль-Хайтам тоже его начал слышать, но смысла идти туда и что-то проверять совсем не было. — Ты ведь сам сказал, что… — понимая, что искать логику в поведении парня нет, пустынник закатил глаза и сжал карту в руке, отчего бумага начала трескаться. — Чёрт, если хочешь добраться до усыпальни раньше, то сейчас нам не стоит задерживаться… Кавех, куда ты пошёл? — Если не хочешь идти, то можешь остаться здесь, я тебя уговаривать не буду, — пройдя мимо аль-Хайтама и не оборачиваясь, парень осторожно спустился с песчаной насыпи. — В любом случае не сильно отступим от маршрута. — Ты ведь понимаешь, что я не собираюсь ждать тебя? — мужчина сложил руки на груди, наблюдая за тем как архитектор отмахнулся от него и упрямо пошёл вперед. Само предупреждение от пустынника больше звучало как пустая угроза, которую в действительности он не собирался исполнять. Аль-Хайтам недовольно хмыкнул, когда Кавех скрылся с его холодных глаз за одним из холмов.

***

— Помогите.! Пожалуйста… — по мере приближения, мужской голос становился громче. Кавех озирался по сторонам, пока его взгляд не привлекла невысокая фигура мужчины. По слабому голосу, в котором слышалась усталость и возрастное хрипение, он догадался, что это был совсем пожилой человек. Старик едва стоял на ногах, а рядом с ним была перевернутая и разгромленная телега, по всей видимости торговец, которому не повезло оказаться один на один с пустынниками.       Уже не чувствуя того, как ноги увязают в песке, архитектор ринулся вперед. Он был прав, здесь был человек и он нуждался в помощи. — Добрый день, господин, у вас что-то случилось, вам нужна помощь? — Кавех осторожно подхватил мужчину за руку, чтобы лишний раз не навредить ему. — Ну наконец-то, хотя бы одна душа здесь! Слава великому аль-Ахмару, — старик до боли вцепился в предплечье Кавеха, отчего парень вздрогнул. Он не ожидал, что в сухой ручонке будет столько силы. — На меня напали! Ограбили, сволочи, псы беспризорные! — К-кто это был? Пожалуйста, п-посмотрите на меня, кто это сделал? — несмотря на боль, архитектор постарался сосредоточиться на более важном и как можно точнее расспросить мужчину. Он, конечно, не знал как мог бы помочь в этой ситуации, но оставлять старика одного на растерзание пустыни было нельзя. — Когда это произошло? Они далеко ушли? — Кавех оглядел перевернутую телегу. Она была полностью пуста и на половину занесена песком, будто бы мужчина находился здесь не первый дней. Что становилось странным и чему архитектор не придал значение, точно так же как и чистой одежде старика. Но помимо заданных и не озвученных вопросов всплывал ещё один, куда мог деться вьючный як? Именно такими обычно пользовались торговцы при перевозке большой партии товара. Слабый старик не стал бы отправляться в пустыню совсем один. — Ох, эти шакалы… Да! Да, самые настоящие шакалы, голодные и дикие! Они всё разворовали, только посмотри на это! — Кавеха будто бы не слышали. Старик твердил лишь своё не попадая ни в один из вопросов. Парень постарался вытащить свою руку, но жилистые пальцы мертвой хваткой держали предплечье. Сердце глухо забилось. — Пустынники, они… Они были где-то здесь! Ушли туда, — длинный, словно паучья нога, палец старика указал куда-то вперед. — Или… Нет, туда… — ещё сильнее сжимая руку парня, мужчина на силу потянул архитектора в противоположную сторону. — П-постойте, вы уверены, что…? — Кавех тревожно огляделся. Старик явно был не в себе. По спине пробежали холодные мурашки, а волосы на загривке встали дыбом. Чутьё начало подсказывать ему, что здесь было что-то не так. Парень снова попытался вытянуть свою руку из цепкого захвата. — Мехрак… — единственное, что успел выдохнуть трясущимся голосом архитектор.       За спиной послышался подозрительный хруст. Кавех резко обернулся и уже было хотел закричать, но вместо этого из него вышел сдавленный писк. Чужая грязная ладонь перекрыла рот и нос. Кавех попытался отбиться от незнакомца локтями, но из-за нехватки воздуха каждое движение было слабее предыдущего. Кроме невнятного мычания из него ничего не вышло. — Смотри-ка, босс, — Мехрака выхватили из рук, а взгляд уперся на человека рядом. Их было минимум двое. — Интересная игрушка, на черном рынке можно будет толкнуть за кругленькую сумму.       Услышав это Кавех взвыл. Липкий страх медленно окутывал архитектора. Старик куда-то пропал и вместо него появилось ещё трое пустынников. Глаза забегали по скрытым лицам. Неужели эти пустынники вовсе никуда не уходили или ещё, что хуже, этот мелкий старикашка был лишь приманкой для кого-то вроде Кавеха? Нет. В это верить точно не хотелось. Ему не хотелось думать, что аль-Хайтам был прав. Понимая, что ситуация начинает накаляться, парень не придумал ничего лучше, чем до боли прикусить ладонь пустынника. — Тварь! — парня грубо отпихнули в руки другого мужчины, который имел большой шрам в области груди. — Тупая блондинка! Укусила меня, — незнакомец, чьи глаза были спрятаны под повязкой, ещё около минуты тряс ладонью, а сам Кавех ощутил привкус крови на губах. — Обыщите эту суку и завяжите ей рот!