"Винегрет" 1. Сборник

      Поко сорвался с места, красный от ярости и обиды, словно его любимый перец. Базз лишь вскинул руки, да еще парочкой ругательств сотряс воздух, да и все на этом, крупный вокалист отвернулся, явно недовольный исходом. — Базз, блять, ты перегнул. — сердито прокомментировал Сту, он не до конца понимал почему, но знал, что должен пойти за мексиканцем. — Да он ваще не старается! Ты видел эти лирики? Ебаный стыд, даже Батон лучше напишет своей слюной пока дрыхнет. — Ты сам не делаешь примерным счетом нихуя. И при всем при этом ебешь мозги и мне, и Поко. Блять, Базз, включи уже мозг или что у тебя там вместо него.       Базз закатил глаза, выругался, но не продолжил спорить. Сту двинулся вслед за гитаристом, на студии было не так много мест, в которых он мог бы скрыться и Сту угадал с первого раза. Парень осторожно приоткрыл дверь в крошечную гримерку, здесь было темно, оттого яркий свет зеркала слепил сильнее. Поко практически трясущимися от злости пальцами закручивал в папиросу траву, когда его сига сломалась в третий раз, он не выдержал и взревел, словно зверь, вскочил с места и стал метаться с угла в угол. — Мудила, ебаный сын шлюхи! — ругался вслух мексиканец, наконец подняв взгляд на Сту, уже закрывавшего дверь за собой. — Нет, ну ты, бля, видел?! — Ты как? — Ахуенно, сука! Не видишь что ли?! Я сейчас с ума сойду нахер! — Поко сжал челюсти, поругался лишь горлом, — Пошел он нахуй! Смысл, блять, играть в группе, если какой-то мудак постоянно руинит все? «Нет, Поко, это хуйня! Под чем ты писал эти строчки? Мы будем выглядеть как пусечки!» Хуюсечки, сука. Бляяяяяять, Сту, я ему серьезно скоро въебу, я уже не знаю, что мне делать с этим!       Сту молча наблюдает. Гитарист мечется, жестикулирует и матерится, выпуская пар, что, очевидно, для него было мало. Поко наконец останавливается, фыркает и отворачивается к зеркалу, невзначай вглядываясь в свое отражение. мешки под глазами, уставший вид, растрепанные волосы, еще и столько нервов выпотрошено. Поко сильно кусает губы, сдерживая себя. Барабанщик тяжело вздохнул, сделал шаг к нему и даже протянул живую руку, он хотел бы дотронуться, но не был уверен, как на это отреагирует Поко, потому остановил себя. — Малыш, все хорошо, я не считаю, что у тебя плохие песни. Просто у Базза своеобразное видение того, что он хочет. — Только он, блять, этого хочет. На остальных ему насрать, будто мы все, блять, должны ему. — Поко глубоко вздыхает, пуская ладонь в волосы. Его взгляд падает на траву и ладони сами тянутся сделать новую самокрутку. Сту нахмурился, последний раз, когда гитарист с горя накурился, был не самым лучшим опытом для него.       Большая ладонь осторожно ложится на плечо мексиканца, разворачивая его, Поко поднимает бровь, вопросительно вглядываясь. Сту в легкой неловкости раздвигает руки в сторону, приглашая гитариста в объятия. Поко хмыкнул, ухмыльнулся. — Слушай, Сту, если ты реально считаешь, что это сработает в четвертый раз… — Работало же до этого. Давай, это будет лучше распространения аромата носков. — барабанщик легко улыбается, ободряюще глядя на него.       Малыш с секунду размышляет, все-таки ныряя в широкие руки. Пришлось, правда наклонить Сту к себе, дабы обхватить шею, но он не был особо против.       Пробиться через вонючий запах травки, которым Поко буквально пропитался до костей, было мучительно сложно, но если и удавалось, то ты вознаграждался терпким ароматом чили и апельсина. Первый мексиканец поедал на завтрак, обед и ужин, а апельсиновым был его шампунь, который Сту изредка умыкал для разнообразия. Мексиканец прикрывает глаза, его дыхание наконец нормализуется, но он буквально сквозит сомнениями. Гитарист отпускает Сту, отходит на полшага и спрашивает прямо: — Почему ты бегаешь за мной? Типа, не думай, что мне не приятно, я просто не понимаю почему. Ты, вроде как, не хочешь со мной трахаться, но при этом постоянно рядом, ну… Не сходится.       Сту кратко посмеялся. в чем-то Поко был прав, и Сту не хотел становиться его мальчиком для секса, хотя затея сама по себе занятная. Было в этом всем что-то более… — Эм, ну, слушай, — начал барабанщик, запихивая руки в карманы куртки. — ты напоминаешь мне с… своего знакомого, я не хочу, чтобы ты тратил время. Я ведь вижу, как тебе больно и как ты пытаешься это убить травой.       Поко нахмурился. Он ненавидел, когда кто-то лезет ему в душу. — И все? — прозвучало странно, с какой-то надеждой, которую малыш попытался прикрыть еще больше сдвинув брови.       Сту на секунду задумался, взглянул в карие глаза. нужно быть искренним. и честным. — Ну, а еще ты вполне ничего. — барабанщик улыбнулся шире, прибавляя этой лыбе уверенность и щепотку застенчивости. — Может загоняю тебя и попытаю удачу. — он подмигнул.       Поко лишь на секунду растерялся, в следующую возвращая себе фирменную наглость и ухмылочку. — Я не животное какое-то, чтобы меня загонять и потом пытаться ебать. — гитарист повел ладонью по кожаной куртке, огибая все шипы. — Нооо… кто знает, что у тебя вот здесь сокрыто? — он постучал по груди. — Может мне там и понравится.       Сту гоготнул. — Настолько глубоко целишься? Обожаю это в тебе. — барабанщик прищурился, наклонил голову поближе и тут быстрые ладони схватили его лицо.       Поко заставил его склониться, в карих глазах играли искорки и наглец жадно облизал губы, прежде чем, как всегда прямо, выразить свои намерения. — Хочу тебя поцеловать. — твердо, уверенно, но все же давая шанс ускользнуть. Сту не задумывался. — Хорошо.       Малыш жадно впился в него, поднимая одну из ладоней в темные волосы. Поцелуй вышел с горечью от недавних эмоций, но то его не испортило, даже наоборот. Сту тяжело выдохнул ему в губы, приобнял двумя руками, щупая через одежду лишь живой, дабы чувствовать его. Поко приоткрыл глаза, хищно взглянул на расслабленного парня и потянул его за волосы, наклоняя голову назад. Мягко поцеловал щетинистый подбородок, еще раз нижнюю губу, пока Сту с искренним вызовом и желанием смотрел ему в глаза.       Поко отстранился нехотя, тяжко выдохнул и потянулся обратно к столу, дабы сгребсти так и не созданную самокрутку в карман. Он взглянул на свое отражение, только чтобы поймать взгляд барабанщика в отражении. Поко хмыкнул. — Лан, пойдем мудака учить манерам.