"Воитель душ"

Акт 1: «О новый дивный мир!» Глава 1: «Взлёт начинается с падения» — Значит, Кадзицу Томороу... Боже, современные родители совсем не соображают, как собственных детей обозвать. Тем временем я смотрел на женщину, вынесшую приговор моему будущему. Немолодая, в старом выцветшем платье в горошек, она казалась таким же атрибутом этого кабинета, как и пыльный канцелярский стол между нами. Мы находились в одном из сотен кабинетов, ютящихся в здании ещё старой застройки, пережившем множество ремонтов. Каждый новый слой краски и штукатурки должен был подчёркивать статус заведения, но на деле лишь напоминал грим на увядающем лице. До того, как ко мне обратились, я успел изучить не только саму женщину, но и её владения. Забавный факт: шкаф с многочисленными наградами, гордо возвышавшийся у неё за спиной, не содержал ни одной медали или кубка с именем, значившимся на табличке у двери. Интересно, чьи же это трофеи украшали её кабинет? Мне стоило вернуться в реальность и сосредоточиться на члене приёмной комиссии. Похоже, за годы работы она окончательно забыла, что люди её слышат. Напоминать ей об этом я не смел — только глубже закопал бы себя. Член комиссии оторвалась от моих бумаг и небрежно швырнула их на стол. — И в разделе прописки — чёрт-те что! — её голос прозвучал как удар хлыстом. — Ты хоть сам понимаешь, что у тебя тут написано? Она бросила на меня возмущённый взгляд, будто это я собственноручно разрисовывал страницы паспорта. Пришлось вежливо защищаться. — Прошу вас, посмотрите повнимательнее. Вероятно, это была роковая ошибка. Тучная женщина будто расправила плечи, вырастая в глазах, а её и так громкий голос прибавил пару децибел. Казалось, я пробудил некое древнее зло, дремавшее в ожидании своей жертвы. — Ты ещё будешь мне указывать? Может, ты бы лучше указал своему аттестату? Ужасные баллы! До нашего порога не дотягиваешь. Думаешь, мы тут с улицы первого встречного берём? У нас — музыкальная академия! Ну, не знаю насчёт учеников, а вот работников, похоже, именно с улицы. Отказ, к которому я мысленно уже приготовился, прозвучал как приговор. Всё. Мой последний шанс получить высшее образование безнадёжно выскользнул из рук. Надо было учиться с самого начала, а не в последний момент. Из горьких размышлений меня выдернула вибрация в кармане. Я машинальным движением достал телефон, прокрутил его в ладони и нажал на кнопку. Экран озарился холодным светом. Сообщение от сводного брата, Мицуруги. Его семья растила меня с детства как своего, но стоило подойти сроку самостоятельной жизни, как я оказался к ней катастрофически не готов. От меня явно ждали взросления, но это всегда было моей самой слабой чертой. «Ну как всё прошло? Уже готов праздновать в парке твоё поступление! Родители явно будут рады, что хоть кто-то из нас не балбес». Мда, похоже, хоть у кого-то из нас сегодня хорошее настроение. Именно то, что Мицуруги первым выбрал себе роль беззаботного лоботряса, заставило меня думать, что я должен стать серьёзным, хоть как-то облегчив участь родителей. Я направился к выходу, и казалось, всё, что пролетало мимо, теряло краски, становясь безцветным и ненужным фоном. Я не поступил. Выйдя за двери академии, я застыл на месте минут на пять, не в силах набрать ответ. Стоило ли вообще возвращаться домой, зная, что я провалился? Эти мысли не сулили ничего хорошего, и я решил отогнать их, пообещав себе принять решение по дороге. Встречусь с Мицуруги с глазу на глаз — не хотелось, чтобы моя неудача навечно осталась в истории переписки. Убрав телефон столь же ловким движением, я закрыл глаза, медленно поднял руки и сделал глубокий вдох. Дико хотелось выдохнуть всё скопившееся внутри в единый крик, посылающий к чёрту эту суетливую жизнь. Но я лишь грузно выдохнул, не привлекая к своему позору лишних глаз. Однако даже это немного помогло. В голове проступила знакомая карта местности. На моём привычном маршруте была библиотека, где я провёл последние месяцы в тщетной подготовке. Спортивная площадка, где когда-то тренировался для сдачи нормативов — наивно надеясь, что спорт станет моим козырем. Поняв, что переоценил силы, я всё равно приходил сюда — просто чтобы отвлечься, найти в физической усталости забвение от учебного стресса и прочих проблем. И, наконец, тот самый парк, ворота домой. Погода, словно насмехаясь, стала ясной и солнечной. Мир пытался меня утешить или же цинично подчёркивал мою неудачу? Я не мог этого понять, да теперь это и не имело значения. Я прислушался к уличной симфонии: пению птиц, обрывкам разговоров, гулу машин. Кто-то скажет — шум. А мне слышалась особая, живая музыка, которую можно услышать лишь сердцем, — а моё, после неудачи, стало куда чувствительнее обычного. Вот я и вышел на небольшую аллею, ведущую к библиотеке. Всё было как всегда: серые стены с массивными арками, подчёркивавшими историческую значимость здания. Читательские столы под открытым небом пустовали, если не считать парня на скамейке под защитным козырьком. Он читал, а рядом высились две стопки книг — целая крепость из знаний. В голове тут же возникли две теории: либо он отчаянно готовится к пересдаче, либо решил прочитать всю библиотеку залпом. Я мысленно пожелал ему удачи в любом из начинаний. Ещё одна деталь привлекла моё внимание: на нём была только чёрная одежда, словно он здесь проводил свой личный траур по утраченным шансам. Я не стал пристально разглядывать парня и просто прошёл мимо, делая вид, что вовсе не заметил его. Всё же, окажись я на его месте, меня бы напрягал незнакомец, изучающий меня без видимой причины. От этого умозаключения я даже ускорил шаг и вскоре, сам не заметив как, вышел к спортивной площадке. Там царило оживление: гремела музыка, и явно происходило что-то интересное. Я решил уделить этому немного времени, которое сэкономил на пути от библиотеки. Шло соревнование между моим бывшим одноклассником-спортсменом, которого я не сразу признал, и совсем незнакомым смуглым блондином. Первый, как и прежде, выделялся бугристой мускулатурой и скверным характером, а также отвратительным вкусом в одежде — он, казалось, стремился продемонстрировать каждую мышцу, даже когда это было совершенно неуместно. Он всегда донимал тех, кто был слабее, поэтому моя немая поддержка была на стороне блондина. Конечно, телосложение его противника было не столь массивным, но и не хилым — как минимум, об этом говорил открытый торс с прорисованным прессом. Его одежда была на удивление практичной: мешковатые штаны тёмно-коричневого цвета, странная, но явно удобная обувь, идеально сидевшая на ноге, и чёрные перчатки на руках. Я бы так не смог — щеголять перед толпой с голым торсом. Даже на пляже я предпочитаю футболку, и на то есть причины. Раздался хлопок, и участники рванули на полосу препятствий. Им предстояло пройти дистанцию на рукоходе — металлической конструкции с перекладинами, что-то вроде детских турников для лазания, затем взобраться на деревянную стену чей смысл, казалось, понимали лишь сами проектировщики, спрыгнуть с неё и на скорости пробежать через поле разноцветных кочек к заветному призу — сувенирной медали в руках у довольно симпатичной девушки. Громила преодолел первое испытание с ловкостью орангутана. Похоже, его истинная природа проявилась во всей красе. Блондин же не спешил, двигаясь за ним, ловко перебирая руками и раскачивая тело, будто был абсолютно уверен в победе. Пока первый, спрыгнув с рукохода, уже подбегал к стене, его соперник лишь заканчивал первую часть дистанции. Мускулистому парню потребовалась пара заходов, чтобы вскарабкаться на стену, а затем, свесившись с другой стороны, он с грохотом спрыгнул вниз. В этот момент блондин только слезал с рукохода. Я уже подумал, что зря возлагал на него надежды, как вдруг незнакомец легко, почти без разгона, вбежал на стену, подтянулся и оказался наверху, гордо выпрямившись во весь рост, а затем так же легко и бесшумно спрыгнул вниз, без тени сомнения. Он бросил взгляд на соперника, который, тяжело дыша — то ли от груза лидерства, то ли от усталости, — уже бежал к финишу. Тогда блондин принял стойку, мысленно отсчитал три секунды и ринулся вперёд с удивительной скоростью, его золотые волосы красиво развевались на ветру. Громила, заметив это, отдал все оставшиеся силы, забыв о препятствиях. Ориентироваться на такой скорости стало невозможно, и, перепрыгнув пару кочек, он с размаху плюхнулся на землю. Блондин же, добежав до поля препятствий, даже не стал их оббегать — он просто поскакал по ним, не сбавляя темпа, будто они были специально для него расставлены. Иногда он перепрыгивал через одну-две кочки, а порой легко перелетал через три сразу. Уже и слепому было ясно, кто одержит победу. На душе стало светло и приятно. Я пошёл дальше, радуясь за незнакомца. Он не только добился заслуженной победы, но и немного поднял мне настроение. Вскоре я дошёл до кованых металлических ворот парка и шагнул в обитель спокойствия и зелени. На удивление, и здесь кипела жизнь. Я попытался припомнить, какой сегодня праздник, но в голову ничего не приходило. Ближе к центру, у фонтана, выступал мужчина в безупречно белом костюме и с таким же ослепительным цилиндром на голове. Он показывал фокусы разной степени сложности — от примитивной, но весёлой монетки за ухом до извлечения голубей из шляпы. Но самое завораживающее зрелище, приковавшее внимание всех зевак, включая меня, — это жонглирование шариками холодного голубого пламени. Казалось, фокусник без малейшего вреда для себя касался сфер, покрытых синими языками огня, словно он поймал падающие звёзды и теперь играл с ними. Я смотрел, как зачарованный ребёнок, забыв и о том, что меня ждут, и о том, что меня не приняли в какую-то там академию. Вдруг фокусник подошёл ко мне, не прекращая жонглировать пламенем, хотя теперь — лишь одной рукой. — Вижу, вы ценитель магии? Не хотели бы оказаться там, где её полным-полно? Я с недоумением уставился на него. Мужчина хитро ухмылялся, перебирая в одной руке синие огоньки, а в другой держа колоду карт. Вдруг его пальцы пришли в движение, и колода сама собой начала разделяться и перемешиваться в воздухе. — Поможете с фокусом? Выберите карту, запомните и верните. Я отгадаю её с помощью магии и... небольшой помощи. Я робко кивнул и, следуя инструкции, вытащил одну из карт, будто сам того не желая подчиняясь его воле. Бубновая семёрка. На всякий случай я провёл пальцем по поверхности, ища шероховатости или метки, но карта была чиста. Вернул её в колоду и уставился на иллюзиониста в ожидании сюрприза, чей исход мне казался предрешённым. Скажет красивую фразу, достанет из кармана какого-нибудь прохожего мою карту. Не более того. — Отлично! Карта на месте, — объявил он. — Теперь нужно хорошенько перемешать и узнать, какая же из них ваша. Всё моё внимание было приковано к рукам фокусника. Он тасовал колоду с искусством опытного крупье, сливал стопки в одну, выстраивал из карт сияющую лесенку и снова собирал их в аккуратную колоду. Но вдруг его лицо изменилось. Уверенная улыбка сменилась лёгким недоумением, а взгляд утонул в картах. — Хм-м... Странно. Я не вижу вашей карты. Уж не вы ли её припрятали? Я растерянно развёл руками, демонстрируя пустые ладони. И только тогда заметил, как по его губам скользнула хитрая улыбка, и он одобрительно кивнул. — А что насчёт кармана на груди? Я посмотрел вниз и ахнул: из нагрудного кармана рубашки действительно торчал уголок карты. Я тут же достал её. Ладно, допустим, он действительно сумел незаметно подбросить её... Но вместо бубновой семёрки на меня смотрел цветной джокер в маске, который будто на мгновение ожил, чтобы язвительно усмехнуться, а под ним вилась надпись изысканным, слегка вычурным почерком: «Приятно познакомиться, Кадзицу». В моей голове воцарилась полная, оглушительная пустота. С видом полного ошеломления я показал карту фокуснику. — Вот... но это не моя карта. Там джокер, и... Он не дал мне договорить. — Джокер? А по-моему, там другая карта. Взгляните-ка повнимательнее. Я повиновался и перевернул карту. На обратной стороне, там, где только что насмехался джокер, красовалась моя бубновая семёрка. Я снова перевернул её — и снова увидел стандартную рубашку колоды. Карта будто жила своей собственной, магической жизнью. — Что?.. Как?.. Как вы это сделали? Я застыл в полном недоумении, в то время как фокусник выглядел абсолютно довольным. — Фокусники своих секретов не раскрывают, — с лёгкой игривостью в голосе произнёс он. — Рассказал бы, да времени в обрез. Мне пора возвращаться туда, откуда я прибыл. Он повернулся к немногочисленным зрителям, широко раскинув руки. — Благодарю вас, вы прекрасная публика! Обязательно вернусь с новыми чудесами! Сделав изящный поклон, он поправил цилиндр, ловко взмахнул тростью и быстрым шагом направился вглубь парка, в сторону аллей. Я проводил его взглядом, а потом, почти не отдавая себе отчёта, рванул вслед. Мне нужны были ответы. Этот трюк вышел далеко за рамки обычного фокуса. Белый костюм был как маяк в зелени, и я сосредоточился на нём, отсекая все остальные мысли. Вскоре он завёл меня в зелёный лабиринт из живой изгороди, недавно разбитый в парке. Я не знал его планировки, поэтому лишь ускорял шаг, стараясь не упустить мелькающую впереди белую фигуру. Поворот за поворотом, коридор за коридором — и вот мы оказались в круглой комнате в самом сердце лабиринта, где в центре красовалась клумба с яркими цветами, а по краям стояли скамейки для уединённого отдыха. — Всё же ты понял моё приглашение, — мужчина обернулся с той же тёплой, загадочной улыбкой. — О чём вы? Какое приглашение? — растерянно спросил я, пытаясь придумать правдоподобную отговорку, чтобы не выглядеть полным идиотом. — Я... хотел спросить, как вы провернули тот фокус с картой. — Ты получишь ответ на этот вопрос и на многие другие, если решишься пойти со мной. — Его взгляд стал серьёзным, почти пронзительным. — Ты готов? Я не до конца понимал, что происходит. Незнакомец выглядел респектабельно, но его намерения оставались загадкой. И тут до меня дошло, в каком я положении. Что я вообще делаю? Куда меня несёт? И тут же в голове возникла встречная мысль: А что, если это будет не так уж и плохо? Точно не хуже, чем то, что случилось с утра. Я постоял несколько секунд, опустив взгляд на мощёную тропинку, уходящую вглубь зелёных стен. Фокусник не шелохнулся, терпеливо ожидая моего решения. Почему-то все мысли — о неудаче, о будущем, о брате — сложились в одно, безрассудное и неоднозначное решение. — Готов. — Тогда в путь! В тот же миг в воздухе перед ним, прямо в зелёной стене живой изгороди, возник сияющий овал, переливающийся всеми цветами радуги. Я замер на пару секунд, пытаясь осознать увиденное. Магия? Голограмма? Спецэффекты? Я посмотрел на фокусника, и тот, словно в ответ, ободряюще кивнул. Сделав глубочайший вдох, я шагнул вперёд и прошёл сквозь сияние. Маг окинул лабиринт последним взглядом, одобрительно хмыкнул, щёлкнул пальцами — и портал поглотил его. Когда я открыл глаза, то упёрся взглядом в стену из белого, почти сияющего кирпича. Я инстинктивно отпрянул назад. Откуда здесь стена? Мигом я осмотрелся по сторонам и понял: мы стоим в узком переулке между двумя высокими домами. В тот же момент позади меня материализовался фокусник. Тень разгоняли не только проходы по обеим сторонам, откуда доносился гул голосов, но и сам воздух, будто наполненный светом. — Как это? Где мы? — выдохнул я, не в силах оторвать взгляд от сияющей стены и гулкого шума, доносящегося из проходов. Волшебник с безмятежной улыбкой поманил меня к одному из выходов из переулка и сам направился к нему. — Позволь представить, мой добрый друг — Столица. Один из крупнейших и, смею утверждать, величайших городов этого мира. Город, рождённый союзом волшебников, где магия течёт по улицам рекой, а доблестные герои стали частью пейзажа. Здесь рады каждому, кто пришёл с открытым сердцем. И тебе, соответственно, тоже. В голове роем зажужжали вопросы, сбиваясь в клубок. Столица? Такого города на картах не было и быть не могло. А фраза «этого мира» и вовсе заставляла усомниться в адекватности происходящего — или в своём собственном рассудке. — Ах, точно! — вдруг воскликнул он, поворачиваясь ко мне и с изящным поклоном протягивая руку в безупречно белой перчатке, уже свободную от трости. — Позволь представиться. Мефисто Альтеймс — верховный волшебник Столицы. Я немного помедлил. Столь церемонное представление среди пыльного переулка казалось сюрреалистичным, но я всё же пожал его руку. — Кадзицу Томороу. Обычный человек. — Хм. Томороу... — он задумчиво покачал головой, и в его зелёных глазах мелькнула искорка чего-то знающего. — А я слышал другое. Да и сам факт твоего присутствия здесь говорит не в пользу твоих слов, не находишь? — Другое? — я не удержался от вопроса. — Что именно? Расскажете? Волшебник задумался, а затем кивнул, будто придя к какому-то внутреннему согласию, но на мой вопрос так и не ответил, хотя его пронзительный взгляд был устремлён на меня. — Расскажу... но только если ты составишь мне компанию на небольшой прогулке по нашему дивному городу. Странная просьба. Неужели у верховного волшебника, каким он себя объявил, не нашлось спутников? Я вздохнул. Любопытство и жажда ответов грызли меня изнутри. И в этот момент мы вышли из переулка на оживлённую улицу, и мои вопросы стали множиться в геометрической прогрессии. Моим глазам предстали существа из фэнтезийных саг и мифов: изящные эльфы с острыми ушами, могучего сложения гуманоиды, чешуйчатая кожа которых выдавала в них драконидов, создания, чьи тела состояли из переливающейся воды, и те, кто парил в воздухе, не пользуясь никакими видимыми приспособлениями. Это было настолько реалистично, так насыщенно звуками, запахами и движением, что никакой косплей или голливудский блокбастер рядом не стоял. А вдалеке, над крышами причудливых домов, чья архитектура смешивала готические шпили, викторианские балконы и нечто совершенно неземное, высился сказочный белоснежный замок, превосходящий по красоте любые картинки из книг. Я посмотрел на Мефисто глазами, полными немого вопроса и восторга, а он лишь улыбнулся ещё шире. — Рад, что теперь мы понимаем друг друга лучше. Думаю, на пару вопросов у тебя уже есть ответы, не так ли? Он был прав, но лишь отчасти. Да, фокус с картами и голубое пламя оказались самой настоящей магией. Но как мы попали сюда из того зелёного лабиринта? И как всё это вообще возможно? — Уверен, тебе здесь понравится, — продолжал волшебник, словно читая мои мысли. — Но для того, чтобы остаться, придётся решить некоторые... скажем так, бюрократические нюансы. Без бумажек даже в мире магии никуда. — То есть я могу здесь остаться? — мысль показалась одновременно пугающей и заманчивой. — А как же мой мир? Семья? Друзья? Слово «друзья» прозвучало фальшиво даже для меня самого. Так вышло, что я никогда особо не вписывался в своё поколение. С трудом находил общий язык со сверстниками, почти не имел с ними общих тем. По-настоящему меня понимал только Мицуруги и его семья. И тут я вспомнил: брат ждёт меня в парке! — Мне нужно вернуться. Меня ждут. — Значит, ответы не так уж и важны? — Мефисто поднял бровь. — И к чему такая спешка? Время в разных мирах течёт не в унисон. Я замер. В его словах была правда. Мне отчаянно хотелось узнать всё. Да и кто на моём месте отказался бы прогуляться по совершенно новому миру? Что, если я немного погуляю, получу ответы, а потом попрошусь обратно? Эта идея казалась идеальным компромиссом, хоть и не лишённым риска. Маг, словно прочитав мои мысли, удовлетворённо поправил цилиндр и двинулся вперёд. Я, отбросив сомнения, пошёл за ним, стараясь не отставать. — Правда, здесь красиво? — Мефисто развёл руками, будто представляя мне весь город. — Хотя в вашем мире тоже есть своя прелесть... Особенно история и культура. Знаете, книги из вашего мира у нас в большом почёте. Почему-то я был уверен, что любой предмет из этого мира в моём вызвал бы либо взрыв восторга, либо панический крик. Поэтому я лишь вежливо кивнул, не зная, что ответить. Голова была занята созерцанием всего окружающего, а местные жители почти не обращали на меня внимания, словно я был здесь чем-то само собой разумеющимся. — Наверное, да... Но здесь всё такое яркое, живое, необычное. — Поверь, друг мой, — волшебник усмехнулся, — когда необычное становится твоей повседневностью, оно очень быстро превращается в рутину. И тогда начинает нестерпимо хотеться простой, обычной жизни. Поэтому я и наведываюсь в ваш мир — отдохнуть душой. Кажется, это ответ ещё на один твой вопрос? Я снова кивнул, и в голове зашевелилось подозрение: а не читает ли он мои мысли? Слишком уж вовремя он поднимал нужные темы. Мой взгляд пристально устремился на него. Я разглядел, что в его светло-русых волосах попадаются редкие серебристые пряди, а от него исходит слабый, но приятный аромат, напоминающий чистый горный воздух с лёгкой ноткой свежести после грозы. — Чтение мыслей — дурной тон, — Мефисто покачал головой, и я невольно вздрогнул. — А вот по твоему лицу можно прочитать целый трактат, оно у тебя крайне выразительное. Ты, кстати, не голоден? Я могу угостить тебя местными яствами. А за едой с удовольствием отвечу на оставшиеся вопросы и, разумеется, верну тебя обратно, как ты и просил. — Вот как... — я смутился. — Хорошо, я не против, раз уж вы предлагаете. Изначально я согласился из вежливости, но тут мой желудок предательски напомнил, что с самого утра мне удалось проглотить лишь бутерброд, собранный на бегу в страхе опоздать. Волшебник повёл меня в одно из заведений, расположенное неподалёку. Оттуда доносилась задорная, ритмичная музыка, а дивный аромат, струящийся из открытых окон, был лучшей рекламой. Внутри моему взору открылось убранство таверны: массивные деревянные балки подпирали высокий потолок, а под ними стояли добротные столы из тёмного, отполированного до блеска дерева. За ними кипела жизнь: самые разные посетители — люди и не совсем — играли в причудливые карты с мерцающими рубашками, кто-то с наслаждением пробовал блюда, выглядевшие как произведения искусства. Группа эльфов с серьёзными лицами склонилась над древним свитком, кто-то пытался заигрывать с официантками в изящных платьях и белых фартуках. А на небольшой сцене выступало и вовсе удивительное трио: человек-оборотень, выбивающий бешеный ритм, эльф с серебристой флейтой и гном, сжимавший что-то вроде лютни. Необычный ансамбль, но звучали они потрясающе, а их мелодия сразу же захватила моё внимание и, судя по одобрительным возгласам, явно нравилась публике. — Вау... — это было единственное, что я смог выжать из себя. Я так увлёкся разглядыванием окружающего, что не сразу заметил, как мы уже сидим за столиком у окна. К нам подошла официантка — темноволосая, с ярко-зелёными глазами и приветливой улыбкой. Она протянула мне меню. — Если нужно время подумать, просто поднимите руку, — мягко сказала она и отошла. Я кивнул, как и Мефисто. Девушка скрылась в суете зала. Открыв меню, я с ужасом осознал неприятную истину: местная письменность была для меня набором загадочных, искусно выведенных рун, не несущих никакого смысла. К счастью, рядом с каждым названием красовалась красочная иллюстрация блюда и цена с незнакомым символом валюты. Я уже хотел попросить о помощи Мефисто, но поднял глаза и увидел, как тот поспешно встаёт. — Прошу прощения, мой друг, но мне необходимо ненадолго отлучиться, — сказал он, поправляя цилиндр. — Выбери что-нибудь по вкусу, и когда я вернусь, мы обязательно закажем. Ни в чём себе не отказывай! Я не успел и рта раскрыть, чтобы объяснить свою щекотливую ситуацию, как он уже растворился в толпе. Я вздохнул и принялся листать меню, вглядываясь в картинки и стараясь выбрать что-то не слишком дорогое, чтобы не прослыть нахлебником. Перелистывая страницу за страницей, я начал чувствовать нарастающую, почти физическую усталость. Сознание затуманивалось, я уже не запоминал, что хотел попробовать, а что просто привлекло взгляд. Каждое моргание становилось всё дольше, веки наливались свинцом. Забавно, как только ты задумываешься о моргании, это простое действие начинает требовать титанических усилий... И вдруг я почувствовал леденящий холод, принявшийся щипать мою кожу. Резко открыв глаза, я обнаружил, что нахожусь уже не в уютной таверне, а в мрачном, заснеженном лесу, среди голых, скрюченных деревьев. Что за чёрт? Неужели всё это было сном? Но как тогда я оказался здесь? И где это «здесь»? Я поднялся на ноги, отряхивая снег. Осмотрелся, но вокруг было лишь больше деревьев и белой пелены. Ничего примечательного. Я побрёл вперёд, касаясь рукой шершавых стволов, будто надеясь, что хоть один из них окажется иллюзией. И мне повезло — вдалеке, меж чёрных стволов, мелькнуло алое, тревожное зарево. Я устремился на свет, сначала шагом, а потом перейдя на бег. По мере приближения огненное пятно обретало форму. Это был человек... или нечто, его напоминающее. Сероватая кожа, чёрные волосы, одетый в мешковатые штаны чёрного цвета, по низу которых ползёл узор, похожий на языки пламени. Когда я подошёл ближе, почувствовал исходящие от него волны тепла и заметил, что снег под его ногами растаял, обнажив мёрзлую, чёрную землю. — Ты! — его голос прорвался сквозь вой ветра, подобно раскату грома. — Это всё из-за тебя! Незнакомец повернулся, и его красные глаза, пылающие как расплавленная лава, пронзили меня до глубины души. На голове пылали, словно раскалённый уголь, витые рога. Инстинкт самосохранения взревел внутри меня - ОПАСНОСТЬ!. Я резко развернулся и бросился прочь. Помогло это несильно. Раздался оглушительный хлопок, и меня, вместе с комьями мёрзлой земли и снега, отбросило в сторону. Я с силой ударился спиной о дерево. Боль, острая и жгучая, пронзила всё тело, вырвав хриплый, беззвучный стон. Да что вообще происходит?! Я попытался подняться, но руки предательски тряслись не только от шока, но и от тяжести налипшей грязи. Когда тень демона накрыла меня, я с диким усилием воли сорвался с места и снова побежал, развив неожиданную для себя скорость. Странно, но теперь я почти не чувствовал боли — адреналин и животный ужас заглушили всё. За спиной с треском ломались деревья. Я оглянулся и увидел, как одно из них рухнуло прямо на меня. Инстинктивно отпрыгнул в сторону. Казалось, шансов не было никаких. Я умру здесь, в этом снежном аду. Он приближался, и я не только видел, но и ощущал кожей волны жара, исходящие от него. Демон шёл, растапливая снег вокруг своим яростным присутствием, оставляя за собой глубокую борозду от своего огромного меча. — Тебе следовало умереть ещё тогда! — его голос гремел, как гром. Он занёс меч. Палаш был испещрён рунами, по которым струилась раскалённая магма, и он пылал в его руке. Я в ужасе поднял руку — жалкая, бесполезная защита. Хотя бы увижу свою жизнь перед смертью? — с горькой издёвкой подумал я. Но вместо видений детства я заметил в стороне ещё один блеск. Он отвлёк и моего убийцу. В следующее мгновение в демона на полной скорости врезалось что-то белое. И угрозы рядом не стало. Они исчезли, оставив после себя лишь глубокую борозду в снегу. Я посмотрел по её направлению и увидел… ангела. Белые одеяния с элементами доспехов, сияющие золотые волосы, нимб над головой. Крыльев не было, но в его облике была безмятежная, нечеловеческая сила. На таком контрасте я с ужасом осознал, что мой нападавший настоящий демон. — И зачем ты явился сюда? — прорычал демон, поднимаясь. — Ты не вправе убивать кого бы то ни было, руководствуясь лишь своей обидой, Кай, — голос ангела был спокоен и холоден. Демон лишь хмыкнул и отшвырнул ангела сокрушительным ударом. Тот плавно приземлился рядом со мной, воткнув свой клинок в землю для упора. — Рай! — закричал Кай. — Разве ты не разделяешь мою жажду вырваться из этой ловушки?! Именно из-за него мы застряли здесь с тобой! Ангел по имени Рай выдернул меч и встал между мной и демоном, прикрыв меня собой. Их конфликт явно длился вечность, но при чём тут я? Чем я, обычный парень, мог перейти дорогу мифическим существам? — Даже это не оправдывает твои методы, — невозмутимо ответил Рай. — Опусти меч. Остынь. Иначе битвы не избежать. Демон усмехнулся, оскалив острые клыки. Теперь он и впрямь походил на хищного зверя, готового разорвать добычу. — А разве я когда-либо от неё отказывался?! Он ринулся вперёд, почти мгновенно сократив дистанцию. Мечи сцепились с оглушительным лязгом, высекая снопы искр. Глаза Кая пылали адским пламенем, от него исходила тёмная, удушающая аура. Но ангел сохранял ледяное спокойствие, парируя удары с нечеловеческой грацией. — Я не позволю тебе причинить ему вред, — заявил Рай. Началась битва не на жизнь, а на смерть. Демон с яростью размахивал своим исполинским клинком, срубая вековые деревья, будто тростинки. Ангел же в основном оборонялся, и лишь иногда его меч вспыхивал ослепительным светом, а в воздухе возникали и росли, подчиняясь движению его рук, острые осколки льда. Мне не суждено было увидеть развязку. В разгар схватки Рай обернулся ко мне и бросил к моим ногам сферу чистого света. Та коснулась земли и разверзла подо мной сияющий портал. Я провалился вниз. Жёсткое приземление на брусчатку выбило из меня воздух. Я снова был в магическом городе — непривычная архитектура окружала меня, — но на совершенно незнакомой улице. Вокруг лежали островки грязного снега, а я сам был перепачкан землёй и испытывал ноющую боль в спине. Поднялся с трудом, скрипя зубами. Куда идти? Открыть портал я не могу, Мефисто нет рядом, да и где его искать — неведомо. Похоже, я попал в ловушку. Я побрёл наугад по безлюдной улице в надежде встретить кого-нибудь, кто подскажет, как вернуться домой. Архитектура вокруг была причудливой смесью стилей: вот роскошный особняк, украшенный витражами и серебряными флюгерами, а рядом — скромный, но уютный кирпичный домик, из трубы которого вился дымок. Вскоре дорога вывела к мосту, перекинутому через реку. На его середине я остановился и заглянул вниз. В тёмной воде мерцали огоньки — может, русалки, а может, просто подсветка. Зрелище было завораживающим, но заглушить отчаяние не могло. Примерно через час бесцельных блужданий я зашёл в первое же заведение со свободным входом, чтобы просто согреться. Это был небольшой бар. Внутри царила расслабленная атмосфера: за одним столом спал мужчина с небольшими рогами на лбу, за другим — парочка о чём-то оживлённо шепталась. Я пристроился на свободный стул у стойки, рядом с другим посетителем, уставившимся в телевизор на стене. Я последовал его примеру, но снова упёрся в бегущую строку с нечитаемыми рунами. Впервые в жизни новости оказались абсолютно бесполезны. Ко мне обратился бармен. В первую очередь я заметил его ухоженную бороду и очки, и лишь потом — что у него две пары рук. Передней он с автоматической точностью протирал и так сияющий бокал, а остальные были заняты более сложными делами. — Чего изволите? — его голос был спокоен и немного усталым. Я совсем не подумал, что меня примут за клиента, и растерялся. В отчаянии я поднял взгляд на вывеску над барменом и снова упёрся в нечитаемые руны. Я вглядывался в них, щурясь, надеясь, что хоть какая-то черта покажется знакомой, но озарение так и не пришло. Сдавленно вздохнув, я высыпал на стойку всю мелочь, что нашлась в карманах. Я собирал её по пути; перебирание монет, их холодный металл и звон хоть немного успокаивали нервы. Бармен ловким движением сгрёб монеты к себе, быстрым взглядом оценил скромную кучку и так же ловко выстроил их обратно в аккуратную пирамидку. — Это мы не принимаем, — вежливо, но твёрдо сказал он. — Есть что-нибудь другое? У нас не принято привечать гостей без денег. — Жак, ну что ты хмурый-то? — раздался весёлый, чуть подвыпивший голос рядом. — Налей ему того же, что и мне, и мне повтори. Я угощаю. Я повернулся к соседке. Это была девушка с тёмными волосами каре и живыми, рубиновыми глазами. Она казалась слегка навеселе, но очень симпатичной. Больше всего привлекали её насмешливый взгляд и добрая, чуть сонная улыбка. На ней была чёрная кожаная куртка, свитер ядовито-зелёного цвета и простые чёрные джинсы. — Ты откуда, дружок? Тебя будто по всему городу волоком протащили. — Да так… встретил одного демона, а он оказался не в духе, — попытался я отшутиться, но мои слова только подогрели её интерес. Она облокотилась на стойку, положив подбородок на сложенные руки, и выгнула спину, как кошка. Удивительная грация, хотя и сомневаюсь, что так удобно сидеть. — Я готова выслушать всю историю. От начала и до конца. Сегодня это моя главная миссия, — она прикрыла глаза, улыбаясь. — Ну, кроме как добраться до дома. — Думаю, сегодня это будет задачей посложнее обычного, — с лёгким хмыканьем заметил бармен, ставя перед нами две высокие кружки. В них искрился изумрудный напиток с синими переливами, украшенный маленьким цветным зонтиком. Девушка смерила Жака недовольным взглядом. — Думаешь, не дойду? — Ты уже изрядно здесь просидела. Может, попросишь нового приятеля тебя проводить? — бармен многозначительно посмотрел на меня. Девушка цокнула языком и принялась за новый коктейль, осушив половину бокала залпом. Я кивнул ей в знак благодарности и сделал осторожный глоток. На вкус было похоже на яблоко и мяту, с примесью чего-то алкогольного, но приятного. Мой первый алкоголь в жизни, и, к счастью, довольно мягкий. Я заметил, что девушка с улыбкой наблюдает, как я пью, в то время как её стакан уже пуст. Похоже, для неё это привычное дело. Я постарался допить быстрее. — Ещё раз спасибо за угощение. Необычный напиток. — Выходит, ты не местный? — подметила она. — Это же «Зелье Зелёного Змея», его все знают. Пить его нужно залпом, а ты потягиваешь, как чай. Я смущённо отвёл взгляд. Как легко меня раскусили, хотя, честно говоря, я и не старался это особо скрывать. — Я просто впервые пробую алкоголь. И да, ты права, я здесь чужой. — Понятненько, — она хитро улыбнулась, и в её рубиновых глазах тут же созрел какой-то план. Мне оставалось лишь наблюдать: то за ней, то за ловкими движениями четырёхрукого бармена. — Кстати, а как тебя зовут? Меня — Эмма. — Красивое имя. Меня зовут Кадзицу. — Тогда будем знакомы. И, если я правильно понимаю, раз ты не местный и выглядишь так, будто тебя через тернии протащили, то и дома у тебя тут нет? Я лишь кивнул. Даже подвыпившая девушка читала меня как открытую книгу. Я инстинктивно хотел размять плечи, но резкая боль в спине заставила меня передумать и слегка поморщиться. Эмма с интересом посмотрела на мою скованную позу, затем перевела взгляд на меня. — И как ты с такой раной добрался досюда? Значит, демон — это не шутка? Мне оставалось только снова кивнуть. Девушка продолжала томно смотреть на меня своими алыми глазами. Странно, но её пальцы, вдруг легшие мне на спину, я почувствовал не сразу — сквозь слой грязи и адреналинового онемения. — А идти было просто некуда, — тихо признался я, чувствуя, как под её прикосновением боль понемногу отступает, сменяясь усталостью. Тут девушка встала, достала из кармана несколько монет и с звоном бросила их на стойку. Затем её пальцы снова обхватили моё запястье, и она потащила меня к выходу. — Тогда не было, а теперь есть! — объявила она с такой уверенностью, будто решала судьбу вселенной. — Идём ко мне. Сделаю для раненого особое одолжение. Оказалось, хватка у неё была стальная. Я едва успевал, сначала подпрыгивая на одной ноге, но вскоре выровнял шаг и просто засеменил рядом. Я не понимал, о чём говорил бармен — девушка шагала вполне уверенно, лишь слегка пошатываясь, и крепко придерживала меня за руку, ведя по улицам Столицы, залитым мягким лунным светом и тёплым светом фонарей. Почему-то в компании этой странной незнакомки ночная прогулка казалась уже не такой пугающей, а даже... уютной. Мы шли недолго. Вскоре она завела меня в небольшой, но опрятный дом, и мы поднялись по скрипучей деревянной лестнице на третий этаж. Было забавно наблюдать, как она, наклонив голову, старательно подбирала ключ из целой связки. После двух неудачных попыток она с лёгким раздражением протянула связку мне. Методом тыка мне всё-таки удалось открыть дверь в её убежище, куда она меня легонько толкнула, сама зайдя следом и захлопнув дверь. — Вот и моё скромное гнёздышко. Располагайся как дома. — Спасибо, — искренне сказал я, оглядываясь. — Ещё раз огромное спасибо за всё. — Ах, точно! — хлопнула себя по лбу Эмма. — Раздевайся, будем твои раны штопать. Можешь пройти в комнату. Она указала на дверь, куда я и направился. Пока я снимал испачканную и порванную рубашку, я успел осмотреть комнату. Большая кровать, массивный комод, на стене — телевизор и забавные часы в виде кошки с маятником-хвостом. Всё просто, но уютно и обжито. Когда я остался в одних трусах, в комнату вошла Эмма с небольшой аптечкой в руках. Она ловко запрыгнула на кровать позади меня, и я почувствовал её лёгкие, но уверенные пальцы на своей спине. Пока она обрабатывала рану, я разглядывал свою когда-то парадную рубашку с прорезанным пятном крови на спине. Как же я мог не заметить, что ранен так серьёзно? Через несколько минут Эмма завязала последний узел на бинтах и провела ладонью по моим плечам, сметая несуществующую пыль. — Вот и всё! Залатали. Теперь можно и на боковую. Только по звуку падающей на пол одежды я понял, что девушка начала раздеваться. Через мгновение из-за моей спины на кровать перелетели её куртка и свитер. Я обернулся и увидел Эмму, стоящую в одном лишь белье, с той же безмятежной, немного затуманенной улыбкой. — Так смотришь, будто никогда девушку не видел, — с лёгкой насмешкой произнесла она. А посмотреть действительно было на что, но я старался держать взгляд на уровне её глаз, которые сияли — то ли от выпитого, то ли от чего-то другого, мне неведомого. Она сделала шаг вперёд и прижалась ко мне в объятия. Я почувствовал не только исходящее от неё тепло, но и лёгкий аромат алкоголя и чего-то цветочного. — Ты такой хорошенький, — прошептала она мне в грудь. — Оставайся со мной. Будем жить вместе, а? Я отвел взгляд, прекрасно понимая, что это пьяный бред, но расстраивать её не хотелось. — Хорошо, — тихо согласился я. — Останусь. Буду помогать, чем смогу. — Хе-хе, ну ладно. Я запомню, — она уткнулась носом в мою шею, её горячее дыхание обожгло кожу. Потом я почувствовал прикосновение её губ к ключице, а в следующее мгновение она с неожиданной силой повалила меня на кровать. Я удивился, как ей это так легко удалось, хотя и не сопротивлялся. Я уже мысленно приготовился к тому, что сейчас начнётся что-то большее, но как только мы оказались в горизонтальном положении, Эмма обвила меня руками, устроилась поудобнее у меня на груди и... затихла. Её дыхание стало ровным и глубоким. Похоже, она потратила всю свою энергию и просто отрубилась прямо на мне. Я невольно улыбнулся её детской непосредственности, осторожно приобнял её и закрыл глаза. Сон накрыл меня почти мгновенно, тёплый и безмятежный. В голове промелькнула последняя смутная мысль: итог дня — потерялся в магическом мире, чуть не погиб от демона, впервые выпил и уснул в обнимку с доброй и странной девушкой. Хорошо это или плохо, я уже не понимал, полностью погрузившись в забытье.