В объятиях судьбы

Проснулся Яков поздно. Никакого чувства вины или сожаления по поводу прошедшей ночи с чужой женой, да еще и в доме ее мужа, он не испытывал. Наоборот, было полное ощущение, что все произошло именно так, как и должно было. Анна была его женщиной. Дух матери снова появился, предупреждая об опасности и зовя к окну. Штольман мысленно пообещал ей, что будет внимательнее. Но он должен все выяснить. Подойдя к окну, он увидел, как один из гостей суетливо садится в машину. По его движениям и постоянному оглядыванию было понятно, что он напуган. Позавтракав, Яков узнал, что хозяин дома еще не вернулся со вчерашнего дня, а Анна с утра на конной прогулке. Вспомнив, что оставил некоторые вещи в машине, Яков решил пройтись до гаража. Забрав необходимое, он вдруг снова увидел дух матери над одной из машин. Она требовала открыть багажник. Открыв его, Яков увидел труп одного из вчерашних партнеров Разумовского. То, что он умер не от сердечного приступа, было ясно по простреленной голове. Он закрыл машину и уже хотел уйти, но шаги по дороге, ведущей к гаражу, заставили его спрятаться. В гараж быстро вошел один из телохранителей Разумовского, Илья. Он чем-то шумел, несколько раз открывал и закрывал багажник машины с трупом. И тут в гараж зашел Андрей, помощник Разумовского. — Вот ты где? Всё подчистить. Труп в лес. Машину в речку, — прозвучал голос помощника. — А завтра поедешь встречать товар. И чтобы без ляпов, как в прошлый раз. Илья молча кивнул, и они оба вышли. Яков тоже покинул гараж, оставшись незамеченным. Все его мысли по-прежнему были об Анне. Он должен был защитить и спасти её, вырвав из этого вертепа. То, что муж девушки связан с криминалом, не оставляло сомнений. Задумавшись, он не заметил её возвращения. — Яков! — Он вздрогнул и оглянулся. Она шла навстречу ему и улыбалась. На ней был тот же костюм жокея, что и вчера, но её глаза говорили больше, чем все слова мира. — Я так по тебе соскучилась, — тихо произнесла она, близко подойдя к нему. Только огромной силой воли Яков удержал свои руки. — Ты выпьешь со мной чай во дворе? Я знаю, что ты предпочитаешь кофе, но уверяю тебя, такого чая ты ещё никогда не пробовал. Яков кивнул и улыбнулся. Через пятнадцать минут Анна, переодевшись в длинную юбку и легкий белый свитер, вышла, неся поднос с чаем. — Траву для чая я собирала сама, — легко сказала она. — Да и варенье тоже варила сама, по маминому рецепту. Оно изумительно вкусное. Яков счастливо улыбнулся. Он увидел перед собой не холодную куклу, жену Разумовского, а ту милую девушку, веселую и открытую Аню Миронову. — А я храню твою заколку с той ночи. Это единственное, что у меня осталось от тебя. Заколка и воспоминания, — сказал сам, не зная зачем, Яков. Девушка улыбнулась. Они пили чай и молчали. — Ты прав, Яков. Мне и правда сейчас нужен человек, который меня услышит и поверит мне. А я верю только тебе, Яша. Я очень люблю тебя. Это было сказано так просто и легко, что сердце Штольмана забилось вдвое быстрее. Оказалось, что она была куда смелее его и в поступках, и в том, как открыто говорила о своих чувствах. Он был просто ошеломлен этой её прямотой и одновременно восхищен. Анна начала свой рассказ. Вся её история сводилась к шантажу и обману. Разумовский, увидев её на одном из приемов, решил любой ценой получить девушку в жены. Когда процесс ухаживания и подарков не получился, он решил действовать другим путем. Подослал своих людей в фирму Виктора Ивановича, где его подручные подтасовали документы. Выходило так, что честный адвокат Миронов для защиты своих клиентов берет взятки. Если бы все вскрылось, то это был бы не просто крах его карьеры. Это грозило бы ему и тюремным сроком, причем не по одной, а по нескольким статьям: мошенничество, дача взятки, фальсификация доказательств. Переживая и пытаясь защитить семью, Миронов попал в больницу с инфарктом. Поэтому Анна рано утром вынуждена была уехать с базы отдыха, никого не предупредив. Мать позвонила на базу и сообщила о случившемся. Разумовский, тот самый бизнесмен, что пытался ухаживать за ней и чьи притязания Анна отвергла, сам связался с ней. Лишь встретившись с ним, Аня узнала правду. Она до сих пор помнила этот разговор. Аня сидела в кафетерии напротив больницы. От сидевшего напротив Кирилла Владимировича пахло дорогим одеколоном. Он с презрением осматривался по сторонам, стараясь не притрагиваться ни к чему. — Ты знаешь, Анна, как я ценю твоего отца. Он умный и отличный адвокат, — говорил он ровным голосом. Анна кивнула, ещё не понимая, к чему идёт разговор. — Но ты же понимаешь, что даже лучшие иногда попадают в неприятные ситуации. Ты же знаешь, как легко можно подставить человека, если есть желание, — его голос не дрогнул ни на секунду, — и такое желание лично у меня было. — Он даже не скрывал этого. — Что вы хотите? — по слогам спросила Анна. — Всё просто: тебя. Я хочу, чтобы ты вышла за меня замуж. Ты понимаешь, что я имею в виду? И чтобы твой отец никогда бы об этом не узнал. Все бумаги, уличающие его, будут уничтожены. В этом можешь не сомневаться. — Он наклонился вперёд и внимательно посмотрел на неё. Анне стало холодно, её затрясло. Это был шантаж. Её замужество за репутацию и свободу отца. — Но я не люблю вас, — прошептала она. — Любовь — это такая переменчивая вещь. Сегодня есть, завтра нет, — пожал он плечами. — Ты получаешь безопасность своего отца, я получаю то, что хочу. И поверь мне, Анна, я умею быть благодарным. — Он протянул руку через стол. Его пальцы были холёными и длинными. Аня смотрела на них как на змей. — Что будет, если я соглашусь? — тихим от волнения голосом спросила она. — Ты выйдешь за меня замуж, — Разумовский улыбнулся. — Мы сыграем свадьбу. Ты будешь моей женой. А твой отец… будет жить спокойно, и дела его будут в порядке. — А если я не соглашусь? — спросила она уже более твёрдо. — Тогда ты догадываешься, что будет с твоим отцом, — снова улыбаясь, ответил Кирилл Владимирович. — Это не просто угроза, это обещание. — Он посмотрел на неё и уже знал ответ. Она готова была принести эту жертву. Любящая дочь, конечно же, согласилась. Родители были в шоке. Отец закрыл свою практику в Москве и уехал с женой в родной город. С дочерью он больше не общался, посчитав её поступок предательством самой себя и ценностей. Лишь мама ещё старалась поддержать дочь. Разумовский отдал все компрометирующие Миронова документы со словами: «Твой отец теперь моя родня. И посадить его в тюрьму — значит испачкать и свою репутацию». Она забрала документы из университета и постриглась. Это тоже было одним из условий. Первые два месяца после свадьбы были относительно спокойные. Лишь ночами Анна вздрагивала в испуге, ожидая его прихода. Она боялась его. Его рук, пальцев, его прикосновений. И вот однажды Анна узнала, чем действительно занимается муж. Подслушанный случайно разговор дал ей понять, что основной доход его бизнеса — это продажа наркотиков и содержание публичных домов. Она ужаснулась. Долгое время пребывала в растерянности, не зная, как поступить. Но однажды судьба улыбнулась ей: случайно ей удалось незаметно сделать несколько снимков важных документов, оставленных на столе. Через несколько дней ей повезло ещё больше — она смогла скопировать информацию с оставленного включённым компьютера на дискету. Однако вынести эти улики оказалось выше её сил. В страхе и смятении она спрятала и плёнку, и дискету в кабинете, в вазе с искусственными цветами. Зачем она это сделала, она и сама не могла объяснить. Ведь у неё не было никого, кому она могла бы их передать. Но зато сейчас это был шанс спастись. Закончив, девушка посмотрела Якову в глаза и сказала: — Я понимаю, Яша, что иногда наша жизнь идёт не так, как нам хотелось бы. Вчера ночью я просто хотела хоть немного пожить той жизнью, которую хочу я. Любить того человека, которого хочу я и с которым мне хорошо. — Её голос дрожал от волнения. Яков подошёл, взял её холодные ладошки в свои. Он осторожно подул на них, согревая, и тихо сказал: — Аня, я знаю, что тебе сейчас тяжело, но я хочу, чтобы ты знала: я рядом. Мы справимся вместе. Просто доверься мне. Я люблю тебя. Глаза девушки светились счастьем. Хозяин вернулся достаточно поздно, и вечер прошёл в компании Анны. Он снова не спал, думал, составлял план уничтожения Разумовского и освобождения любимой женщины. Уже было невозможно всё так оставить. Разумовский — это система, построенная на страхе, долгах, грязных делах, наркотиках и убийствах. Он знал только одно: вся его дальнейшая жизнь будет зависеть от благополучия Анны. Рядом с мужем она находилась как в паутине. Паутине лжи, угроз и обещаний. К утру схема была собрана. Без помощи генерала и его службы, без официальных структур, Яков не мог сделать и шага. Он понимал это и должен был всё обговорить с девушкой. Под утро ему приснился странный сон. Он лежал в каком-то углублении, и сверху на него падали камни. Он пытался увернуться, встать, выползти. Но они всё больше и больше придавливали его. И вот уже он был полностью под ними, и ему не хватало кислорода. Он судорожно вдохнул последний раз и проснулся. Приведя себя в порядок, Яков хотел спускаться вниз, когда дух матери перекрыл ему дорогу. «Уезжай, беги!» — твердила она. Штольман открыл дверь.