В объятиях судьбы

Сильный удар в челюсть оглушил его. Мир померк, и он рухнул на пол. Чьи-то крепкие руки подхватили его, скрутили за спиной и потащили к лестнице, ведущей вниз. "Хозяин ждёт тебя в кабинете, – услышал он голос Ильи. – Не заставляй его ждать". Яков попытался вывернуться, но получил болезненный удар в рёбра, и его втолкнули в комнату. В кабинете его уже ждали. Хозяин стоял к нему спиной, его силуэт вырисовывался на фоне окна. Андрей нервно ходил около стола. Яков потирал сведённые руки, когда в кабинет вошла Анна. "Что случилось?" – спросила она, оглядывая присутствующих. Разумовский повернулся к ней. Его взгляд был холоден и жесток. – Что-то случилось? – спросила Анна и подошла к мужу. Тот резко ударил её, девушка вскрикнула и упала. Из разбитой губы потекла кровь. Яков рванул к ней на помощь, но твёрдая рука Ильи удержала его, а затем и он получил два чувствительных удара в солнечное сплетение. Дыхание сбилось, и Яков упал. – Любишь мужчин, – ревел Разумовский, схватив Анну за волосы. – Я устрою тебе весёлую жизнь. Ты насладишься мужским вниманием вволю. Покажешь всю свою страсть им, раз отказала в ней мне. – Он брезгливо толкнул её на пол. Яков пытался встать, но снова получил удар носком ботинка по рёбрам, а затем последовала серия ударов. Свернувшись на полу, он мог только прикрывать голову. — Яша, Яша. Пожалуйста, не надо, — шептала девушка. — Остановись, — приказал Разумовский. Он склонился над лежащим мужчиной. — Ты решил, что моя благодарность распространяется и на мою жену? С тобой она была весьма горячей и откровенной. Даже не стоит отрицать. В комнате установлена прекрасная камера. Я видел видео. Весьма впечатляет. Ты думаешь, что я доверяю всем своим гостям? Быстро ты охмурил мою стыдливую жену. Только из-за того, что ты спас меня, я позволю умереть тебе быстро. И, обращаясь к Илье, произнёс: — Закопаешь его живым. Что делать с машиной, знаешь сам. Повернувшись к Андрею и глядя на Анну, сквозь зубы выдавил: — Она твоя, Андрей. Делай с ней что хочешь, а потом отправь её к мадам. Да, и не забудь позаботиться об обезболивающем. Пусть развлечётся. С этими словами он вышел. Последнее, что слышал Яков, — душераздирающий крик Ани. Затем удар по голове, и полная тишина окружила его. Очнулся он в лесу, на земле, раскинув руки. Тело болело, лицо было разбито, а голова гудела, как колокол, по которому беспрестанно били. Он не мог пошевелить ни руками, ни ногами. Где-то сбоку он слышал звук лопаты, шорох отбрасываемой земли и тяжёлое дыхание человека. Неожиданно его потащили за ноги и скинули в яму. Он застонал от резкой боли. А затем сверху на него полетела земля. ***** Аня очнулась на заднем сиденье машины Андрея, в изорванной одежде и ощущала себя грязной. Слёзы беспрестанно катились по её щекам. Воспоминания о случившемся жгли душу. Она отбивалась от вездесущих и похотливых рук мужчины, но тот всё же повалил её на пол кабинета. Аня кричала, царапалась, кусалась, но силы были не равны. Она уже была без сил, когда услышала: — Прекрати! — вдруг раздался голос Разумовского. — Не здесь и не сейчас. В доме много глаз и ушей. Увози её, пока сюда не сбежалась прислуга. — Хорошо, Кирилл Владимирович, — поднимаясь с пола и тяжело дыша, сказал Клюев и грязно выругался. Застегнув штаны, которые уже успел расстегнуть, он рывком поднял девушку, вытолкал за дверь и, выведя на улицу, толкнул в салон машины. От пережитого стресса и стыда девушка потеряла сознание. Даже сейчас, спустя время, она всё ещё чувствовала его липкие, отвратительные прикосновения рук на своей коже. Ощущала его грязное, тяжёлое дыхание у своего лица, его грубые, насильственные поцелуи. Помнила, как он рвал её одежду, как ударил её, когда она сопротивлялась, когда попыталась дать отпор. Она чувствовала всё, ощущала каждое мгновение. Это было невыносимо, ужасно, больно и страшно. Аня была унижена, избита, но её мысли были о Якове. Она слышала приказ мужа. Её жизнь ничего не значила, если в этом мире не будет любимого человека. О себе и своей участи она старалась не думать. В доме, куда её привезли, располагался публичный дом под вывеской ночного клуба. Её втолкнули в комнату, и дверь закрылась. От усталости, страха и боли, которые её окружили, она снова заплакала. Но ад продолжался. Зашедший мужчина схватил её и, удерживая, ввёл в вену мутную жидкость. На сопротивление не было никаких сил. Уже почти находясь в наркотическом дурмане яви и сна, она услышала: «Красотка. Адаптируется и начнёт работать». ***** Его пытались закопать живым. Как говорится, «сон в руку». Земля сыпалась на лицо, перекрывая дыхание. Яков пытался увернуться от летящих в него комьев земли, но всё было тщетно. Он уже практически был закопан, но воздух немного оставался, как в воздушном мешке. Он не видел, но слышал, как земля сыпалась на него, заглушая мир. Вдруг, сквозь этот гнетущий звук, донёсся отчаянный крик: «Кто здесь?! Отстаньте от меня! Что за чертовщина!» Затем последовал поток ругательств, такой яростный, что, казалось, он сотрясает саму землю. И наконец, с каким-то обречённым вздохом, прозвучало: «А чёрт с тобой... всё равно сдохнешь». И шаги, удаляющиеся и затихающие вдали. Яков ещё дышал. Он знал, кто помог ему. Дух матери, с её невидимой, но ощутимой силой. Это она оттолкнула и напугала Илью. В голове раздался знакомый голос: «Копай». Из последних сил он заработал руками, прокладывая путь к кислороду. И через мгновение он ощутил вкус холодного майского воздуха, смешанный со вкусом земли. Штольман плохо помнил, как выбрался из ямы. В голове шумело, руки тряслись, всё тело ломило. Он перевернулся на бок, и его вырвало. Вспышка боли в голове, а затем полная темнота.