Убить Сону

      Идеальный план не складывался. Три дня наблюдений за рабочими буднями Ким Сону дали чёткий вердикт — днём его не взять. Людей на улицах было достаточно, чтобы стать свидетелями, но недостаточно, чтобы в толпе растворить труп. А в моей работе главное — стелс. Без шума, без пыли. Без вопросов. Выходных, вот чего я ждал. Увидеть, как отдыхает мистер К. Может он запрётся в своей квартирке и не вылезет до самого вечера, листая какой-нибудь бабушкин журнал и захлебываясь слезами одиночества. Вот где было бы удобно всё сделать. Да я готов поставить, что его и не найдёт никто. До конца года точно. Однако всё оказалось слегка иначе. Но лишь слегка. К мистеру К пришел гость. Парень в кожаной куртке и черных джинсах с дырками. Он принёс два кофе. Я потратил большую часть дня на их, казавшийся уютным, разговор на кухне. Всё выжидая. Когда же свалит моя помеха. А ушел он, когда на улицы опустилась пелена вечера. И вот поворот, мистер К вышел с ним. Они разминулись у поворота. Единственное существо, что пока контактировало с Кимом, завернуло за угол.       А ведь в будущем он будет сидеть в допросной и рассказывать: «Ким Сону и другом то мне не был. Мы просто пили кофе в один день. И в один день его не стало. Я не виноват. Он сам».       Так устроен человек — тыкать пальцем в кого угодно, лишь бы не смотреть в отражение. Не оглядывать яму, в которую сам себя вкопал. Я всего лишь инструмент в чужой игре. Моя задача раскопать эту яму поглубже.       И вот я плетусь по парку чуть       поодаль своей цели. С образной лопатой в руках. Нас разделяет два ряда деревьев.       Он идёт медленно, смотрит под ноги, иногда останавливается. То ли разглядывая что-то под носками конверсов, то ли просто задумываясь о чём-то.       Сегодня. Я решил, что я завершу это дело сегодня. У меня осталось ещё пару клиентов с простыми не шибко дорогими заказами в очереди. Но потом всё, я постараюсь начать свою жизнь заново. У меня был ещё один день в запасе, но чем раньше, тем лучше, верно ведь?       Тем более сегодня всё складывается как нельзя лучше. Мистер Ким не выбрал ни одной хорошо проходимой дороги. Всё узенькие тропинки. В какой-то момент он вообще свернул с и так еле различимого под ногами пути и пошел в лес.       С одной стороны, очень хорошо. С другой же… Да на самом деле ни с одной стороны лица вы не хотели бы словить ветки в лицо, паука на голову или красного муравья, что переполз со ствола дерева ко мне на кофту и неведомым образом заполз под футболку. Раз за разом он жалил моё тело, и без того покрытое шрамами. Но нельзя отвлекаться на эту мелочь. Мои глаза и все органы чувств сегодня принадлежат мистеру К.       Долго мы продирались сквозь ветви деревьев. Пару раз мой спутник останавливался и разминал шею. Впереди послышался шум. Кажется. Это скутер. Видимо, мы выходим к городу.       Спустя пару минут Сону и правда поставил ногу на ровный асфальт. Я же безмятежно следовал за ним. Не издавая ни звука.       Но лишь только кеды парня коснулись серой поверхности, он замер. Не остановился, чтобы завязать шнурок. Не достать телефон. Он замер, как марионетка, у которой внезапно перерезали нитки. И затем, без тени спешки, плавно повернул голову. Не через плечо. Прямо на 90 градусов. Я увидел это словно в замедленной съёмке. И в последний момент успел юркнуть за дерево. Притаился. Неужели заметил? Но я далеко не близко, а он смотрел прямо на меня. Не сквозь деревья, не в сторону — точно в точку, где я стоял. Сердце в груди ускорило темп. Каждая клеточка моего тела напряглась. Сжалась в ожидании. Я не боюсь, но быть замеченным=провал на сегодня. Он не сделал ни шага в мою сторону. Не прищурился, не всматривался. Он просто… перевел взгляд вперед и пошел дальше, как будто просто отметил про себя что-то. Или удостоверился в том, что в лесу точно ничего не забыл.       Это не было похоже на поведение обычного, нормального человека. Но времени медлить нет.       Мы вышли на дорогу. Идём вдоль домов. И не быстро, и не медленно, но в одном темпе. Ким Сону и его последняя Тень. Тень, которая знает, куда направляется её хозяин. В досье на этого парня было много любопытных вещей. Одна из которых излюбленное место-смотровая площадка на торговом центре. Я всё думал, придёт ли он туда и когда это случится. Кажется, что сегодняшний день не может стать лучше. Ведь я уже её вижу.       Я — та самая тень, что сливается с вещами на стуле, превращая их в оскал в темноте. Я — чудовище под твоей кроватью. И да, я жду, когда ты, наконец, спустишь ногу с края матраса. Чтобы сделать один-единственный шаг, который ты не должен был делать.       Ты можешь избежать этого, просто не лезь куда не надо, не связывайся с тем, с кем не надо.       А если уж нанимаешь человека, чтобы отправить другого в последний путь, то нанимай таких как я, а не тех, кто прячется в старом поцарапанном Хёндае за поворотом. Неужели не ясно, что даже если включить фары, при горящем в салоне свете, то четко видно две пары глаз, смотрящие в твою сторону.       Думаю, то, что Сону не дошел до них, им просто повезло. Как они вообще его отследили- загадка. Кажется, на парне жучок.       А тем временем мы заходим внутрь. Сначала он, спустя время я. Затянув капюшон покрепче, вслед за ним.       Люди толпятся возле магазинов с одеждой и едой. Выбирают как им провести день. А ведь некоторые из них могут не дожить до завтра. Нужны ли все эти их планы на не гарантированную жизнь? Глаза закатываются сами от мыслей. И давно это я начал рассуждать в стиле: «в чём смысл жизни?». Это всё посредник со своими странными вопросами. Поднимаюсь на смотровую площадку, расположенную на 42 этаже. Оглядываюсь по сторонам, но не чтобы найти Ким Сону. А чтобы убедиться, что путь для отступления чист. Сегодняшнее приключение под названием: «он сам упал» начинается. И в первом акте я должен спрятаться за кулисами. Меня не должны видеть. Время позднее, но народ всё ещё снуёт туда-сюда у подножия торгового центра. Мой взгляд скользнул по периметру смотровой площадки. Искусственный газон, парочка деревьев, шезлонги и стеклянные столики. В другом углу пара человек любуется видом. А в стороне, где стою я, лишь силуэт моей цели и две камеры. Одна на входе, другая — на противоположном конце. Предусмотрительно. И крайне неудобно. Я сделал широкий круг, притворившись очередным мечтателем, завороженным ночным городом. Проходя мимо щитка, я на секунду присел, будто завязывая шнурок. Короткий, мощный импульс из портативного глушителя в кармане — и красные огоньки на камерах погасли. На полминуты им хватит. Мне хватит и тридцати секунд. Я не спускал глаз с Ким Сону и увидел с какой лёгкостью он перемахнул через маленький заборчик, забрался по лестнице на небольшой помост. Он находится чуть выше основной площадки и ограждение там не доходит даже до икр. Такое по душе тем, кто ищет больше свободы. Ким Сону, твоё стремление обрести свободу никогда не могло бы оказаться настолько реальным. По плану здания, при входе на помост находится дверь, ведущая в техническое помещение. Спасительная дверь, через которую можно скрыться. Этот парень, уже который раз за сегодня преподносит мне щедрый и одновременно жутко странный подарок. Забираюсь вслед за ним. Он уже отошел к дальней стороне помоста.       Крадусь словно пантера, подцепившая маленького оленя на коготок. Жадно подтаскивающая к себе, наслаждаясь запахом свежей, бурлящей крови.       Опускаю руки ему на спину и резким движением толкаю через парапет.       Это происходит за долю секунды. Думаю, он не успел понять, что именно произошло.       Смотрю как улетает тело моей завершённой задачи. И цепляюсь взглядом за глаза. Карие, с лисьим разрезом. Мокрые, и как мне показалось в последний момент, там совсем не было страха, скорее улыбка. Наваждение. Отблеск уличного фонаря, не больше.…       Встряхиваю голову и направляюсь к двери. Скрываюсь за листом тяжелого металла, направляясь вниз по винтовой лестнице. Выхожу из тц через черный ход, спокойным шагом. Ведь худшее, что я могу сделать это убежать. Забавно, что именно это делают во всех фильмах.       Думаю, скоро придёт оплата. Выполню ещё десяток мелких заказов и попробую сшивать своё существование другой машинкой. Совсем другим швом.       Вы когда-нибудь просыпались посреди ночи от жуткого кошмара? Не с чудовищами, зомби или вашей матерью, что решила распилить вас на части. Нет.       Дело в нём. В Ким Сону. Его зрачки, зацепившиеся за душу. Благодарный взгляд и я никогда себе в этом не признаюсь, но поклясться готов, что я просто положил руки на его лопатки, а перегнулся через перила и полетел он сам. Я ведь даже надавить нормально не успел.       Или мне это просто показалось…       Вытираю тыльной стороной ладони пот со лба. Весь вечер я сидел у телевизора ожидая новости. Ким Сону не появился ни в одной сводке. Может этот мир просто зажевал его, накинув сверху смерти обычного паренька пару нелепых краж, столкновений авто или «страшнейших в мире погодных условий». А может это тот странный заказчик заставил его испариться, словно Ким Сону был не человеком, а кубиком льда, кинутым в костёр ради забавы. Мне остаётся лишь гадать. И может быть у него просто были зрачки необычного цвета. ………………………………………………………       — НННИИКИИ! МЫ НАШЛИ ЕГО, НО ОН ОН ЛЕТИТ! — в трубку звучно орали. Высокий японец сидел на пластиковом стуле в халате за пробирками буквально с кроликом в руках. Телефон рядом разрывался от вибрации звонка уже битых полчаса. Не давая завершить эксперимент. Но после того, как вызов был принят, из трубки первым делом вылетели эти положительные и одновременно угнетающих слова.       С его пухлых губ слетел ещё один тяжелый выдох. Всё, что он смог ответить это «попробуете в следующий раз». На другом конце резко замолчали. — мы что…меняем цель? Но вызов был сброшен. Нишимура с напускным равнодушием вернулся к эксперименту.       Но спустя пару напряженных минут громко опустил руки на стол. Не сегодня, он не сможет увидеть его сегодня. Но они нашли его. Спустя столько времени, нашли.       Эти идиоты не могут поймать его быстро, поэтому ники придётся ждать. Но сколько полезной информации он получит, благодаря их взаимодействиям.       Если честно, то ещё до этого он знал, сидя в стерильном кабинете, глядя на монитор, Ники с холодным удовлетворением наблюдал за кричащими фигурками Джейка и Сонхуна, обсуждающих объезд кошек. Идиоты. Но именно их идиотизм был гениальным щитом. Ни один профессионал не вызвал бы у Сону той улыбки, почти человеческого вздоха, который Ники поймал на скрытую камеру, спрятанную в оправе очков Джейка, сегодня утром. Наконец-то реакция. Не присущее тому равнодушие, а досада живого человека. И это было ценнее любой безупречной слежки.