Наследие Platinum

      В это же время в квартире на Вашингтон-стрит царило напряженное молчание. Воздух был густ от запаха паленой проводки, химикатов и тревоги.       Разум стоял посреди комнаты, его лицо было обращено к стене, но казалось, он «видит» сквозь нее весь Бостон. Его пальцы быстро перебирали бусины на специальных чётках — это был его аналог счет, способ структурировать информацию.       — Она действует в одиночку, — произнес он, нарушая тишину. — Её паттерн движения хаотичен, но целеустремлен. Это делает её непредсказуемой. Но у неё есть цель, которую мы пока не видим.       — Цель — Уильям! — мрачно бросил Киря, в ярости чистя свой пистолет. — Она его похитила! Чего ещё тебе не хватает?       — Недостаточно, — покачал головой Разум. — Похищение — тактика, а не стратегия. Зачем он ей? Просто как заложник? Слишком просто. Слишком... по-человечески. Её логика иная. Она ищет рычаг. Не над нами. Над кем-то другим.       Свит, нервно перебирая крапленые карты, поднял голову.       —Над Манией?       — Вероятность 87%, — кивнул Разум — Свит. Ты говорил, что у тебя есть... знакомый... среди городских клонов. Та, что работает телеграфисткой.       Свит насторожился.       —Мит-Телеграфистка? Ну... мы иногда обменивались сплетнями. Она падкая на блестящие безделушки. А что?       — Она часть сети. Но у неё, как и у всех искусственных душ, есть базовый инстинкт — самосохранение. Дай ей понять, что надвигается буря. Что Безымянный... активирован. И что он не будет разбираться, кто из них «хорошая», а кто «плохая» Мит. Скажи, что у нас есть информация, которая может её спасти. В обмен на информацию о том, где Предводительница держит Уильяма.       —Это рискованно. Если Мать-Мит узнает...       — Если мы ничего не сделаем, Уильям умрет.       Киря тяжело вздохнул и встал.       —Ладно. Я попробую прочесать старые убежища SKY.INC. Возможно, она использует одно из них. А ты, — он посмотрел на Свита, — иди к своей телеграфистке. И будь осторожен. Помни, что имеешь дело с кошкой. Она может мурлыкать, а в следующий миг — оцарапать.       Свит с деланной бравадой надел свой цилиндр.       —О, они меня любят! Главное — предложить правильную цену.       Они разошлись. Разум остался один в тишайшей, но наполненной данными квартире. Он мысленно проигрывал все возможные сценарии, все вероятности.       Свит нашел Мит-Телеграфистку не на почте, а в крошечной, заваленной бумагами конторе у причала, пахнущей рыбой, смолой и озоном. Она была точной копией других, но с важным, деловым выражением лица и в строгом, хоть и потрёпанном, платье. На шее у неё болталось золотое ожерелье — явно работа Свита.       Увидев его, она не улыбнулась. Её жёлтые глаза сузились.       —Свит. Ты здесь, потому что твой мальчик пропал. И твой слепой босс что-то придумал.       —Милочка, всегда рад твоей проницательности, — Свит снял цилиндр и сделал небольшой поклон, выкладывая на стол золотое кольцо. — Сувенир. Для лучшей телеграфистки Бостона.       Она медленно потянулась за безделушкой, но её пальцы замерли в сантиметре от металла.       —Говори. Цена?       — Информация. Где Предводительница прячет нашего мальчика?       —Самоубийство. Мать прибьёт меня к стене булавкой, как бабочку.       —А Безымянный прибьёт тебя к стене... ну, всем собой, — парировал Свит, его голос на мгновение потерял всю свою панибратскую игривость. — Он активирован, дорогая. Он не будет разбираться, какая из вас «правильная» Мит. Для него вы все — ошибка, которую нужно стереть. Мы можем дать тебе шанс.       Она отвела взгляд. В её позе читалось напряжение. Базовый инстинкт самосохранения, о котором говорил Разум.       — Она действует без санкции Матери. Она... нестабильна. Озлоблена. — Телеграфистка тихо пропела слова, будто передавая шифровку. — Она использует старый склад SKY.INC у угольных причалов. Тот, что с красной черепичной крышей. Но это ловушка. Она ждёт, что вы придёте...       — Почему ты нам это говоришь? — спросил Свит, искренне удивлённый.       Она наконец взяла блестящее кольцо и сжала его в кулаке.       —Потому что я не хочу гнить на дне озера, как неудачный эксперимент. Потому что я хочу жить. И, возможно, найти свой сад.       Склад у угольных причалов встретил их гробовой тишиной, нарушаемой лишь плеском грязной воды и скрипом их же шагов. Воздух был густым от угольной пыли и запаха пресной воды — след намеренно оставленный.       — Никого, — голос Разума, обычно бесстрастный, прозвучал как приговор.       — Это чистая площадка. Слишком чисто.       Киря, с пистолетом наготове, пнул ногой пустую бочку. Гулкий звук покатился под сводами пустого ангара. В углу они нашли Уильяма. Он сидел, прислонившись к стене, всё так же связанный. На его лице застыла смесь облегчения и стыда. Рядом на полу валялся смятый клочок бумаги.       Свит поднял его и развернул. Там было выведено неровным, торопливым почерком: "Спасибо за сотрудничество"       — И что это значит? — хрипло спросил Киря, пока Свит перерезал ему верёвки.       Разум замер, его лицо стало маской из чистого льда. Он не видел записки, но он видел картину. Слишком просто. Слишком легко. Ловушка, которая захлопнулась не здесь.       — Дневник, — выдохнул Уильям. — Она говорила о дневнике.       Трио переглянулось. Ледяная волна понимания прокатилась по ним. Они не проверяли поместье. Они были так уверены, что Уильям — главная цель.       Не говоря ни слова, они бросились обратно. ---       Дверь в квартиру на Вашингтон-стрит была приоткрыта. Внутри царил не хаос, а идеальный, зловещий порядок. Всё было на своих местах. Кроме одного. Половица в комнате Уильяма была отодвинута.       — Она была здесь, — произнёс он. Его голос был тихим, но в нём впервые зазвучало нечто, похожее на ярость. — Пока мы бегали по её ложному следу, она провела у нас дома.       Киря с силой ударил кулаком по косяку двери.       — Так вот для чего всё это было! Похищение, побег, всё это представление! Чтобы выманить нас и спокойно обыскать квартиру!       — Но как она нашла его? — Свит развёл руками. — Никто, кроме нас, не знал, где мы его спрятали!       Уильям, бледный как полотно, стоял посреди комнаты, потирая израненные запястья.       — Я… я рассказал где его прятал, — прошептал он.       Он не осмеливался поднять на них глаза. Из-за его слабости, его болтливости, они всё потеряли.       Разум медленно повернулся к нему. Его «взгляд» был невыносимым.       — Она нас переиграла, — констатировал он с ледяным спокойствием. — Мы среагировали предсказуемо, как на солдат, а не на разумного противника. Она использовала нашу привязанность к тебе как таран. И теперь у неё есть адрес твоих родителей.       В квартире повисла тяжёлая, гнетущая тишина. Они стояли, осознавая весь масштаб провала. Они вытащили мальчика из физической ловушки, но проиграли главную битву.       И они ничего не могли с этим поделать.