Shadows of desire

Мой тгк🤍:https://t.me/fluffkitt _____ Минджи вырвал из сна настойчивый, раздражающий звонок в дверь. Не громкий, но настойчивый — тот самый, что бьёт по нервам, когда ты точно знаешь, что время ещё слишком раннее, чтобы тебя тревожили. Она сонно моргнула, вытаскивая руку из-под одеяла, и на ощупь потянулась к телефону на тумбочке. 8:20. Минджи нахмурилась. — Кто там так рано приперся?.. — пробормотала она, голос ещё сиплый после сна. Скинув с себя одеяло, она накинула халат, перехватила его на талии и поплелась к двери. Глаза пока ничего толком не видели, мозг ещё спал, и потому она не то что не думала смотреть в глазок — она вообще едва вспомнила, где находится дверь. Щелчок замка. Минджи распахнула дверь — и на мгновение замерла, будто не веря, что не спит. На пороге стоял Чимин. Настоящий, живой, тёплый. В сером свитере, широких джинсах, кроссовках — такой домашний, простой, но красивый до безобразия. А в руках огромный букет — насыщенно-розовые розы, густые, свежие, такие, будто их только что срезали с кустов. Глаза Минджи расширились. — ЧИМИН! — она почти закричала, прежде чем броситься к нему на шею. Он только успел выдохнуть, будто смягчая удар: — Тише-тише… сейчас раздавишь меня… Но руки его тут же обвили её — крепко, привычно, так, как будто он сто лет ждал этих объятий. Она почти повисла на нём, ноги сами оторвались от пола, а он удержал её одной рукой за талию, второй придерживая букет. Он шагнул внутрь квартиры вместе с ней, легко перешагнув порог. Минджи сползла с него, всё ещё держа его за плечи, и наконец смогла выдохнуть: — Ты что тут делаешь?.. Чимин чуть улыбнулся — той мягкой, тёплой улыбкой, от которой у неё всегда делались ноги ватными. — Ну, во-первых, — он поднял букет, — это тебе. Минджи взяла цветы, прижимая букет к груди как самое дорогое сокровище. — А во-вторых, — продолжил он, — ты соскучилась. И я соскучился. Поэтому я приехал это исправлять. И заодно пригласить тебя на завтрак. Она улыбалась уже так широко, что щеки начали болеть. — Ты самый лучший, ты знаешь об этом? — сказала она искренне. Чимин чуть поднял бровь, будто шутя: — Уже знаю. Но напоминай мне почаще. Минджи толкнула его локтем в бок: — Тогда подожди меня минут тридцать — и я буду готова. Он легко наклонился и поцеловал её в лоб — так естественно, будто они тысячу лет так делали. — Готов ждать сколько угодно. Она кивнула на букет: — Тогда будь лапочкой, поставь его в вазу. Она на кухне. И, обратно вручая цветы ему в руки, почти вприпрыжку побежала в ванную. Через пять минут в ванной раздавался шум воды, хлопанье шкафчиков и быстрое цоканье по плитке — Минджи явно торопилась. Она умылась, почистила зубы, стянула волосы в аккуратный хвост, нанесла лёгкий макияж — ровно настолько, чтобы выглядеть бодрой, но не наряженной. Она выскочила в спальню, распахнула дверцы шкафа и минуту смотрела на одежду, перебирая варианты. Наконец, выбрала комплект — лёгкую полосатую рубашку и широкие джинсы, стильные, удобные, идеально подходящие под утреннюю вылазку на завтрак. Переодевшись, она снова выбежала в гостиную. Чимин стоял у стола, как раз заканчивая расправлять цветы в вазе. Букет выглядел потрясающе — будто стал частью интерьера. Он поднял голову, и его взгляд медленно прошёлся по девушке с головы до ног. Минджи сделала игривый оборот, будто демонстрируя себя. Он выдохнул почти восхищённо: — Ты великолепна. — Спасибо, — улыбнулась она. Он подошёл, не торопясь, словно смакуя каждый шаг. Ладонь легла ей на талию — уверенно, но мягко. Чимин потянул её к себе, и их губы встретились — глубоким, тёплым, почти ленивым поцелуем, идеальным для раннего утра. Когда они оторвались друг от друга, он коснулся её подбородка пальцами и тихо сказал: — Поехали. Он протянул ей руку. Минджи вложила свою ладонь в его — маленькую, тёплую, доверчивую — и кивнула. — Поехали. Чимин улыбнулся так, будто утро вдруг стало его любимым временем суток. Они вышли из квартиры, закрыв дверь за собой, и Минджи поймала себя на мысли, что чувствует себя не просто счастливой — а правильно счастливой. В нужном месте, с нужным человеком, в нужное время. И утро обещало быть только началом этого прекрасного дня. _____ Чимин привёз Минджи в одно из своих любимых кафе — не слишком шумное, но стильное, с огромными окнами во всю стену и мягкими светлыми креслами. Утро было солнечным, и свет падал так красиво, что всё место казалось тёплым и домашним. Минджи, только зайдя, поняла, почему он любит это место: здесь было спокойно. Спокойно так, что сердце начинало биться ровнее. Они выбрали столик у окна. Как только они сели, официант тут же подошёл, вежливо поклонился и вручил каждому меню. Чимин взглянул на Минджи с хитрой улыбкой: — Ты не будешь против, если я закажу что-то по своему вкусу? — спросил он, слегка наклонив голову. — Хочу, чтобы ты попробовала тут всё самое вкусное. Минджи закрыла меню и положила его на стол: — Ну раз ты так хочешь, — она нарочно выделила голосом «ты», — хорошо. Чимин довольно кивнул, как ребёнок, которому разрешили купить любимое мороженое. Подозвал официанта лёгким движением руки и уверенно перечислил пункты из меню. Официант записывал быстро, но в глазах мелькало лёгкое удивление — заказ был большой и разнообразный. — Через двадцать–двадцать пять минут всё будет готово, — сказал он и забрал меню, оставив их вдвоём. Чимин тут же потянулся через стол и взял Минджи за руки, сложив их в своих ладонях. — Ну? Как ты спала? — спросил он, мягко поглаживая её пальцы. Минджи закатила глаза, будто вспоминая нечто мучительное: — Хорошо… но рядом со мной не хватало кое-кого. Тёплого. И храпучего. Чимин театрально выдохнул и приложил руку к груди: — Это я то храпучий? Минджи кивнула самым серьёзным видом: — А ты не знал? Ты храпишь. — Ложь и клевета, — возмутился он. — Так, в следующий раз записывай на диктофон. Доказательства давай. Она усмехнулась: — Хорошо. В следующий раз так и сделаю. Он сжал её пальцы чуть крепче, будто наслаждался каждым её словом. Еду действительно принесли быстро: ароматные тосты, хрустящая картошка, овощи гриль, несколько десертов, омлеты — всё выглядело как на картинке. Минджи только покачала головой: — Ты будто заказал всё меню. — Почти, — гордо заявил он. Они начали завтракать. Еда оказалась действительно вкусной. — Я, кстати, позвонил в ресторан, — произнёс Чимин, облокачиваясь на стол. — Забронировал нам столик. Подумал, что лучше сделать всё заранее, чтобы судьба не дала нам подзатыльник в последний момент. Минджи, едва прожевала кусочек, улыбнулась: — И я снова повторю, что ты лучший. Он чуть приподнял подбородок: — Я стараюсь. Минджи пододвинула тарелку и скрестила руки на столе: — Стараешься… Ну, посмотрим, как сильно. — Это вызов? — Чимин прищурился. — Возможно, — она потянула через стол вилку и взяла кусочек из его тарелки. — Я тестирую твой вкус. — Тогда мне нужно тоже протестировать кое-что, — сказал он и протянул руку, мягко коснувшись её подбородка. Минджи моргнула, не успев понять, как ближе он к ней наклонился, взгляд чуть опустился на её губы. — Чимин… — она выдохнула, чувствуя, как тепло поднимается к щекам. Он улыбнулся, будто довольный реакцией: — Просто проверяю, насколько вкусно может быть твоё настроение сегодня. — Ты флиртуешь как ненормальный, — сказала она, пытаясь сдержать улыбку. — Потому что ты на меня так смотришь. — Как? — Так, будто хочешь меня прямо сейчас на этом столе. Минджи открыла рот, возмущённо задыхаясь: — Чимин! — Что? — он сделал вид, что удивлён. — Я же просто сказал правду. — Я не смотрела так! — Ага. Конечно. Минджи засмеялась и покачала головой. — Ты неисправим. — Но я всё равно тебе нравлюсь , — самодовольно ответил он. — Кто тебе такое сказал? — Твои глаза. Она смутилась сильнее и отвела взгляд. Чимин тихо усмехнулся. Он обожал её стеснительность. Когда они доели, официант забрал пустые тарелки. Минджи откинулась на спинку стула, чувствуя, что теперь точно сыта. — Хочешь ещё прогуляться? — спросил Чимин, когда они расплачивались. — Почему бы и нет? Они вышли из кафе, свежий воздух был прохладным, но приятным. Минджи поправила рубашку, пока Чимин шёл рядом, не отпуская её руку. У машины она вдруг остановилась: — Можем поехать в мою студию. Там всё равно никого нет. Сможем побыть вдвоём. Чимин расплылся в широкой улыбке: — Тогда решено. Студия была тихой, слегка прохладной. Эхо шагов отражалось от деревянного пола. Они вошли в один из залов — просторный, с зеркалами по двум стенам и мягким светом. Минджи только собиралась опуститься на пол, но Чимин успел первым — схватил её за талию и усадил прямо к себе на колени, будто так и должно быть. — Мне нужна моя порция обнимашек и поцелуев, — заявил он уверенно. Минджи хмыкнула: — Ну тогда получайте. И их губы встретились. Поцелуй был мягким, нежным, но в то же время глубоким, медленным, неторопливым. Чимин держал её за талию, его пальцы слегка сжимали её кожу через ткань. Минджи обвила его шею, чувствуя, как его дыхание становится чуть тяжелее. Когда они оторвались, Чимин перешёл к её щеке, к виску, к линии челюсти — короткие, тёплые, почти щекочущие поцелуи. — Щекотно… — выдохнула она, слегка отодвигаясь. — Терпи, — он снова коснулся губами её кожи. — Я хочу зацеловать тебя всю. Ты слишком уж красивая. Минджи засмеялась, спрятав лицо у него в плече. Его смех смешался с её — тихий, довольный, домашний. Они просидели так ещё минут пятнадцать — обнимаясь, целуясь, шепча что-то неслышное. Чимин всё время поглаживал её по спине и талии, будто боялся отпустить хотя бы на секунду. Но он вдруг посмотрел на часы на своём запястье и тихо выдохнул. — Мне уже пора ехать… Минджи состроила грустное, почти щенячье лицо: — Ну нееет… — Прости, солнце, — он коснулся её губ коротким поцелуем. — Но работа не ждёт. Они поднялись вместе. Чимин не отпустил её талию, а Минджи всё так же держала его за шею, будто не хотела отпускать. — Во сколько ты сегодня заканчиваешь? — спросил он. — Ммм… в 19:00. — Хочешь, я заеду за тобой? — А ты уже будешь свободен? — спросила она, чуть подняв бровь. — Думаю, да. Если что-то изменится — я обязательно дам знать. Минджи улыбнулась: — Тогда, конечно, хочу. Ты ещё спрашиваешь. Он ответил широкой, счастливой улыбкой и наклонился к ней: — Тогда… последний поцелуй. Он поцеловал её — долго, мягко, чуть задержав дыхание. — Хорошего дня тебе, — прошептал он. — И тебе, — ответила она. Он вышел из зала. Она осталась стоять в середине комнаты, касаясь пальцами своих губ. У обоих на лице были одинаковые улыбки. Такие, что не сходят часами. _____ Чохи крутилась перед зеркалом, поправляя последний завиток волос и оценивая, как сидит выбранный ею образ. Узкая бордовая кофточка, открывающая изящные ключицы и плечи, подчёркивала её тонкую талию. Короткая чёрная юбка делала ноги ещё длиннее. Она приподняла подбородок и самодовольно улыбнулась: — Ещё скажи, что я не богиня, — проговорила она самой себе, но тут к её ногам мягко потерся пушистый Тори. Она посмотрела на кота сверху вниз: — Ну что, кроль, ты готов встречать гостя? Не подведи мамку перед мужчиной моей мечты. Тори фыркнул, будто отвечая: «Я вообще-то и есть твоя мечта». Но судьба решила иначе — Техен уже был в пути. Когда на часах высветилось 17:59, звонок в дверь раздался со странной точностью. Чохи резко вдохнула, провела ладонями по бёдрам, успокаивая себя, и пошла открывать. Дверь распахнулась — и сердце у неё подпрыгнуло. На пороге стоял Техен. В чёрных брюках, белой футболке и чёрном кардигане — как всегда стильный, будто сошёл с модного разворота. Но больше всего впечатляла его улыбка… и букет. Огромный, нежно-розовый, аккуратный, как он сам. В другой руке — маленький пакетик. Техен слегка приподнял уголок губ: — Привет, красавица. Это тебе, — он протянул букет. — А это… — поднял пакетик, — твоему сыну. Чтобы он не ревновал и хорошо себя вёл. Чохи покраснела, словно впервые услышала комплимент в жизни. Она взяла букет, вдохнула аромат и с мечтательным вздохом прошептала: — Господи… ну вот как не влюбиться в тебя ещё сильнее? Техен хмыкнул и сделал шаг ближе. — Ты можешь и дальше влюбляться. Я не против. Она отступила назад, открывая дверь шире: — Проходи уже, пока я не растаяла прямо в дверном проёме. Техен зашёл, поставил пакетик на пол и присел, чтобы поздороваться с Тори. — Здравствуй, мужчина в доме, — уважительно сказал он коту. — Я пришёл с миром. Тори пару секунд смотрел недовольно, как любой уважающий себя кот, а затем позволил себя погладить. Чохи стояла, скрестив руки на груди: — Вау… он тебя принял. Это официально: Техен, ты теперь избранный. Техен встал и приблизился: — Приятно быть избранным. Особенно у такой хозяйки. Чохи чуть отступила — и сразу наткнулась спиной на столешницу. Техен улыбнулся, явно понимая, что делает. — Ты шикарно выглядишь. Даже слишком. Его взгляд плавно скользнул по её фигуре. — Мне стоило подготовиться морально. Она рассмеялась и толкнула его легонько в грудь: — Перестань. Я просто решила… ну… быть красивой. — Для меня? — мягко уточнил он, но глаза блеснули. Она прикусила губу, чувствуя, как внутри всё вспыхивает: — Ага. Для кого же ещё? Они прошли на кухню. На столе стояли тарелки, красиво разложенные овощи, паста, салат, бокалы. Техен поднял брови: — Ты… сама готовила? Чохи подняла голову гордо, как будто получила премию: — Да. Представляешь? Сама. Вспомнила, где у плиты кнопка. Она вздохнула комично драматично: — Да, любовь творит чудеса. Техен подошёл сзади, положил руки ей на талию: — Любовь, говоришь? — Ну… симпатия. Очень… сильная симпатия, — она быстро поправилась, чувствуя, что сердце вот-вот выпрыгнет. Он наклонился и прошептал ей в ухо: — Это взаимно, Чохи. По её коже пробежали мурашки. Ужин прошёл удивительно легко. Они шутили, смеялись, обменивались взглядами, которые становились всё более тёплыми и всё менее невинными. Техен: — Признаюсь честно… я думал, что ты потрясающая. Но ты… ещё интереснее, чем я ожидал. Чохи делала вид, что она спокойная, но пальцы дрожали, когда она подносила бокал ко рту: — Если честно, ты мне тоже нравишься больше, чем должен. Это вообще незаконно — быть таким красивым. — Я могу компенсировать, если хочешь, — он протянул руку через стол, — быть ещё и милым. Она вложила свою ладонь в его: — Мм… покажи. Он поцеловал её пальцы — медленно, мягко. Чохи едва не уронила вилку. — Так… всё. Хватит. Так и убить можно, — пробормотала она. Техен ухмыльнулся: — Я только начал. После ужина Техен помог убрать со стола, а потом они переместились в гостиную. Чохи села на диван, Техен — рядом. На удивление близко. Тори запрыгнул на подлокотник дивана и внимательно на них смотрел, как истинный контролирующий родитель. — Он сейчас решает, достоин ли ты остаться дома. Так что веди себя прилично. Техен не отвёл взгляда от её глаз: — А если я хочу вести себя неприлично? Её дыхание сбилось. — Тогда… — она сглотнула, — тогда… он отвернётся. Как по заказу, Тори фыркнул и отвернулся. Техен рассмеялся. — Разрешение получено. Он приблизился. Медленно. Давая ей время отстраниться. Но Чохи не думала отстраняться. Она сама сократила расстояние и коснулась губами его губ. Сначала осторожно. Пробуя. Проверяя. Но стоило Техену обнять её за талию и притянуть ближе — поцелуй стал глубже. Жарче. Страстнее. Чохи тихо выдохнула в его губы, а он провёл ладонью по её бедру, вызывая дрожь. Она отстранилась на пару секунд, чтобы вдохнуть: — Техен… — Да, Чохи? — Нам… может, стоит… перейти в спальню? Она покраснела до ушей. — Там… удобнее. Его глаза вспыхнули огнём желания и нежности вперемешку. — Веди. Она взяла его за руку. Техен поднялся, переплёл свои пальцы с её — и они тихо прошли по коридору, будто боялись спугнуть момент. Перед дверью спальни он остановился, притянул её к себе и ещё раз поцеловал — мягче, чем прежде, но глубже эмоциями. — Ты уверена? — прошептал он. Чохи положила ладонь ему на щёку: — Уверена. Очень. Она открыла дверь — и они вошли внутрь, растворяясь в тепле, в ожидании и в друг друге. _____ Ровно в 19:00 Минджи закрыла дверь своей студии и, чуть подрагивая от усталости, вышла на улицу. В этот момент она заметила знакомую машину — точнее, даже не машину, а силуэт человека за рулём. Чимин. Её сердце как будто подпрыгнуло. Он сразу её увидел — и, не теряя ни секунды, вышел из машины, широко раскинув руки в приглашении. Минджи даже не подумала идти — она побежала. Разбежалась и буквально прыгнула ему в руки. Он подхватил её так легко, будто она ничего не весила, и крепко прижал к себе, одной рукой обняв за талию, другой — за спину. — Ты всё же приехал, — выдохнула она, уткнувшись носом в его шею. — Ну конечно приехал, — ответил он так мягко, что у неё дрогнули колени. — Освободил вечер, чтобы провести его с тобой. Хотел ещё немного времени… просто с тобой. Минджи чуть отстранилась и улыбнулась так тепло, что Чимин почувствовал, как что-то сжимается в груди. — Это приятно, — прошептала она. — Хочешь, поедем куда-нибудь прогуляемся? Она кивнула, всё ещё не отпуская его руку. Они сели в машину. Минджи собиралась пристегнуться, но взгляд зацепился за два стаканчика в подстаканнике. Чимин взял один и протянул ей. — Чай. Чёрный. С малиной. Подумал, после тяжёлого дня тебе будет приятно немного расслабиться. Минджи… чуть не расплакалась. Серьёзно. Ком подступил к горлу. Никто раньше так о ней не заботился. Никто не был с ней настолько внимательным. Никто не запоминал её мелочи, вкусы, привычки. Она накрыла его руку своей ладонью, потом мягко коснулась пальцами его щеки… и потянулась поцеловать. — Спасибо, — выдохнула она тихо. — За то, что приехал. За чай. За то… что ты со мной. Чимин улыбнулся так, что у неё по телу разошлось тепло. — Это тебе спасибо. Что ты со мной, Минджи. Он завёл машину. Доехали они до небольшого уютного парка. Узкая аллея, фонари вдоль дорожки, лёгкий вечерний ветер — идеальное спокойное место. Они взялись за руки — будто это было совершенно естественно, как дыхание. И пошли медленно, попивая свои напитки. Минджи рассказывала, как прошёл день: — Представляешь, дети сегодня вообще не давали мне показать новую связку. Каждый хотел что-то рассказать… У одного новая собака, у другой новый бант, третий просто хотел внимание. Я пять минут пыталась успокоить всех разом… будто я управляю мини-циклом хаоса. Чимин смеялся весь путь. Иногда подмечал: — Ты бы видела, как у тебя светятся глаза, когда ты про них говоришь. — Мне кажется, они тебя обожают. — Ты — самая милая злая училка в мире. — Я не злая! — Нет, конечно, нет. Ты просто… строгая. Иногда. Миленько строгая. Она стукнула его плечом, но нежно. Они остановились, когда аллея вывела их к открытому месту, где было видно вечернее небо. Минджи подняла голову, рассматривая облака, подсвеченные огнями города. — Красиво, правда? Но Чимин не смотрел на небо. Он всё время смотрел на неё. — Очень, — произнёс он тихо. И только когда она заметила его взгляд — тёплый, мягкий, будто он смотрел на самое драгоценное, — щёки Минджи слегка покраснели. Она повернулась к нему полностью, заглянула в глаза — и сама потянулась вперёд. Поцеловала его. Мягко. Тепло. Но так, что у обоих внутри прошла волна мурашек. Когда они отстранились, Чимин провёл пальцем по её щеке, будто запоминая. Они не говорили. Да это и было не нужно. Они снова взялись за руки и продолжили идти по аллее — медленно, в тишине, но оба… абсолютно счастливые.