Loving Memories Never Die

В течение нескольких дней Субин изо всех сил старался придумать повод, чтобы поговорить с Ёнджуном. Пока что это не слишком хорошо получалось. — Эй, мне нравится твоё худи, — сказал Субин, когда Ёнджун вышел из своей комнаты, чтобы поужинать. Тот выглядел так, будто только что вышел из душа, его волосы были влажными и обрамляли лицо. Это было так мило, что Субин едва успел отвести взгляд, прежде чем его пристальный взгляд стал слишком очевидным. Ёнджун изучающе приподнял бровь и коротко кивнул. Затем, словно осознав, что застыл, он пожал плечами. — Я носил его и вчера, — всё, что он сказал, проходя мимо Субина на кухню. Попытка завязать разговор очевидно провалилась. Были и другие случаи, когда Субин пытался что-то сказать, например, когда все пятеро смотрели фильм в гостиной, и он превращался в заикающегося неудачника, стоило ему заметить, что взгляд Ёнджуна устремлён на него. Что лишь усложняло задачу заговорить с Ёнджуном, потому что всякий раз, когда это случалось, Ёнджун бросал на него этот взгляд с приподнятой бровью, а затем либо смеялся над ним, либо уходил. Что ж, Субин был не виноват, что у него проявлялись все признаки влюблённости. Это была вина Ёнджуна — он был чертовски красив. И пугающим.

—

Был обычный будний день, когда Намджун собрал всех пятерых в самом большом тренировочном зале. У Субина была бессонная ночь, он ворочался часами и сумел поспать лишь четыре часа, так что говорить ему не хотелось. Он просто пошёл за остальными, не утруждая себя вопросами, зачем их позвали. Когда они достигли зала, то обнаружили Намджуна стоящим с другим мужчиной. С первого взгляда Субин принял незнакомца за чужого, но спустя минуту осознал, что видел его раньше. Просто не был уверен, когда и где. — Привет, ребята, — поприветствовал их Намджун. Пятеро парней выдавили приветствия, больше похожие на ворчания разной степени разборчивости. Ёнджун, казавшийся самым бодрым, спросил: — Что ты здесь делаешь, Сокджин-хён? Я думал, ты слишком занят, чтобы возиться с нами. Так, незнакомца звали Сокджин. Однако узнавание его имени не проясняло ситуацию для Субина. — Намджун-а хотел, чтобы я сегодня помог, — сказал Сокджин, положив руку на плечо Намджуна. Тот, что был повыше, закатил глаза, но его улыбка выдавала расположение. — Я размышлял над теорией Субина, — объяснил Намджун, жестом приглашая их пройти к скамейкам в углу зала, чтобы присесть. — Для вашей команды было бы лучше, если бы Бомгю и Тэхён могли использовать свои силы по отдельности, и я думаю, Сокджин мог бы помочь нам с этим. Он принёс файлы с ваших церемоний, — он бросил взгляд на Бомгю и Тэхёна, которые уселись рядом, соприкасаясь бёдрами. — Так что мы можем докопаться до истины, стоящей за вашими силами. Сокджин рассмеялся, опуская большую стопку бумаг на стол перед ними. — Это напоминает мне старые добрые времена, Намджун-а, — сказал он, ухмыляясь. — Раскрытие тайн и всё такое. Вот это были деньки. А, так Сокджин и Намджун раньше были в одной команде. Субину было странно представлять их наставника — или босса, или каким там было официальное звание Намджуна — в иной роли, нежели в той, что он занимал сейчас. Неужели он раньше работал в поле, ежедневно раскрывая преступления? Как он использовал свою силу на заданиях? Была ли у него секретная дополнительная сила, о которой Субин не знал? В его голове роилось столько вопросов. Стопка бумаг была вручена в руки Субина, заставляя его разум прекратить неистовствовать и сосредоточиться на происходящем. — Я хочу, чтобы вы двое просмотрели файлы, — сказал Сокджин, вручая аналогичную пачку Ёнджуну. — Если понадобится помощь, спрашивайте Намджуна. Вы трое, — добавил он, указывая на Бомгю, Кая и Тэхёна, — будете работать со мной. Субин принял свою задачу, и затем он, Ёнджун и Намджун направились в соседнюю комнату, где могли бы спокойно сидеть и читать. — Вообще-то у меня есть ещё одно собрание, на которое нужно попасть, — сказал Намджун, как только они вошли. Он задержался у двери, глядя на других двоих, пока они подходили к столу в центре комнаты. — Вы двое побудете тут одни? Я зайду, как только закончу. Субин взглянул на Ёнджуна, прежде чем ответить: — Всё в порядке. Мы будем здесь. После этого Намджун кивнул и ушёл. В тот миг, когда дверь за ним закрылась, атмосфера в комнате переменилась. Субин не был уверен, исходит ли дискомфорт изнутри или же это были чувства Ёнджуна, которые он улавливал. Пока Ёнджун садился, Субин смотрел на него и размышлял, где же ему сесть. Рядом с ним? Напротив? Или на другом конце стола, как можно дальше? Последний вариант почему-то показался ему нелепым, но он не имел ни малейшего понятия, что по этому поводу думает Ёнджун. Собравшись с духом, Субин подошёл к Ёнджуну и выбрал место справа от него. — Эй, может почитаем вместе? Ёнджун посмотрел на Субина как олень на фары. Прошла секунда-другая, прежде чем он вспомнил, что нужно контролировать выражение лица, и тогда Субин снова встретил его холодный взгляд. — Думаю, мы будем эффективнее, если будем читать по отдельности, — ответил Ёнджун, отворачиваясь и переворачивая первую страницу, чтобы начать читать. Тут же Субин почувствовал, как у него запылало лицо. Ладно, значит, Ёнджун не хотел работать с ним. Не страшно. Не то чтобы его слова были неправдой, по отдельности они и правда справятся быстрее. Субин просто подумал, что было бы приятно хоть раз сделать что-то вместе. Итак, они погрузились в чтение страниц, полученных от Сокджина, в полной тишине. Субин изо всех сил старался не поддаваться влиянию неловкого напряжения, витавшего в воздухе, но было почти невозможно не замечать каждое мельчайшее движение Ёнджуна. Он пытался сосредоточиться, правда, пытался. Но это было трудно, когда его мысли уплывали куда-то каждую минуту. Они бегали по кругу вокруг Ёнджуна и того, о чём он думает в этот момент (думал ли он, что Субин слишком громкий? Слишком тихий? Мешают ли ему его дёргающиеся пальцы? Подглядывает ли за ним Ёнджун украдкой? Или ведёт себя так, будто в комнате один?). В какой-то момент ему удалось отвлечься от Ёнджуна, вернувшись к размышлениям о том, где же он видел Сокджина раньше. Это заняло у него некоторое время, но в конце концов он вспомнил. Это был тот день, много месяцев назад, когда Бомгю и Тэхён вернулись с задания ранеными. Сокджин был в той комнате, когда Субин пошёл за Намджуном перед их приземлением, вот откуда он его узнал. Не думая, Субин поделился своим открытием с Ёнджуном. Он ожидал, что тот поддержит разговор и, возможно, расскажет что-нибудь о Сокджине, но вместо этого Ёнджун лишь утомлённо бросил: — А, понятно. Стоит ли говорить, что в тот день Субин больше не пытался завязать с Ёнджуном какие-либо беседы.

—

Они потратили дни, пытаясь разгадать историю, стоящую за силами Бомгю и Тэхёна. Потребовалось время, чтобы просто прочесть все документы, которые, к сожалению, оказались тупиком, поскольку в них не было никаких записей о том, было ли слияние двоих намеренным. Кай пытался покопаться у них в головах, но лишь на поверхностном уровне, так как всё ещё сомневался в себе после того, что случилось с Субином в прошлый раз, когда он пытался что-то сделать в его голове. Пока они ничего не нашли, и всё, к чему это, казалось, вело, — это истощение всех сил Кая. После одной из тренировок Бомгю предложил группе вместе сходить за мороженым, чтобы разрядить обстановку и заняться чем-то расслабляющим. Субину понравилась эта идея, и он сразу же согласился, однако его быстро огорчило то, что Кай сказал, что слишком устал, а Ёнджун отказался, сославшись на то, что он, видимо, не в настроении для мороженого. Субин беспокоился, что Ёнджун отказывался от подобных посиделок из-за него. Неужели его присутствие было настолько невыносимым? В итоге за мороженым пошли только Субин, Бомгю и Тэхён. Субин не жаловался, потому что ему очень нравилось их общество, было лишь что-то слегка удручающее в том, чтобы идти куда-то с парой и становиться третьим лишним. Всё началось хорошо: все трое купили своё мороженое и сели за столик подальше от двери. Бомгю игриво высмеивал выбор вкуса Субина, словно в мороженом существовали правильные и неправильные варианты. Однако спустя несколько минут для Субина всё пошло под откос. Его сердце сжалось от тоски, и он не мог перестать наблюдать, как Бомгю кормит Тэхёна с ложечки своим мороженым, а затем большим пальцем вытирает уголок его рта. Это была очень милая сцена, и он был бы счастлив за своих друзей, если бы не утопал в собственных безнадёжных чувствах. Тэхён, как всегда проницательный, спросил Субина, почему он выглядит таким мрачным. — Вкус не оправдал ожиданий? Что ж, не так уж и проницателен, если он думал, что Субин в подавлен из-за мороженого. — Нет, дело не в этом. Просто немного утопаю в жалости к себе. Но всё не так плохо, не беспокойся. Бомгю склонил голову набок. — Хочешь поговорить об этом? Субин не знал, хочет он или нет. Он знал, что просто думать об этом, ни к чему не приведёт, так что, вероятно, было хорошей идеей высказать свои переживания. Однако сама мысль рассказать друзьям о своей новой влюблённости была унизительной. Он помолчал какое-то время, размышляя, какой вариант выбрать. В итоге он остановился на более смелом, но менее комфортном варианте — рассказать им. — Конечно, — сказал он, привлекая их внимание, так как они, наверное, уже подумали, что он не ответит. Он уставился на стаканчик с наполовину растаявшим мороженым перед собой. — Это, эм, это насчёт… Ёнджуна. — Он сделал паузу, прислушиваясь к любой реакции друзей. Когда её не последовало, он взглянул на них сквозь чёлку. — Что насчёт Ёнджуна? — спросил Тэхён, и его лицо не выдавало никаких мыслей. — Ах, это глупо. Я просто… У меня такое чувство, что он меня ненавидит? И это, типа, очень отстойно, если честно. — Ненавидит? — произнёс Тэхён, и в его голосе слышалось удивление. — Хён тебя не ненавидит. — Ты уверен? — спросил Субин, с безнадёжностью глядя то на одного, то на другого. — Потому что он определённо ведёт себя так. Он почти не разговаривает со мной, уходит, когда есть возможность провести время вместе, и никогда не улыбается, когда я рядом. Кроме того, я заметил, как по-разному он ведёт себя, когда меня нет рядом. — Ах, это… — Бомгю, казалось, подбирал слова, пытаясь объяснить поведение Ёнджуна, что Субин воспринял как знак того, что его теории верны. У Бомгю никогда не было проблем с речью. — Всё не так, как ты думаешь, правда. — Я тебе не верю, — сказал Субин, надувшись. — Прошли месяцы, мне становится лучше, я вспоминаю всё больше и больше, но он всё равно ни разу не пытался завести со мной нормальный разговор. И ты говоришь, что он меня не ненавидит? — Ему было трудно, — сказал Тэхён, пытаясь помочь объяснением. — Разве не всем вам было трудно? Разве мне не было трудно? И всё же он единственный, кто не пытается. Тэхён с досадой вздохнул. — Всё сложнее, чем кажется. Он другой. Обычно он очень открытый человек. Я думаю, он просто изо всех сил старается защитить себя. — Защитить себя от чего? — Разочарования? — предположил Бомгю. — Грусти? Боли? Не знаю, тебе придётся спросить у него самого. Субин простонал и опустил лоб на руку, лежавшую на столе. — Я не могу просто так спросить его. — Хён, мы живём вместе, — сказал Тэхён, — ты видишь его каждый день. Поговорить с ним — не такая уж сложная задача. Если бы ты только знал, подумал Субин. — Я не могу с ним говорить. Вы не понимаете. — Тогда что ты имеешь в виду? — спросил Тэхён. Острый палец впился в руку Субина, заставив его вздрогнуть и резко поднять голову от боли. Бомгю смотрел на него с усмешкой, довольный, что заставил Субина перестать хандрить, уткнувшись в стол. — Я… — Субин попытался понять, как сказать это не смущаясь. — Просто… всякий раз, когда я говорю с ним, я всё порчу. Я слишком нервничаю, лицо горит, или я говорю какую-то глупость, а он просто смотрит на меня странно. Бомгю фыркнул. — Похоже, кое-кто влюбился, — пошутил он, и на его лице расплылась ухмылка при возможности подразнить Субина. Однако взгляд Тэхёна был более оценивающим. Прежде чем младший успел что-то сказать, Субин решил просто выложить всё. — Ты прав, ладно? Он мне нравится. Мне нравится Ёнджун-хён, и это немного унизительно. Я не знаю, что делать. Улыбка Бомгю сползла с лица. — О. Серьёзно? — Он несколько секунд смотрел на Тэхёна, и Субину стало ясно, что они, должно быть, общаются через ментальную связь. Субин нервно изучал их. У него не хватило терпения ждать, пока они закончат свой разговор и вернут внимание к нему, поэтому он выпалил: — Я правда не знаю, что делать, потому что, как я сказал, мне кажется, что Ёнджун ненавидит меня, и он, вероятно, будет не очень рад узнать, что он мне нравится. Но я думаю, что это, вроде как, возвращаются мои старые чувства, а значит, у меня, наверное, был огромный краш на него до того, как я потерял память, и я вроде как помню, что мы раньше дружили. И я вспомнил, что мы с ним раньше жили в одной комнате, так что, должно быть, он по крайней мере терпел меня раньше, а теперь всё изменилось, потому что- — Субин, дыши, — прервал его Бомгю, зажав ему рот ладонью. — Вау, давненько я не видел, чтобы ты так тараторил. Ты правда разволновался из-за этого, да? Субин кивнул и Бомгю убрал руку. — Так, твои чувства вернулись после того, как ты вспомнил кучу всего? — догадался Тэхён. Субин лишь кивнул в ответ. — Что ж, это же хорошо, разве нет? Как ты и сказал, тебе становится всё лучше и лучше. — Да, если не считать всю эту тему с Ёнджуном, — пробормотал Субин. — Думаю, тебе стоит просто поговорить с ним, — серьёзно сказал Бомгю. — Постарайся провести с ним немного времени. Хотя, возможно, так не кажется, но мы все знаем, что он скучает по тебе. Если ты просто приложишь немного усилий, в конце концов он не сможет тебе отказать. — Так что, мне следует действовать ему на нервы, пока он не сдастся и не заговорит со мной? Неужели это правильный путь? Тэхён рассмеялся. — Не действуй на нервы. Просто будь настойчив. Если он обрывает попытку завязать разговор, попробуй снова. Если он выходит из комнаты, когда ты там, следуй за ним. Спроси, не хочет ли он куда-нибудь сходить или сделать что-нибудь вместе. Ну, знаешь, приложи некоторые усилия. Субин сварливо подумал, что это как раз то, чего он сам ждёт от Ёнджуна. Приложить хоть какие-то чертовы усилия. Но затем он вспомнил предыдущие слова Тэхёна о том, что Ёнджун защищает себя. Субин не очень-то пытался представить себе какого Ёнджуну во всей этой ситуации. Если взглянуть на это под другим углом, он понимал, что, возможно, Ёнджуну нужно, чтобы Субин сделал первый шаг. В этой ситуации обоим было трудно, и единственный путь вернуться туда, куда они хотели, — это чтобы одному из них хватило смелости попытаться. Субин решил, что на этот раз храбрым будет он. — Хорошо, — сказал он с решимостью. — Я сделаю это. Начну с попыток восстановить нашу дружбу, а там посмотрим, к чему это приведёт. Бомгю и Тэхён переглянулись и расхохотались.

—

Позже тем же вечером Субин решил попробовать поговорить. После душа он остался в своей комнате, читая книгу и одновременно практикуясь в использовании своей дополнительной силы, чтобы ощутить, где находятся остальные члены команды. Помимо ощущения их чувств, он часто мог понять, где они находятся, но только если сосредотачивался на них. Сначала Ёнджун и Бомгю были в гостиной, а Кай и Тэхён играли в какую-то игру в комнате Кая. Все четверо чувствовали себя довольными, хотя Субин мог сказать, что Кай и Тэхён подначивали друг друга и были в игривом настроении. Затем, спустя час или около того, Бомгю удалился в свою комнату с Тэхёном, оставив Ёнджуна одного в гостиной. Субин терпеливо ждал, когда Бомгю вернётся, не решаясь сделать ход, пока не будет уверен, что сможет подойти к Ёнджуну, когда тот один. Как только он почувствовал сонливость Бомгю и предположил, что тот собирается спать, он решил выйти из своей комнаты. Перед этим, однако, он зашёл в ванную, чтобы взглянуть на себя в зеркало и убедиться, что выглядит нормально. Его волосы торчали в разные стороны от того, что он опирался на стену, но, яростно пригладив их, он счёл, что сойдёт и так. Ёнджун поднял взгляд, когда тот вошёл в гостиную. По телевизору шёл какой-то фильм, но раз Ёнджун смотрел в телефон, значит, он вряд ли был очень интересным. Если Ёнджун и удивился его приходу, то не подал вида. Он смотрел на Субина с тем же бесстрастным выражением, что всегда использовал в его присутствии. — А, я думал, ты лёг спать, — сказал Ёнджун, прежде чем на секунду скользнуть взглядом по телефону, заблокировать его и положить экраном вниз на стол перед собой. — Нет, я просто читал. Ёнджун кивнул, снова повернувшись к телевизору. Субин двинулся к нему и сел на диван, на безопасном расстоянии от Ёнджуна. Он не хотел пока что спугнуть его. — Что смотришь? — спросил он, бросая взгляды то на Ёнджуна, то на телевизор. — Какой-то полицейский фильм, наверное, — ответил Ёнджун. — Похоже, ты не очень-то погружён в него, раз сидел в телефоне, — сказал Субин, пытаясь звучать поддразнивающе, но чувствуя, что у него не вышло. Ёнджун с недоумением посмотрел на него. — Я просто разговаривал с друзьями кое о чём. Друзьями? Субин не мог припомнить никого из друзей Ёнджуна, имел ли он в виду кого-то вне их группы? Он решил продолжать быть смелым и спросил: — С какими друзьями? Это кто-то, кого я должен знать? Ёнджун горько улыбнулся. — Просто парни из Ateez. Ты, наверное, не помнишь, но мы несколько раз тусовались вместе. — Ateez? Кивнув, Ёнджун снова достал телефон. Он пару раз нажал на экран, а затем показал его Субину. — Они такая же команда, как и мы, но их штаб в другом здании. Это Уён, я с ним ближе всех общаюсь. Субин изучил изображение парня, пытаясь извлечь какое-то отдалённое воспоминание о нём. Тот выглядел хорошо, его чёрные волосы были собраны в высокий маленький хвостик на макушке. Субин предположил, что это какое-то фото из профиля, где Уён позирует, выставляя напоказ свои лучшие стороны. Почему-то, глядя на фото Уёна, Субин вспомнил высокий звук, который он раньше ассоциировал с ним. — О! Это тот, с ведьминским смехом, да? Разве не так ты его раньше описывал? Бесстрастная маска соскользнула с лица Ёнджуна, и на секунду-другую на нём отразился чистый шок. Субин предположил, что это первый раз, когда Ёнджун присутствовал при возвращении воспоминания к Субину, и, возможно, он до конца не верил, что память Субина улучшается, пока сам не увидел этого. — Я- я, эм, то есть, да, это так. Обычно Сонхва-хён так говорит о Уёне, но да. Его смех довольно уникален, да. На лице Субина расплылась улыбка. — Ладно, так о чём же вы, ребята, болтали? Глаза Ёнджуна на мгновение расширились, прежде чем он отвёл взгляд. Субин сразу понял, что тот будет уходить от ответа. — Ничего серьёзного, Уён в основном нёс чушь, — просто сказал Ёнджун, пожимая плечами. — Чушь в смысле говорил безумные вещи, или чушь в смысле дразнил тебя? Ёнджун с недоверчивым смешком выдохнул. — Похоже, ты знаешь Уёна, — сказал он, улыбаясь чему-то. Субину редко доводилось видеть улыбку Ёнджуна, особенно когда они были в комнате одни. Даже если он ценил это, Субин хотел, чтобы Ёнджун смотрел на него, потому что, даже если они и разговаривали, казалось, Ёнджун намеренно избегал его взгляда. — Хочешь посмотреть что-нибудь вместе? — спросил Субин, надеясь провести с Ёнджуном ещё немного времени. Если бы они это сделали, возможно, ему удалось бы продолжить разговор и заставить его немного расслабиться сейчас. Но Ёнджун, к сожалению, разрушил его надежды. Он взглянул на часы на стене, которые показывали половину одиннадцатого. — Уже довольно поздно. Может, в другой раз, Субин. «Разве трудно было бы назвать меня Субин-а?» — горько подумал он. Ёнджуну он кивнул, стараясь быть понимающим. Когда Ёнджун поднялся на ноги и попросил Субина выключить телевизор, когда тот пойдёт спать, Субин помахал ему и позволил себе почувствовать разочарование. Что ж, по крайней мере, ему удалось проговорить с Ёнджуном дольше десяти секунд. Маленькая победа.

—

Субин лежал на полу своего тренировочного зала, делая перерыв после часовой практики с Намджуном. В последнее время он чувствовал, что контролирует свои силы, и почти не испытывал трудностей. Намджун сказал, что он проделал большой путь и вернулся на тот же уровень, что и до амнезии. Субин включил на телефоне музыку и растянулся на полу, раскинув конечности. Как раз, когда песня сменилась, Субин услышал, как открылась дверь. Он бы обернулся посмотреть, кто вошёл, но громкий голос сразу выдал вошедшего. — Хён! Хён, хён, хён! — визжал Бомгю, звуча восторженно, пока добегал до Субина и опускался на колени рядом с ним. Когда Бомгю замер, послышались шаги ещё двоих, и вскоре к ним присоединились Кай и Тэхён. — Что случилось? — спросил Субин, приподнимаясь и следя за тем, как Бомгю подпрыгивает от восторга на своём месте. — Вы в лотерею выиграли или что? — Кай сделал кое-что! — воскликнул Бомгю. — Он что-то сделал у нас в головах, и теперь мы можем передавать силу друг другу, не прикасаясь! Субин уставился на Бомгю, с трудом веря своим ушам. — Правда? — Он перевёл внимание на Кая и Тэхёна, заметив, что те тоже выглядят взволнованными. — Это отличная новость! Субин схватил Бомгю в медвежьи объятия, и прежде, чем он опомнился, оба младших члена группы набросились на них сверху, создав комок тел и конечностей. Можно было бы подумать, что это раздражающе, но вместо этого Субин сам рассмеялся поведению друзей. Он попытался мягко столкнуть их с себя, когда начал слегка задыхаться, но это превратилось в битву щекоткой, заставившую его использовать все силы, чтобы удержать руки Бомгю подальше от себя. — Как тебе это удалось? — спросил Субин у Кая, когда они объявили перемирие и уселись в круг лицом друг к другу на полу. — Я не делал ничего особо впечатляющего, просто очень осторожно покопался, — сказал Кай. — Но у меня было такое чувство, будто я нашёл какой-то… мост или что-то вроде того, словно я ощущал связь. — Думаешь, сможешь сделать больше, если попробуешь снова? Кай взглянул на Тэхёна. — Возможно. Я подумал, что, если попробовать ещё и с Тэ, возможно произойдёт что-то большее. Но мы поговорим с Намджуном и Сокджином, прежде чем делать что-либо ещё. — Я думаю, это и так огромный шаг вперёд, — сказал Тэхён, ухмыляясь Каю. — Это значит, мы оба можем быть в нападении вместе, даже если не сможем использовать силы прям одновременно. — Он повернулся к Бомгю. — Нам стоит потренироваться, как это делать. Бомгю согласился, и затем они погрузились в обсуждение, над чем им стоит тренироваться. Вчетвером они оставались в тренировочной комнате Субина ещё какое-то время, просто валяясь и бездельничая вместе. Субин находил это очень расслабляющим и приятным. Ему лишь хотелось, чтобы Ёнджун тоже был здесь. Кстати, о Ёнджуне. — Ёнджун-хён сказал, что пригласил ребят из Ateez сегодня вечером, — объявил Тэхён, глядя в свой телефон. — Правда? Кого именно? — спросил Бомгю, придвигаясь ближе, чтобы взглянуть на экран телефона своего парня. — Девяносто девятый лайн? Чёрт, будет тесно. Может, нам запереться в нашей комнате сегодня вечерком, Тэхён-а? Чтобы отпраздновать успех Кая? Бомгю подвигал бровями, и Субин с Каем простонали от явного намёка в его словах. Тэхён же лишь снисходительно закатил глаза. — Девяносто девятый лайн? — переспросил Субин у Кая, оставляя Бомгю продолжать дразнить Тэхёна, который, казалось, краснел, пытаясь делать вид, что его это не задевает. — Ах, да. Их пятеро: Уён, Сан, Минги, Юнхо и Ёсан . Они классные, но когда все собирается вместе, иногда бывает немного шумно. Я обычно стараюсь не находиться в общежитии, когда хён тусуется с ними. — А что я обычно делал? — поинтересовался Субин, пытаясь понять, стоит ли ему последовать примеру Кая или нет. — Хм, ты обычно оставался там, где был Ёнджун-хён, — признался Кай, с лёгким смешком выдыхая. — Ну, ты тоже знаешь этих ребят, так что обычно ты тусовался с ними. — О. Думаешь, Ёнджун будет не против, если я сегодня посижу с ними? — Конечно, я не думаю, что тебе даже нужно спрашивать. — Кай хлопнул Субина по плечу, глядя на него с выражением, которое Субин не мог прочитать. Словно он знал что-то, чего не знал Субин, что, конечно, вероятно, и было правдой. Оставалось ещё много вещей, которые Субин не вспомнил. — Погоди, а ребята из Ateez знают обо мне? Ну, о потере памяти? — Думаю, да? — Кай взглянул на Тэхёна и Бомгю, но те двое были в своём мире и ничем не могли помочь Каю. — Я полагаю, Ёнджун-хён рассказал по крайней мере одному из них, а информация всегда распространяется внутри групп, так что они, наверное, в курсе. — О, хорошо. — Субин не знал, хорошо это или нет.

—

Примерно через полчаса вчетвером они вошли в общежитие и обнаружили Ёнджуна на кухне, расставляющего миски с закусками. Он помахал им, когда они вошли, но это было максимумом внимания, которое он мог им уделить, будучи занятым делом. — Я пройду к себе в комнату, — сказал Кай Субину. — Если услышишь какие-нибудь странные звуки из комнаты Бомгю и Тэ, пожалуйста, приди и спаси меня. А так хорошо тебе провести время с хёном. — Он слегка подмигнул, и Субин задумался, применима ли та фраза Кая о распространении информации и к их группе. — Рад слышать, что ты пригласил своих сумасшедших друзей, Ёнджун-хён, — заметил Бомгю, проходя мимо старшего члена группы к холодильнику. Он достал две банки газировки, закрыл холодильник и пошёл обратно. — Жаль, что у нас с Тэхёном другие планы. Увидимся! Ёнджун поднял взгляд, чтобы бросить странный взгляд в направлении Бомгю, но у него не было времени ответить, прежде чем влюблённая парочка уже выскочила с кухни, направляясь в сторону своей комнаты. — Я очень надеюсь, что это значило не то, о чём я подумал, — констатировал Ёнджун, холодно глядя в ту сторону, куда они скрылись. — Я предпочитаю делать вид, что ничего не слышал, и что любые звуки из их комнаты исходят от компьютера. Так проще игнорировать, — сказал Субин, строя гримасу. Это заставило Ёнджуна фыркнуть. По-настоящему фыркнуть. Субин был в восторге. — Да, похоже на хорошую идею. Ёнджун вернулся к тому, чтобы доставать напитки и насыпать чипсы в миски. Он, скорее всего, думал, что Субин странный, раз околачивается тут, но, к счастью, ничего не сказал. Чтобы разрядить молчание, Субин решил спросить: — Итак, когда придут Ateez? Ёнджун взглянул на него, наливая себе стакан того, что Субин с опозданием осознал, было пивом. — Довольно скоро, думаю. А что? Ты не сбегаешь, как остальные? А Ёнджун хотел, чтобы он сбежал? — Я подумал, что будет весело встретиться с ними. Может, это вызовет ещё какие-то воспоминания, знаешь? Но только если ты не против, конечно. Брови Ёнджуна взметнулись вверх. — О. Да, конечно. Присоединяйся. Мы вряд ли будем делать что-то кроме как пить и трепаться. Наверное. — Звучит неплохо, — усмехнулся Субин. Следующие пятнадцать минут Субин помогал Ёнджуну, перенося всё в гостиную. Ёнджун, казалось, был вполне спокоен насчёт прихода остальных — никакой уборки в последнюю минуту или стресса — так что в итоге они просто развалились на диване. Они слушали музыку, которую включил Ёнджун, пока тому не пришло сообщение, что Ateez прибыли. Хотя это была лишь половина Ateez (насколько Субин понял), количество шума и энергии, которые они принесли с собой, создавало впечатление, будто их гораздо больше пятерых. Субин узнал Уёна по фотографии Ёнджуна, но остальные были для него практически незнакомцами. К удивлению, когда парни прибыли — неся сумки с пивом и то, что выглядело как дополнительные геймпады к их PS5 — Уён первым поприветствовал его. — Привет, Субинни! — сказал он, остановившись после того, как буквально подпрыгнул к Субину, чтобы приземлиться на место рядом с ним на диване. Субин огляделся в поисках Ёнджуна, не зная, как подойти к этому, казалось бы, очень экстравертному человеку, и осознал, что тот вышел из комнаты, чтобы убрать пиво в холодильник. Так что спасать его было некому. — Как поживаешь после амнезии? — спросил Уён, когда Субин снова взглянул в его сторону. Удивлённый такой прямотой, Субин на пару секунд разинул рот. Прежде чем он успел сформулировать какой-либо ответ, другой парень с короткими чёрными волосами подошёл позади них и хлопнул Уёна по плечу. — Уён-а, притормози немного, а? Парень, наверное, даже не знает тебя. — Затем он улыбнулся Субину. Субин не был уверен, был ли это вопрос или нет, но он всё равно на него ответил. — Всё в порядке. Я, к сожалению, мало что о вас помню, ребята. — Он перевёл взгляд на Уёна. — Но я помню, что ты — Уён. — Ага! — выдохнул Уён, строя рожу другому парню. — Он помнит меня, но не тебя, Сан-а! Это доказывает, что я всегда нравился ему больше. Сан, казалось, был готов возразить, но первым заговорил Ёнджун, снова входя в гостиную. — Вообще-то, я показал ему твоё фото и назвал твоё имя. Он просто вежливый. Слова Ёнджуна заставили Сана усмехнуться над своим другом, в то время как Уён бросил на Субина взгляд, полный предательства. Тем временем Ёнджун и трое других парней принесли стулья, чтобы сесть вокруг стола напротив них. Сан решил сесть рядом с Уёном. — Знаешь что? — сказал Ёнджун, когда все уселись, посылая Субину озорную улыбку. Субин уже мог сказать, что его так или иначе подставят. — Когда я показал ему твою фотографию… — он посмотрел на Уёна и поиграл бровями, — первое, что он сказал, было: «Это тот, с ведьминским смехом?». Теперь мы знаем, какая твоя самая запоминающаяся черта. Хотя это было не так уж и плохо, Субин всё равно покраснел, пока парни смеялись над историей Ёнджуна и все их взгляды были прикованы к нему. Уён выглядел слегка оскорблённым, но, казалось, направлял свой гнев скорее на Ёнджуна, чем на Субина, за что тот был благодарен. К счастью, после того как смех утих, остальные парни представились сами. Мгновенных воспоминаний после этого не возникло, но по крайней мере Субину стало немного комфортнее, иметь какие-то имена, связанные с их лицами. — Так ты вообще нас не помнишь? — спросил Субина брюнет по имени Юнхо, который сидел на стуле задом наперёд, сложив руки на спинке. — Да, я узнал о вас несколько дней назад. — Ёнджун, как ты мог не рассказать Субинни о нас? — спросил Сан, приподнимая бровь. Потому что он не так уж много со мной разговаривает, так когда бы он вообще об этом заговорил? — подумал Субин, пытаясь не выдать свои мысли на лице. Ёнджун пожал плечами. — Намджун сказал, что он должен вспоминать всё сам, что мы не должны ему ничего рассказывать. Это лучший способ лечения его амнезии, наверное. — Если честно, насколько я слышал, — сказал Уён, указывая пальцем на Ёнджуна, — его амнезия не совсем обычная. Они использовали какую-то странную технологию, чтобы повлиять на его воспоминания. Откуда ты знаешь, что рассказывать ему что-то — это плохо? — Ёнджун-хён просто делал то, что сказал Намджун, — вступил Субин, прежде чем Ёнджун начал пререкаться в ответ. — И мне уже лучше, я теперь каждый день вспоминаю всё больше. В глазах Ёнджуна, когда он посмотрел на Субина после этих слов, появилось странное выражение. Субину было трудно его прочитать, особенно потому, что ему было сложно считывать его эмоции из-за количества окружающих людей. Он никогда не работал с таким количеством людей вокруг… наверно ему стоит потренироваться в этом когда-нибудь. Тишина затянулась чуть дольше, чем нужно, чтобы это не стало неловким, и Субин подумал, что, наверно, не стоило ничего говорить, а просто позволить лучшим друзьям поспорить. Затем, к счастью, заговорил Минги, меняя тему и разряжая атмосферу. — Может настроим игру? Парни переключили внимание на PS5 и начали обсуждать, с какой игры начать. Субин воспользовался возможностью, чтобы извиниться и уйти на кухню, чтобы налить себе пиво как можно более медленнее. Его попытка уединения была прервана, когда парень по имени Ёсан присоединился к нему на кухне. — О, привет, — сказал Субин, немного помявшись с банкой пива, прежде чем её открыть. — Привет, — сказал Ёсан , улыбаясь. Он почесал затылок, отводя взгляд от Субина, прежде чем решил продолжить. — Я знаю, что ты меня совсем не помнишь, но я просто хотел спросить, как у тебя дела. Ну, кроме возвращения некоторых воспоминаний. Каково это когда ты так много чего не помнишь? Ох. Он не ожидал, что кто-то спросит его об этом. Выражение лица Ёсана и искренность в голосе, заставили его подумать, что, возможно, они были друзьями до всего этого. — У меня всё хорошо, не беспокойся. Ребята очень милые и они стараются относиться ко мне так, будто я не чудак с амнезией. Ёсан улыбнулся. — Я рад. А как насчёт… — он взглянул на дверной проём позади них, словно проверяя, что никто не подслушивает, — … Ёнджуна? — Что? Что насчёт него? — глаза Субина расширились. Ёсан что-то слышал о нём и Ёнджуне? Все знают об их шатких отношениях? — О, просто кажется, что между вами сейчас стало больше… дистанции. — Ах, — Субин горько усмехнулся. — Да, он не разговаривает со мной так часто, как остальные, полагаю. Я не знаю, как было раньше, но это не… не то чтобы мы не друзья или что-то в этом роде. Ёсан смотрел на него так, словно не очень-то и верил его словам. То, как он прищурился, напомнило Субину, как Тэхён иногда осуждающе смотрел на него, когда он говорил что-то странное. — Я, эм, просил Тэхёна держать меня в курсе, — признался Ёсан. — Так что я слышал о твоём прогрессе, но также и кое-что о Ёнджуне. Ты всё ещё ничего о нём не помнишь? Ёсан подошёл к холодильнику, где стоял Субин, и оба облокотились о стойку. Субин вздохнул, прежде чем ответить. — Я помню, как мы встретились, — сказал он, отмечая про себя, что впервые кому-то рассказывает, как много он вспомнил в ту ночь, когда остальная группа уехала на задание. — И, ну, как мы вместе росли. Что мы были друзьями до создания этой команды, и что я был очень счастлив, когда он захотел быть в одной команде со мной. Я всё ещё не помню многого после того, как мы стали командой. Всего пару вещей. Хотя они, вероятно, раньше дружили, Субину было не совсем комфортно признаваться Ёсану — да ещё пока Ёнджун был в соседней комнате — что его влюблённость в Ёнджуна вернулась. Он даже не знал, рассказывал ли он об этом Ёсану раньше. — Понимаю, — вдумчиво сказал Ёсан. — Полагаю, я могу понять, почему ему это тяжело даётся. Ты пытался вспомнить о нём больше? — Ну, обычно это просто происходит, я не могу по-настоящему контролировать воспоминания. — Он подумал об этом. Когда он был в комнате Ёнджуна, он вспомнил всё то, что касалось Ёнджуна, глядя на их фотографии. Считалось ли это активной попыткой вспомнить? Или ему стоит попытаться мысленно сосредоточиться на Ёнджуне, чтобы посмотреть, не вызовет ли это каких-либо воспоминаний? — По крайней мере, я так не думаю. Ёсан пожал плечами. — Просто, наверно, это как сказал Уён. Никто не знает, как это работает, так что тебе просто придётся пробовать всё, что придёт в голову, чтобы посмотреть, поможет ли это. — Да, может ты прав. — Эй, вы, ребята, играете? — Субин поднял взгляд и увидел Сана, стоящего в дверном проёме и наблюдающего за ними. Он выглядел так, словно не хотел прерывать. Ёсан взглянул на Субина с вопросительным выражением. Субин пожал плечами и посмотрел в сторону Сана. — Конечно, почему нет? — Отлично, помоги мне взять немного пива, и пойдём.

—

В тот вечер Субину было весело. Ребята из Ateez оказались весёлыми и очень учтивыми, всякий раз, когда они заговаривали о чём-то, через что прошли вместе, а Субин не помнил этого, они пересказывали ему историю, чтобы он не чувствовал себя посторонним. Большую часть вечера они играли в PS5 и непринуждённо пили пиво. Иногда игра надолго ставилась на паузу, пока пересказывалась какая-нибудь история или вспыхивал спор. Субин не был так уж погружён в игру в любом случае, и ему нравилось быть частью этой компании друзей. В течение всего вечера Субин не переставал думать о словах Ёсана. Он несколько раз ловил себя на том, что задумчиво смотрит на Ёнджуна, пытаясь заставить свой мозг вернуть ему какие-нибудь воспоминания. Однако это не работало, и он предположил, что, возможно, вместо того чтобы так мучить себя головной болью, ему стоит поговорить с Каем или Намджуном об этой теории. Но он смотрел на Ёнджуна не только по этой причине. Всякий раз, когда кто-то что-то говорил, он бросал взгляд на Ёнджуна, чтобы оценить его реакцию. Когда они играли, а Субин оставался наблюдателем, поскольку контроллеров на всех не хватало, Субин ловил себя на том, что следит скорее за Ёнджуном, чем за экраном. Смотреть на него было куда завораживающе. Видеть Ёнджуна в таком контексте — раскрепощённым так, как Субину редко доводилось видеть в своём присутствии, — одновременно и радовало, и печалило. Радовало, потому что он обожал видеть новые грани Ёнджуна, любил видеть, как тот позволяет себе быть счастливым и выражать эмоции для разнообразия. Печалило, потому что он знал: обычно Ёнджун не раскрывался бы так в его присутствии. И улыбка эта была адресована не Субину. Смеялся он не над словами Субина, не над его историями. Но это было нормально. Было больно, но он справлялся. По крайней мере, он видел Ёнджуна счастливым. Количество выпитого пива росло с каждым часом, и Субин почти не следил, сколько он уже выпил, поскольку кто-то всегда вручал ему новую банку, как только его пустая с грохотом опускалась на стол. Он не знал, каков его предел алкоголя, но что он знал точно, так это то, что он был на пути к тому, чтобы напиться. А напиваться — это опасная территория, осознал он, потому что это делало ещё более трудным задачу не броситься на Ёнджуна. В какой-то момент Ёсан и Субин уселись на полу скрестив ноги, лицом друг к другу, разговаривая о книге, которую оба читали, и смеясь над схожестью их мнений. Даже сидя позади компании, зная, что Ёнджун сидит к ним спиной, Субин продолжал поглядывать на него, чтобы увидеть, не посмотрит ли он на Субина, когда тот смеётся или бывает особенно громким. Каждый раз его ждало разочарование. — Эй, у тебя же новый телефон, да? — спросил Ёсан , хлопая Субина по ноге, чтобы привлечь его внимание. — Ты потерял старый при похищении? — Я, собственно, не знаю, что случилось со старым, но полагаю, они забрали мои вещи, когда взяли меня. Так что, да, мне выдали новый. Он достал его из кармана, словно желая похвастаться, хотя был уверен, что наверняка у всех них были похожие телефоны. Ёсан кивнул и протянул руку. — Дай-ка сюда, я оставлю тебе свой номер. Субин просиял и с радостью протянул телефон. Может, это было глупо — так радоваться, ведь они с Ёсаном уже давно были друзьями, — но почему-то это чувствовалось как достижение. Прежде чем Ёсан успел открыть приложение контактов, Субин ахнул, когда его переполнило узнавание. Вместо того чтобы несколько воспоминаний вернулись к нему по порядку, он ощутил, будто целый пласт был вставлен обратно, и внезапно он понял, почему они с Ёсаном так хорошо ладили. — Что? — спросил Ёсан , от него волнами исходила тревога. Краем глаза Субин заметил, как Ёнджун повернул голову, чтобы взглянуть на них. Однако на этот раз внимание Субина не было приковано к нему, поскольку он ощущал чистый восторг от того, что вспомнил. — Я вспомнил, — сказал он, не уверенный, насколько громко говорит. — То есть, возможно не все детали, но я помню тебя. — Правда? — Ёсан на несколько секунд выглядел шокированным. — Как? — Не знаю, и я сейчас слишком пьян, чтобы думать об этом. Ёсан рассмеялся, и вскоре Субин тоже начал хихикать. Они обняли друг друга и обнялись как друзья, кем они и были, и Субин рассказал Ёсану кое-что из того, что вспомнил. Пока он говорил на ухо Ёсану, ему показалось, что Ёнджун нахмурился и отвернулся обратно. Если бы только Субин был в здравом уме, чтобы прочитать его эмоции. — Ты только меня вспомнил? — спросил Ёсан , когда они разъединили объятия. Он всё ещё сжимал телефон Субина, но на время забыл о своей миссии. — Да, только тебя, — просто сказал Субин. — Твой мозг такой странный, — шутливо сказал Ёсан , прежде чем заметить телефон и разблокировать его. Субин встревожился. — Ты знаешь мой пароль? Это заставило Ёсана усмехнуться. — Я попробовал твой старый, и, видимо, твой мозг всё ещё работает так же. Кстати, почему ты выбрал именно это число? — В глазах Ёсана был блеск, говоривший, что он знал, что означают эти цифры, даже если сам Субин не помнил. Дело в том, что Субин не особо задумывался об этом, когда выбирал. Это был просто очевидный выбор для него, словно это было в него вбито. Можно было назвать это мышечной памятью, потому что его пальцы набрали его мгновенно. — Не знаю, просто почувствовал, что оно подходит. Субин почуял, что Ёсан что-то затеял, когда тот взглянул через плечо, вероятно, в направлении Ёнджуна. Затем он сказал не очень тихим голосом: — Ты не помнишь, почему выбрал 0913 в качестве пароля? — Нет? — отозвался Субин, бросая на него странный взгляд. — Разве у него есть особое значение или что-то такое? — Есть. — Ёсан наклонился ближе, понизив голос до шёпота, когда продолжил. — Хочешь, скажу тебе? — Если ты пообещаешь перестать вести себя так подозрительно, — сказал Субин. Это заставило Ёсана фыркнуть. Он наклонился к Субину ещё ближе, чтобы прошептать ему на ухо. — 0913 — это день рождения Ёнджуна. Тринадцатое сентября. О. Мозг Субина перестал работать на несколько секунд. Тринадцатое сентября. Ёнджун. Субин использовал его день рождения в качестве кода. Он, вероятно, использовал его уже давно, если это так глубоко засело в его сознании. И Ёсан знал об этом. Значит ли это, что он знал всё? — Э-э… — Субин отклонился назад, решительно избегая взгляда Ёсана. Он не мог даже списать это на совпадение, потому что это уже и так было очевидно, не так ли? Ёсан добродушно усмехнулся. — Не волнуйся, это не странно или типа того. Это мило. Я просто подумал, может быть, тебе стоит знать. Уши Субина теперь горели, и он надеялся, что больше никто на него не смотрит. — В любом случае, вот мой номер. Можешь звонить мне, если… погоди, что? — Субин встревоженно взглянул на него, обеспокоенный, увидев, как Ёсан хмурится, глядя на его телефон. — У тебя всего четыре других контакта? И один из них — Намджун? — Э-э, — сказал Субин, повторяясь. Он что, должен был иметь больше? Это буквально первый раз, когда он встречает кого-то вне своей группы и наставников. — Субин, — снова понизив голос, сказал Ёсан . — У тебя даже номера Ёнджуна нет? Как вышло, что у тебя нет номеров всех членов твоей команды? — Он никогда мне его не давал, — сказал Субин, чувствуя лёгкую грусть от этого признания. Конечно, технически он тоже мог бы попросить, это не одностороннее движение, но с тем количеством взаимодействий, что у них было до сих пор, Субин никогда не осмеливался. Ёсан снова взглянул на Ёнджуна, который, казалось, был поглощён спором с Минги и Юнхо, прежде чем, видимо, принять решение. — Знаешь что. Я дам его тебе. Даже у меня есть его номер. — Он достал свой собственный телефон и принялся вбивать цифры в телефон Субина, возвращая его только тогда, когда в списке контактов Субина появились два новых имени. — Даже если вы двое не общаетесь, он у тебя должен быть. Мало ли какие чрезвычайные ситуации будут. Субин не знал, что и чувствовать по этому поводу, но всё равно кивнул и коротко поблагодарил Ёсана. — Кстати, отправь мне сообщение, чтобы у меня тоже был твой номер, — сказал Ёсан . Прежде чем Субин успел это сделать, Уён позвал их обратно к столу, чтобы поиграть в какую-то игру.

—

Спустя несколько часов, наверно давно миновав обычное время отхода Субина ко сну, ребята из Ateez ушли на последний автобус, иначе им пришлось бы остаться на ночь. Субину было грустно видеть, как уходит Ёсан, но затем он вспомнил, что теперь у него есть его номер, и он может поговорить с ним, когда захочет. Не успел Субин опомниться, как гостиная почти опустела. Без Ateez в общежитии внезапно стало очень тихо. Даже немного по-жуткому тихо. Теперь остались только Субин и Ёнджун, и пока последний убирался, Субин оставался на диване один. Он бы помог, но у него кружилась голова даже лёжа, так что ходить, наверно, было не лучшей идеей в тот момент. Когда Ёнджун в третий раз вышел из комнаты, унося с собой несколько пустых банок, и всё ещё не удостоил Субина взглядом, тому захотелось плакать. Неужели хорошее настроение Ёнджуна ушло вместе с Ateez? Неужели ему некомфортно оставаться наедине с Субином? Субин достал свой телефон и просмотрел контакты. Теперь в его списке было шесть имён, не такое уж большое число, но всё же большая разница по сравнению с тем, что было раньше. Что он не заметил раньше, так это то, что рядом с именем Ёнджуна Ёсан добавил невинное жёлтое сердечко. Субин долго смотрел на него. Если это не было доказательством того, что Ёсан знал, тогда Субин не знал, что ещё могло бы им быть. И всё же он почувствовал необходимость подтвердить это. Он открыл чат с Ёсаном, куда ранее отправил короткое «привет, это Субин». Теперь он напечатал сообщение чуть длиннее, молясь, чтобы Ёсан был осторожен и не показывал никому свой телефон, когда сообщение придёт. >Я же рассказывал тебе о своей влюблённости в Ёнджуна, да? Ёсан ответил вскоре после. >Влюблённости?? Ты имеешь в виду свою бессмертную любовь к твоему хёну? Раньше это было единственное, о чём ты говорил Ну что ж, это было смущающе. >Серьёзно? >Ну да. Но не волнуйся, я не из тех, кто болтает об этом >Эм, спасибо >Я чую, ты хочешь поговорить об этом >Не знаю, просто он сейчас почти не смотрит на меня, и это немного ранит >Мм, звучит тяжело Ты говорил ему об этом? >Ну нет, я не могу просто взять и сказать ему >Почему нет? Он знает тебя, он не разозлится >Но я не знаю его так хорошо! Что делает ещё более странным, что он мне так нравится, тебе не кажется? >Ты знаешь его, в глубине души. Может быть твои чувства основаны на этом Это как с паролем. Ты не помнил, но всё равно выбрал тот код Субин чуть не подпрыгнул, когда Ёнджун вернулся в комнату, неся стакан воды. Он быстро заблокировал телефон и положил его экраном вниз на грудь, с любопытством (и пытаясь не выглядеть подозрительно) глядя на Ёнджуна. Внезапно прямо перед его лицом оказался стакан, и Субин с недоумением уставился на него. — Тебе стоит выпить немного воды, — сказал Ёнджун, когда Субин не отреагировал, и вместо этого поставил стакан на стол. Он сел на другой конец дивана, подталкивая ноги Субина, чтобы освободить место. В сознании Субина промелькнуло, как он кладёт ноги на колени Ёнджуна и удобно так лежит, но вместо этого он подтянул колени к животу, почти боясь прикоснуться к Ёнджуну. — Что? — спросил Субин, едва успев осознать слова Ёнджуна. Ёнджун посмотрел на него грустными глазами и кивнул в сторону стакана. — Тебе стоит выпить немного воды. Голова кружится? Субин попытался сесть, но необходимость координировать движение ног в правильном направлении, одновременно поднимая верхнюю часть тела в сидячее положение, оказалась несколько сложной. К сожалению, он просчитался с необходимой силой и в итоге накренился так, что чуть не упал на Ёнджуна. Однако сильная рука выстрелила вперёд, чтобы предотвратить это, и Субин не смог сдержать вырвавшийся у него смешок. — Прости, — пробормотал он, потянувшись за стаканом. Отхлебнув треть, он взглянул на Ёнджуна и обнаружил, что тот пристально за ним наблюдает. — Думаю, я немного пьян. Ёнджун кивнул. — Я вижу. — Правда? — Это не так уж сложно заметить, Субин-а, — сказал Ёнджун, и в его голосе слышалась некая нежность. Дыхание Субина застряло в горле. Это был первый раз, когда Ёнджун назвал его так. Почему он решил сделать это сейчас, когда между ними всё ещё висело невысказанное напряжение. Субину нужно было знать. — Хён, — сказал Субин, и в его тоне сквозила отчаяние. Он не знал, что хотел сказать, слово просто вырвалось. Это возымело некоторый эффект на Ёнджуна, поскольку его выражение стало слегка менее закрытым, пока он изучал лицо Субина. — Да? Первое, что пришло в голову Субину, было: — почему ты не дал мне свой номер телефона? Вероятно, это был не тот вопрос, которого ожидал Ёнджун, поэтому на его лице появилось недоверчивое, удивлённое выражение. — Мой номер телефона? — Кай и остальные дали мне свои, когда я получил новый телефон, а ты — нет. — Он резко вдохнул, и внезапно его наполнила смелость. — И дело не только в этом. Ты… ты, кажется, не хочешь быть рядом со мной. Возможно, это намеренно. И возможно… возможно это несправедливо с моей стороны говорить, но я не понимаю, почему ты не хочешь разговаривать со мной. Не знаю, может быть я что-то сделал тебе. Субин посмотрел налево, где сидел Ёнджун, и увидел, что тот задумчиво смотрит на свои руки. Он выглядел уязвимым и напуганным, осознал Субин, и вдруг пожалел, что вообще что-то сказал. — Ты не понимаешь, — сказал Ёнджун, и его голос внезапно стал густым от эмоций. — Я не хочу… Мне не нравится не быть рядом с тобой, Субин-а. На самом деле я… — он на мгновение сжал губы, взглянув в сторону Субина, прежде чем снова отвести взгляд. — Я скучаю по тебе. Но мне тяжело. Я… Я думаю, я боюсь. Того, как всё изменилось, и того, что оно не вернётся к тому, что было. Субин сглотнул, его сердце болезненно сжалось при виде его хёна, сдерживающего слёзы. Он хотел обнять его, прошептать утешительные слова на ухо и поцелуями согнать его слёзы. Однако он ещё не был настолько пьян или смел для этого. — Я знаю, что это очень несправедливо по отношению к тебе. Я ненавижу себя за это каждый день. Я просто… мне действительно тяжело. Смотреть на тебя и помнить, что ты едва знаешь, кто я. Что всё, через что мы прошли, исчезло, и никто из нас не знает, вернётся ли оно когда-нибудь. Слеза скатилась по щеке Ёнджуна, и Субин с тоской наблюдал, как тот сам её смахнул. — А как же новые воспоминания? — прошептал Субин. Он подождал, пока Ёнджун не посмотрит на него, прежде чем продолжить. — Даже если бы я всё помнил, мы бы всё равно создавали новые воспоминания вместе, верно? Так почему мы не можем делать это сейчас? — Он поставил стакан и повернулся так, чтобы полностью оказаться лицом к Ёнджуну. — Я не хочу приуменьшать твои чувства, потому что думаю, что кажется понимаю. Но я просто… Ты можешь попробовать? Разве мы не можем попытаться узнать друг друга снова? Водянистые глаза Ёнджуна изучали лицо Субина. Внутри него бушевало множество эмоций, и Субин не мог расшифровать, какие из них были сильнее. — Я был трусом, — признался Ёнджун. — Я не хочу больше им быть. — Он начал кивать. — Я попробую. Ради тебя, я попробую. Чистая эйфория прокатилась по Субину. Он знал, что им предстоит долгий путь, но в тот момент он не мог быть счастливее. Не думая, он наклонился вперёд и притянул Ёнджуна к себе, обвив руками его талию и уткнувшись лицом в его шею. — Спасибо, хён, — пробормотал он о его кожу. — Я так счастлив. Ему показалось, что Ёнджун вздрогнул. — Я тоже, Субин-а. Я тоже. Они обнимались ещё некоторое время, пока их спины не дали о себе знать из-за неудобной позы. Когда Субин отклонился назад, голова у него снова слегка закружилась, но он не обратил на это внимания. На его лице была самая широкая улыбка. — Это неправда, кстати, — сказал он, делая ещё один глоток воды. Ёнджун бросил на него вопросительный взгляд, ожидая пояснений. — То, что ты сказал о том, что я не знаю тебя. Я помню, как мы встретились, и довольно многое из школьных времён. Просто события после выпуска всё ещё немного расплывчаты. Глаза Ёнджуна расширились. — Что? Когда ты вспомнил? — Несколько недель назад? Ты знаешь, тогда, когда вы, ребята, уехали на задание без меня. Кивая, Ёнджун, казалось, медленно впитывал его слова. Он не выглядел так, будто собирался отвечать, так что Субин добавил: — И я знаю, что мы с тобой раньше жили в одной комнате. — Голова Ёнджуна резко повернулась к нему. — Не пытайся отрицать, потому что я совершенно уверен, что те аниме-постеры — не твои. — Ты заходил в мою комнату? Возможно, Субину не следовало признаваться в этом, но он не мог заставить себя чувствовать вину. — Сначала я сделал это случайно, думаю, это было на автопилоте, когда я был слишком уставшим, чтобы думать. Потом… Мне стало любопытно. На Субина был направлен пристальный взгляд. Ёнджун, казалось, хорошо умел контролировать свои эмоции вокруг Субина, либо же это Субин был слишком не в себе, чтобы суметь различить что-то конкретное. — Ладно. Да, мы делили комнату. В ней… в ней пусто без тебя. Слишком просторно, понимаешь. Субин кивнул. Он полностью понимал. — Да. С тех пор как я вспомнил, моя комната теперь кажется совершенно чужой. В глазах у обоих была надежда, даже если никто не осмеливался задать вопрос. Субин беспокоился, что, возможно, ещё слишком рано, возможно им стоит дать себе немного больше времени, чтобы перестроить свои отношения, прежде чем возвращаться к тому, как было раньше. Вот почему, когда Ёнджун не спросил, он тоже не стал. Но они оба знали, что в конечном счёте этого они и хотят. Им просто придётся немного поработать, прежде чем они снова смогут сделать этот шаг.