𝐼𝑟𝑖𝑦: 𝐵𝑒𝑡𝑤𝑒𝑒𝑛 𝐻𝑒𝑎𝑣𝑒𝑛 𝑎𝑛𝑑 𝐻𝑒𝑙𝑙

Я стояла на месте, не шевелясь уже минут 30. Может ранее я и пыталась успокоить Немо, но он не обращал внимания ни на меня, ни на Уилла. Тот особо и не вмешивался, стоял рядом со мной и лишь наблюдал. Немо ходил туда-сюда из разных сторон стен и жаловался. Нам или себе – не знаю, его монологи никогда не бывают понятны. И редко его можно увидеть таким, обычно он бездушный пёс Сатаны. Срывы иногда случаются. И все из-за Максима. От скуки я начала считать родинки на его ладонях. Вот на правой руке у него их три, на другой больше – восемь. Дальше вести счёт не удалось, руки Немо прикрыты черной кофтой, под ней рубашка. Пришлось снова его слушать. — Я правда не понимаю, что с ним, — продолжал Немо о Максиме. С каждым днём это имя все реже и реже слетает с его губ. Наконец он перестал ходить и посмотрел на нас. В глазах я увидела обиду и тоску. — Его уже приглашал Сатана назад? — спросил он, глядя прямо на меня. С чего он вообще решил, что я слежу за этим? Всегда спрашивает меня, на Уилла даже не смотрит. Теперь мне приходится узнавать подробную информацию, чтобы не слушать капризы. У него самого почти нет времени на сон, у меня тем более. — И ни раз, — отвечаю я. — Сам знаешь, что Максим категорически отказывается. — Это и так понятно, — вмешался Уилл. Маска скрывает его лицо. — Ему оторвали рога, это унизительно. — Но это не повод убивать всех наших, — грубо отрезала я, сжимая сложенные руки на груди. — Ты забыл, как он более 100 бесов перебил? После такого мы должны ещё ему задницу целовать и звать обратно? — я повернулась к Немо, который с хмурым лицом слушал меня. И я обратилась конкретно к нему: — Сам подумай. Он выбрал свой пусть, оставь его. Немо сжал челюсть и нахмурился, глядя мне прямо в белые зрачки. Будто в душу заглядывает. Этого взгляда бояться все, но я уже привыкла. Я тоже нахмурилась и строго посмотрела на него. — Ты понимаешь, что из-за него мы не можем подобраться к ангелу? — сквозь зубы проговорил он. — Сатана узнал, что мы его скрывали. Ему нужна кровь и терпения уже не осталось. Не убьем ангела – нас понизят и с Максимом нянькаться не будут. Убьют. — Мы можем сделать проще, — вновь подал голос Уилл. — Убить Максима самим. Немо растерялся, постарался вида не показывать. — Нельзя, — настаивал он, — одумается и вернётся. Уилл вспылил: — Да вы с ним спали что-ли? — он зорко посмотрел в лицо Немо. Я лишь вздохнула. — Поэтому его ищешь? — Закрой рот! — прикрикнул Немо. Когда он кричит, его голос сразу становится ниже. — Ну зачем он нам тогда? — продолжил Уилл. — Зачем он именно тебе? Я надеялась услышать ответ на этот вопрос. Правду ни кто не знает. Максим никому не был нужен, кроме Немо. — Я тебе ещё отчитываться должен? — Немо явно злится. Скоро должен ударить. Я устала стоять. Хочется уже к сестре. Если они затеят драку, то дело затянется на час или два. — Нас волновать это не должно, — сказала я Уиллу, опуская руки по швам. Немо в лице смягчился, промолчал. — Мы только были у Сатаны, — продолжила я. — Вам напомнить, что он сказал? После моих слов мы вместе напряглись. — Нас ее понизят, а сошлют в ад, как грешников, если мы не доставим ангела. — Если бы не Немо, — снова начал язвить Уилл, — вместо нас ангела ловили бы другие. Но нет же! Нашему жениху нужно спешить к пропавшей невесте! — Ты реально хочешь получить? — ядовито спросил Немо. Меня фраза Уилла заставила усмехнуться. — Я про то, — начал Уилл спокойнее, — что нам добродушно предлагали отказаться от этого задания. Мы могли бы отдыхать и не думать какие пытки для нас готовят. Но наш Немочка отказался. Я думаю, что Немо отказался не из-за Максима. Я все таки склоняюсь к версии, что он хотел подлизаться к Сатане, подать ему кровь ангела и получить похвалу от хозяина. Немо для меня не командир, а послушный пёс главы ада. Этот бес ради Сатаны все сделаете он его боготворяет. Раньше был обычным бесом, мы с Уиллом не замечали его изменений, пока они не дошли до точки невозрата. Причину мы так и не поняли. Впрочем, Немо таит много тайн. Я перестала пытаться открыть их себе. — Мы поймаем ангела, — приказал Немо. — Поняли меня? Нам пришлось кивнуть. После этого Немо наконец отпустил нас. У каждого беса есть своя особенность. Я бы это так не называла, ведь "магические силы" у многих совпадают. Практически у всех слуг Сатаны есть сила, при которой они могут воспроизвести в любой момент оружие, заманивать и путать жертву, увеличивать физическую силу. Есть и исключения. Например, у Максима сила развита сильнее, чем у остальных бесов вместе взятых. Однако есть и минус: при использовании ее в полной мере Максим теряет над собой контроль. Многие называют его силу даром, кто-то проклятьем. Однако с помощью своей способности Максим убил в одиночку около 450 бесов полчаса и сбежал из ада. Я отношусь к тем, кто называет силы Максима даром. Проклятье у меня. Мне не досталось физических сил и способностей. Единственное, что у меня получается на равне со всеми – воспроизводить оружие в виде копья. Моё проклятье иное. Каждый мой сон осознанный. И в него я могу помещать любое другое существо, но не более одного. Моё проклятье бесполезно. Чтобы получить место среди четырех сильнейших бесов пришлось много пахать. Все мои битвы в рукопашном бою, копьём я пользуюсь в редких случаях. Чтобы устоять против среднестатистического беса мне нужно много сил. От этого я много тренируюсь, в среднем 5 часов в сутки, в свободные дни стараюсь больше. Но сколько бы я не тренировалась, таких, как Максим, мне никогда не одолеть. Сегодня мне драться не придется. Нам нужно поговорить. Я подхожу к своей комнате, что стояла среди тысячи других дверей. Дверь стараюсь открыть как можно тише – вдруг сестра спит. Я оказалась права. На кровати, закутавшись с головой в одеяло, спит Камила, моя младшая сестра. После побега Максима я совсем перестала уделять ей внимание, преподаю на тренировках. А когда прихожу, то толдычу ей, что при встрече ребенка с красными глазами она обязана его убить. Сестре от моих слов скучно. Она не понимает, что я делаю всё ради нее, даже "живу". Если бы я не попала в четверку лучших, мне бы не разрешили ее оставить. Камила было 5 лет, когда она попала в ад. Дети Сатане не нужны. Я прятала ее от всех в своей комнате, отдала свою кровать, сама сплю на полу. После повышения, под угрозой смерти я призналась Сатане и уговорила сестру стать бесом. Ее приняли. Сейчас ей 8 лет и она ждёт своего 14-летия, чтобы полноценно служить главе. После этого она перестанет расти физически расти. Пока она томится в комнате без дела. Я не помню, когда в последний раз желала ей спокойной ночи. Никогда не смею ее будить, этот день не исключение. Я быстро легла напротив кровати на тонкий матрас и закрыла глаза. Пятнадцать минут и я уже в осознанном сне. Сначала я этого не поняла: открыла глаза в своей же комнате. Присев, опираясь руками о матрас, я вздохнула. Сегодня мне повезло – не пришлось ждать пока придет человек в сон. Значит, Максим уснул раньше меня. Я не могла не нахмуриться, видя как он расселся на пустой кровати. Нога на ногу, охваченное колено руками, спина наклонена в мою сторону – вот он, Максим. Он ни капли не удивлен, не смотря на то, что в моем сне впервые. Догадался что-ли?.. Тот факт, что он не улыбается по-хамски, помог мне сдержаться от язвительного укора. — Понимаешь, зачем тут? — спросила я неожиданно равнодушно. Но мой взгляд метался по Максиму, ища оружие. Прямо сейчас он мог без проблем убить меня. Тогда он вернётся в свой мир, а я умру во сне. — Да, — повторил так же безразлично он. — И, кажется, я давно дал ответ. — Я надеялась, что твой аутизм закончил развиваться, — ухмыльнулся я. — Он в самом разгаре, — Максим не обиделся. — А вот у тебя с памятью, кажется, проблемы. Ну, ничего, я напомню: ангелов не убиваю. Я развернулась к нему, согнула ноги и положила на колени локти. — После года их пропажи ты обязан, — уже серьезно сказала я, вновь нахмурившись. — Если девочка не умрет, Сатана пошлет в Ирий множество бесов на ее поиски. И тогда вариантов не будет. Не сдерживашься на этот раз, устроишь Хаус, где умрет не только ангел, но и те, кто с ним связан. Ты знаешь бесов, они не побрезгают повеселиться с гражданскими. Казалось, Максим не находил, что ответить. Нет аргументов, все понимает. Десять секунд спустя я уже открыла рот для новых нравоучений, но Максим наконец придумал ответ. — Ирий Сатане надоел. Если и придут, то только ради ангела. Мне было непривычно без его смешинки на лице. Он выпрямил спину и сложил руки по бокам. Он думает, что угадал, увидев мое непонимание. С тех пор как он сбежал, он не получает информацию из ада. Его и бесом уже не считают даже среди своих, он теперь ириец. Но откуда он знает, что Сатану уже не волнует Ирий после исчезновения ангелов? Хозяин не намерен ждать так долго, это его нервирует. Он начнет поедать нас, верных слуг. А Ирий уничтожит. Я побежала губу, с ненавистью глядя на Максима. Проклинаю его за тупость, за вечную надежду в везение. Я не имею права объяснять предателю планы Сатаны. Это карается смертью. — Может и так, — сквозь зубы прошептала я. Даже за эту подсказку мне могут отрубить голову. Больше говорить я не решилась. Я прижала согнутые колени к груди, зло глядя на Максима. Он и бровью не повел. А улыбка расползлась, этого я заметила. — И все же Сатане трудно отказаться от деликатеса, — проговорил он. — Ты знаешь как часто он меняет решение. — Просто отдай ребенка! — я не заметила как мой голос изменился. Теперь он казался жалко просящим. Услышав свои слова, я не сразу поняла, что говорю я. Стало стыдно. Чтобы не показаться слабой, за секунду пришлось менять интонацию. Получилось плохо. — Зачем он тебе? Ради доказательства, что ты не собачка Сатаны? С тех пор, как в тебя эти глаза, ты – слуга. Этого не изменить. Улыбка Максима дрогнула лишь на мгновение. Он встал с кровати и сдал кулаки. Я нахмурилась, он следом. — Для Сатаны я ни кто, — твёрже сказал Максим. Его глаза выделялись в темноте комнаты. — Ни слуга, ни ириец, ни человек. Он забыл про меня, следует, я волен. Пока он говорил, я встала с пола. Не хочется смотреть на него снизу вверх. Тон Максима стал ровным, как у робота. Он не моргал и смотрел внутрь меня, когда говорил: — Ангела я не отдам. И открою умершим глаза о сущности ада, Сатаны и Селен. Довольно водить из за нос. Они не овцы. Укола от его слов не чувствовалось. Мне было безразлично, что говорит о нас предатель. Возможно, я слишком гордая, чтобы уговаривать кого-то. Не получилось – да и ладно. Сам все увидит, если доживёт. Увидев, что я молча смотрю на него, Максим смягчился в лице, словно ожил. — Драться же мы не будем? — с наигранной доброй улыбкой спросил он. — Ну будем, — сухо подтвердила я. Тогда Максим окончательно расслабился, будто разговора и не было. — Значит, каждую ночь ты тусуешься тут? — Максим оглядывал комнату, крутит головой, как зверёк в новом доме. Отвечать я не собиралась. — Чтобы проснуться тебе покричать или ударить себя, — осведомила я. — Прогоняешь? — ядовито улыбнулся бес. Чтобы ему не поигрывать, я улыбнулась так же и ответила: — Я думала, у тебя аллергия на мозг. Да, ты прав. Максим бодро хихикнул, заново сжал кулаки и громко закричал. И с первыми секундами тело Максима рассыпалось на белые частицы, которые тут же исчезали. Сейчас Максим должен проснуться и гадать, приснилось ли ему это. Я же не данный момент сожалею о потраченном времени. Глупая я, раз рассчитывала на результат. Физически я стала сильнее, морально слабую с каждым днём. И тупею уж точно. С этих мыслей я жалко улыбнулась и сцепила руки за спиной, перекатываясь с пятки на носок и обратно. Осознанный сон в своей комнате самый скучный. Стоя на месте, я размышляла о сказанном мне Сатаной. Наверное, мне все же стоило предупредить Немо, что Сатана пришлет дьяволов уже завтра. И тогда мы будем не нужны. Но не убьют же нас?