Burning wires

Из шести раундов Кои выиграл один — последний. Триумф несколько подпортило то, что в процессе он совершенно выдохся. Сказывалась рабочая привычка просиживать часы, сгорбившись над кушеткой. К чести Никса, он не воспользовался усталостью соперника. Галантно свернул игру, взял в автомате пару банок колы и кивнул, приглашая за собой. Не к выходу — к лестнице в дальнем конце зала. Несколько десятков пыльных ступенек вели на крышу. Периметр огораживали неубедительного вида огрызки тонкой арматуры. Вряд ли такие остановят хоть одного самоубийцу. Никс уверенно приблизился к краю и уселся, свесив ноги между прутьями. Повторять за ним Кои не рискнул и просто присел рядом. Хлопья отслоившейся краски невнятного цвета похрустывали под бёдрами. Холодная кола сладко зашипела на языке. Свежераскуренная сигарета отлично подчеркнула вкус. Вид с вершины пятиэтажного здания не то чтобы впечатляющий, но приятный. Те же деревья, замусоренные переулки, парящие голографические щиты, но под другим углом. Снизу, к примеру, не увидишь голубя, нагло примостившегося на макушке дрона-доставщика. Никс сложил локти на хлипкие перильца и уткнулся подбородком в запястье, безмятежно глядя вдаль. Рука медленно покачивала нераскрытую банку. Просто мальчишка в толстовке и кедах, ничего от рок-звезды. Поза ленивая, но похоже, он совсем не устал. Кои затянулся. Спокойно бросил: — И к чему это всё было? — Ты расслабился и готов слушать, — без колебаний откликнулся парень. — Ага, как же. Расслабишься с тобой… — Массаж сделать? — Обойдусь. Теперь расскажешь, чего хотел? Банка, кружившаяся по часовой стрелке, замерла на пару мгновений и повернулась против часовой. Других признаков движения мысли Никс не выдавал. Спустя пару секунд он произнёс: — Прости. За баннер и за поцелуй. Стоило дождаться разрешения. Ого. Извинений от нахального пацана Кои ждал в последнюю очередь и порядком растерялся. — Ну, баннер хотя бы клиентов привлёк, и на том спасибо. А поце… Кхм. — Он совершенно случайно поперхнулся дымом. Хотелось бы сказать «да, тут ты облажался», да язык не поворачивается. Выкрутился иначе: — Я всегда знал, что рокеры странные. — Не злишься? — на удивление серьёзно уточнил Никс. — А смысл? Всё уже случилось. Если в СМИ не успели раздуть скандал, можно смело обо всём забыть. — Забыть? В этот раз Никс потрудился повернуть голову и взглянуть на Кои в упор. Как на идиота. Тот машинально ковырнул краску снова. — Разве не об этом речь? Я думал, ты пытаешься купить моё молчание или типа того. Купить молчание… Затаившаяся боль хлестнула по затылку оплеухой. Зря поднял тему… Никс вновь уставился в небо. В лице не изменился, но почему-то складывалось впечатление, что чужие слова его расстроили. Пауза затягивалась. И что теперь? Поблагодарить за халявное развлечение и уйти? Тупо, но что ещё остаётся. Затылок с каждой секундой гудел всё громче. В спине у Никса вообще неясно что — то ли ещё один отслеживающий чип, то ли хрень похуже. Перед амвером не отчитывались, просто дали инструкцию. Хотя какой смысл в слежке, если парень до сих пор свободно разгуливает по Форс-Бэю? Если его не пытаются поймать, к чему всё это? Сглотнув едкий ком, Кои попытался сообразить, как плавно подвести к прощанию. Ничего дельного на ум не шло. — Хм. Ты не слишком разговорчив, — пробормотал он беспомощно. — Привычка. — Богемы из Силксайда? Никс наконец распечатал банку, неторопливо отхлебнул. — Я там не живу. С прошлой зимы.