Цена любви

Место его гибели, когда-то считавшееся проклятым, и спустя век оставалось безлюдным. Хотя несколько раз местные жители видели огромного белоснежного орла, который прилетал туда и подолгу кружил в небе. Тот самый росток давно превратился в величественное дерево, растущее прямо посреди мертвой земли. Его ствол отливал чистым золотом, а серебристые листья, подхваченные ветром, издавали печальную мелодию, разносящуюся на тысячи ли вокруг. Жители деревни, что основали поселение неподалеку, считали его небесным деревом-защитником. Они поклонялись ему, и даже в самые суровые годы их земля плодоносила, и они не знали голода. Близко подходить к дереву никто не решался. Ходила легенда, что его охраняет гигантский белый орел — верный страж. Слухи об этом дереве дошли и до столицы. Черный император Цан Сюань решил лично навестить деревню. Узнав об этом, Сяо Яо упросила брата взять ее с собой. Цан Сюань, всегда радовавшийся обществу сестры, легко согласился. Сама же Сяо Яо надеялась поговорить с ним наедине о своем решении расстаться с Ту Шань Цзином. Она попрощалась с Цзином и села в повозку. В руках она бережно сжимала деревянную куклу. Императорская повозка, запряжённая летающими конями, приземлилась у входа в деревню. Гостей встретила резная арка с табличкой «Серебряный ветер». Навстречу вышли два юноши, вежливо, но настороженно попросив гостей представиться. Первой из повозки вышла Сяо Яо, за ней — брат. — Приветствуем вас. Мы путешественники из столицы. Слышали о вашем гостеприимстве и хотели бы побеседовать со старейшиной деревни. Юноши переглянулись. Один скрылся за воротами, а второй остался ждать. Вскоре первый вернулся с пожилой женщиной. — Добро пожаловать. Я старейшина этой деревни, Ху Ли. С кем имею честь говорить? —Меня зовут Сяо Лю, а это мой брат Сюань, — ответила Сяо Яо. — Мы слышали удивительные истории о вашем крае и хотели бы узнать больше для своего летописного свода. Старейшина пригласила гостей внутрь, распорядилась об их сопровождении и разместила в доме неподалеку от своего. После короткого отдыха они встретились снова для разговора. —Старейшина Ху Ли, почему ваши предки выбрали для жизни именно эти земли, о которых ходят такие мрачные слухи? — спросил Цан Сюань. —Господин, это история изгнания, — вздохнула старейшина. — Наших предков не принимали нигде. А эта земля никому не была нужна. Мой дед говорил, что здесь пал великий демон. И если уж суждено умереть, то лучше сделать это здесь, чем от побоев и презрения в чужих краях. —А как же опасность? — вступила Сяо Яо. —Земля здесь действительно была отравлена, госпожа. Сперва мы даже потеряли нескольких людей, пока не очертили безопасную границу. Но годы шли, и там, в эпицентре смерти, появился росток. Дед велел установить там камень для поклонения и приносить дары каждое полнолуние. Со временем росток стал деревом, каким вы его, надеюсь, увидите. Оно необычно: серебряная листва, золотой ствол. И никогда не цветет. А сила его… она просто позволяет нам жить в мире и достатке. Здесь нашли приют те, кого изгнали отовсюду: и демоны, и небесные создания, и те, чья любовь была против правил. Все мы просто хотим быть счастливы с теми, кого любим. Сердце Сяо Яо сжалось от этих слов. Быть счастливой с любимым в месте, где тебя не осудят… Это казалось раем. Раем, в который она опоздала. Предательская слеза скатилась по ее щеке. Позже, в своей комнате, боль снова накрыла ее. Она вспомнила лунные прогулки по морю с Сян Лю, его улыбку. Мысль о том, что дерево — это его душа, заточенная навеки в серебре и золоте, а не рядом с ней, вызвала новые слезы. Она схватила куклу и прижала к лицу, чтобы хоть как-то унять рыдания. В этот момент в комнату вошел Цан Сюань. Ему показалось, что на миг он увидел призрачный образ: мужская рука нежно гладила волосы его сестры, утешая ее. Он моргнул и отступил — и увидел лишь Сяо Яо, прижимающую к лицу старую куклу. — Сяо Яо, что случилось? Почему ты плачешь? Ты скучаешь по Ту Шань Цзину? — в его голосе прозвучала привычная ревность. —Брат, я хотела попросить тебя об одном деле. Дай мне развод с Цзином. И отпусти меня одну. В этот раз — без твоих стражей, которые следили за мной в прошлый раз. —Сестра, если ты хочешь развода, я его дам. Но стража — только для твоей защиты. Я беспокоюсь о тебе. —Сюань, и еще… Не издавай больше указов о моем замужестве. Если я найду мужчину, с которым захочу связать жизнь, я сделаю это сама. Эта просьба удивила его, вызвав волну гнева и ревности, но он сдержался. —Хорошо. Если ты этого хочешь… Неужели у тебя уже есть кто-то на примете? —Брат, прости, что скрывала так долго. Очень давно я люблю одного человека и надеюсь когда-нибудь быть с ним. —Кто же этот счастливец, сумевший покорить сердце моей сестренки? — его голос стал холоден. —Цан Сюань, ты знаешь его очень хорошо. Это Сян Лю. На лице императора исчезли все эмоции, сменившись мгновенной яростью и черной ревностью. —Сян Лю мертв! Как ты можешь любить мертвеца?! —Он жив в моем сердце. И в моей памяти. Брат, пожалуйста, не заставляй меня быть с кем-то другим. В этот момент сквозь приоткрытое окно в комнату ворвался порыв ветра, принеся с собой далёкую, печальную мелодию звенящих серебряных листьев. И в этом звуке Сяо Я о почудился знакомый, такой тоскующий шепот.