Аппетит

      Для Гермионы Грейнджер утро начиналось не с кофе, а с привычной мерзкой тошноты.        Оставив свои внутренности в раковине (желудок еще был пустым и тошнить было нечем), она поспешно ее вымыла. Наложила чары очищения. Сполоснула каменную столешницу заодно и насухо протерла, чтобы все было идеально и не вызвало подозрений у соседок по комнате.       Гермиона дотошно проверила свой помятый внешний вид и, придирчиво хмыкнув, достала из кармана пижамы очередное ядовито-зеленое зелье.

«PP-144»

      Надпись была приклеена как всегда криво, и это жутко раздражало Грейнджер каждый раз. Перфекционистка в ней умоляла содрать нещадный клочок пергамента, и она поддалась. Сковырнула уголок ногтем…       — Гермиона? — донесся недовольный голос Джинни из-за двери. — Ты там скоро?       Грейнджер вздрогнула и наспех опрокинула в себя едкое содержимое, от которого скрутило желудок. Но это того стоило. Не только ради нее, но и будущего магического мира.       Ко всему прочему через пять минут наступит недолгая эйфория.       — Уже выхожу!

~*~

      Пылая уверенностью, Грейнджер влетела в Большой зал, словно на метле последней модели. Энергия струилась по венам, а мантия и волосы разлетались где-то сзади вместе с плетущейся сонной Джинни. Вчера ушедшая в разнос Уизли сильно перепила и сегодня старалась элементарно выжить, спрятавшись за длинными рыжими волосами.       Гермиона твердо вышагивала к своему месту. Столы кипели учениками. Пахло вкусно. Чудесно. Кажется, она любила каждого в стенах замка.       Но... нет. Это был побочный эффект зелья, который скоро ее покинет.       Соберись, Гермиона.       — О-о! — удивился Симус с набитым тыквенной кашей ртом. — Кфто-то пфроснулся в отличном нафстроении?        За все годы учебы ее редко можно было застать с утра в хорошем расположении духа. Гермиона сидела допоздна в учебниках, и на завтраке к ней лучше не приближаться — все это знали.       — И тебе доброе утро, Симус. — С бодрым голосом Грейнджер опустилась на скамейку, а Джиневра упала рядом. Простонала под ухом и схватилась за голову.       — И эфто точно не Джинни...       — Почему нам не подают на завтрак Маргариту? — Та протяжно выдохнула и осталась без ответа.       Газеты лежали по всему столу, но булочки привлекли Гермиону намного больше. Она принялась обильно смазывать одну джемом, и позеленевшая Джиневра из-за этого зрелища окончательно упала лбом на стол.       — «Ежедневный Пророк» уже доставили? Почта сегодня рано.       — Да. — Финниган наконец-то достал изо рта ложку и презрительно зыркнул через плечо на Слизеринский стол. — И наш исправившийся Пожиратель смерти как обычно получил коробку конфет от заботливых родителей-Пожирателей смерти. Так бы и врезал…       — Симус… — с очевидный укором Гермиона нахмурилась и тоже посмотрела ему за спину.       Окруженный своей свитой, Малфой ковырял вилкой в полупустой тарелке, а к завернутой в пергамент коробке не притрагивался. На ней нетерпеливо топтался его большой черный филин, иногда щипая руку хозяина, словно поторапливая. Драко протянул ему нанизанное на вилку мясо, и когда тот проглотил его, едва заметно улыбнулся.       Неожиданная картина.       Раньше посылки вскрывались им моментально. Малфой угощал друзей конфетами и печеньем, а теперь же потерял значимость этого. Его внимание больше привлек голодный филин, чем коробка от родителей.       Он почувствовал ее взгляд и скосил в ответ свои холодные глаза, но не выдал ни одной эмоции.        О чем он думал?       — Вчера на вечеринке у меня руки чесались разбить ему…       Шум от болтающих учеников заглушал их разговор.       — Симус, — еще раз твердо позвала Гермиона, все еще играя с Драко в безэмоциональные гляделки. — Я, как староста, прошу тебя держать себя в руках. Иначе схлопочешь ты, а не он.       Они должны забыть прошлое и двигаться дальше.       Как жаль, что не получалось.       Филин взмахнул крыльями, и Малфою пришлось отстраниться, чтобы не получить перьями по лицу. Контакт был разорван.       И только Финниган открыл рот, как…       — Гермиона?        Она подняла отрешенный взгляд на подошедшего Адриана Моро, с которым вчера провела весь вечер. И не смотря на то, что он вызывал у нее море сомнений — ей понравилось общаться с ним. Он был внимательным и веселым. Может, она была слишком предвзятой, а подозрения — всего лишь отголоски войны за плечами?       Готье не внушал доверия, но Адриан… кажется, не был похож на своего сурового отца.       — Ты не против? — он качнул сумкой на плече в сторону скамейки рядом с ней.       — Доброе утро, Адриан, — очнулась Грейнджер, подвигаясь ближе к полуспящей Джинни. — Конечно, не против!       Он опустился рядом, и Гермиона глубоко вдохнула запах его парфюма. Он пах, как кофе с ванилью. Сладко, но по-мужски. Совсем не по-французски.       — Вчера было весело, — Адриан говорил с легким акцентом, который иногда смягчал слова, но чаще всего его речь была чистой. — О чем спорите?       Он тоже взял булочку и смазал джемом.       — Опять Гарри на главной странице. Смотрите, — Дин Томас повернул газету к Гермионе, и она быстро вытерла пальцы об салфетку, чтобы взять разворот. — Как же они его достали!       — О чем пишет Скитер? — Пробубнила в миг заинтересованная Джинни и подняла от стола свой красный лоб. С трудом разлепила веки. — Что там?       На главной странице и правда был Гарри. Гермиона улыбнулась, увидев лучшего друга без типичных темных кругов под глазами, но колдо задвигалось, и Поттер прикрылся капюшоном, чтобы избежать камеры и расспросов репортерши. Стало грустно.       За это лето их всех достали. Грейнджер не могла отделаться от фанатов и бесконечных писем. Потратила уже состояние на кормежку сов! Не могла же она ничем их не угостить за работу?       А вчера на вечеринке факульетов Адриан отгонял от нее навязчивых ухажеров. Гермиона уже жалела, что согласилась с Кингсли обнародовать свой вклад в победу над Волан-де-Мортом.       — Пишут о его тайной возлюбленной, — Симус драматично развел руками и громко прокашлялся. — Нет, вы послушайте! «Еще в эти выходные наш отважный герой Гарри Поттер был замечен в компании юной брюнетки, но продолжает избегать ответа на вопрос «кто же заполучил сердце самого знаменитого волшебника в истории?». Тайная возлюбленная не спешит раскрывать личность…», — он резко опустил газету от лица. Уставился на злую от головной боли Уизли. — Джинни?       — Что?        — Ты не брюнетка.       — Очевидно.       — Это же не ты? — Дин включился и склонился над столом, краснея. — У вас же там…       — Нет. Это не я, — она потянулась за кофейником. — Мы расстались.       Он не смог скрыть улыбки, но тщательно пытался. Томас сходил с ума по Джиневре, и теперь ей не отделаться от его нелепых ухаживаний.       — Профукала! — кашлянула гриффиндорка чуть поодаль, и ее подружки тихо засмеялись.       Джинни выгнула бровь и нагнулась, чтобы видеть сокурсницу.       — Тебе волосы вырвать?        Те сразу умолкли. Она фыркнула и продолжила наливать себе кофе.       Расставание Гарри и Джинни далось тяжело всем, и им тоже. Они с болью отпустили друг друга в конце лета, понимая, что Хогвартс, Аврорат и Квиддич — вообще не дадут им и шанса проводить время вместе.        Набравшись от них смелости, Гермиона пришла с предложением о расставании к Рону, но он воспринял все не так хорошо. Пытался переубедить, прослезился, обещал приезжать на выходные. Гермиона не могла объяснить ему, что разработка нового зелья и ее испытания отнимают все силы.        Конечно, Рональд отпустил. Он до сих пор злился и уже неделю не отвечал на письма. Грейнджер пыталась наладить с ним контакт, потому что совершенно не хотела терять друга детства, с которым прошла войну.       Но странно было теперь называть другом того, с кем ты разделила постель.       — Как мило, — шутливо усмехнулся Адриан на агрессию похмельной Джинни, и та отсалютовала ему кружкой с кофе. — У нас сейчас урок Трансфигурации?       — Да.       Гермиона еще раз взглянула на Слизеринский стол. Малфоя уже не было, а Пэнси — та самая тайная возлюбленная Гарри Поттера — поспешно отвела взгляд, будто последний месяц они не провели вместе, кропотливо работая над зельем. Нотт что-то нашептал ей на ухо, за что получил смачный шлепок по плечу.       Блейз подмигнул Джинни. Та показала ему средний палец.       — Трансфигурацию преподает директор МакГонагалл, — добавила Гермиона на выдохе и посмотрела в глаза Адриана.       Он улыбнулся, и его темные глаза украсили мелкие морщинки. Грейнджер никак не могла понять, почему он обратил внимание на нее?       Как Крам когда-то.        — Тогда лучше не опаздывать, — Моро облизал нижнюю губу и прикусил ее в задумчивости, а Гермиона неприлично долго на это смотрела. — Проводишь?       — Конечно. И ты, Джинни! Идем.       — Р-р…

~*~

      Кабинет МакГонагалл не был готов принять такое количество учеников. Скамьи хрустели под натиском суетливых студентов, и Гермиона, протолкнув Моро к Патил, тесно села рядом.       Слишком тесно. Ее готовность к физическим контактам с ним была равна нулю. Их локти постоянно соприкасались, от чего становилось жутко неловко. Но это чувство разделяли далеко не все.        Поднялся гул. Все хихикали, тыкали друг друга, словно подростки, а Малфой, тоже сидящий на первой парте своего ряда, успел рявкнуть что-то грубое своей соседке-слизеринке. И все равно его факультет вел себя более сдержанно, нежели огненный Гриффиндор.       Как только в кабинет вошла Минерва, она тут же увеличила парты и скамьи в длину, но это мало помогло. Для новых столов не было места.       Каждой клеточкой тела Гермиона чувствовала, как Малфой пялился на нее. Чувствовала, как он прожигал ее взглядом, будто хотел сказать что-то. Пытался достучаться без слов.       Он боялся?       Гермионе тоже было страшно, но совершенно по другой причине. Она не любила ошибаться, но очень хотела начать доверять. Малфой все еще оставался обидчиком и невыносимым придурком, который не упускал возможности сорвать на ком-нибудь злость. Даже на своих друзьях.       Она видела, как он накричал на Паркинсон вчера. Правда, потом они ушли, и все поняли зачем.       МакГонагалл объясняла основной принцип трансфигурации материалов тканей, и под гнетом очередных драковских гляделок Гермиона честно старалась слушать. Этот учебник она прочла еще в прошлом году. С легкостью могла трансформировать сложные ткани.       Что ему нужно?       Не выдержав, она сжала перо. Медленно перевела на него взгляд и вопросительно изогнула бровь.        Он скользнул ледяным взглядом от самой макушки Грейнджер до пяток в школьных туфлях и скривился, словно раскритиковал каждый участок ее тела. Она гневно поджала губы, и Малфой с усмешкой отвернулся. Покачал сам себе головой.       Придурок!       — У вас что-то случилось? — донесся горячий шепот до ее уха с другой стороны.        Гермиона вздрогнула. Она резко обернулась, и чуть не столкнулась с Адрианом носами. Его лицо оказалось так близко, что она почувствовала запах его кожи.       О чем он спрашивал?       — Честно говоря, я слышал о семье Малфоя…       Точно. Что происходит.       — Это прошлое, которое не должно мешать учебе, — прошептала она в ответ, пока Минерва колдовала над меловой доской.       Если Малфой настолько разволновался после встречи с Готье, была вероятность, что их новый учитель ЗОТИ был связан с Волан-де-Мортом. Пожиратели смерти должны же знать свое окружение и себе подобных?       Все перешептывались. Теснота способствовала веселью за партами. Гермиона решила воспользоваться близостью и немного спросить у Адриана лишнего. Чтобы угомонить свою тревогу.       — А ты… что слышал о семье Малфоя?       — Мисс Грейнджер? — Минерва уставилась именно на них, пресекая все разговоры.       — Извините, профессор.       Директор положила палочку на стол с громким стуком дерева и глубоко вздохнула, смотря с принятием во взгляде на непокорных учеников. Сложила перед собой руки на юбке.       — Я думаю, — громко начала она, и все замолчали, — что нестандартная идея одного из волшебников, что пожелал остаться анонимным — прекрасно сплотит студентов нашей школы, — она слегка прижала подбородок к груди, и осмотрела учеников над маленькими круглыми очками. — А ко всему прочему на время принесет тишины на мой урок. Пока мы не расширили кабинет или не разделили учеников на группы, прошу сегодня факультеты сесть в шахматном порядке.       Тишина стала осязаемой. Но ненадолго.       Резко все всполошились.       — Что?       — Нет!       — Я не буду сидеть с ними! — подскочил Симус и указал пальцем на слизеринский ряд.       — Это не обсуждается, — повысила тон Минерва, заставив всех замолчать, а буйного гриффиндорца — сесть. — Мисс Грейнджер, — Гермиона взволнованно огляделась и сжала кулаки, — продемонстрируйте мистеру Финнигану, что в этом нет ничего сложного.        В мыслях из Слизерина появилась только Пэнси, и Грейнджер уже собиралась пойти к ней, как соседка Драко по парте внезапно подскочила, упираясь ладошками в стол.       — Можно, я?       — Конечно, мисс Розье.       Под шепот между учениками, Малфой с аристократической леностью поднялся на ноги, чтобы выпустить сокурсницу. Та не упустила возможности задеть его своими бедрами и сразу остановилась напротив Гермионы.       Только не это…       — Не уступишь, Грейнджер? — она наклонилась к ней и дополнила тише, будто Моро их не слышал. — Мы с Адрианом поболтаем… по-французски.       Он нахмурился со смущенной улыбкой, и ей пришлось уступить. Гермиона встала возле Драко, наблюдая, как и он, за пересадкой студентов. Все недовольно закопошились.        — Можно? — Забини закинул свою сумку на парту Джинни, у которой не было сил двигаться.        — Нет, — она сверкнула на него злющим взглядом банши, — но мой ответ вряд ли что-то изменит.       Блейз расплылся в улыбке и вальяжно опустился рядом.       — Какая горячая.       — Смотри не обожгись.       Малфой одним взглядом отогнал от своей скамьи Томаса и сел обратно. Гермиона взяла свою сумку с занятого Розье места и с надеждой посмотрела на Паркинсон.       «Пэнси?» — одними губами позвала Гермиона, но та рухнула рядом с Симусом, на что тот сжался в сексуальном страхе. И перестал возмущаться.       Грейнджер с раздражением скрестила руки и заметила, как Малфой отодвинулся от края, уступая ей место.       Рядом.       Мерлин…       С физическим контактом с ним она была еще больше не готова. Ее мысленный стон отчаяния можно было услышать в соседнем кабинете. Все места заняты, и Гермиона села рядом с Драко, прижимаясь к самому краю скамьи. От греха подальше.       Неловкая густая тишина накрыла каждый дюйм кабинета. Малфой привычно фыркнул, словно ему в нос попал неприятный запах.       Грейнджер наморщила лоб, желая сбежать подальше от этого сноба.       — Отлично! Прекрасно тихо. — Минерва с удовольствием взяла палочку. — Продолжим урок!       А продолжать было невыносимо.       Последние сорок минут урока казались Гермионе вечностью.       Сначала Малфой игнорировал ее и тщательно дублировал речь Минервы себе в тетрадь. Но потом его будто осенило, что она здесь. У него есть доступ, чтобы поиздеваться над ней.       Он всегда широко расставлял ноги, и его колено то и дело касалось ноги Гермионы. Ей пришлось отодвинуться три раза, пока терпение не лопнуло.       Со всего размаху Грейнджер ударила его ногу своим острым коленом.       — Тс! — Малфой шикнул и зло зыркнул на нее. Невербально опрокинул на столе ее чернильницу, но Гермиона, скрипнув зубами, исправила беспорядок одним простым заклинанием. — Как авгурей лапой, — прокомментировал он ее почерк.       — Авгурей? Серьезно?        — Твой голос похож на его вопли.       Грейнджер прикрыла глаза и чуть не сломала перо в крепкой хватке от раздражения, но вступать с Малфоем в конфликт абсолютно не хотела, чтобы не схлопотать замечание профессора. Она же староста! И после пары ударов локтем ей в плечо Драко понял, что остается без ответа — ему надоело.        Он скучающе подпер голову кулаком и делал заметки, очевидно и так прекрасно зная материал урока. С легкостью трансфигурировал вельвет в шкатулку из камня и обратно, чем сильно впечатлил Грейнджер. Вообще-то, она обходила его по баллам.       Похоже, он подтянул предмет, пока был на домашнем аресте.       Взгляд сам сместился на его бледные руки, под тонкой кожей которых можно было разглядеть синеватые венки. Ближе к запястьям — выпуклые и крупные. Натертое фамильное кольцо бликовало светом зажженных свечей, а ногти были идеально ухожены.        Гермиона зачем-то спрятала свои испачканные чернилами обкусанные пальцы под парту.       Драко никогда не находился так близко, и теперь у нее была возможность не просто разглядеть, но и почувствовать его. От Малфоя пахло чем-то теплым и сладким, что вообще не вязалось с его ледяной внешностью, а когда он раздраженно двигал челюстью — на мраморной шее перекатывались мышцы.       Грейнджер слегка дернулась, стоило его руке опуститься под парту, и отвернулась. Скосив взгляд, она проследила, как Малфой потер ладонь о свое бедро. Он снова расставил ноги, и Гермиона случайно провела взглядом по ним выше к ремню брюк.       Резко отвела взгляд от мужского бугра и зажала ладони между своими коленками. Испугавшись интригующего прилива в животе, списала все это на зелья Паркинсон.       — Ты меня разглядываешь?       Дрожь покрыла всю ее спину.       — Какой ты самовлюбленный, — с раздражением прошептала Гермиона и надеялась, что не покраснела, когда уткнулась носом в тетрадь. — Je vais vomir.       Драко громко усмехнулся.       — От того ты коленки сводишь.       — Не свожу.       — Это не вопрос.       О Мерлин!       — Кто-нибудь хочет продемонстрировать трансфигурацию? — Минерва взмахнула палочкой, приглашая на свой стол материалы, и те прилетели из шкафа стаями, как птички.       Гермиона шумно выдохнула. Нужно было сказать ему что-то, чтобы перевести тему.       — Не забывай о собрании старостата после уроков.       — Я, может, и самовлюбленный, но не безответственный, Грейнджер, — он слегка наклонил голову к ее плечу, окутывая запахом теплого парфюма. — Вчера…       — Мистер Малфой? — директор указала ладонью на свой стол. — Прошу.

~*~

      Следующий урок Древних рун был менее напряженным. Драко выбрал эту сложную дисциплину на пятом курсе, поэтому Грейнджер пришлось еще пару часов провести в его неприятной компании. Правда, на разных рядах. Ученики не рвались изучать руны, но к удивлению Гермионы этот предмет выбрал и Адриан.       Они разделили парту и с бурным интересом изучили пару глав учебника. Профессор Бабблинг похвалила их за ответы и добавила Гриффиндору двадцать очков. Настроение поднялось.       По окончанию урока Адриан увлекся разговором с гриффиндорцем на год младше и договорился пойти с ним на Нумерологию. Кажется, он даже подружился с Теодором Ноттом, который с довольной улыбкой присоединился к ним по пути к кабинету. Удивительно, как по окончанию войны слизеринцы поумерили свой высокомерный нрав.       Проводив взглядом Моро, Гермиона направилась в сторону библиотеки, чтобы взять материалы для внеклассной работы. Она удивленно вытаращила глаза, когда горячая рука схватила ее за предплечье и потащила за угол более безлюдного коридора. Дама на живой картине возмущенно вскрикнула, как и сама Грейнджер.       — Малфой?! — она, совсем растерянная, вжалась в стену, рывком выдергивая руку из его хватки. — Не трогай меня! Какого черта?       Он абсолютно равнодушно запустил руки в передние карманы брюк и напряженно стиснул губы.       — Поговорить надо, Грейнджер.       Заметив, что Малфой даже не пытается смотреть ей в глаза, Гермиона нахмурилась от его серьезного тона и необычного поведения. Драко выглядел чертовски взволнованным.       Неужели он хочет рассказать о Готье?       — Чего ты хочешь? — она огляделась, но редкие ученики шли мимо и не обращали на них внимания. — Это насчет?..       — Нет, — он шумно выдохнул носом. Будто решался. — Так. Это сложнее, чем я думал.       Грейнджер заглянула ему в напряженное лицо, удивленно вскинув брови.       — …Малфой?       Он наконец посмотрел на нее с высоты своего роста.       — Ты девственница?       Звуки растворились в одном едином гуле. Под ребрами засосало.        Она подумала, что ей послышалось. Даже открыла рот от шока и почувствовала, как вспотели подмышки.       Ей точно послышалось.       — Что?        — Ты глухая?       — А ты вообще в себе?!       Малфой надулся грудью от злости, а Грейнджер покраснела от возмущения.       — Ответь на во…       — С какой целью интересуешься? — перебила его она в порыве зарядить пощечину. — Совет нужен?       — Проиграл в споре Блейзу.       Это был удар под дых. Грейнджер смотрела на его очевидное отвращение и покрывалась жаром гнева. Только она посмела подумать, что Слизерин стал терпимее к магглорожденным, как они снова выбрали ее центром насмешек.       Сделав пару глубоких вдохов, Гермиона натянула недобрую улыбку дьявола. Малфой заинтригованно ждал ответа.       Но он его не получит.       Она задрала подбородок к его надменному лицу.       — Проигрывать — уже стало твоей привычкой, не так ли, Малфой?       Это было подло. Еще совсем недавно староста Гриффиндора упрекала Симуса за упоминание прошлых ошибок слизеринца, но сейчас сама не выдержала. Настолько хотелось дать ему сдачи за обиду.       На секунду она заметила, как взгляд Драко наполнился холодной яростью. Кулаки в его карманах сжались. Добившись своего, Гермиона развернулась в сторону библиотеки, но за спиной послышалось:       — Да кто с тобой в постель ляжет? Херова зануда…       Вспомнив третий курс, Грейнджер сжала кулак и, развернувшись, врезала ему прямо в острый подбородок. До носа уже стало высоковато.       Острая боль пронзила костяшки ее пальцев.       — Блять! — он схватился за челюсть, пока Гермиона трясла ушибленной рукой. — Ты больная что ли?!       — Еще раз обзовешь меня, извращенец, и я… — не успела она договорить, как была схвачена крепкой хваткой за горло. — Малфой!       Драко больно приложил ее затылком к каменной стене, и на секунду в глазах потемнело от неожиданности и страха.        — Не смей меня бить, идиотка. Я тебя не трогал, — прошипел он ей прямо в нос, будто собирался его откусить своим острым оскалом. Его рука сжалась еще сильнее, и Гермиона в панике от удушья не могла нащупать чертову палочку в кармане юбки онемевшими пальцами. — Ты думаешь, я не смогу ударить тебя? — его губы исказила усмешка. — Да я тебя убью нахрен…       Горячее сладкое дыхание Малфоя щекотало ей веки.       — Давай, — прохрипела она, сжимая в кармане палочку, но вместо заклинания толчка сказала то, что очень хотела. — Трус!       Его глаза округлились, а рот приоткрылся.       Он не поверил своим ушам.       — Какая же ты сука, Грейнджер…       — Эй! — мужской голос стремительно приближался вместе с твердыми шагами. — Убери от нее руки!       Хватка на ее шее ослабилась. Гермиона вдохнула полными легкими, отступая на несколько шагов от бывшего Пожирателя смерти в сторону Адриана, обнявшего ее за плечи в поддержке.       — Молодец, — выдавил Драко сквозь зубы. — Отлично сработано, идиотка.       Грейнджер не понимала его. Малфой был зол от потери власти и совсем не вынес уроков, что жизнь ему благосклонно преподнесла. Он стоял в стенах Хогвартса, а не Азкабана, и все равно вел себя как полнейший урод.       Смотрел на нее как на прокаженную.       Моро закрыл Гермиону собой.       — Если ты сейчас же не уйдешь, я позову директора, — его лицо очертилось скулами, как и у Драко. — У тебя проблемы, Малфой?       Задрав красный подбородок, слизеринец громко усмехнулся. Зло и обиженно одновременно, будто сам не понял своих эмоций. Последний раз бросив на них обжигающий ненавистью взгляд, стремительно удалился.       Гермиона обернулась. Несколько учеников остановились и таращились на них.       — Тут не на что смотреть!       — Ты в порядке? — Моро с тревогой осмотрел, как она потирает больное горло и кричит на зевак, что подались в рассыпную.       Схватил Малфой ее не сильно, но неприятно.       — Да.       — Давай сообщим директору.        — Я первая его ударила, Адриан.       Гермиона оттолкнула руку Моро от своего плеча, хотя была благодарна ему за то, что вмешался. Еще чуть-чуть, и она бы откинула обидчика заклинанием, а это привело бы к неминуемым последствиям. Старосты не могут себя так вести.       Их бы лишили значков.       — Что он сказал? — Адриан, похоже, не обиделся.       — Не хочу произносить это вслух, — прошептала она, а он молча кивнул, и охлаждающие чары с его палочки легли на ее ноющий кулак. — Спасибо, — Гермиона едва заметно улыбнулась.

~*~

      Когда перед ужином Гермиона и Адриан вошли в кабинет старостата, то последние мысли о конфликте с Малфоем покинули ее голову.       Им предоставили просто невероятное пространство для собраний и учебы! Это был не просто кабинет, а двухъярусный заброшенный зал, в котором когда-то преподавали Историю магических существ!       Под самым потолком висел скелет животного, похожего на дракона или виверну. Повсюду пылились старые книги, и старосты всех факультетов с интересом разглядывали полки с чучелами и фигурками. Стоял запах сырости, но даже он не мог испортить впечатление от большого окна с видом на лес. Ярко-голубое полуденное небо приковывало взгляды.       Ханна Эббот так же завороженно остановилась слева от Гермионы, окружая ее запахом мелиссы.       — Стоит наших потраченных на старостат нервов, да? — она улыбнулась и двинулась к столам, очищая их от пыли чарами.       — Как тебе, Драко? — староста Слизерина Хоуп закусила губу и восторженно взглянула на балкон второго яруса, где Малфой подпирал перила и меланхолично смотрел на вид за окном.        — Недурно.       — Надо здесь прибрать, — Грейнджер решительно направилась между рядами старых парт и зло добавила: — Не хватает воздуха.       Драко громко хмыкнул. Но он свое уже получил.       — Приступим! — радостный Флетчли поднял свою палочку.       Уборка прошла отлично. С помощью магии не составило труда навести порядок, и даже такие надменные личности, как слизеринцы, не отлынивали от дел. С важностью павлинов они выхаживали вдоль полок, собирая пыль чарами гидратации, будто совершали самое великое дело в жизни.       Старосте Пуффендуя Ханне помогал Невилл. Вчера на вечеринке она без умолку трещала об их отношениях, а Долгопупс жутко краснел.       Адриан помог Гермионе с книгами, и когда забирал стопку из ее рук, специально или случайно мягко задел ее пальцы. Это был первый раз, когда она по настоящему увидела его смущение. С покрасневшими щеками и беглым взглядом.       С Моро она сразу нашла дружеский контакт. Как бы не мучалась подозрениями в сторону его семьи — не могла спорить с тем, что Адриан был просто милым парнем; смесью Рона и Гарри. Но еще рано было делать выводы и поддаваться его обаянию.       Чуть-чуть Грейнджер все же расслабилась, позволяя себе немного больше, чем притворство и любезность. После уборки старосты заняли места за партами, и Гермиона снова села с ним, ожидая, когда все отдохнут и подготовятся.       Они обсуждали французский.       — Ты забываешь об о окончании, — Адриан прикрыл рот, подавляя смех. — И иногда говоришь о себе в мужском роде.       — Я путаю с итальянским!       — Ты его знаешь? — он откровенно удивился, а Гермиона охотно кивнула. — Есть то, чего ты не знаешь?       Она пожала плечами от накатившей неловкости. В тайне ее преисполняла гордыня.       — Если я чего-то не знаю, то спешу закрыть пробелы. Это не раз спасало мне жизнь.       И жизни Гарри и Рона.       — En plus d'être belle et intelligente, tu es aussi forte, — намекнул он на ее удар и дернул бровями в сторону соседней парты, где неподвижно сидел Малфой с красным пятном от побоев на челюсти.       Грейнджер любила, когда ее называли сильной.       Она не знала, подслушивал ли Драко, но тот будто ничего не замечал и думал о своем, развалившись на скамейке с руками в карманах брюк. Совсем не как аристократ. В его поведении вообще не было и намека на идеальное воспитание, зато дурацких высокомерных установок в голове — целая помойка.       Гермиона взяла свой список составленных дежурств и вышла из-за стола, решаясь начать собрание первой. Остановилась напротив рядов парт и громко прокашлялась в кулак, привлекая внимание. Волнение заплясало в желудке.       — И так! — начала она в тишине. — Для начала обсудим дежурства…       Двери в кабинет внезапно распахнулись.       — Простите, мисс Грейнджер, что прерываю! — МакГонагалл быстро приближалась, стуча каблуками по деревянному паркету. Полы ее мантии развивались, а очки отражали яркий солнечный свет из окна. За ней шел Теодор Нотт, который звонко присвистнул на масштабы зала. — Можете пока присесть!       Вздернув бровями, Гермиона все же вернулась за парту.       — Нотт?       — Привет, Малфой! Что с лицом? Сболтнул лишнего?       Драко втянул щеки и наградил Теодора таким взглядом, что у того пропала улыбка.       — Благодарю за собрание старостата, дорогие студенты, — Минерва остановилась на том же месте, где еще недавно стояла Грейнджер. Слизеринец с ярко-синим взглядом встал рядом. От волнения зажевал губу. — Перед тем, как вы приступите к обсуждению насущных вопросов, прошу выслушать меня и мистера Нотта.        Гермиона напряглась, предчувствуя что-то нехорошее. Ее всегда сковывало цепями холода, когда предстояла неприятная тема для разговора, а особенно — войны.       — Перед началом учебного года Министерским Авроратом был поднят вопрос, касающийся лиц, принявших, к сожалению и не по своей воле, не ту сторону на войне.        Ну вот. Как и всегда — права.       — Это про меня, — указал Теодор себе в грудь указательным пальцем. — И не только…       Минерва недовольно поджала губы на комментарии.       — Аврорат считает, что такие ученики не должны допускаться до обучения в Хогвартсе, — обречено вздохнула она, и Малфой медленно выпрямился в спине.        Теодор снова открыл рот:       — Но…       — Мистер Нотт!       — Молчу, простите, Минерва! — он вздрогнул. — То есть директор МакГонагалл…       Гермиона украдкой взглянула на Драко. Он с тревогой уставился на директора, и даже казалось — с надеждой.       МакГонагалл устало вздохнула.       — Я отстаивала своих учеников, как могла, но Министерство не хотело идти на уступки, — кулаки Малфоя и Грейнджер сжались на партах почти одновременно. — К счастью, мистер Нотт разработал проект адаптации чистокровных волшебников, который выслушали и приняли во внимание. Только поэтому… — она взглянула на бывшего Пожирателя смерти, словно обращалась только к нему. — Только поэтому таких студентов допустили до обучения.       Старосты зашумели.       — И вы говорите об этом только сейчас? — пискнула Хоуп, будто сейчас расплачется.       — Я не могла сказать об этом перед всеми учениками школы, тем самым возвращаясь туда, откуда мы так хотим уйти. Это Министерство осталось предвзятым. Мы же — не делим студентов на плохих и хороших.       Малфой резко выдохнул, но смог только открыть рот. Ни звука.       — Что за проект? — нетерпеливо спросила Гермиона вместо него, понимая, что тот на время потерял дар речи.       — Теперь можете говорить, мистер Нотт. — Минерва отошла в сторону.       — Салазар, как волнительно, — Теодор вышел вперед, потирая вспотевшие ладошки. — Ладно, только, Малфой, сразу предупреждаю — не кидать в меня жалящее! В общем, я разработал проект, в котором два наших магглорожденных волшебника возьмут под свое правильное крылышко по четыре очень плохих слизеринца и покажут им мир магглов.       Глаза Грейнджер, как и каждого присутствовавшего на собрании, округлились по галлеону каждый.       — Что? — едва слышный хрип вместо голоса. — Это шутка?       — Нет, не шутка, мистер Малфой. — Директор снова строго на него посмотрела. Будто взглядом пыталась сказать ему, что это его последний шанс.       Все вникали в слова Нотта, и фраза «два наших магглорожденных волшебника» прострелила ей голову. Она уставилась на хмурого Теодора и тихо проскулила:       — Скажи, что это не…       — Да, Грейнджер, — он сглотнул и несколько раз кивнул. — Это ты. — Нотт изобразил взрыв руками. БУМ! — И Джастин Флетчли, — добавил уже более спокойно.       — Я? — подал голос растерянный Джастин.       — Ты.        — Мерлин, нет!        — Это не обсуждается, мистер Финч-Флетчли, — утихомирила его МакГонагалл вместо Нотта. — Мы же хотим помочь вашим сокурсникам, верно?       Грейнджер откинулась на спинку скамьи. Она окончательно расстроилась и вообще не хотела этим заниматься. Но справедливости ради стоило хотя бы послушать условия.       — Можно по подробнее, Теодор? Что от нас требуется?       — У меня море идей! — Воодушевленно и с улыбкой начал он, словно не замечал напряжения в кабинете. — К примеру, можно сводить нас в маггловский ночной клуб…       — Исключено, мистер Нотт.       — Попробовать стоило, — он упер руки в боки. — Мы должны посетить маггловские мероприятия, которых нет у волшебников. Не обязательно мероприятия, но что-то не нашего мировосприятия, по типу праздников или... кино? Так же правильно? Выходить будем раз в месяц, на выходные… без палочек.       Драко подскочил на ноги, и скамья под ним с грохотом отъехала назад вместе с Хоуп.       — Что?!       — Мистер Малфой!       Он раздраженно запыхтел и даже не посмотрел на директора.        — И какие группы? — его скулы то и дело дергались.       — Так, — Тео достал из кармана пергамент, и пока его разворачивал, причастные старосты нервно кусали губы. — Грейнджер берет Паркинсон, Гойла и Нотта, то есть меня. Флетчли — Забини, Малфоя и сестер Гринграсс. — Гермиона выдохнула, понимая, что в ее группе не будет этих двоих больных любителей спорить. — Отвечаю сразу — перетасовать участников групп можно, но все заранее согласовывать со мной, чтобы я подготовил бумаги. Грейнджер и Флетчли будут писать по ним отчеты в Аврорат.        — Как ты до этого додумался? — ошарашенная Гермиона просто не верила в происходящее, а рядом сидящий Адриан не издавал и звука. Он вообще не выдавал эмоций, словно потерял их все.       — Всегда хотел почувствовать себя обычным магглом, — он беззаботно дернул плечом. — Это интригует. А вот Авроры над нами хотят посмеяться…       — Достаточно, мистер Нотт, — оборвала его Минерва, выставив ладонь. — Я поддерживаю идею. От пары выходных в месяц ваша успеваемость не снизится. К тому же, все участники — совершеннолетние, и я могу отпустить вас под таких ответственных старост, как Грейнджер и Флетчли, — она заглянула в душу Гермионы своим пронзительным взглядом поверх очков. — И за свою безоговорочно тяжелую работу вы получите рекомендации, которые помогут вам в будущем занять желаемую должность в Министерстве.       Награда была хороша. Настолько, что Гермиона могла сама выбрать, в какой отдел попадет, а не проходить распределение.       — Но я вас очень прошу… будьте осторожны и не привлекайте лишнего внимания.       Драко с остервенением сорвал свою сумку с парты и яростно затопал в сторону выхода.       — Мистер Малфой!        Двери захлопнулись с такой силой, что сгрохотали банки на полках.       Псих.       И хорошо, что он не в моей группе.

~*~

      — Серьезно? — рыжие брови Уизли подпрыгнули. — Это придумал Нотт?       — Не просто придумал, Джинни. Он подготовил целый проект в Министе…       Гермиона резко остановилась посередине коридора, увидев возле подоконника Забини, скучающе листающего учебник. Он отбросил книгу к своей сумке и состроил глазки какой-то девчонке с Когтеврана.        Адреналин в крови забурлил мгновенно.       Проиграл в споре Блейзу, говоришь?       — Забини! — крикнула она и ускорила к нему шаг, пугая других учеников.       — Воу! — выставил перед собой ладони тот и округлил свои без того выразительные глаза. — Что происходит?       — Ты! — Гермиона выставила палочку ему прямо в грудь, на что тот совсем потерял былую уверенность. Выискивал вокруг взглядом поддержки, но никого из своих не нашел. — Вы что, совсем из ума выжили? Думаете, можете вести себя со мной так?!       — Эй-эй! — Джиневра вклинилась между ними и смотрела то на слизеринца, то на подругу. — Гермиона, что происходит?       Грейнджер опустила палочку, но пристального взгляда не отвела.       — Угомони свою подружку. — Уже на порядок злее произнес Блейз.       — Заткнись, Забини. Гермиона?       — Он сам знает. Минус тридцать очков Слизерину за тупые вопросы Малфоя! — она придвинулась ближе и поджала тонкие губы. — Я предупредила тебя. Еще одна ваша выходка — и я нажалуюсь директору. Вы вылетите из Хогвартса, ясно?       Схватив Джинни под локоть, Грейнджер стремительно удалилась.       — Малфой? — озадаченный голос Забини проводил ее из коридора.       Они действительно думали, что она позволит им так с собой обращаться?