Невермор: Бездна Тайн

«Остерегайся тихой ночи.

Именно в тишине слышны

самые громкие крики твоего страха»

      Коридоры Академии Невермор были полностью украшены к Хеллоуину. На каждом углу стояли большие тыквы-фонарики, лица на которых ученики вырезали самостоятельно, от того каждая была индивидуальной, подоконники уставлены свечами, а с потолка свисали летучие мыши и приведения.       Обычно в честь этого праздника не было ни балов, ни вечеринок, однако всем разрешалось выйти в город, чтобы каждый смог как следует повеселиться в «Мире Пилигримов», в котором для жителей Джерико была приготовлена тематическая ярмарка.       Конечно, Ден, Лизи и Аля собирались туда пойти. Единственным, кого уговорить было трудно – Айзек. Он предпочитал заняться своим новым изобретением и не тратить время в пустую, особенно в компании Дена и Али, которые порядком ему надоедали в последнее время. Но когда он узнал, что с Деном идет Агнес, а с Алей Аякс, увидел грустные глаза Лизи – не смог больше противиться. Его, конечно нарядили в костюм зомби. На этом настоял пирокинетик, оборотень поддержала, остальные согласились. Ох, его недовольное лицо надо было видеть.       Ден выбрал костюм Дракулы, только чтобы позлить вампиров, с которыми повздорил пару дней назад. Он даже приклеил себе клыки. Правда, хватило его всего на час – то губу прикусит, то рот закрыть не сможет. В общем, с размерами не угадал. Зато черный плащ, кружевная рубашка, жилет и брюки были что надо.       Лизи сама сделала себе костюм – склеила белый колпак с черными помпонами и сшила такое же платье, как у Пьеро. Ден вычитал, что в итальянской комедии масок этот образ назывался Педролино или Пульчинелло. Угадаете, кто смеялся два дня к ряду? Да все, сама Лизи в том числе.       Аля решила быть феей. Воздушное розовое платье и блестящие крылышки очень подходили для ее образа. Правда, этими крылышками она умудрилась едва ли не уронить несколько маленьких горшочков с суккулентами Лизи, пока крутилась из стороны в сторону, чтобы проверить, что платье со всех сторон сидит хорошо.       Аякс выбрал наряд пирата, бандана и шляпа как раз хорошо закрывали его змеек, а длинный коричневый плащ с портупеей выглядел великолепно. По крайней мере Аля точно не могла глаз отвести, а что еще надо?       Агнес по совету Дена нарядилась дьяволицей. Красные рога и черное платье смотрелось на ней идеально, но все равно она была больше похожа на маленького чертенка, а не на величественного демона.       Несмотря на то, что в городе сейчас была просто неописуемая красота, которая состояла из сотен цветных огоньков, потрясающего многообразия людей в различных образах, палаток с кучей мигающих побрякушек, вкусностей и многого-многого другого, друзья не спешили оставаться здесь надолго. Сегодня они решили собраться у Лизи и Али в комнате, чтобы смотреть фильм ужасов и объедаться фастфудом. Так они и сделали.

✦•······················•✦•······················•✦

      Аля и Лизи тоже постарались – стены их комнаты были увешаны искусственной паутиной, в которой запутались маленькие мерцающие паучки, сверху, ближе к потолку – гирлянды тыковки и летучие мыши, которые двигались от малейшего сквозняка. На полу они уже разбросали пледы и подушки, обустроив уютное место для просмотра кино. Рядом стояла целая корзинка сладостей от леденцов до шоколада, и, конечно же, чипсы, пицца и еще много вредных еды и напитков.       Они довольно долго делали фотографии в своих образах, и только когда Аля проверила, что большинство из них идеальны, все отправились по своим комнатам, чтобы переодеться в более удобную одежду.       Лизи уже открыла ноутбук и включила фильм, все начали устраиваться поудобнее. Айзек едва заметно, но настойчиво оттолкнул Алю от Лизи, и оборотень обиженно придвинулась ближе к Аяксу, положив голову на плечо горгона. Агнес нерешительно подсела к Дену, но тот не оттолкнул, а наоборот, подался на встречу.       – Все, все уселись? – спрашивает сирена.       – Да, – почти хором отвечают остальные.       Только включается фильм, раздается громкое шуршание упаковки чипсов.       – Ден, – вздыхает Айзек.       – Это не он, это я, – отвечает Аля и наконец открывает пачку.       – Почему чуть что, сразу я, – обиженно фыркает Ден.       Еще немного поворчали друг на друга и начали просмотр. Фильм, на самом деле был так себе, но все же в этом есть своя атмосфера – не каждый вечер получается так собраться с друзьями, чтобы в приятной обстановке посмотреть кино, так тут еще и повод потрясающий – день, когда мертвые поднимаются из своих могил, а призраки шепчут пророчества в каждом темном углу.       Агнес разлила каждому в бумажный стакан газировку. Хоть Ден и настаивал на напитках покрепче, Аля и Лизи запретили ему это. Уж точно не в общежитии это пить, мало ли, кто с проверкой придут, а они и так тут с парнями засели, что, вообще-то, было запрещено. Невидимка сделала большой глоток и тихо вздохнула, но что-то заставило ее приглядеться к стаканчику.       – Ден, можешь посветить? – тихо спрашивает она.       Пирокинетик приподнимает руку и на его пальцах вспыхивают маленькие огоньки, достаточно яркие для того, чтобы помочь Агнес и не мешать другим. Девушка вглядывается и видит на дне стаканчика какую-то мутную смесь. Она недовольно морщится и Аля замечает это.       – Просто возьми другой, – предлагает она.       Аякс достает новый и протягивает невидимке. Та улыбается и берет стакан. Спустя около получаса оборотень отвлекается от просмотра фильма и смотрит на друзей, которые как-то подозрительно притихли. Ну, конечно! Лизи тихо посапывает, прижавшись к Айзеку, который, в свою очередь, положил свою голову на ее, Ден спит на коленях у такой же спящей Агнес. Даже Аякса сморило, хотя обычно он держался дольше всех. Аля тихо вздыхает, но ругаться не будет точно, в теплых объятиях горгона ее саму клонит в сон, поэтому она тоже закрывает глаза.

✦•······················•✦•······················•✦

      Первое, что ощутила Лизи – это тяжесть в конечностях и что-то на подобии ваты в голове. Она лениво потянулась, и скрип пружин под ней показался ей совершенно чужим. Она с трудом открыла глаза и мир поплыл, мутный и неясный.       «Где я?»       Мысль ударила с трезвой, леденящей остротой. Она села на кровати, и ладонь бессознательно вжалась в шелковистую, но холодную поверхность одеяла. Комната была маленькой, утопающей в розовых тонах, словно ее оформляли для незнакомой ей девочки. И уж точно эта спальня не была похожа на их с Алей в общежитии Невермора.       Сердце забилось тревожной дробью, подгоняя ее. Босиком, по холодному паркету, она подбежала к окну и отшатнулась. За стеклом, вплотную к стенам, стояла стена непроглядного, черного леса.       Сирена судорожно сглотнула, ощутив во рту противный привкус страха и той самой газировки с подозрительным послевкусием. В мыслях проносили обрывки памяти: их громкий смех, экран ноутбука, Аякс, что-то кричащий поверх фильма, а потом – провал. Как она оказалась здесь, в этом незнакомом доме? Где все?       Дверь поддалась легко, с щелчком, который прозвучал оглушительно громко в звенящей тишине. Она выскользнула в коридор и почти побежала вниз по широкой лестнице из темного дерева, ступени холодом прожигали босые ноги. Гостиная встретила ее простором и гнетущим спокойствием. Панели из темного дерева, полки до потолка, уставленные старыми книгами и увядшими цветами. Айзек, Аякс и Аля здесь. Сидят на диванах, но что-то было не так – в их лицах. Они были бледными, глаза наполнены ужасом.       – Что произошло? – встревоженно спрашивает Лизи.       Она переводит взгляд от одного к другому и видит, что по щекам Али беззвучно катятся слезы, оставляя блестящие дорожки на бледной коже. Дена и Агнес нигде не было видно. Аякс судорожно сжимает и разжимает кулак, глядя в пол, Айзек молча хмурится, уставившись в стену.       – Агнес, – всхлипывает Аля, но никак не может продолжить. – Она…       – Умерла. – заканчивает за нее Айзек. – Ее зарезали, как животное. Ден сейчас с ней.       Слова повисли в воздухе, тяжелые и нереальные. Лизи несколько раз моргнула, пытаясь стряхнуть с себя этот кошмар.       «Умерла»       «Зарезали»       Мозг отказывался складывать эти слова в осмысленную картину. Она переспросила, потом еще раз, и только тогда ужас, холодный и липкий, просочился внутрь, завершив паззл. Агнес. Веселая, яркая Агнес. Ее больше нет.       Они рассказали ей все, что знали, – такие же потерянные и напуганные. Каждый очнулся в отдельной комнате. Воспоминания у всех обрывались на одном месте: фильм, смех, и накатившая, неестественная дремота.       Айзек рассказал, что проснулся первым и сначала решил изучить местность. От него все узнали, что дом окружен густым лесом, возможно, где-то дальше есть дорога, но парень в этом уверен не был. По началу он не решался заглянуть в другие комнаты, потому что не мог точно знать, что его там ждет. Однако за первой дверью он нашел Алю, потом Аякса и Дена. И потом вместе они обнаружили мертвую Агнес. Она лежала на полу в одной из комнат в луже крови. В подробности Айзек больше не вдавался, потому что Аля от страха становилась все бледнее и бледнее, не хватало того, чтобы она рухнула в обморок.       И теперь в комнате повис главный, невыносимый вопрос, от которого стыла кровь: неужели убийца среди них? В зал вошел Ден. Он был страшен: лицо пепельно-серое, взгляд пустой, устремленный в никуда. Он прошел, не глядя ни на кого, и опустился в кресло, словно его ноги подкосились. Смерть Агнес пошатнула его.       Аякс встал и решил проверить двери, но вот, что интересно – все они заперты. Две двери на первом этаже, главная и черный вход прочно закрыты. Он медленно поворачивается к друзьям.       – Айзек, ты говорил, что обходил дом вокруг. – с сомнением спрашивает горгон.              – В чем дело?       – Да, – хмурится да Винчи. – Что не так?       – Двери заперты. – после этих слов все переглядываются и заметно напрягаются.       Фраза прозвучала как приговор. В воздухе запахло предательством. Все взгляды, тяжелые и подозрительные, устремились на Айзека.       – Так, – прерывисто выдохнул Ден, и в его голосе впервые прорвалась отчаянная злоба. – Я предлагаю разделиться и проверить дом, чтобы понять, как мы можем выйти отсюда.       Аля умоляюще смотрит на Аякса, сжимая рукав его кофты – она точно не пойдет одна.       – Вы не можете отправить нас поодиночке, это бред. – возмущается Лизи, ее собственный страх вылился в резкость.       – Мы и не отправим, – качает головой Аякс, пытаясь казаться спокойным. – Ты пойдешь с Алей, я пойду с Деном. Айзек, ты идешь один.       Да Винчи усмехается и прямо спрашивает:       – Хотите отправить меня одного, потому что думаете, что это я?       Ден сжимает кулаки, он не хочет обвинять необоснованно, но доверия нет.       – Ты серьезно спрашиваешь об этом? – дрожащим голосом произносит Ден. – Ты проснулся первым, а потом мы нашли ее. Мертвую.       Айзек лишь тяжело вздохнул, в его глазах мелькнуло понимание. Он сам был в этой ловушке.       Группы разошлись. Едва Лизи и Аля переступили порог кабинета, как свет погас, погрузив все в абсолютную, густую тьму. Воздух вырвался из легких Али сдавленным, испуганным писком.       – Лизи!.. – ее голос был тонким, полным слез, руки предательски тряслись, нащупывая в темноте опору.       – Все нормально, я здесь. – сирена пытается найти телефон, чтобы включить фонарик, но его нигде нет.       Тем временем Аякс и Ден поднимаются на второй этаж. Темнота была почти осязаемой. Ден сжал кулак, и на его пальцах вспыхнуло живое, трепещущее пламя, отбрасывающее на стены гигантские, пляшущие тени. В этот момент из мрака донесся тихий, крадущийся шаг. Пирокинетик резко обернулся, сердце замерло в груди. Никого. Только пустота и зловещий трепет его собственного огня.       Горгон зашел в комнату, в которой проснулся, и сразу же направился к окну, раскрывая его. Он выглянул вниз, наклоняясь вперед и крепко держась за раму. Он прищурился, силясь разглядеть в темноте хоть что-то. Но кто-то толкает его в спину с такой силой, что парень не успевает и крикнуть. Послышался глухой удар и мокрый хруст ломающихся костей.       Убийца выглядывает из окна и довольно улыбается. Аякс сломал шею. Под его головой на жухлой траве растекается темное пятно.       Айзек в это время нащупал в темноте щиток со предохранителями. Щелчок – и свет хлестнул по глазам, заставив его рефлекторно зажмуриться. Когда зрение прояснилось, он вздрогнул и отшатнулся: прямо перед ним, на узорчатом ковре гостиной, лежала Аля. На спине, на ее светлой кофте, цвело алое, безжалостное пятно. Кто-то пырнул ее не один раз. И это видит Ден.       – Аля! Твою мать! – вскрикивает он и подлетает к подруге, переворачивая ее на спину. Она уже не дышит, взгляд стеклянный. – Нет, нет, нет… Ты чертов урод!       Пирокинетик встает и кидается на да Винчи. Он сжимает его свитер у горла и встряхивает, собирается нанести удар, но к ним подбегает Лизи.       – Что вы делаете?! Успокойтесь! – она хватает парней руками и прерывисто вздыхает. – Я нигде не могу найти Алю! А где Аякс, они вместе?       И тут ее взгляд упал на то, что пытались закрыть собой парни. Она замерла. Ладонь сама поднялась ко рту, чтобы заглушить крик. Глаза наполнились горячими, солеными слезами, которые тут же потекли по щекам. Она мотала головой, словно могла отменить увиденное.       – Этот подонок убил ее! – практически рычит Ден от злости и отчаяния.       – А правда, Ден, где Аякс, который был с тобой? – хмурится Айзек и отталкивает от себя парня. – Думаешь, что я убил обоих? Аля была с Лизи, а Аякс с тобой. Вы отправили меня одного, идиот.       – Хватит ссориться! – закричала Лизи в слезах, опускаясь на колени перед телом подруги. Она дрожащей рукой гладила Алю по волосам, по еще теплой щеке, пытаясь запомнить это ощущение, будто та просто заснула. – Пожалуйста….       Теперь Лизи боялась обоих. В глазах Дена пылала неуправляемая ярость, а во взгляде Айзека – стальная, отстраненная холодность. Они сидели в гостиной, и тишина между ними была густой и ядовитой. Любые попытки Лизи найти логичное объяснение, свалить все на невидимого постороннего, разбивались о жестокую логику: невозможно не заметить присутствие еще одного человека. Вспоминали, что, как только все проснулись, никто не слышал, чтобы кого-то впускали в этот дом, значит, убийца уже был здесь. Коридор, в котором были Ден и Аякс имел только один конец. Убийце некуда было спрятаться, в крайнем случае он не остался бы неуслышанным. К тому же, они обошли все комнаты.       Тело Али было решено перенести туда же, где сейчас была Агнес. Теперь обе девушки лежали на кровати. Тело Аякса достать просто не представлялось возможным.       Когда Лизи, измученная страхом и горем, собралась в туалет, в воздухе снова натянулась струна напряжения. Айзек и Ден переглянулись – ни один не позволит другому пойти с ней.       – Если… Если вы настаиваете, что убийца среди нас троих, я лучше схожу одна, – девушка убирает руки в карманы кофты и пытается принять более уверенный вид.       – Нет, – тут же отрезают парни.       – Я сказал, что уверен в том, что это кто-то из нас на девяносто процентов. – уточняет Айзек и встает с дивана. – Десять процентов отметать нельзя.       – Умник, – фыркает Ден. Он абсолютно уверен в том, что это Айзек, только хрупкая фигурка Лизи удерживала его от самосуда.       Они проводили ее молча, встав по разные стороны от двери в уборную. Как только щелкнул замок, тишина взорвалась шепотом полных ненависти обвинений. Парни обмениваются гневными взглядами и комментариями до тех пор, пока не слышат звук битого стекла и сдавленный крик Лизи. Оба сразу же подрываются и дергают дверь – конечно, же заперто.       – Лизи! – кричит Айзек, – Чего ты встал?! Быстрее тащи что-нибудь, надо открыть дверь!       Да Винчи не теряет надежды открыть дверь, поэтому налегает на нее всем весом, пытаясь выбить плечом. Ден вспоминает, что видел у камина монтировку и бежит за ней. Каждая секунда растягивалась в вечность.       Когда он вернулся, запыхавшийся, дверь уже была выбита. Внутри, на холодном кафеле, лежала Лизи. Айзек, стоя на коленях, с отчаянной яростью пытался вернуть ее к жизни, давя ей на грудь ладонями, пытаясь вдохнуть в ее легкие воздух. На ее шее, словно ожерелье смерти, пышно расцветала сине-багровая гематома, а рядом валялся оборванный шнур от светильника.       – Почему так долго?! – не сдерживаясь, Айзек встает и идет на Дена, в его взгляде ярость.       Пирокинетик не отходит вперед, а идет на парня. Да Винчи вытягивает руку вперед и проводит ей в воздухе – парня тут же с силой припечатывает к стене.       – Я идиот только потому что оставил тебя наедине с ними! Ты их всех убил! – он взмахивает рукой, она загорается. – Появился из ниоткуда, влился в нашу компашку только для этого?! Тварь! Отпусти меня!       – Приди в себя, придурок! Окно снаружи было разбито! – Айзек кричит так, что кажется, будто стены содрогаются. – Ты слышал! Ты..!       Он не договорил.       Ден падает на колени, когда да Винчи перестает держать его силой. Вместо слов из горла Айзека вырвался лишь короткий, влажный хрип. Глаза расширились от шока и непонимания. Кто-то сзади с силой толкнул его, и он рухнул на пол лицом вниз. Из его спины, прямо между лопаток, торчала рукоять кухонного ножа. Три темных, быстро растущих пятна проступали на его свитере.       Ден задыхается, он не может поверить. Из тени вышла Аля. Та самая Аля, бездыханное тело которой он сам, рыдая, уносил в спальню. На ее лице играла легкая, почти скучающая улыбка. Она наклонилась, ее миниатюрная, хрупкая рука обхватила окровавленную рукоять и вытащила нож из тела Айзека с мягким, ужасающим звуком.       – Это я поторопилась, – вздыхает девушка и поджимает губы, – Надо было дать вам убить друг друга.       Ден, оглушенный ужасом, инстинктивно взметнул руку, пытаясь вызвать огонь. Но она была точно молния. Острые, будто стальные когти рассекли его запястье, боль пронзила мозг, и пламя погасло, не успев разгореться. В следующее мгновение лезвие ножа вошло в его шею – точный, безжалостный удар. Он даже не успел крикнуть. Только почувствовал теплую струю на коже и увидел, как мир медленно погружается во тьму.

✦•······················•✦•······················•✦

      Все шестеро открывают глаза как по команде. Они переглядываются. Лизи ошарашенно потирает горло и почему-то никак не может надышаться, Аякс проводит рукой по шее сзади, Ден – спереди, Агнес вообще сидит в немом шоке, широко распахнув глаза, Айзек медленно переводит взгляд с одного на другого, а Аля тянется к чашке попкорна и закидывает в рот несколько штук.       – Мне какой-то кошмар снился, – начинает Лизи.       – Мне тоже, мы были в стремном доме, и нас всех по очереди убивали, это было так жутко и так реально одновременно… – потирает лоб Ден. – А убийцей так вообще оказалась…       – Аля, – говорят пятеро в унисон и смотрят на оборотня.       Девушка тихо смеется и кивает, подтверждая их слова.       – Мне то же самое снилось, – тихо хихикает она. – Только от лица убийцы. Честно говоря, мне не очень понравилось…       – Как нам мог присниться один и тот же сон? – Агнес съеживается и Ден приобнимает ее.       Все пожимают плечами. И никто не может отрицать, что это было… Интересно. Оказаться всем вместе в закрытом доме, где орудует маньяк… Это что-то определенно необычное. Как игра в мафию. Только умирать в таких снах, конечно, крайне неприятно. Они будто попали в игру, и теперь делились друг с другом, рассказывая, чем же закончился этот «прекрасный» сон.       – Не смотри так на меня! – Аля толкает Аякса локтем и хмыкает. – Увижу тебя с другой – сделаю с тобой то же, что и во сне!       – Я не сомневаюсь, – смеется Аякс. Ден все смотрит на Агнес и улыбается. Он продолжает обнимать ее, водя пальцами по маленькому плечику.       – Так сильно испугалась? – аккуратно спрашивает он.       – Ну, неприятно, – пожимает плечами она. – Но больше обидно, меня ведь убили первой!       Ден тихо смеется и оставляет поцелуй на ее рыжей макушке, объясняя, что уж лучше умереть первой, чем потом испытывать чувство подозрения к тем, кого считал другом.       – Чудеса человеческой природы, – Айзек проводит ладонью по своим кудрям и усмехается.       – Чудеса человеческой природы или твоего нового эксперимента в наших газировках? – тихо спрашивает, подозрительно прищурившись, Лизи.       – Хм, – поднимает брови да Винчи, поворачиваясь к девушке. – Мне больше нравится, когда ты делаешь вид, что ни о чем не догадываешься.       Он улыбается и наклоняется к ней, оставляя мягкий поцелуй на ее губах. Она отвечает взаимностью и действительно готова сделать вид, будто он ни в чем не виноват.